Всему вопреки

      — Вишня, а какое сегодня число? — Аарон, отрываясь от документов, принесенных его помощником, пытается вслушаться в речь кудрявого.       — Пятнадцатое, а что? — быстро взглянув на календарь, отвечает кудрявый.       — Да твою мать… — сопоставив факты, он начинает понимать, что к чему.       — Ты можешь нормально объяснить что, мать твою, происходит? — Вишня не понимал, почему глаза его друга вмиг почернели.       — Потом, все потом. — резко подорвавшись с кресла, Хилл покинул кабинет и затем казино.       Беременна, у нее будет ребенок. Нет, Хилл, конечно, надеялся до последнего, что он где-то просчитался, что-то упустил. Но на память он однозначно не жаловался и четко помнил все. Ну почему она не сказала? Или сама еще не знает? Он должен знать и подтвердить свои догадки и опасения. А что будет дальше? Хотел ли он детей? Когда нибудь. Сейчас они никак не вписывались в его жизнь. Но может быть это тот самый человек, который, по словам Элеоноры, спасет его? Да, у этих двоих началось все с отношений без обязательств, но с каждым разом, Аарон делал все, чтобы сблизиться с девушкой. Почти дойдя до места назначения, Аарона окликнул незнакомец.       — Эй, Хилл. Следующей будет твоя девчонка. — глухой звук и капли крови, проступающие сквозь кожаную куртку.       — Аарон?!       — Вишня!       — Миллера найди, срочно. Прошли по касательной, но надо зашивать.       — Понял, принял.       Приняв обезболивающее в виде некоторого количества коньяка, Аарон не обращал внимание на то, что с его плечом делает Миллер. Он являлся доктором банды уже много лет, и поэтому для мужчины не было удивительным дернуться среди ночи по звонку. Закончив с пулевыми ранениями, доктор покинул кабинет. Хилл не чувствовал боли от манипуляций доктора, его больно били по щекам собственные мысли.       — Вишня, где твоя подружка О’нил? — Хилл старался говорить как можно холоднее.       Никто не знал, что между этими двумя уже четыре месяца. Аарон вел себя странно, проводил собрания и уходил с последующей вечеринки, находя любой предлог для этого. Часто куда-то уезжал, прикрываясь своими «делами». Пресекал на корню общение с Элен, которая так и жаждала раздвинуть перед ним ноги, оказаться в его кабинете и занять стол, а потом и оккупировать все пространство его жизни. Но, к сожалению Элен и радости Хилла, ему это не было нужно. Сейчас он думал как разговорить и обезопасить эту храбрую и гордую девчонку.       — Ох, Принцесса? Ты, что, глаз на нее положил? Понимаю, она просто ухх. Насколько мы с ней были пьяными в тот день, а она все равно была огонь. — Вишня прикрыл глаза и с глупой от воспоминаний улыбкой откинулся на спинку кресла. — Как жаль, что это была разовая акция, я бы повторил. Надо будет подать идею о продолжении акции, — в тот момент бокал, который Хилл секунду назад держал в руках, пролетел в паре сантиметров от головы Вишни и с характерным звоном разбился о стену. — Ты что, блять, творишь, Аарон?       — Только попробуй к ней подкатить свои яйца. Сара — моя, тебе ясно? — голубоглазый, кажется, просверлит в главаре дырку от этой новости.       — И как давно она «твоя»?       — Достаточно давно. И, кажется, ей грозит опасность. Поэтому мне с ней надо поговорить, найди её.       — Что-то ты мне, Хилл, недоговариваешь. Срываешь посреди дня, спрашивая какое сегодня число, теперь в тебя стреляли, а ты просишь найти Принцессу. Что происходит? Или я теперь не вхожу в круг доверия?       — Кажется, Сара беременна, — главарь зарывается пальцами в волосы и тяжело вздыхает. — И нет, не кажется, она беременна. Как я мог это упустить, как?       — Да что упустить-то? Ты, вроде, еще не сильно пьян, а уже говоришь загадками. Ну и что с того, что сегодня пятнадцатое?       — Цикл, Вишня. Слышал о таком? У женщин такое случается, знаешь ли. А хотя откуда, у тебя женщины дольше чем на неделю когда были?       — Подожди, ты сейчас хочешь сказать, что Принцесса, беременна от тебя? Ты угораешь? Это она тебе сказала?       — Найди её. Я все сказал.       Сказать что Вишня офигел — ничего не сказать. Два его лучших друга скрывали от него свои отношения. Или там и не было отношений? Нет, Хилл хотел её трахнуть и не скрывал это, но чтобы вот так: «она моя и достаточно давно»… Кажется, только сейчас в голове кудрявого пазл сложился. Сара стала не такой, как раньше. Он стал её реже видеть и Хилл постоянно куда-то срывался. Даже если это правда, что она беременна от него, то Вишня догадывался, что это ребенок не нужен Саре, а уж тем более Аарону. У неё был четкий план: она закончит школу, постоянные тренировки перестанут быть частью ее жизни и, настолько известно голубоглазому, Сара собиралась поступать по спортивной стипендии на экономический в Балтимор. Пополнение в планы принцессы не входило вовсе. От слова совсем. Вишня девушку дома не нашел и, предположив, что она уехала с матерью узнавать о приемной кампании в Балтимор, вернулся обратно.       С Сарой в последнее время творилось странное: она совершенно не могла сконцентрироваться на материалах для поступления, на тренировки сил не хватало, да и как-то странно в последнее время ныла поясница. После очередного изматывающего часа в манеже Сара и Стефани решили устроить пижамную вечеринку на двоих дома у последней. Брюнетка странно смотрела на подругу, когда та с отвращением смотрела на любимую пиццу и пила только апельсиновый сок. Зерно сомнения проросло в голове у обеих девушек.       — Малышка Сара, а ты мне ничего сказать не хочешь? Вялая, сонная, от еды отказываешься. Задержка?       После долгой паузы, во время которой мозг О‘Нил работал как огромная вычислительная машина, и, кажется, сидящая рядом девушка даже это слышала, Сара выдала:       — Кажется, да, причем достаточно большая. Черт, что делать-то теперь?       — Может от нервов? Ну стресс и все такое. У меня тест где-то был, сделаешь? — на что Сара только утвердительно кивнула, — там три штуки, можешь сделать все. Но если результат положительный — хватит и одного.       — И сколько ждать?       — Еще четыре минуты. Сара, только честно, чей это ребенок? Того голубоглазого красавчика? — от этого предположения девушка закашлялась.       — Нет, Стеф, у нас с ним было один раз. И те три минуты пьяного позора я мечтаю забыть. Ну может не три, а пять, сути не меняет.       — Стоп, — вскрикнула брюнетка, — только не говори, что это ребенок Хилла. Сара, ты что, совсем спятила? И что ты собираешься делать? Оставишь его?       — Да, спятила. Да, это ребенок Аарона, если все-таки тест будет положительным. Нет, не оставлю. И Хиллу об этом знать не обязательно. Да какой ребенок… Что я могу ему дать? Что? — на последних словах из глаз девушки слезы покатились вниз по щекам.       — Тише, маленькая, — Стефани прижимает девушку к себе и пытается успокоить, поглаживая по голове, — в любом случае все будет хорошо. Сама посмотришь или мне сходить?       — Я боюсь, давай ты. — девушка удалилась и через пару мгновений вернулась и молча кивнула. Глаза О‘Нил налились слезами и никак не желали фокусироваться. Девушка не верила своим глазам, но её мозг понимал, что это все так.       — У тебя алкоголь есть? Налей, я ничерта не понимаю, что происходит.       — Нет, не в мою смену. А вдруг ты решишь оставить этого ребенка. Поговори с Аароном, может все не так, как ты думаешь. — и, протянув стакан воды, брюнетка добавила, — пей и успокаивайся. Сколько примерно недель? «Так, в прошлом месяце уже была задержка, это уже четыре недели и скорее всего мы заигрались на его день рождение. Сначала машина, потом кабинет. Получается 30-го мая.»       — Приблизительно шесть недель. Поговорю с мамой, найдем врача и все. Еще есть время.       Утром, вернувшись от подруги, Сара обдумывала, что она скажет матери. Как она отреагирует и что вообще будет дальше. Какой может быть ребенок? В восемнадцать лет? Да она сама еще ребенок. Девушка приняла душ и, натянув удобную одежду, отправилась в лавку проводить запланированную инвентаризацию. Больше всего на свете ей почему-то не хотелось видеть Аарона. Но жить в таком городе, как Сентфор и хотя бы раз в месяц не пересекаться будет сложно.       День шел своим чередом, девушка выполняла всё, что говорила Элеонора. Но в один момент из черных дверей появился её кошмар в кожаной куртке. Сара приметила только то, что он все делает одной рукой, причем нерабочей. Сверяя очередную витрину, О’Нил не слышала его шаги, и из своего мыслительного процесса её вывела теплая рука на талии. То, что он рядом и делает подобное говорило лишь о том, что миссис Хилл находится или в подсобке или на мини-складе на втором этаже.       — Нас могут увидеть, Аарон. И ты меня немного отвлекаешь. — Сара старалась не реагировать на его прикосновения.       — Ты ничего мне сказать не хочешь? К примеру то, что у нас будет ребенок? — девушка перевела взгляд на его глаза, горящие огнем злости, и после длительной паузы решилась ответить:       — Во-первых, это не твой ребенок, а во-вторых, его все равно не будет.       — Не ври мне, О’Нил. Это мой ребенок. Твой цикл говорит за тебя — это раз, и спала ты только со мной — это два. Значит ты все решила за двоих? Меня ты спросить не хочешь на этот счет?       — Я тебе все сказала, ребенка не будет! — прошипела девушка и уже чувствовала его учащенное дыхание от нарастающей ярости.       — Значит ты решила убить его? Убить ребенка? — его голос переходил на крик. — Тогда и себя убей заодно!       — Кто дал тебе право так со мной разговаривать? Больше никогда не приближайся ко мне, ясно?       Отскочив от него, девушка схватила с крючка свою сумку и, переборщив, хлопнула дверью с такой силы, что от удара раздался звон посуды в старинном серванте. Ни Сара, ни Аарон не знали, что у их словесной перепалки был еще один незримый слушатель.