Трое в шаттле, не считая Силы

***

      Маришка растворилась, словно тень, и Асоке было показалось, что тви’лечка и вправду оказалась ее бредовой иллюзией, но стремительно заживающие бок и плечо говорили: это был не призрак.       Все еще держась за рану справа, тогрута постаралась сесть, морщась и скрипя зубами в процессе. Долг джедая неожиданно так сильно ударил по голове, что сформулировался в «Сдохну, но всех спасу! Даже гада Мола!» Сесть удалось; плечо почти перестало беспокоить, но что-то девушке подсказывало: радоваться слишком рано. Надо было еще отлежаться, а не бегать по неизвестному объекту с распоротым пузом.       Асока со стоном бессилия откинулась обратно на койку и зажмурилась. Лишь она оказалась настолько неважной для этой Иокасты, что могла спасти парней от пока не совсем понятной участи Рекса в роли «сына», и вполне понятной — Мола.       Тогрута вновь попыталась потянуться Силой к забраку, но боль отвлекала, хотя Асока довольно чётко ощущала его присутствие и, как ей казалось, довольно хреновое состояние. Она не вполне понимала, как налаженная связь с ситхом могла помочь в данной ситуации, но тот был, как минимум, старше Асоки и имел гораздо более обширный жизненный опыт. Возможно, Мол мог бы помочь банально советом, как уже делал это с Рексом в шаттле. Рекс…       К лежащей практически прикованной к койке девушке стали приходить мысли, о которых она раньше даже не задумывалась. Асока довольно смутно помнила произошедшее на челноке, но сейчас прошлые ощущения отчего-то становились все отчетливее и понятнее.       Сильные ладони Рекса словно вновь провели по ее лекку, заставляя закусить губу, приподняли за бедра, и стало очень горячо внутри. Самой Асоке в тот момент хотелось загрызть капитана с особой жестокостью или зализать до полусмерти: девушка не могла определиться, что же желала больше. Первые неловкие толчки становились уверенней с каждым разом, но чувствовалось полное отсутствие подобного опыта у клона. Почему-то захотелось проверить, что будет, если Рекс хоть немного поднатореет в этом непростом, как оказалось, деле…       Асока тряхнула головой, стараясь сбить непривычные размышления, но это не получалось. Сознание вновь и вновь возвращалось к этому вопросу.       «А если все бросить? Вот так, с размаху, подняв руку вверх и резко опустив ее вниз со словами: «Да катись оно все к хаттам!» — вдруг подумалось тогруте. — Пусть Рекс обрастает побольше, улетим куда-нибудь за Дальнее кольцо и будем жить там долго и счастливо?.. Ну, то есть, я долго, а Рекс — счастливо… — у Асоки неожиданно подступил к горлу горестный ком осознания, что капитан проживет с ней лишь половину ее жизни, тихо угаснув от банальной старости: — Захочет ли Рекс вот такой смерти? Боевой капитан, прошедший Войны клонов от первого до последнего дня, решит, что это по нему? Не думаю. Он, скорее всего, когда поймет, что стал слабеть, пустит себе разряд бластера в висок, чтобы я запомнила его молодым и сильным, а не дряхлеющим стариком. Рекс… Что же мне делать?!»       Последние слова захотелось выкрикнуть, а потом зареветь в голос. Девушка была просто не в силах сейчас контролировать эмоции, буквально вчера пройдя половое созревание и потеряв невинность с крайне неопытным партнером. Асока шмыгнула носом и утерла его ладонью.       «Хорош раскисать! — выругала себя девушка, снова шмыгнув носом, но уже с напускной суровостью. — Может, это вообще наше последнее пристанище? А вдруг Рексу понравится у этой Иокасты? По словам Маришки, она какая-то древняя ведьма, которая использует, по описанию, некую разновидность Силы, которая не используется ни ситхами, ни джедаями. Если она умеет продолжать жизнь своих «сыновей»?..»       От подобных мыслей стало еще хуже, и Асока закрыла лицо ладонями, все еще сдерживаясь от того, чтобы разреветься. Окончательно раскиснуть на фоне всего происходящего с ее головой и телом помешало неожиданное осознание того, что у нее ничего не болит. Тогрута от удивления даже расхотела плакать. Она осторожно села, но болезненных ощущений не появилось, осталось лишь легкое покалывание в боку.       «Надо бы раздобыть какую-нибудь одежду, — подумала Асока, спуская ноги к полу и кутаясь в укрывавшую ее простынь. — Моя-то вся в крови».       Тогрута обшарила все в маленьком помещении, но не нашла ничего, что годилось бы в одежду. Пришлось оторвать от простыни две длинные полоски, завернуться в нее, оставив открытыми плечи, и перевязать импровизированное «платье» выше груди и на талии, понадежнее закрепив его на теле. Двигаться было очень неудобно, так как простынь оказалась длиной в пол, но Асока и не собиралась проносить такую «одежду» слишком долго, надеясь быстро найти замену. Но подумала: если все экзотки здесь носят тряпки, как те, что она видела на тви’лечке — лучше останется голой!       «Так, с этим более или менее разобрались, — Асока потуже затянула ткань под мышками и подошла к двери, стараясь придерживать «платье», чтобы не наступить на подол; приложила левый лекку и монтралл к двери и сосредоточилась. — Теперь надо понять: есть тут еще кто или путь свободен?»       По тут сторону слышался чей-то диалог и тихое, непонятное жужжание. Тогрута потянулась Силой к говорящим, стараясь выяснить: с чем или кем ей предстоит встретиться. Поймать еще пару древних пуль в этом странном месте ей крайне не хотелось, и она решила, что действовать надо тихо и желательно скрытно.