Цветок во тьме

&&&       Эдварду было семь, когда его отец ушёл. Братья не понимали почему он их оставил, почему оставил маму. Триша каждый день ждала его, готовила на одного человека больше, сервировала стол на четверых, в надежде, что её муж вот-вот вернётся. Но этого не происходило. И даже, когда мать братьев умерла, он не пришёл. В тот момент Эдвард озлобился на отца, и больше никогда не называл его так. Альфонс же всегда любил папу, и надеялся, что он вернется и они заживут счастливо и дружно. Вместе. Но теперь Ала нет, и мамы тоже. Есть только Рой, Уинри, Линг, семья Хьюз - важные для него люди. Но не отец.       И теперь Хоэнхайм стоит у ворот школы. Почти совсем не изменившийся - длинные светлые волосы, собранные в низкий хвост, немного потрёпанный костюм, глаза, скрытые за стёклами очков, неопрятная борода. Он стоит и выглядывает две светлые макушки его сыновей, но их не видно. Старик уже отчаялся их найти, и собирался уходить, как увидел его - Эдварда. Его сын исхудал, пропали пухлые щёчки, кожа почти просвечивала - настолько была бледна. Хоэнхайм подобрался, выпрямился и стал ждать, когда Эд подойдёт.       Эдвард шёл по двору школы, а рядом с ним переругивались Уинри и Линг. С первого дня Линга Яо в школе, атмосфера изменилась. Этот парень невероятно весёлый, любит пошутить, но и серьёзным он способен быть. С первого взгляда так и не скажешь, что он может отлично учиться, раздолбай раздолбаем. Уинри часто с ним спорит, и это выглядит так естественно и уютно, что Эдвард невольно вспоминает, как он спорил с Алом по бытовым вопросам. Ему нравилось наблюдать за этой парочкой, омега был уверен, что когда-нибудь они будут вместе. И вот сейчас на его лице играла лёгкая улыбка, а в глазах была такая нежность, которую он не показывал посторонним.       - Здравствуй, Эд - раздалось со стороны ворот. Эдвард сразу узнал этот голос. Ему не нужно было поднимать взгляд, чтобы понять кто это. Но все-таки он оторвал взор от переругивающейся парочки и посмотрел на человека, окликнувшего его.       - Че ты здесь забыл, хрен старый? - грубо отозвался омега. Весь его вид говорил о том, как он не рад этой встрече. Из глаз пропала теплота и нежность, на их место пришли холод и ненависть. Услышав такой грубый вопрос от Эда, Линг и Уинри сразу замолчали и перевели взгляды на человека, так разозлившего их друга просто своим появлением.       - Эд, почему так грубо? Я же твой отец - растерянно и печально спросил Хоэнхайм. Было заметно как он расстроен, весь его вид говорил об этом. Ссутулившиеся плечи, опущенные руки, уголки губ тянутся вниз - вид побитого человека.       - Ты мне не отец. Отцы не бросают свою семью на много лет - прошипел омега.       - Прости меня, Эд. Но так было нужно... - тихо ответил старший блондин. - А где Альфонс? Вы же всегда вместе?       Этот вопрос снёс у омеги все тормоза. Вся его уравновешенность, которой он добился благодаря разговорам с Грейсией на сеансах терапии, в момент испарилась.       - Да как ты вообще можешь так просто появиться и говорить, что ты мой отец?! Ты шлялся почти десять лет не пойми где! Мама всегда ждала тебя, надеялась, что ты вернешься! Но ты не приходил! Она умерла, но ты и тогда не вернулся! - надрывая голос кричал омега и размахивал руками, в его глазах начала скапливаться влага, размывая лицо человека напротив. - Нас отдали в детдом!! Мы с Алом сами о себе заботились! Я защищал его! Не ты! Но и его я не смог защитить, он мертв, как и мама... - всхлипнул омега, опустив голову. По его щекам стекали дорожки слёз, а руки были сжаты в кулаки так сильно, что дрожали.       - Ты должен был защищать нас, ты был нашим отцом. Но ты ушёл, поэтому не смей называть себя моим папой - почти прорычал омега с ненавистью смотря на опешившего мужчину.       Линг и Уинри стояли в стороне и не смели вмешиваться. Они понимали, что ничем не помогут, только остановят Эда от рукоприкладства.       В этот момент мужчина стоял ни жив, ни мёртв. Он не мог поверить в услышанное. Ведь он специально ушёл, чтобы защитить их. Чтобы не подвергать опасности. Но дорогие ему люди всё равно ушли из мира живых. И тот человек не приложил к этому руку. Хоэнхайм специально не узнавал, как живёт Триша с детьми, чтобы в случае чего он не мог сказать, где они. И все же он не уберёг их. Теперь он с болью смотрит на сына, ненавидящего его, потерявшего всех.       Мужчина хотел подойти и обнять омегу, но его остановил голос с тревогой окликнувший молодого парня.       - Эдвард!       К омеге выскочил из машины взрослый альфа. Не замечая ничего он подхватил парня на руки и прижал к себе. Эд, словно кутёнок, уткнулся в шею Роя, обняв руками за неё же. Концентрированный запах феромона его альфы успокаивал и дарил чувство безопасности. А руки, так крепко его обнимающие, давали понять, что он не один, ему есть на кого положиться, есть человек, который защитит его.       - Вы кто такой? - холодно спросил альфа, смотря своими невозможно синими глазами прямо в душу человека напротив.       - Я... - дыхание сбилось, ком в горле не позволил закончить. А из глаз тихо потекли слёзы. - Я Ван Хоэхайм - отец Эда.       Рой не ожидал такого поворота. Он взглянул на злого как чёрт и плачущего омегу и решил отвезти его домой и успокоить. Мужчина посмотрел на друзей парня и отправил их домой. По телефону сообщил Ризе, чтобы отвезла новоявленного папашу его мальчика в место, где они потом смогут поговорить.       - Эд, малыш, пойдём домой - с улыбкой на лице проговорил альфа, подхватив блондина на руки, и пошёл к машине. Омега только жался к старшему, тихонько всхлипывая. А мужчина в этот момент не мог ничего, кроме как прижимать тело своей пары к себе и успокаивать запахом. Поговорить они успеют. &&&       - Ну, рассказывайте. - Без расшаркиваний начал Мустанг, серьёзно смотря в золотые глаза напротив. Альфа с золотыми волосами лишь вздохнул и начал свой рассказ.        - Молодость у меня была бурная и опасная. Как бывает, связался с нехорошей компанией, которая вскоре переросла в мафиозную группу. Я этого момента не застал, потому что встретил Тришу - мою пару. С ней мы уехали и создали семью. Но через несколько лет меня нашёл мой старый "друг" - это слово альфа выделил так, что было понятно вовсе не друг.        - Он искал меня очень долго. Ведь у меня есть знания. Он тогда начинал заниматься наркотиками, а я ему был нужен для выведения новой формулы. Он стал угрожать Трише и детям. Я не мог поступить иначе. Мне пришлось уйти с ним. Вскоре я сбежал и не вернулся к семье. Хотел защитить. Но видимо у меня это не получилось - подавленно закончил мужчина.       - Что ж, прошлого не изменить. Эдвард мой Истинный, и как вы понимаете, я далеко не обычный добропорядочный гражданин - черноволосый альфа сверлил тяжёлым взглядом собеседника. Хоэнхайм лишь тяжело кивнул, понимая, что да - не уберёг, не защитил.       - Я покажу вам могилу вашей жены и младшего сына. А Эду нужно время. - Продолжил мафиози.       - Спасибо...       Мужчины встали со своих мест и пошли на выход. &&&       - Братик, что случилось? - взволнованно спросила девочка, сидя на коленях плачущего подростка. Светлые волосы занавесом закрывали лицо, руки вцепились в Элисию, как утопающий в бревно. слёзы скатывались по щекам, а рыдания уже невозможно было сдерживать, поэтому уже в следующую минуту на всю комнату раздался вой раненого зверя. Элисия начала нервничать, у нее у самой глаза на мокром месте стали. Но её истерику предотвратила вбежавшая в комнату мать ребёнка. Женщина заключила детей в объятья, начиная укачивать и напевать колыбельную. Грейсия давала парню возможность выплакаться, выплеснуть наконец обиду на отца, чего она долгое время не могла добиться в процессе сеансов психотерапии. Сейчас же все хорошо, вкоре Эдварду станет легче.       Спустя полчаса Эд уже перестал рыдать, лишь апатичные слёзы текли из глаз, а мысли перестали гневно путаться в голове, создавая какофонию и кашу. Теперь была блаженная тишина и спокойствие. Пришло понимание - чему бывать, того не миновать. Жизнь продолжается, и Эд продолжит жить и строить счастье. Когда-нибудь омега простит своего отца.