Губы со вкусом вина

      На следующий день Регина вернулась на кухню во всеоружии. Ее больше не тошнило, по крайней мере, не всегда. — Тема, передай Григорию, что мне нужен ликёр. Я ведь вчера его просила! — Сейчас сбегаю. — Тема, ты в 19 веке? Позвони ему. Я забыла телефон в кабинете, — телефон был с ней, просто видеть его она не хотела. — А, один момент. — Андрей, почему кисло-сладкий соус горчит? Переделай, — она подошла к следующему повару, попробовала суп, — Ринат, Кук а вин, это не кокаин. Почему петух в муке? — Я... Я немного рассыпал... — Что-то вы меня сегодня все бесите. — Регина Марковна, — позвал Тема, — Он сказал, что если Вам так надо, то придите и заберите сами... — Прям так и сказал? — Удивилась женщина, и если бы она была мультяшным Аидом, то ее голова от ярости вспыхнула бы синим пламенем. — Ну, — потянул он, — Я дословно не помню, примерно. Он правда не помнил, что именно сказал Григорий. Что-то вроде: «Мне не до этого, пусть заберёт сама»       Регина делает глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Он что, совсем охренел?! — успокоиться не получилось, и Регина резко разворачивается и выходит в зал. Сделав пару шагов, она замирает, пытаясь осознать, кого видит. Женщина напротив кажется замечает ее, Регина резко садится, прячась за барную стойку. — Вот же повезло! — Регина Марковна, что вы делаете? — спросила, стоящая рядом, Ксения. — Прячусь, представляете? — из Регины вырвался нервный смешок. — Зачем? — Я ужасно выгляжу, — Ксения не совсем поняла, учитывая, что выглядит шеф-повар с иголочки, — Она идёт сюда? — Девушка заметила гостью, что заселилась сегодня. — Почти дошла, — ответила она, потом прочистив горло, добавила: — Дошла. — Опять телефон уронила? — раздался сверху знакомый строгий голос. — Мама, — удивленно произнесла она, вставая, — Шпилька упала. Какими судьбами?— она обняла ее. — Я не могу соскучиться по дочери? — строго спросила женщина и потом оценивающе взглянула на дочь, — Что с тобой? Ты себя запустила с этой работой, — шеф повар потупила взгляд. — Это ваша мама? — Статная женщина в темно-коричневой юбке-карандаш и кремовой блузке с глубоким вырезом, выглядела ровесницей Регины, но никак не мамой. На шее красовалось бриллиантовое колье, а волнистые чёрные волосы были уложены на один бок. У матери Регины были зелёные глаза с сетью мелких морщинок в уголках. — Да, это моя мама. Аглая Дмитриевна. Мама, это Ксения Борисовна, управляющая отелем. — Мы уже знакомы с Ксенией, — ответила мама, улыбнувшись управляющей. — Ну, не буду вам мешать, — управляющая улыбнулась и отошла от них. — Пойдём в мой кабинет, там более спокойно, — она сделала приглашающий жест в сторону кухни.

***

— Когда ты прилетела? — поинтересовалась Регина, как только они зашили в кабинет. — Сегодня утром прилетела в Москву. Сюда заселилась час назад, — женщина грациозно опустилась в кресло. — Зачем? С чего такая спешка? — Тема принёс два кофе в кабинет, — Спасибо. —Я соскучилась по дочери. Это не является причиной? — Прости, мама, я тоже соскучилась. — И не приедешь ведь сама. — Я же работаю, мама. А Бавария не в соседней деревне, — повисло молчание, которое нарушалось мерным стуком пальцев мамы по столу. — Не буду лукавить, прилетела не просто так. Ты ничего не хочешь мне рассказать? — спросила женщина пригубив кофе. — Зависит от того, что по-твоему, я должна тебе рассказать, — парировала она, не желая открывать карты. Но знала бы она, что все карты давно раскрыты. — Про ваши отношения с мужем, про недвижимость, про новую работу, про развод и рыжую бестию, и наконец, твою беременность, — Регина чуть не поперхнулась от последнего, — Что, думала мать не узнаёт? — Кто рассказал? Кужугетович? — В этом отеле, кроме тебя, будто обсудить нечего. Кужугетович сказал только про развод, и что ты переживаешь. Сказал, что не ешь толком и не пьёшь. Про любовницу узнала из разговора горничных... — Но кто сказал про беременность? — Слова Сергея насторожили меня. Какое-то чутьё подсказывало, что это не просто так. Было не сложно узнать, кто твой гинеколог. Я заплатила ей, она отправила мне смс сразу, как только узнала результат. И я не стала больше ждать и наблюдать, как ты рушишь свою жизнь... — Тебе не кажется, что ты перегибаешь? — чуть более резко, чем планировала, спросила Регина. — Более того, я знаю, что перегибаю, — мягко ответила женщина,— Но с тобой иначе нельзя. Ты же сама не расскажешь, — Регина опустила лицо на руки. Женщина встаёт и подходит к ней, — Прости, доча, — она осторожно приглаживает ей волосы, — Моя красавица. Ни о чем не переживай. Мама рядом. — Конечно, мам, — тяжело вздыхает Регина, думая, что переживаний только прибавится. — Ему ничего после развода не достанется, — добавила Аглая. Регина усмехнулась, отмечая, что мама в своём репертуаре. — Он ничего, кроме своей машины и не берет. — Как ты вообще могла потерять мужа?! — Не унималась женщина, —Ты красивая, умная, состоявшаяся! Какой-то рыжей официантке? — Горничной, — мама приподняла брови, — Она весела, молода, ему с ней хорошо.... — Она слушает его, Регина! Слушает! — Потрясающе, я по-твоему не слушала?... — И надолго это у него? — Уже не важно. Правда, — Регина сжала руку мамы.