Непростые изменения.

       Танджиро Камадо — прилежный ученик, отличник, активный участник в школьной жизни и член студенческого совета, на данный момент прогуливал физкультуру.        Чтобы было более понятно, мы вернёмся пожалуй к тому, с чего все началось. Совсем недавно он поступил в старшую школу клинка и с самого первого дня старательно следил за своей успеваемостью. Посещал все уроки, которые были в расписании, выполнял все задания, что им выдавали в классе и на дом. В каждом мероприятии принимал активное участие и, как ягодка на торте, стал членом студенческого совета. Он был идеальным учеником. Многие его уважали, ещё больше им восхищались. Ещё бы было по другому! Он единственный кто смог приструнить одного из самых изощренных бабников, Зеницу Агацуму, и самого страшного хулигана всея школы, Иноске Хашибира. Они стали его лучшими друзьями, с которыми он проводил максимум времени.        У Танджиро Камадо есть свой фанклуб, что не удивительно. Внешне Танджиро был очень привлекателен, хотя правильнее было бы выразиться безумно красив, маленьким плюсиком было его тело, которое было подтянутым из-за всех его тренировок в дзюдо и кендо. Он был умным и сообразительным. Преподаватели всех возрастов в нем души не чаяли! На каком уроке его не спроси, всегда ответит, а если учителю нужна будет помощь, то он без единой задней мысли с радостью поможет ему. В общем, любимец всей школы от мало до велико.        Вся эта история с физкультурой началась тогда, когда старый Урокодаки ушёл в отставку. Тогда к ним пришёл его внук, на освободившееся место учителя физической культуры, Гию Томиока. После уроков, через неделю после отставки Урокодаки, классный руководитель привёл молодого мужчину на классный час, чтобы представить его ребятам. Тогда-то, когда Томиока зашёл в класс, сердце Танджиро на мгновение замерло, а потом снова застучало у него в груди с удвоенной силой.        Гию Томиока казался совершенством. Богом спустившимся с небес. Его лицо и его тело будто сделаны искусным мастером. Холодная отчужденная статуя. Его взгляд проникал в самое сердце и будто бы читал Танджиро, как открытую книгу. Его строгий вид не затмевала неряшливая физкультурная форма. А когда он заговорил… В свои 17 лет, Танджиро Камадо впервые влюбился.        По окончанию занятий в клубе, Танджиро встретился со своими друзьями в кафе неподалёку. Он рассказал им про нового учителя (каждый из троицы был в разных классах и, с некоторыми, новый физрук ещё не успел познакомится) и про то, что он влюбился. Первые пару минут висела гробовая тишина, а потом друзья зашлись в громогласном хохоте. Посетители этого кафе начали недовольно коситься в их сторону и Камадо шикнул на них. Через какое-то время парни успокоились. — Ну ты даёшь Танджиро! — не унимался Зеницу. — Втюхаться в нового учителя с первого взгляда. Да ещё же и в мужчину! — Хватит смеяться, Иноске, Зеницу! — цвет лица Камадо был лишь на пару оттенков светлее его волос. — Лучше помогите мне! Я не знаю, что с этим делать! — Признайся. — невозмутимо сказал Иноске, все ещё посмеиваясь, за что не него оба друга посмотрели нечитабельными взглядами. — Что? — Иноске, — мягко начал Танджиро, стараясь не выдавать нервозность в голосе. — это не так то просто. К тому же, что он обо мне подумает? Он только сегодня представился! — А мне какое дело, что он о тебе подумает? Ты спросил, я предложил. — раздражённо засопел Иноске. В такие моменты его часто сравнивают со зверем. — Тогда прогуливай его уроки! — Да что ты такое говоришь, Иноске! — негодует Зеницу. — У Танджиро идеальная успеваемость! Если он начнёт прогуливать, это скажется на его репутации! Скажи ему, Танджиро!        Но Камадо молчал. Он вспомнил свои ощущения, когда он только увидел Томиоку, и подумал, что если он придёт к тому на урок, стояк он уже точно не спрячет. Молчание затянулось. — Танджиро?.. — Спасибо, Иноске! — поблагодарил друга Камадо. — Ладно, друзья, мне пора. До завтра!        Наспех попрощавшись, Танджиро убежал из кафе, оставив свою долю оплаты на столе. Он намеревался придумать себе занятие, на время прогулов урока. Друзья проводили парня озадаченным взглядом. — Он же пошутил? — спросил Зеницу, указывая в сторону, в которой скрылся Танджиро, большим пальцем.

***

       Забить на предмет оказалось не так просто, как Танджиро показалось изначально. И сейчас он с точностью может сказать, что понимает девчонок на трибунах, которые визжат из-за каждого забитого мяча или победы. Наблюдать за предметом обожания, особенно в такой близости, это как пытка. Сладкая и тягучая, но будто бы желанная. Ты пытаешься предсказать следующее его действие, как он отреагирует на то или иное слово. Это азартная игра, которая затягивает и отпускать не собирается.        Побегав так пару уроков со стояком и осознав все неприятности такого положения, Танджиро решил во что бы то ни стало, прогуливать этот урок. Вначале ссылался на плохое самочувствие, потом мог уже более нагло пропускать урок без причины. При всем при этом, он все ещё оставался любимцем всей школы, и его успеваемость по всем предметам, кроме, естественно, физкультуры, оставалась на прежнем уровне. Только вот это не помешало классному руководителю заинтересоваться такой «не любовью» к физической культуре. Камадо вызывали на пару бесед, но когда пригрозили приглашением на эти беседы Томиоки-сана, Танджиро сдался на суд всемогущий взрослых. В итоге, он был обязан присутствовать, как минимум, на одном уроке в неделю. Это трепало нервы.        В итоге, на очередной встрече друзей, он опять ныл по поводу своей нелёгкой доли влюблённого мальчишки. Ребята мужественно терпели 2 месяца. Ну как терпели. Зеницу каждый раз выговаривал кучу претензий красноволосому другу по поводу его посещаемости и того, что все это гнилая затея. А Иноске предлагал просто забить на учёбу и зависнуть как-нибудь с его компанией, но получал на это не понимающий взгляд и вскоре забил на попытки переманить друга на свою сторону. Но однажды, не выдержав очередной нотации от друга-бабника, Танджиро злобно на него зыркнул и тихо прорычал: — А ты сам попробуй со стояком 2 часа бегать по стадиону и выполнять всякие упражнения. Он же меня даже ночью в покое не оставляет! А от снов меня уже ничего не спасает.        От испуга, такого Танджиро они ещё ни разу не видели, до них как-то быстро дошло, что у друга начинаются настоящие критические дни. — Танджиро… У тебя что, недотрах что ли? — каким-то наивным голосом поинтересовался Зеницу. Но на него сразу же так зыркнул, что он как-то сразу потерялся. — Хэй, Ганпачиро, успокойся. Это обычное дело для подростков вроде нас. — хмыкнул Иноске, стараясь не подавать виду, что его такой Танджиро тоже пугал. — Тебе просто надо передернуть на какую-нибудь порнушку, от этого хотя бы полегчает. — Иноске, — Танджиро устало потёр переносицу. Зеницу невольно отметил, что Томиока-сенсей тоже иногда так делает во время занятий. — Я может и кажусь недалёким, но уверяю тебя, что все что ты сказал я и так знал. Да мне даже дзюдо или кендо не помогает! — Воу, Танджиро. Успокойся немного, правда. Не умер же никто. — попытался снова успокоить нервного друга Зеницу, но его попытка снова провалилась. Как же сложно с твердолобым и злым Танджиро. — У меня есть идея! — Иноске подхватил Камадо под руку и увёл из кафе в котором они сидели. Минут через 10 парни вернулись. Изменения были видны. Танджиро выглядел слегка расслабленным и от его уставшего вида не осталось ни следа. Зато чуть ли не на всю кафешку воняло табаком. И это говорит Зеницу, не представляю что чувствует сам Танджиро, ведь его обоняние несколько превосходит их. — Надеюсь, чудо действие этого препарата продержится дольше моей концентрации…        Танджиро ещё немного помрачнел, из-за того что ему пришлось взять в рот такую дрянь как сигарету, но вскоре вернулся к своему обычному состоянию. Друзья тоже расслабились. По пути домой Танджиро впервые покупает сигареты.

***

       Спустя ещё 3 месяца все стало обыденностью. Каждый раз, как Танджиро видел учителя физкультуры, вечера он проводил за дрочкой на гей порно в интернете и гашением своего желания в сигаретном дыме. Так же, за эти месяцы парень много чего узнал о Томиоке-сенсее. Зеницу даже иногда шутил, что Камадо продал душу за эту информацию, хотя ничего особенного из себя она не представляла.        В школе никто не знал о табачном увлечения Танджиро, но там и сильные перепады настроения парня были не так сильно заметны. Но недавно, произошло кое-что из ряда вон выходящее. После очередной сексуальной пытки очередного урока физкультуры, перегруженный возбуждением Танджиро, собирался было закурить, благо был последний урок, но его «успокоительного» не обнаружилось в сумке. Парень было подумал, что просто оставил дома, но какого было его удивление, когда дома их тоже не обнаружилось. Тогда сложив два и два, он понял в чем проблема. Но, главное, чтобы об этой проблеме не стало известно в школе.        Он рассказал о случившемся Иноске и Зеницу, и вместе они решили, что будут прятать их в определённом месте в туалете, где их точно никто не найдёт. Место и вправду не особо заметное. В туалете на третьем этаже школы никогда никого не было, поэтому место казалось идеальным, особенно если учесть, что в критической ситуации там можно было и перекурить.

***

       Сегодня день был просто сумасшедшим. Прошел только месяц с тех событий с кражей сигарет и, как раз, был день, когда ему нужно было присутствовать на занятии. И именно сегодня Гию, как разрешил себе про себя называть учителя Танджиро, будто соблазнял парня. Красноволосый на полном серьёзе думал, что у него вот вот пойдёт кровь из носа, поэтому периодически потирал его.        Томиака-сенсей снимал олимпийку, открывая вид на обтянутое белой футболкой стройное, в меру накаченное, тело. По нему так и хотелось пройтись губами или языком, на крайний счёт кончиками пальцев. Потом же закатал рукава, обнажая сильные руки. Насколько крепко они могут прижать к себе или к столу в учительской??? Как назло было жарко и Гию-сан часто задирал футболку, из-за которой был виден шикарный пресс. Должно быть он очень красиво изгибается, если повторять определённые движения бёдрами. А когда парни набегавшись на футбольном поле с мячом, поднимали футболки… Гию сделал тоже самое, чем доводил Танджиро чуть ли не до обморока. Красноволосый еле дождался конца урока и, вместе со звонком, стартанул обратно в корпус. По пути Танджиро благодарил всех известных ему богов, что в том туалете была душевая. И он впринципе мог принять там душ, снять напряжение по быстрому и если кто зайдёт, может сказать что принимал душ. Самая удобная вещь на свете. А из-за того что уроки закончились, на этом этаже уж точно никого не будет. Повезло!        Забежав в душевую, он закрыл дверь и зашёл в последнюю кабину, там они прятали сигареты за батареей. Танджиро осмотрел весь пол в этой кабине, заглянул под бочок, за батарею. Сигарет нет. Черт! — Не это ищешь?        Танджиро вздрогнул. Огоспадиспасиисохранименягрешного это был Гию. Тот самый голос, что не отпускал его ночами спать, трахая его уши и тот самый Гию Томиока, который в этих снах трахал самого Танджиро. Качественно так трахал, подолгу и во всех позах. Сейчас будет что-то. Слава богу, что олимпийка, которой он весь урок прикрывая вставший член, была все ещё на нем — Томиока-сан, это… — Надо же, какая неожиданность! Лучший ученик и курит в заброшенном туалете. Что бы подумали о тебе в школе? — с насмешкой спросил Гию, смотря парню прямо в глаза. Такой взгляд Томиоки Танджиро любил, как и всего Томиоку в целом. Редко бывало когда Гию смотрел так на кого-то. Ещё реже, на самого Танджиро. Но в эти моменты он готов был плавится. — Всё не так, Томиока-сенсей… — не любил Танджиро врать, от этого его лицо перекашивалось и всегда с лёгкостью можно было узнать, когда он врет, даже человеку который его не знал. Вот и сейчас ему придётся врать. — Мы сегодня с ребятами собирались встретиться, и Иноске попросил забрать, так как у него не получиться сегодня придти сюда… — Интересно… Это не тот Иноске Хашибира, который выходил из школы, три урока назад? Отчего же он не смог зайти? — Гию медленно приближался, наступал бесшумно, и прижимал Танджиро все ближе к стенке. Вскоре они стояли вплотную, так что красноволосый сбежать не смог бы. На всякий случай Гию поставил руку справа от головы Камадо, а свое колено поставил между ног парня. К счастью Танджиро, он не касался ногой паха. Но тут же Томиока наклонился к самому уху паренька и прошептал, так чтобы слышал только он, несмотря на то, что кроме них в помещении больше никого не было.- Врать плохо, Танджиро.        От такой близости, Танджиро было страшно, а вдруг услышит его бешеное сердцебиение, а вдруг почувствует его стояк в штанах. А от шепота у Танджиро подкосились коленки, он был готов вот вот упасть, но неожиданно появилась опора, в виде руки учителя, что прижимал парня к себе за талию. Танджиро попал! — О, так вот почему мы прячемся здесь, Танджиро. У кого-то нехилый такой стояк, да? Гормоны взыграли, или тут что-то посущественнее? — рука Гию спустилась на бедро парня, а позже он поднял ногу к себе на талию, поглаживая. — Ну, в итоге нашего разговора, у нас имеется, что ты нарушаешь школьные правила и куришь в туалете, а ещё нагло врешь учителю. Плюс к этому всему, прогуливаем уроки по физической культуре. Тц-тц-тц, Танджиро, Танджиро. Наказывать будем.        И не успел парнишка хоть как-то возразить, как его губы накрыли чужие, затягивая в крышесносящий поцелуй. Язык Гию по хозяйски ворвался в рот Танджиро, обследуя его. Провел по нёбу, по ровному ряду зубов, погладил внутреннюю сторону щёк. Танджиро от неожиданности даже не сразу ответил. Для него был шок, что учитель сам на него полез. В голову полезли противные мысли, которые так и спрашивали, он всех учеников так наказывает? Что будет после того как он переспит с Танджиро? Это обычный ничего незначащий секс? Одноразовый перепих?        «Лучше не думать об этом сейчас. — подумал парень. — Попозже. Все выясним позже. Даже если это одноразовая акция с его стороны, пусть так.» И он забыл обо всем, полностью отдаваясь на волю победителя, то есть Томиоке. Тот уже совсем вошёл в раж. Губы болели от настойчивых поцелуев, чувствовались влажные пятна на шее, Танджиро уверен, что у него там будут яркие засосы. Руки самого парня давно обвили шею мужчины, а ноги опутали его талию, доверчиво прижимаясь к нему. Изо рта Танджиро доносились самые развратные стоны. Гию лишь редко порыкивал. Его ласки были дикими и будто звериными. Он кусался. Практически везде где касались губы Томиоки остались следы от зубов. Это так приятно, что у Танджиро иногда закатывались глаза.        Мужчина задрал футболку парню, обнажая его грудь. Коричневые соски уже затвердели и так и манили к себе, чтобы их тоже поласкали. Гию не стал задерживать с этим и просто вцепился в один с зубами. Танджиро екнул от небольшой боли. Но Томиока не только не остановился, но ещё и начал массажировать рукой другой сосок. Для Танджиро эти чувства знакомы не были, и он понятия не имел, что делать с этими ощущениями. Стоны и тяжёлый вздох обоих заполнили комнату.        Вскоре, мужчина убрал руку, что поддерживала Танджиро на весу и последнему пришлось встать на пол, чтобы не упасть. Только тогда он осознал в каком состоянии находится. Его ноги сильно дрожали, что очень осложняло задачу стоять на месте и не сесть на пол. Гию аккуратно перевернул его, так чтобы Танджиро стоял к нему спиной и нагнул. Парень оперся о кафельную стену, стараясь не соскользнуть по ней.        Томиока нежно огладил тело своего ученика, слегка надавливая в некоторых местах большим пальцем. «Господи, как же прекрасно это тело! — подумал Гию. — И оно только моё!» Мужчина снова начал кусать-целовать шею Танджиро, руками снимая спортивные штаны вкупе с нижним бельём с паренька. Он мял его ягодицы, восхищаясь их мягкости и упругости. Сколько за все время своей работы он уже благодарил бога за столь аппетитный подарок в лице Танджиро Камадо. С его привлекательным, гибким и таким сексуальным телом… Танджиро вообще был солнышком, таким тёплым и добрым. Воплощение идеальности. Сущий ангел. Только вот он с самого начала начал избегать Гию. Не появлялся на уроках, а если и появлялся, то старался контактировать с ним как можно меньше. Как же это раздражало мужчину. Он даже начал издалека следить за ним. Выяснил про сигареты, про то где он их прячет и так далее по списку. Зато сейчас за все свои труды и старания обратить на себя внимание паренька окупятся. Пошло улыбнувшись, Томиока шлепнул Танджиро по заднице, вызывая судорожный вдох. Гию провел рукой между ягодиц, подавая новую порцию странных ощущений у Танджиро. Его стоны просто музыка для ушей Томиоки!        Когда к губам Танджиро подставили два пальца, он без колебаний взял их в рот, посасывая и облизывая. От всех прикосновений мужчины, парня вело. Перед глазами темнело и размывалось, от странных ощущений глаза просто закатывались, показывая чуть ли не высшую точку наслаждения. А когда пальцы надавили под языком, Танджиро поймал кайф, а Гию понял, что нашёл ещё одну эрогенную зону парня. А он то гадал, чего парня так повело от обычного поцелуя. Наконец закончив смачивать пальцы слюной Танджиро, Гию начал растягивать задний проход своего возлюбленного (и пусть сам этот возлюбленный ещё пока не в курсе своего статуса). Слегка надавив на проход, он удивился что палец легко прошёл. Злость и ревность охватили Гию. Почему проход так сильно растянут? Неужели его мальчик, уже с кем-то спал?! Из-за его злости, его движения огрубели и из них пропала нежность и теперь пальцы Томиоки беспощадно трахали задний проход Танджиро. Парень не понял причины смены настроения у его любовника, но подумал что так и надо. Вскоре пальцы заменились чем-то побольше, скосив глаза к тому месту, Танджиро испугался. А он точно войдёт?! Размер у Гию был не маленький, это ещё мало сказано. Но, когда с первого толчка весь член мужчины вошёл в него, ему было не до этих размышлений. Больно! Жутко больно! Из-за боли у него даже брызнули слезы. Господи, это очень больно. — Чего ревешь, больно что ли? — как-то зло спросил Гию, но смотря на плачущего парня, его злость немного отступила. Он ошибся? — Угу… — слезы было невозможно сдерживать из-за боли. В интернете, конечно, писали, что в первый раз будет больно, но он и подумать не мог что настолько. — просто я впервые с кем-то… — Впервые?! — воскликнул Гию, а Танджиро лишь недоуменно кивнул. Томиока проклинаю свою вспыльчивость и думал, что теперь делать. Он вышел и осмотрел анус парня. Вроде не порвал. — Прости, что так резко вошёл. Ты казался растянутым, вот я и разозлился из-за того что подумал, что я у тебя не первый.        Томиока начал нежно расцеловывать парня, как будто извиняясь перед ним. А Танджиро краснел и слегка расстроился, что о нем так подумали. Да не просто кто-то, а тот из-за кого он и занимался массажем простаты. Слезы почти остановились, но все ещё капли из-за обиды. — Да я… — заходил я в новых слезах Камадо. — я ни с кем не спал!.. Хнык… Я же в вас… хнык. влюблен давно. Я просто всегда считал, что буду в нижней позиции, вот и… Хнык. — Господи, Танджиро. Прости меня. — Гию ощущал себя полным дураком. Так разозлился и навредил своему мальчику. А он для него так старался ведь. Господи, ну что за идиот просто! — Прости дурака! Приревновал же просто. — Томиока все ещё осыпал своего мальчонку поцелуями. — Давай сейчас все исправим.        Парня вновь затянули в долгий и тягучий поцелуй. На вкус он был немного солёными из-за слез, но все ещё очень приятным. Гию оттягивал нижнюю губу Танджиро, покусывал и сминал его губы. Камадо тихонько радовался таким поцелуям, таким чуственным и каким-то нежным что ли. А когда Гию поцеловал его с языком вообще был шик. Язык мужчины давил ему под языком и парень буквально таял в его объятьях. Когда Танджиро уже и думать забыл о больном заде, Томиока начал его аккуратно растягивать, чтобы при следующем входе не навредить ещё больше. Из-за проникновения в анус у Танджиро ещё оставались неприятные ощущения, но когда пальцы Гию нашли нужную точку, ноги парня таки неудержались и он шлепнулся на пол. Но его голова была прямиком напротив колом стоящего члена Томиоки. Недолго думая, он взял головку в рот, и начал её посасывать, надрачивая остальной член рукой. Гию, не ожидавший такого, выдохнул со стоном. Танджиро тогда подумал, что кончит лишь от этого стона, но вместо этого, заглотнул побольше и начал характерные движения головой. Член Томиоки был большим и полностью ни в глотку ни в рот не влазил, поэтому глубокого минета не получилось. Да и не умел Танджиро его делать нормально, поэтому когда заглатывал слишком много, приходилось вытаскивать полностью и откашливаться. К тому же в скором времени, у него начала болеть челюсть. Тогда Гию остановил его, и поцеловал прямо в губы, поднимая того на ноги. Потом Танджиро снова поставили раком и он уже весь ждал я ожидая снова таких же болезненных ощущений, но неожиданно его ануса коснулось что-то влажное, когда он повернулся, то увидел, как Гию лижет и языком растягивает его отверстие. — Гию-сан… — Не переживай, все будет окей. — оборвал он парня на полуслове и подмигнул, хотя не был уверен увидел ли Танджиро своим затуманенным взглядом этот жест.        Через несколько минут такой растяжки, Гию подставил свой член снова к отверстию и начал потихоньку входить. Танджиро поскуливал и пытался сам насадиться, но Томиока крепко держал его за ягодицы, не позволяя это сделать. Когда он вошёл то начал потихоньку проталкиваться, медленно набирая темп. Камадо уже даже не пытался подавить свои стоны и просто полностью отдался на волю мужчины. Тот же, уже не боясь навредить любимому, вколачивался на полную силу, чем доводил паренька чуть ли не до крика. Он с каждым толчком понемногу изменял угол проникновения и в какой-то момент просто излился прямо в Танджиро, и тот не отставая кончил на стену. Гию напоследок укусил Камадо в шею и, зализав укус, вышел из него. В тот же момент из ануса полилась густая сперма. Её было очень много. — Теперь ты от меня точно не убежишь, любовь моя. — сказал Гию и поцеловал парня в губы, начал собирать их одежду, чтобы он мог спокойно вымыть своего парня.        А Танджиро лишь удивился какие «непростые изменения» внёс в его жизнь один лишь мужчина. Потом Гию ещё очень подолгу трахал долго наказывал своего парня за все те прогулы его урока, отучивал от курения в нервных для Танджиро ситуациях и вообще, предложил последнему жить вместе, из-за чего Танджиро окончательно превратился в женушку Гию. А Зеницу ещё долго называл Камадо «счастливым ублюдком».