А поцелуй на прощание?

      Не зная, что делать в такой ситуации, Арсений растерялся. Смятение учителя было недолгим, потому что тишину его раздумий нарушил слабый хрип Антона: — А-Арсений Сергеевич, мне так хуёво никогда н-не было, — только и смог проговорить тот, прежде чем перед глазами окончательно всё поплыло, а веки вмиг стали тяжёлыми. — Антон! Эй! — Арсений Сергеевич уже не на шутку испугался за подростка и начал судорожно набирать номер «скорой». — Держись, Шастун, всё будет хорошо…

***

      Открыл глаза Шаст уже в каком-то помещении с белым потолком. Посмотрев по сторонам, парень понял, что он в больнице. В этом ужасном месте, которого Антон боялся больше, чем «обезьянника» в местном отделении полиции (хотя он там никогда и не был, он всё равно был на сто процентов уверен, что там лучше, чем в больнице). Окинув эту комнату быстрым взглядом, Антон понял, что это не палата, а скорее какой-то кабинет. Поэтому, «собрав все свои силы в кулак», он попытался встать. К сожалению, ни к чему, кроме сильного скрипа кушетки, на которой он лежал, эта попытка не привела, и, как бы парень не старался, встать ему не давала ноющая боль в районе солнечного сплетения. Кажется, именно туда Громов и нанёс самый сильный первый удар.       К счастью Антона, через несколько минут дверь в кабинет открылась, и перед парнем предстал доктор лет тридцати в больших круглых очках, с тёмными волосами и карими глазами. — Тааак... Шастун Антон Андреевич. Я правильно понимаю? — задал вопрос мужчина, присаживаясь на край кушетки Антона. — Да, в-верно, — всё ещё слабым и охрипшим голосом подтвердил парень. — Ну что ж, Антон, плохих новостей у меня для тебя нет, но и хороших не жди, — сказал доктор, поправляя оправу очков и начиная осмотр парня. — Никаких переломов и растяжений нет, но вот сильные ушибы имеются. — А я могу идти домой? — задал Антон единственный интересующий его вопрос. — Ух ты какой шустрый! Ты даже ещё встать толком не можешь, а уже домой собрался, — произнёс доктор, слегка посмеиваясь, продолжая осматривать и ощупывать Антона, попутно записывая что-то в свой блокнот. — Э… простите, а как Вас..? — спросил Шастун, осознавая, что даже не знает имени своего доктора, который, может, даже жизнь ему спас, кто знает. — Виктор Семёнович, — кратко ответил мужчина. — Виктор Семёныч, — Антон толком не мог правильно выговорить имя и отчество доктора из-за сильной слабости. — Мне правда уже лучше, и я хочу домой. — Юноша, я, конечно, могу отправить Вас домой, но только с кем-то из родителей или родственников, — пояснил Виктор Семёнович. — Всё, я закончил осмотр, ничего критичного. — Меня может забрать мама — сказал Шастун, радуясь тому, что у него есть все шансы поехать домой, а не оставаться в этой тухлой больнице. — Отлично, но Ваша мама должна подъехать в течение трёх часов максимум, — напоследок произнёс доктор, удаляясь из кабинета неотложной помощи, в котором разместился Шастун. — «Нет, ну это полный пиздец! Как меня всего такого вялого и высокого мама в прямом смысле дотащит до дома?» — про себя возмущался парень, понимая, что сам не в состоянии даже подняться с кушетки, не то что ходить! В общем, Антону оставалось только надеяться на лучшее и верить, что он всё-таки попадёт домой.

***

      К огромной радости, мама Антона была согласна с тем, что уж лучше Шастун отлежится дома, чем останется в больнице, поэтому согласилась приехать. Ключевое слово приехать, потому что «блять она снова на этой ебанутой работе? Какого хуя вообще?» — возмущался Антон, искреннее не понимая, почему его мама в прямом смысле перебралась жить на работу! Поэтому им пришлось искать другой вариант решения проблемы. На ум сразу же пришёл классный руководитель Шастуна — Павел Алексеевич, но этот вариант сразу же отпал, потому что часы показывали 15:07, а сам классный руководитель по телефону сказал маме Антона, что только до пяти будет находиться в школе, и доехать просто не успеет. Зато, Павел Алексеевич предложил, по его словам, «беспроигрышный вариант» — Арсений блять Сергеевич! Ну, и сказав Антону: «это твой единственный шанс поехать домой, а не остаться в больнице», Майя Андреевна (именно так зовут маму Антона) позвонила и договорилась с Арсением Сергеевичем, чтобы она подъехала просто расписалась, а Арсений забрал и довёл Антона до квартиры. «Заебись план!» — подумал про себя Антон, понимая, что это будет очень весёлая дорога из больницы до дома.Очень.

***

      Когда Майя Андреевна позвонила Антону и сказала, что они с Арсением Сергеевичем приехали, Шастуну стало не по себе. Он вдруг понял, что учителя русского языка и литературы стало слишком много в его жизни. Но возможность размышлять об этом Антону выдалась недолгая, потому что в кабинет зашёл Виктор Семёнович и сказал парню, что проводит его на выход.

***

— Антоша! — первое, что услышал Шастун — это ласковое обращение мамы. — Как же я переживала! Только ты не волнуйся, этот Саша Громов получит по заслугам! — Мам, да нормально со мной всё, — пытался отмахнуться парень, еле стоя на ногах, и то только с помощью доктора. — Здравствуйте, меня зовут Виктор Семёнович, я обследовал вашего сына, и, если вы не против, мне надо с вами поговорить, — сказал мужчина, аккуратно прислоняя к стене Антона, чтобы помочь маме Шастуна разобраться с документами. — Да, конечно. Антош, я оставляю тебя с Арсением Сергеевичем, он проведёт тебя до квартиры, и, пожалуйста, не пререкайся, — произнесла Майя, и легонько приобняв сына, прошла вслед за доктором.       Антон только сейчас заметил Арсения Сергеевича, который всё это время тихонько стоял и наблюдал за происходящим. — Как ты? — как-то заботливо произнёс учитель, заставляя сердце парня чуть ли не сальто крутить от такого внимания со стороны Арсения Сергеевича взрослого человека. — Сойдёт, бывало и хуже, — пытался съязвить Антон, но у него это не получилось. Странно… — А вот мне кажется, что ты нагло лжёшь прямо в лицо своему учителю! — с небольшой строгостью в голосе сказал Арсений. — Я вот прекрасно помню твои слова сегодня утром. — «Блять, он серьёзно помнит этот утренний бред? Вот это память», — произнёс Шастун про себя, но, кажется, не всё. — Соглашусь, память у меня и впрямь неплохая. Но запомни, Антон, что лгать мне — себе дороже, — сказал учитель, подмигивая. — Ладно, тебя надо домой довезти, так что давай-ка, иди сюда. — Ээээ Вы чё делаете Арсений Сергеевич?! — начал истерить Шастун, когда заметил, что учитель тянется к нему не просто чтобы помочь дойти до машины, а чтобы блять на руки взять! — Антон, не истери! Ты думал сам будешь идти? Ты вообще видел своё состояние? — начал без капельки агрессии отчитывать парня Арсений. — Видел блять! Только попробуйте меня на руки взять, я заору, что Вы пытаетесь меня похитить! — Шастун сам не понял, что он там ляпнул, но в ответ услышал лишь почти беззвучный и очень красивый смех учителя. — Вы чё ржёте? — Ох Антоша, какой же ты дурак! — продолжая смеяться ответил Арсений Сергеевич. — Ну спасибо блять, — саркастически улыбнувшись, ответил парень. — Так! Ещё один мат услышу, и ты будешь у меня на руках до дома сидеть, понял? — повторив улыбку Антона, сказал мужчина. Хочешь сам идти, сейчас устроим.       Арсений Сергеевич подошёл к парню, чьи ноги грозились уронить своего владельца в любой момент, положил правую руку ему на спину, а второй рукой перекинул левую руку парня себе через голову. Крепче прижав к себе этого худого мальчишку (нет, серьёзно, он ест вообще?), чтобы он уж точно не упал, пошёл на выход, помогая с этим Антону (хотя в этот момент его можно было назвать просто помидором). Еле как спустившись по лестнице, они оба устали, поэтому Арсений решил взять ситуацию в свои руки, а если быть точнее — Антона. — Арсений Сергеевич, Вы же сказали, что не будете меня поднимать! — кричал Шастун, пытаясь отойти от учителя, но это у него получалось очень плохо. — Арсений Сергеевич, блять! Отстаньте! — Шастун, ты уже заколебал! Если я сказал, что надо взять тебя на руки, значит так надо! И не спорь! — повысил голос учитель. От такого напора Антон мягко говоря охренел, а выражаясь его языком — охуел. И это секундное замешательство позволило Арсению подойти очень близко, и, схватив одной рукой парня под ноги, а второй за спину, мужчина понёс его по направлению к машине. — Арсений, блять, Сергеевич! Быстро поставьте меня на землю! Я сейчас брыкаться начну и звать на помощь! — не успокаивался парень. — Брыкаться ты не сможешь, а на помощь зови, сколько тебе влезет, всё равно никто даже не обернётся — спокойным тоном ответил учитель. И Антону блять пришлось смириться с тем, что его на руках нёс его же учитель. Это полный пиздец, вот серьёзно!

***

      Когда они с Арсением Сергеевичем уже сидели в машине, Шастун решил не терять времени и порасспрашивать учителя. — Арсений Сергеевич, а почему вы согласились забрать меня с больницы. Вы же бросили все свои дела и поехали вместе с моей мамой за мной. Но, вопрос, зачем? — реально не понимая смысла в действиях мужчины, спросил парень. — Не знаю Антон. Может, потому что меня об этом попросил мой друг, а может потому что у меня не было никаких дел, — ответил учитель, не отвлекаясь от дороги. — Ого, вы с Павлом Алексеевичем, оказывается, дружите? — удивлённо спросил Антон. — Ну да, мы лет шесть уже знакомы, даже в университете одном учились, — вспоминал студенческие времена Арсений. — Прикольно, Павел Алексеевич — классный, вам повезло с другом! — без капельки сарказма ответил парень. Дальше они сидели в тишине, и каждый обдумывал своё. Антон думал о том, что не только Арсению Сергеевичу повезло с другом, но и Павлу Алексеевичу с ним, а Арсений думал о том, почему же ему хочется всё время заботиться об этом довольно милом странном подростке по имени Антон…