defeated — побеждённый

  Мужчина в светлых одеяниях медленно шёл вдоль узкой оживленной улицы. Он подошёл к небольшому зданию и осмотрелся. Дорогу освещали бумажные фонари, развешанные  перед домами. Вход в местный идзакая[1] был увешан множеством ярких листовок и горящими красным тётинами[2]. Лица многих прохожих выглядели подозрительно, некоторые открыто выпивали посреди улицы, прикладываясь к бутылкам и неуверенно шагая по грязи, громко смеясь и открыто глазея на женщин. Люди вокруг что-то активно обсуждали, не страшась надвигающейся ночи, будто демоны для них – всего лишь пугающая шутка. Прислушиваясь к болтовне прохожих, мужчина прошёл дальше по улице, осматриваясь и заглядывая в каждый закоулок. [1] Идзакая – тип японского неформального питейного заведения, где посетители могут выпить. [2] Тётин – бумажный фонарь. – Взгляни, – шептал человек рядом, – Неужели это Безликий скиталец? – Снова за своё, Садао? Прекращай врать, – вспылил его собеседник, – В наших краях не водятся те, за кем охотится Безликий. Здешние демоны – легкая добыча для него. – Да нет же, смотри, – он осторожно кивнул в сторону Безликого, – Видишь, у него такая же маска..! – Садао, – вздохнул мужчина, – Такие сувенирные маски продаются в каждом ларьке. Это ведь Безликий! – А что скажешь на счёт той белой кисточки на сая[3]?Такие делали только на хребте Шоджики, а Скиталец именно оттуда! [3] Сая – ножны. – А вот это уже верно..! – закивал другой, – Тогда пойдём, не горю желанием попасться ему на глаза. Двое мужчин отошли от небольшого магазинчика и, что-то громко обсуждая, скрылись в переулке. Скиталец на миг остановился и посмотрел им в след. Кожа его была необычайно бледна, даже для этих краев. Левую руку, полностью облаченную в тонкую белую ткань, мужчина неотрывно держал на рукояти меча, а открытую правую руку завёл за спину. Белые бинты, полностью обтягивающие предплечья, натирали кожу. Безликий проходил мимо магазинчиков, уходя все дальше, к выходу из деревни. А гул все не прекращался, разве что время от времени становился неслышным, когда Безликий с головой погружался в раздумья. Полы его белого хаори слегка развевались по ветру, а длинные чёрные волосы струились за спиной. Он был воплощением пугающей элегантности. Безликий прошёлся по округе ещё раз и вернулся к небольшому поселению в горах. Там было чересчур тихо и темно. Никто не выходил из домов, не зажигал праздничных фонарей, как деревенские у подножия. Здешние люди боялись демонов. Они могли спокойно жить лишь тогда, когда здесь оставался прославленный охотник на демонов или его ученики, но все же соблюдали режим даже в их присутствии. Они старались всячески помочь начинающим охотникам, лишь бы не жить в страхе. Для всякого здешнего жителя было честью предложить таким людям место для ночлега. – Хайбоку-сэмпай[4]! – к Безликому подбежал высокий парниша лет двадцати и улыбнулся, – Рику-сенсей[5] сказал, что вы вернётесь только завтра. Значит, слухи про обитающего в той деревне óни[6] были ложью? [4] Имя Хайбоку (敗北) означает «терпеть поражение», «проигравший». [5] Имя Рику (陸) означает «суша», «земля». [6] Óни – человекоподобные демоны. – Да, óни, скорее всего, скрылся задолго до того, как я пришёл, – ответил мужчина, – Такаши[7], тебе стоит отдыхать, мы скоро выдвигаемся на гору Оминэ. Местные жалуются на множество обитающих там цутигумо[8]. [7] Имя Такаши (隆) означает «похвально». [8] Цутигумо – гигантские пауки. – Хорошо, Хайбоку-сэмпай! Я вас понял! – он резко развернулся и уже было собрался уйти, но остановился, – Мне предупредить Рику-сенсея о завтрашнем походе? – Не стоит, я сам с этим разберусь, – он потрепал Такаши по голове и пошёл в сторону небольшого минка[9], находившегося в начале улочки. [9] Минка – традиционный японский дом. На улице было темно, дорогу к дому освещал лишь слабый свет луны. – Сенсей? – Хайбоку постучал по старой деревянной перекладине, – Это ваш старший ученик. Он отодвинул сёдзи[10] и вошёл. В помещении пахло благовониями и сухим пергаментом, здесь практически отсутствовало освещение; только слабый лунный свет. На футоне, посреди просторной комнаты лежал старик. У него были седые волосы, собранные в небрежный пучок и аккуратные белые усы. В уголках его глаз уже залегли глубоки морщины. Он спокойно лежал и смотрел в потолок, не обращая никакого внимания на старшего ученика. [10] Сёдзи – дверь, состоящая из прозрачной/полупрозрачной бумаги, которая крепится к деревянной раме. – Ты сегодня поздно, Хайбоку, – старик поднялся, – Нашёл то, за чем прибыл сюда? – Нет, сенсей, – он покачал головой и подошёл ближе к учителю, – След демонов Рю в той деревне был старым, они уже далеко отсюда. – Что ж, – Рику нахмурился и начал медленно потирать пальцами усы, – Тогда, я думаю, тебе известно, что нужно стоит делать дальше. – Верно, сенсей, – Хайбоку отошёл обратно к входу, – Я, Такаши и двое юных учеников завтра утром отправляемся на гору Оминэ – устранить Кумó[11]. [11] Кумó (蜘蛛) фактически означает «паук». Старик одобрительно покачал головой кротко улыбнулся и лёг обратно, давая понять, что разговор окончен. – Доброй ночи, Рику-сенсей, – Безликий быстро поклонился и вышел. На другой стороне небольшой улочки, под раскидистым деревом, стоял парень, он нервно осматривался вокруг и судорожно сжимал в руке край фиолетового хаори. Немного медля, парень подошёл к маленькому домику. – Ютака-кун [12]! – он зашёл в комнату, – Хайбоку-сэмпай велел собраться с рассветом возле входа в поселение. [12] Ютака (裕) означает «богатый/процветающий» Парень, лежащий на футоне, возмущено простонал и повернулся к потревожившему его юноше. – Но ведь сейчас ещё ночь, – Ютака открыл глаза и сонно оглянулся, – Я уверен, что до рассвета ещё много времени. – Нам нужно собраться. Или ты хочешь опоздать и потом опозориться перед сэмпаем? – Хироки[13] подошел к товарищу и присел рядом, – Мы ведь первый раз идём вместе с ним на ловлю цутигумо! Если он нас похвалит – все в Долине обзавидуются! И Коуфуку наконец-то перестанет нас задирать! [13] Хироки (弘树) означает «сила». – Говори тише, мы в комнате не одни! – шикнул Ютака, – Не все равно ли тебе на Коуфуку? – он потёр рукой шею, – Сэмпай говорил, что нужно брать? Хироки замолчал и задумчиво почесал затылок. Он осмотрелся, будто пытался наткнуться взглядом на нужные вещи. На полу повсюду валялись рукописи, скомканные листы, со множеством иероглифов и старые книги. Лишь рядом со спальным местом Ютаки было чисто и убрано. – Оружие и мешочки с целебными травами, – шепотом начал парень, – Можешь взять защитные талисманы, Хайбоку-сэмпай говорил, что на горе будет опасно. Ютака поднялся и тяжело вздохнул. Он оделся, закрепил сая с катаной на поясе, туда же повесил небольшой мешочек с травами и талисманами, затем надел темно-зеленое хаори. Хироки, уже давно собранный, стоял на выходе из комнаты и покорно ждал друга. На нем красовалось фиолетовое хаори, с вышитым на спине желтым монсё[14], чем то похожим на глаз. Он лениво держал левую руку на рукояти катаны и, казалось, дремал, оперевшись правым плечом на деревянную раму. [14] Монсё – фамильный герб. – Эй, Хироки-кун, – Ютака дернул парня за руку, – Уже светает, нужно идти. Парень дернулся, нахмурил брови и открыл глаза. Левая рука соскользнула с рукояти меча и повисла вдоль тела. Хироки встряхнул головой и расправил плечи. На улице по-прежнему царила тишина, невзирая на первые забрезжившие на горизонте признаки рассвета. Двое юношей шли по пыльной дороге и думали, как им нужно вести себя в присутствии Безликого Скитальца. До этого дня они лишь пару раз пересекались в Долине, когда учителя набирали учеников и на собраниях, которые устраивал Рику-сенсей. Если судить по внешнему виду, то Безликий казался нелюдимым, немногословным, серьезным и немного злым. Каким он был на самом деле знали лишь близкие ему люди. – Предлагаю действовать по ситуации, – задумчиво произнёс Ютака. Хироки в ответ уверенно закивал головой, соглашаясь с другом. Им на встречу шли двое людей. Один из них – Безликий. Он был одет в привычные белые одежды, его лицо скрывала такая же белая маска, на которой были нарисованы перечёркнутые, словно шрамами, глаза, с вытянутыми уголками и двумя красноватыми точками снизу. Скиталец шёл ровно, держа спину, но казалось, будто он плыл по воздуху, стремительно приближаясь к паре юношей. Второй же человек – Такаши. В жёлтом хаори с оранжевыми полосами, он шёл рядом со Скитальцем и что-то очень быстро говорил. Хайбоку, видимо, уставший терпеть эти бессмысленные разговоры, резко поднял левую руку, приказывая Такаши замолчать. Безликий подошёл ближе и двое юношей напротив поклонились. – Слушайте меня внимательно, – строго начал он, – К большим особям не лезть, в случае ранения – героев из себя не строить, вы должны предупредить меня, а после позаботиться о ране, – он остановился, а затем указал рукой на Такаши, – Его не слушать, только игнорировать. Ютака, будучи не таким впечатлительным, как Хироки, быстрее пришёл в себя и закивал. Хироки же, в упор глядя на Скитальца восхищенными глазами, даже не вслушивался в его слова. Перед ним стоял его кумир, человек, который являлся живым примером для подражания с малых лет. Кто бы не засмотрелся на него? – Эй, Хироки-кун! – шикнул Ютака и ударил локтем по рёбрам друга. Парень, будто очнувшись ото сна, дернулся и уверенно закивал, даже не понимая, что от него требуют. Затем возмущённо посмотрел на Ютаку, медленно потирая место удара. – Приношу свои извинения, Хайбоку-сэмпай, – парень поклонился и замер, – Этого больше не повториться.   Хайбоку раздраженно дёрнул плечом и недовольно фыркнул, разворачиваясь. Он уже успел пожалеть, что позвал с собой этих детей. Они слишком наивные и, скорее всего, не обладают опытом в боях с демонами. – К полудню мы уже будем у горы, – он прошёл мимо деревянных ворот, остановился и, не поворачивая головы, спросил, – И чего вы встали? Такаши, следи за ними, боюсь, они могут потеряться.   Такаши растерянно закивал и побежал следом за Скитальцем, таща за собой двух подростков. – Ведите себя тихо и старайтесь всегда реагировать на его слова, не имеет значения как, главное реагируйте, – шептал Такаши, закинув свои руки на плечи мальчишек, – Он лично выбрал вас, поэтому ведите себя хорошо и больше не плошайте, – парень широко улыбнулся и забавно цокнул языком.   Трое юношей кое-как поспевали за мужчиной в белом. Хироки переставлял ноги медленно, в каждом  его движении чувствовалась неуверенность, он чересчур сильно сжимал рукоять оружия, словно пытался набраться мужества у холодной стали. Ютака шёл быстро и, казалось, уже сам тащил за собой двух парней. Он задумчиво глядел на пыльную дорогу перед собой. Справа, перед лесом, на заросшей травой пространстве, в беспорядке росли кустарники, одинокие деревья, виднелись маленькие овраги, заполненные грязью, и тропинки, потоптанные зверьём и людьми. – А почему Хайбоку-сэмпай носит маску? Да ещё и такую жуткую. Он некрасив? – вдруг резко заговорил Хироки. – Ох, нет же, он очень красив, – шепотом отвечал Такаши, – Но тебе, все же, стоит задавать вопросы самому Хайбоку-сэмпаю.   Воодушевленный этой идеей Хироки, уже было хотел заговорить с Безликим, но Ютака вовремя закрыл его рот рукой, притягивая к себе. – С ума сошёл? – он зло посмотрел на друга, – Хайбоку-сэмпай сказал нам игнорировать Такаши-сана и не слушать его! – Мне немного обидно, Ютака-кун, – жалобно протянул парень позади и улыбнулся, – Я ведь хотел помочь вам.   Парень в зеленом хаори гордо вздернул голову и ушёл дальше, догоняя Безликого. Он спрашивал его о разных вещах про демонов, на что Хайбоку отвечал короткими и сухими предложениями. Из-за маски на его лице, сложно было понять, какие эмоции он испытывает. Это, скорее всего, было самым тяжёлым в общении с Безликим. Его вечные короткие фразы не были как таковыми ответами; каждый, кто спрашивал Скитальца о чём-то, что их интересовало, после получал что-то расплывчатое и непонятное в качестве ответа. Хайбоку никогда и не горел желанием помогать людям, ведь, обычно, в замен он не получал даже простых слов благодарности. Безликий преследовал и убивал демонов только из-за личной выгоды. Ближе к полудню четверо охотников приблизились к подножию невысокой горы, как и говорил Безликий. Вокруг было ярко-голубое небо с белыми островками облаков и густой темный лес. Солнце стояло уже высоко, прямо над вершиной горы, и воздух в долине потихоньку становился теплее. Впечатлительный парень в фиолетовом хаори с блеском в глазах осматривал местность, а Такаши, коему велено было следить за молодыми учениками, словно собачка ходил за Хироки. Такаши с грустью смотрел на Безликого и Ютаку, которые бродили по округе и выискивали следы здешних цутигумо. – Эй, Хироки, мы сюда не бабочками пришли любоваться, – Такаши грубо потянул на себя подростка, отрывая его от разглядывания насекомых, – Хайбоку-сэмпай, вероятно, уже вышел на след цутигумо. Нам нужно идти. Они вдвоём подошли к мужчине в белом и покорно стали ждать указаний. – Они здесь. И Кумó тоже, – Хайбоку повернул голову к лесу и сжал левой рукой рукоять катаны, – Здесь примерно два десятка особей. Не так уж много, но и не мало, расслабляться не советую, как и забывать про силу Кумо. – Он настолько опасен? – Ютака нахмурил брови. – Не сказать, что это так, – он тяжко вздохнул, – Кумо разумен и он занимают лидирующую позицию среди особей стаи цутигумо, и поэтому его принято считать опасным. Но так как вы – дети, вам не стоит его недооценивать. – Считайте его вашим сегодняшним врагом, – в разговор вмешался Такаши, – Вы должны попытаться уничтожить его. Казалось, Безликий одобрительно ухмыльнулся, но белая маска показывала лишь безразличный и холодный взгляд белых глаз. Хайбоку, не дожидаясь реакции в ответ от младших учеников, развернулся и махнул им рукой, приказывая идти за ним. Трое мальчишек медленно продвигались глубоко в лес, следуя лишь за белым силуэтом. Вокруг было тихо, несмотря на середину дня. Слышались только редкие шорохи маленьких животных в кустах и тихое журчание речных вод за лесом. Высокие и массивные деревья, которые перекрывали солнечный цвет, казалось, давили на подростков. А темнота, создаваемая ими, вгоняла в тихий страх. Чем дальше они продвигались вглубь леса, тем сильнее становилась неуверенность младших учеников. Хироки вцепился правой рукой в рукоять меча, он был готов отразить нападение демонов в любой момент. Так же поступил и Такаши. Хоть он и не в первый раз идёт охотится на цутигумо, темнота вокруг все равно заставляла его невольно сомневаться в своей силе и способностях. Все трое надеялись только на помощь и поддержку Хайбоку-сэмпая, словно он был их мамой. – Я чувствую, Кумо где-то поблизости, будьте осторожны, – Безликий сжал левую руку и бинты на ней криво натянулись, – Он может с вами заговорить, но не слушайте его. Старайтесь нанести ему как можно больше увечий. Туман вокруг медленно плотными слоями оседал и становился сверкающей пылью на паутине, развешанной здесь гигантскими пауками, росой на траве, по которой медленно шли четыре пары ног. Вдруг сзади послышался громкий шорох. Такаши и Ютака медленно оглянулись и увидели, как огромный паук, размером с деревянную повозку, мягко подкрадывался к ним. Такаши ринулся на демона, уверенно держа в руках оружие, и начал наносить ему мощные удары, не особо заботясь об их точности. Он резко остановился. Хищник, лежащий брюхом на земле, издавал хлюпающие звуки и пытался подняться, шевеля всеми восемью конечностями. Такаши достал из поясного мешочка два чёрных сверкающих камня, стукнул ими друг об друга, и поочередно кинул в паука. Плоть цутигумо загорелась и в тот же момент погасла. Теперь на земле лежала куча неприятно пахнущей коричневой пыли. – Обязательно ли их сжигать? – Ютака подошёл к месту, где только что лежал паук. – Если вы уверены, что особь мертва, то нет, – Такаши отряхнул одежду, – Но если он все ещё двигается, то сжечь его – лучшее решение. – Они могут использовать паутину как оружие? – Хироки намотал белые нити на ветку и внимательно рассматривал их. – На это способен только Кумó, – ответил Хайбоку, – Но я не исключаю факт, что и другие особи могут использовать её в качестве оружия.   Со всех сторон слышались тихие постукивания по дереву, шелест листьев и звуки бьющихся камней. Младшие ученики начали оборачиваться. Отовсюду на них смотрело множество сверкающих желтых глаз. Мерзкие гигантские пауки заметили их и неотвратимо двигались в их сторону, противно шевеля жвалами и подрагивая передними лапками, предвкушая грядущее пиршество. Как и говорил Безликий, их тут было примерно двадцать особей, не больше. С высокого дерева, на блестящей белой паутине, спустился огромный паук и медленно пополз к людям, разглядывая их своими оранжевыми, круглыми, словно бусины, глазами. – Я сожру тебя первым, мой непрошеный гость, – Кумó внимательно рассматривал Такаши, – Вы двое, – он посмотрел на подростков, – будете кормом для моих товарищей. А ты, наблюдатель, – паук обратился к Безликому, – умрешь последним. Кумо подполз к последнему и аккуратно осмотрел его, не приближаясь слишком близко. Его мерзкие оранжевые глаза рыскали в поисках чего-то интересного. – Надо же, – снова начал паук, – Наш четвёртый гость прямиком с хребта Честности, – казалось, он улыбался, – Сюда редко забредают такие личности, как ты, Безликий... – Довольно, – рявкнул Хайбоку, обнажая меч. Тварь ещё несколько секунд осматривала присутствующих, после чего остановив свой взгляд на находящемся ближе всего к ней охотнике, кинулась на него. За Кумо повторили и оставшиеся особи. Правая рука Безликого, опущенная вниз, держала длинный меч с узким тонким лезвием. Буквально в следующее мгновение он ухватился за рукоять обоими руками и вздёрнул меч вверх, рассекая воздух. Острое лезвие вошло глубоко, паучья плоть не была великим препятствием для наточенного железа, и тот час вниз по клинку потекли первые струи тёмной коричневой крови. Кумо отпрыгнул от противника. Запинаясь о собственные ноги, он отошёл дальше, теперь рассматривая детей. Его внимание привлёк Хироки, уверенно державший в обеих руках катану. Прямо рядом с ним лежало паучье тело, с притянутыми к брюху лапками. – Хироки! – вскрикнул Ютака, бросаясь к нему за спину. Прямо на него неслась восьминогая тварь, шевеля волосатыми лапами. Клинок в руках подростка рассек плоть и перед ним упало ещё живое паучье тело. Парень достал два камня из мешочка, легонько стукнул их друг об друга и бросил в паука. Его тело вмиг загорелось, превращаясь затем в пыль. Кумо раздраженно наблюдал за развернувшейся перед ним картиной. Он осматривал тела умерших цутигумо, гневно шевеля жвалами. Количество оставшихся особей не превышало и десятка.   Сама возможность проигрыша кому-то с дрянного хребта Честности, оскорбляет, возмущает этих тварей и вызывает агрессию, подавить которую сейчас можно лишь смертью Скитальца. Для них «выходцы Честности» были словно наказанием за гордость и восхваление своей силы.   В двух местах снова на миг вспыхнул огонь. Разгневанный смертью своих сородичей, раненый Кумо собирался кинуться на охотника, стоявшего ближе всех – Ютаку. Парень кое-как справлялся с нападающей на него парой цутигумо, успевая только уворачиваться от их атак. Гигантский паук забрался на высокое дерево, переодически соскальзывая с веток из-за ранений, и стал выжидать нужного момента для нападения. Его оранжевые глаза блестели в предвкушении смерти мальчишки.   Ютака замахнулся на небольшого паука, но руки, крепко державшие меч, задрожали. Широкое лезвие вошло совсем рядом в землю и в его отражении Кумо увидел испуганное лицо парня. Оба цутигумо, с которыми бился Ютака, в момент напали на него, нанося удары своими лапами. Тело младшего ученика было отброшено к дальнему дереву. – Ютака! – воскликнул Такаши, подбегая к мальчишке, – Сэмпай, его ранили!   Хироки и Хайбоку встали перед Такаши и младшим учеником, защищая их от оставшихся трёх особей. Безликий ринулся вперёд, задевая оставшихся цутигумо острым тонким лезвием. – Камни! – рявкнул Хироки, поворачивая голову назад.   Такаши потянул трясущуюся руку к поясу, достал из мешочка шесть чёрных камней и кинул их младшему ученику.   Снова вспыхнул огонь и запахло гнилью. – Они были последними, – вздохнул Хироки, сваливаясь на землю. – Нет, Кумó жив, но он скрылся, – спокойно сказал Безликий. Он достал тряпку из-за пояса и аккуратно вытер оружие. – Останемся у подножия горы на пару часов, пока Ютаке не станет лучше. Главное, убраться из леса до заката. – Ютака-кун? – к мальчишке подошёл Хироки и легонько ударил его по щекам, – Идти можешь? – Я его понесу, все нормально, – Такаши убрал руки младшего ученика с лица Ютаки. Он подхватил парня за талию и положил его левую руку себе за шею. Ютака простонал тихое «я могу сам», но тут же потерял сознание. – Выйдем из леса и я сделаю мазь, – Хайбоку посмотрел по сторонам и убрал катану в ножны, – Нужно быстрее идти, за мной. Они шли долго, примерно час, и никто уже не мог сказать точно где именно, разве что Безликий. Чем дальше они шли, тем сильнее давила на них зловещая атмосфера леса, страх и усталость. Хироки плелся позади всех, продолжая осматривать местность на наличие демонов. Смутное очертание горной вершины маячило сквозь деревья и туман, сгустившийся в низинах. Тропа, по которой они шли, вскоре перешла в более широкую дорожку, это означало, что скоро они покинут темный лес. И впрямь, спустя десять минут четверо охотников вышли к подножию горы. Неподалёку был глубокий овраг, заполненный болотной водой. – Этого болота не было, когда мы заходили в лес, – начал Хироки, подходя ближе к оврагу. – Мы вышли с другой стороны, ближе к городу, – Безликий остановился возле большого валуна, – Такаши, посади сюда Ютаку. Хироку, найди чистой воды, здесь река неподалёку. Оба парня послушались указа сэмпая. Скиталец тем временем снял с пояса небольшой мешочек с сухими травами и достал оттуда маленькую пиалу. Он высыпал в посуду нужные травы, перетер их и поставил возле себя. – Осмотри его. Хайбоку достал из-за пазухи чистую тряпку и разорвал её на длинные широкие лоскуты.   Через пару минут прибежал Хироки, держа в руках небольшую бутылку с чистой водой. Безликий поднял с земли пиалу с растертыми травами и добавил пару капель воды. – Остальное дашь Ютаке выпить, после того, как он очнётся. – Хайбоку-сэмпай, у него большая ссадина на спине и затылке и рана на левом боку, – к Безликому подошёл Такаши, – Должен скоро придти в себя. – Хорошо, спасибо.   Скиталец подошёл к мальчишке и развернул его спиной к себе, снимая с него одежду, пропитавшуюся кровью.  Он взял пальцами немного мази и аккуратно начал втирать её в раненную спину, накладывая затем лоскуты ткани. – Есть ткань подлиннее? Нужно перебинтовать бок.   Такаши скинул с себя хаори, развязал пояс и отдал его сэмпаю.   Хайбоку взял побольше мази и прикоснулся к ране, оставляя там зеленоватую лечебную слизь. Ютака дернулся и издал тихий болезненный стон. – Он очнулся? – Хироки резко присел рядом.   Безликий покачал головой, перебинтовывая рану. Когда со спиной и головой было покончено, он хотел заново накинуть на парня темно-зеленую одежду, но Такаши сунул ему свою чистую верхнюю накидку. Скиталец кивнул и принял её, кутая Ютаку в оранжевую ткань.   Хироки развёл костёр и все четверо уселись вокруг него. Раненый Ютака сидел между Такаши и лучшим другом, склонив голову на плечо первого. – Ждём, когда он очнётся и возвращаемся, – Хайбоку сел напротив троих парней и устало вздохнул.   Маска на его лице была покрыта пятнами тёмной паучьей крови, но все так же оставалась целой. Даже не глядя на его лицо, можно было понять, что он взволнован. Безликий редко брал с собой кого-то на охоту, а младших учеников так вообще никогда. И вот, когда он все таки решился, один из мальчишек был ранен и находился без сознания больше часа. – Хайбоку-сэмпай, зачем вы носите такую жуткую маску? – Хироки воспользовался бессознательным состоянием друга и наконец задал вопрос, терзающий его с начала дня. Ему казалось, что Безликий сейчас вспылит и скажет не лезть ему не в своё дело. – Потому что мое лицо покрыто отвратительными шрамами, – к удивлению, спокойно отвечал он, копаясь длинной палкой в костре.   Такаши издал тихий смешок, услышав слова первого старшего ученика. Хироки непонимающе взглянул на него, теперь сомневаясь в достоверности слов Безликого. Хайбоку недовольно вздохнул. – Это лишь предосторожность, – тихо говорил Скиталец, – Но на счёт шрамов я не врал.   Хироки понимающе закивал и надолго замолчал, опуская голову вниз. Его дыхание постепенно выравнивалось – он засыпал.   Безликий зарекся не брать с собой детей, только Такаши. Да, мальцы не проявляли страха во время схватки с цутигумо и не просили сэмпая о помощи, пытаясь убить огромных пауков своими силами. Но смотря на их обессиленное состояние сейчас, Безликому становилось до боли в сердце грустно, ведь он не уберёг их от опасности. Хайбоку понятия не имел, что бы делал, если бы кто-то из них умер. – Выглядите так, будто кого-то похоронили, – сзади трёх мальчишек раздался голос и на валун облокотился мужчина, внимательно рассматривая фигуру в белом перед собой.   Такаши чуть дернулся, пытаясь встать, но потом сел обратно, вспоминая, что на нем лежит раненый. – Кто вы?   Такаши обернулся и увидел высокого человека, с собранными в аккуратный пучок чёрными волосами. Он был симпатичным на лицо и носил чёрные одежды с позолоченными вставками. Этот мужчина улыбнулся и на время замолк, придумывая что-то стоящее. – Местный городской шут. Меня зовут Матсури[15], а вас? – мужчина все так же улыбался, упираясь взглядом в левую руку Безликого. [15] Матсури (祭) означает «праздник». – Фуручи[16] Хайбоку, – машинально ответил он, – Быть может вы скажете своё настоящее имя? – Безликий убрал свои руки за спину, – К чему шуту ходить вооруженным? [16] Фуручи (古血) – «нечистая кровь». – Я скажу вам своё настоящее имя после того, как это сделаете вы, – Матсури широко улыбнулся, – Вы ведь выходец Честности, не думаю, что там обучаются люди с таким именем. – Я назвал вам своё настоящее имя, – огрызнулся Фуручи.   Хайбоку прожигал взглядом лицо незнакомца, смутно казавшееся ему знакомым. Раз «Матсури» не увидел в нем Безликого Скитальца, но упомянул хребет Честности, значит простым шутом он не был. Или, возможно, был им, шутом-сплетником, развлекающим людей, и знал все, что происходит в городе. – А как зовут этих трёх? – он сел на валун и посмотрел вниз на учеников, – Ох, один из них спит, прошу прощения, – он легонько поклонился. – Я Оокимэ[17] Хироки, – пробубнил сонно парень. [17] Оокимэ – «большой глаз».   Мужчина улыбнулся и выжидающе посмотрел на Такаши, будто требуя чтобы он сказал своё имя. Но тот молчал, задумчиво хмуря брови. Безликий посмотрел на него и почти незаметно кивнул, намекая и дальше не говорить имя. – И куда же вы направлялись, Матсури? – резко сказал Хайбоку, поднимая голову, казалось, он смотрел на мужчину. – В Безмолвную деревню у подножия той горы, – он кивнул, взглядом указывая на правую сторону. – О, мы направляемся туда же! Быть может пойдём вместе? – Хироки вскочил с места и радостно обернулся, смотря на мужчину, – Оу, а откуда вы? – Я из окровавленного клана, – Матсури широко улыбнулся.    «Значит, Чидараке[18]  Матсури.» – подумал Хайбоку, оглядываясь.  Ему эта фамилия казалась очень знакомой. Может он встречал кого-то из этого клана, когда выходил в город? Или встречал кого-то в детстве? [18] Чидараке (血だらけ) «окровавленный».   Такаши незаметно для всех ударил Хироки по спине, приказывая ему замолчать и не говорить лишнего. Мальчишка кротко ойкнул и замолк. – Мы останемся здесь ещё на несколько часов, – приврал Такаши, смотря на спокойное лицо Ютаки, – Мы ждём, когда очнётся наш товарищ. – Ну, значит, встретимся в деревне, – он посмотрел на Безликого, улыбнулся и спрыгнул с валуна.   При прыжке пара украшений на поясе Матсури зазвенела и Хайбоку заметил среди них кисточку, похожую на ту, что носит на сая он сам. – Надеюсь, вы ухаживаете за своей рукой, Акихиро[19], – напоследок бросил мужчина и скрылся за холмами. [19] Акихиро (大畠) – «вечная слава».   Такаши все продолжал хмурить брови и вопросительно смотреть на сэмпая, ожидая объяснений.  – Не смотри на меня так, я понятия не имею, кто он, – Хайбоку начал массировать виски двумя пальцами, – Я встречался практически со всеми из клана Чидараки, но его вижу впервые, хоть он и кажется мне знакомым. – Вы про этого мужчину? По мне, так обычный надоедливый шут, – Хироки встал и потянулся. – Он вооружён и на поясе у него висит вот это, – Безликий коснулся пальцами левой руки белой кисточки на сая и вздохнул.   Ютака все ещё держал голову на плече Такаши, но потихоньку начал просыпаться. Хироки схватил с земли бутылку с водой, подошёл обратно к другу и сунул её в руки Такаши, мол, сам напои его. Ютака открыл глаза и попытался встать. От боли в спине и боку он вскрикнул и присел обратно, держась за руку Такаши. – Я... – он закашлял и потянулся к бутылке в руках младшего сэмпая, взял её, затем сделал пару глотков, – Я...Я в порядке. Больше никто не ранен?   Сидящий перед ним Хайбоку отрицательно покачал головой. – Тушите костёр и выдвигаемся обратно в деревню, – он встал и отряхнул одежды.   Хироки вылил оставшуюся воду на костёр. Такаши одной рукой схватил темно-зеленую накидку, а другой помогал встать Ютаке.   Ближе к полуночи они прибыли в Безмолвную деревню. Она была все так же погружена в темноту и тишину.   Такаши отнёс раненого младшего ученика к лекарю, а Хироки приказал идти отдыхать. Безликий подошёл уже к знакомому дому сенсея и легонько постучал по деревянной перекладине. – Входи, – с другой стороны сёдзи прозвучал хриплый голос. – Сенсей, – Хайбоку зашёл и поклонился, – Произошёл несчастный случай. Ютака был ранен парой цутигумо и находился без сознания около трёх часов. – Если сейчас жизни Ютаки ничего не угрожает, то все в норме, – Рику улыбнулся. – Верно, сенсей, – Хайбоку прошёл ближе и встал возле стены, – Я хотел спросить у вас на счёт учеников Честности. – Конечно, спрашивай, – он зажег благовонию и помахал ею перед собой. – Учился ли там кто-то из клана Чидараки? Рику-сенсей кротко улыбнулся и отрицательно покачал головой. – А в этой деревне останавливался человек по имени Чидараки Матсури? – Хайбоку выглядел неловко, стесняясь задавать такие вопросы сенсею. – Ох, а такой был, видел его буквально пару минут назад. Он собирался спуститься вниз, и выпить перед сном, – с лица Рику не спадала улыбка. – Хорошо, сенсей, благодарю, – он поклонился, – Если что, Ютака находится у местного лекаря, за ним смотрит Такаши-сан, – отчеканил Хайбоку и вышел, перед этим снова поклонившись. Безликий шёл к воротам и пару раз порывался сорвать с себя бесполезную маску, неспособную скрыть даже его личность. Она должна была не давать другим понять, кто находится перед ними. Скиталец позволил лишь Такаши узнать, кем он является на самом деле. Он носил её с самого появления на хребте Честности и был уверен, что больше его никто никогда не узнает. И теперь, верно, непонятный шут говорил его имя при двух учениках, которые свято верили всем словам Хайбоку. Этот Матсури поставил под удар репутацию и имя Безликого Скитальца. Глупец, не ценящий свою жизнь. Стоит ему попасться на глаза Фуручи и он будет в миг убит, но сначала Безликий узнает всё у него узнает. Хайбоку уже подошёл к местному идзакая. Там, как обычно, было много народа. В углах и над каждым столиком горел красный бумажный фонарь. Отовсюду слышался звонкий хохот. Все хотели побыстрее расслабиться после дневных и вечерних работ, выпить и поговорить с друзьями. Безликий пробежался взглядом по всей большо комнате и остановился только тогда, когда заметил чёрные одежды, с причудливыми золотыми узорами.   Когда он пробирался сквозь людей к Матсури, пьяные посетители даже не обращали на него внимания, толкая и пиная всех вокруг. Всем было пожевать, кто находится перед ними. Он остановился перед низким маленьким столиком и посмотрел на сидящего мужчину сверху вниз. – Ох, вот мы и снова встретились, – он улыбнулся и опустил руку с маленьким стаканом на стол. – Кто вы такой и откуда знаете меня? – Хайбоку сжал кулаки. – Вас все знают, вы же Безликий Скиталец, Хайбоку-сан, – мужчина продолжал по глупому улыбаться. – Вы и впрямь шут, – огрызнулся мужчина в белом, – Говорите правду, иначе я лишу вас жизни, – он обнажил клинок и приставил его кончик к горлу собеседника. Все в заведении замолкли и в страхе отступили от них. – Я думаю, вам хочется узнать всё, что произошло той ночью, верно? – он двумя пальцами отодвинул лезвие вправо, – Я единственный, кто может вам все рассказать, – снова глупая улыбка. – Так и что же вам мешать, Матсури? – злобно выпалил Хайбоку, снова приставляя лезвие к горлу мужчины. – Я расскажу вам все только тогда, когда вы назовёте мое имя. – Чидараки Матсури, – выплюнул Безликий.   Мужчина звонко рассмеялся, закидывая голову назад. Его аккуратно связанные чёрные волосы растрепались, прядями спадая на лицо. В уголках его глаз от смеха появились маленькие блестящие капли слез. Мужчина успокоился и серьезно, не переставая улыбаться, поднял голову. Его светло-карие глаза были чем-то похожи на золото, а взгляд был полностью сосредоточен на мужчине в белом. – Теперь вы претворяетесь глупцом. Акихиро, я думаю ты понял меня.