Губы со вкусом вина

      Григорий уверен, что любит Юлию, но что за чувство сейчас сжирает его изнутри? Ревность? Почему, когда он видит ее с другим мужчиной, хочется рвать на себе волосы, скуля от боли?..       Сафронов был спокоен, встречаясь с Юлей, потому что слишком хорошо знал свою жену: она бы не стала и смотреть на другого мужчину до развода, слишком принципиальная… Это знание его успокаивало, но только до этого момента. Наверное, поэтому она так злилась, пока он выставлял напоказ новые отношения, Регина была верна ему… Пока какой-то бугай не забрал ее в свои лапы. Теперь он сомневался: от обиды Регина могла пойти на многое, и, зная насколько она мстительная, то ответила бы она Сафронову его же монетой… За семь лет отношений, пять из которых они были женаты, Регина никогда не позволяла себе заигрывать с кем-то, зная, что он очень ревнив, впрочем, также как и она сама. О чем он думал, когда прыгал в постель к Юле, когда Регина хотела снова быть вместе? Хотелось показать ей: смотри, кого потеряла, хотелось причинить ей боль… Такую же боль, которую причинила она, когда в очередной ссоре закричала о разводе. Вот только он не учел одного: его жена не серая мышка, а роскошная и желанная женщина, и на его место есть немало претендентов…       Как-то Юля сказала: «че ты сразу сдаешься, женщины любят, когда их добиваются». Может Регина ждала от него действий, может, развод был провокацией?..       Все это время он гонял балду, вместо того, чтобы воспользоваться данным ему ЗАГСом и Региной шансом… Вот только насмешливый тон жены толкнул его совсем в другую сторону… А не поспешил ли он, громко заявляя, что больше ее не любит?.. Он то и дело косился в сторону Регины, которая о чем-то оживленно спорила с Кужугетовичем и смеялась. Он так давно не слышал ее смех… От этих мыслей его отвлекла Юля, бесшумно обняв его со спины, распустив свои красивые рыжие волосы. Сафронову с ней легко и просто… Слишком просто…

***

      Время пролетело быстро, и Сергею пора уже было возвращаться в Москву. — Да что, мы здесь что ли прощаться будем? Проводим щас, как полагается! — хохотнул Глебыч, провожая гостя на улицу.       Неспешно вставая из-за стола, Регина оглядела зал: из кухни виднелись пару подглядывающих голов, Ксения Борисовна вышла следом за Львом, а Григорий стоял возле бара в компании Юли. При виде их вместе ей снова становится грустно, она снова сломана. Внезапно плечи женщины накрыло что-то тёплое, вновь собирая ее по частям. Она поворачивает голову, чуть ли не стукнувшись о подбородок Зуева. — Мы сейчас на улицу, тоже проводим Кужугетовича. Не простудись, — его пальцы будто случайно коснулись ее шеи, — Регина Марковна. — Спасибо, — она едва заметно улыбнулась. Его пиджак отлично подходил к тону ее платья. Рука Зуева легла ей на спину, когда он приоткрыл для неё дверь. Все это время, пока они сидели, Палыч мог думать лишь о том, как бы прикрыть этот огромный вырез в ее платье. Весь вечер он замечал, как ее муж бросает на Регину взгляды. Сейчас Игорю в разы спокойнее. Когда они вышли, Кужугетовичу уже подали машину. — Хороший был день! Давно так задушевно не сидел. Вашу просьбу выполню, не волнуйтесь, — обратился он к мужчинам, — Игорь, приятно было познакомиться. Лев, не прощаемся, — потом он взглянул на неё, — Наш разговор не отменяется, а откладывается. — Не бери в голову. Я сама все решу, — она обнимает его, — Береги себя! — И ты, звездочка, — он садится, автомобиль сразу же трогается. Они стояли, провожая взглядом его кортеж. — Мы это сделали! — воскликнул Глебыч, обняв Игоря, — Чего как не родные? Идите к нам! Шефуля, Симпапулька, вам говорю, — Регина взглянула на не менее удивленную Ксению. Девушка, довольно улыбнувшись, приняла приглашение. Марковна приподняла брови, но все же тоже присоединилась к ним. Боковым зрением она видела удовлетворённую улыбку Глебыча. Первой не выдержала Регина. — Ну все, хватит… — она вылезла из тёплых объятий. — Умеешь ты кайф обламывать, шефуля. Ладно, дел еще по-горло.       Когда они вернулись в отель, в холле собралась добрая половина работников. Она нашла взглядом мужа, который до сих пор был в компании своей возлюбленной. И почему она всегда ищет его в толпе?       Многие смотрели на неё: кто-то с восхищением, кто-то с презрением, ну, а кто-то с завистью, равнодушных к ее персоне не было. Одна очень красивая горничная, а если быть точнее, Диана, не сводила обожающего взгляда с Игоря. Вот только он в свою очередь смотрел на женщину в синем платье. Регина решила присоединиться к персоналу, но Зуев незаметно взял ее за руку, притягивая обратно. Регина непонимающе взглянула на него, но руку не высвободила. — Не уходи, останься со мной, — звучало двояко, но Регина почему-то не сдвинулась с места, а губы тронула мягкая улыбка. — Наконец встретили мы нашего дорого гостя! Отдельное спасибо поварам, Кужугетович ел, не останавливался! — Регина довольно кивнула своей команде, — Симпапулька, умница, персонал работал прекрасно. Выпиши всем, кто был на смене, премию. Он оглянулся, остановив взгляд на Регине, — Шефулька-красотулька! Если бы не ты, Кужугетович даже слушать бы не стал! Проси все, что хочешь… — На полном серьезе заявил Лев. Регина покачала головой, не желая привлекать к себе еще больше внимания. — За какие-такие заслуги сам министр оборны к ней так относится? — стоявшая поодаль всех Юля, тихо усмехнулась, взглянув на своего молодого человека. — Покойный отец Регины был его сослуживцем. Сергей Кужугетович выдавал Регину замуж, — холодно отозвался Григорий. — Ну, хоть что-нибудь? — не унимался Глебович. — Ничего мне не надо… — потом Регина кое-что вспомнила, и на губах заиграла легкая ухмылка, — Хотя знаете, Лев Глебович, есть одна просьба… — Все, что угодно… — он расплылся в довольной улыбке. — Если такое возможно, то я была бы рада, если кухня будет работать независимо от ресторана, — Гриша приподнял брови в удивлении, — Все останется так, как было прежде, — заверила она, — Только отчитываться я буду не Ксении, а лично вам, то есть никто кроме Вас и Игоря Павловича поварам указывать не будет… — повисло неловкое молчание… — Но это… — начала Ксения, желая возразить, ведь это было невозможно. Регина уже приготовилась, что ее мягко, а, может, и не совсем мягко пошлют, однако реакция Льва ее приятно удивила. — И всего-то? — он приобнял Регину за плечи, а потом косо посмотрел на пиджак, — Я б себе хату на Мальдивах заказал. — А что, так можно было? — Удивилась Регина, — Да я шучу, у меня уже есть, — подмигнула она ему. — Хорошо, Шефулька. Все слышали Регину? — Ксюша кивнула, а вот Гриша недовольно что-то буркнул себе под нос. Вова и Тема дали друг другу пять. Это означает, что теперь ни Григорий, ни Ксения Борисовна штрафы им раздавать не смогут. Все начали расходиться. К Регине и Зуеву подошла Ксюша. — Регина Марковна, я, конечно, понимаю, что вы считаете меня девчонкой, неспособной управлять этим отелем, но вы ведь не высказывали мне лично недовольств… — Напротив, у вас хорошо получается, Ксения, — ошеломила она девушку, — Не принимайте на свой счет. И мне казалось, вы понимаете, почему я так сделала… — Честно, нет. — Моих поваров штрафовать могу лишь я, Ксения. И Вы не должны были допускать этого сегодня. Григорий может делать, что посчитает нужным в ресторане, не на кухне… И если Вы не поставили зазнавшегося сомелье на место, то это сделаю я. — Но ведь это повара высказали ему неуважение… — К счастью, я не глухая и, сидя за стенкой, все прекрасно слышала. Вы пришли позже, но справедливости ради могу сказать, что тогда следует и Комиссарову оштрафовать по той же причине. Чего делать, разумеется вы не станете… — женщина говорила медленно и с расстановкой, — Поэтому, думаю, следует отменить решение директора ресторана касательно поваров, — в завершении Регина улыбнулась, взглянув на Гришу. Шах и мат, дорогой… — Хорошо, я Вас услышала, Регина Марковна, — кивнула Ксения и ушла. — Что за страсти бушуют у Вас там? — она и забыла, что Зуев все это время был рядом. — Не бери в голову. Я получила, что хотела. Впрочем, как и всегда, — они отошли подальше от лишних глаз. Регина снимает с себя пиджак, возвращая его Зуеву. — Спасибо… — шепнула она, благодарно улыбнувшись. Он берет его, зажимая ее руку в своей, — И за цветы тоже, мне они очень понравились… — он молчит и улыбается в бороду, — Что такое? У тебя судорога губы свела? — он поднимает руку, проведя костяшками пальцев по щеке Регины, следом, едва касаясь подбородка, приподнял ее лицо. — Поцелуй меня, — эта, казалось бы, невинная просьба, опалила щеки Регины и она нервно улыбнулась. С одной стороны Сафронова хотела его поцеловать, а с другой их могли увидеть… Не долго думая, она огляделась, заправила прядь волос за ухо и оставила нежный, едва ощутимый поцелуй на его щеке, заглянула Зуеву в глаза, и этого было достаточно, чтобы Игорь притянул ее за талию, жадно впиваясь в алые губы. Регина ответила на поцелуй, но через пару секунд ловко высвободилась. — Куда ты вечно сбегаешь на самом интересном? Мне начинать ревновать?.. — Будто весь вечер именно этим ты не занимался? — усмехнулась она, — Нас могут увидеть, Игорь… — Лишних разговоров ей не хотелось, — Мне пора, — шепнула она, выйдя через служебный вход.       Она не заметила, как Сафронов пошёл следом за ней, зато это увидел Игорь, который наблюдал за удаляющейся фигурой в синем платье.