Созвездие Большого Пса.

      Лучи заходящего солнца придавали неестественно-рыжий оттенок волосам девушки, стоящей на Астрономической башне. Она стояла, прикрыв свои глаза рукой, и осматривала территории близ Хогвартса в последний раз... Нет, конечно, не в последний раз вовсе, а последний раз в этом времени. Она хотела навсегда отпечатать в своей памяти места, которые вскоре перестанут быть частью её жизни.       Но вот последний лучик начал выпутываться из её волос, а она, словно не желая отпускать свою старую жизнь, подняла руку вверх, понимая, что, когда этот луч дойдет до кончиков её пальцев, а потом и вовсе уйдет за горизонт, она должна будет похоронить саму себя. "Это совсем не страшно," - в сотый раз, как мантру, произнесла она, - " и совсем не больно. Гарри же не будет обманывать, он же уже умирал". Но всё же, когда приходит время руки начинают трястись и в голове крутиться одна единственная мысль " а вдруг не сработает?"       Дело в том, что эту девушку зовут Гермиона Джин Грейнджер. Она любит свою жизнь, своих друзей, но когда появился шанс стереть из истории упоминание о Второй Магической войне, она пойдет на всё. Ведь как она будет смотреть в глаза Гарри, если даже не попытается спасти его родителей и крёстного, как она будет оплакивать умерших со всеми, зная, что был шанс предотвратить смерти близких людей, что меньшее количество крови прольется...       - Пора, мисс Грейнджер,-произнес голос у неё за спиной. Обернувшись, Гермиона ни капельки не удивилась, увидев Альбуса Дамблдора, бывшего директора школы Чародейства и Волшебства Хогвартс.       После того дня в Малфой-Мэноре, когда Беллатриса Лестрейндж запытала её почти до смерти, дверь на другую сторону осталась приоткрытой для Гермионы. И к ней стали частенько наведываться те, кто не мог найти успокоения и хотел помочь. Именно благодаря этому Гермиона и узнала про то, что можно путешествовать во времени.       Но, естественно, не бесплатно. Если тебе надо проехаться на Ночном Рыцаре ты платишь 11 сиклей, а если ты хочешь попасть на 20 лет назад, то ты отдаешь всего навсего свою жизнь. На самом деле всё не так уж страшно. Твоё тело не должно существовать в двух разных реальностях и таким образом ты устраняешь эту проблему. Именно так Гермионе профессор Дамблдор и объяснил.       Сначала девушка хотела со всеми попрощаться, но потом решила, что в этом нет смысла, они никогда её не вспомнят, не узнают, не посмеются над глупой шуткой Рона или не будут больше упрекать её за то, что она проводит так много времени в библиотеке.       "Совсем не страшно, совсем не больно," - снова повторила она и взяла ритуальный нож в левую руку, а зелье, подготовленное заранее, в правую, как того требовал рецепт. "На него ушло почти полгода, - внезапно подумала Гермиона с обидой, - Эти полгода испаряться в моем теле за первые пять секунд".       Не желая больше медлить, она залпом выпила зелье и резким движением разрезала нужные артерии на горле, попутно захлебываясь необходимыми заклинаниями.       "Всему своя цена," - подумалось ей и в этот момент слезы потекли из её глаз, она захрипела и медленно оглядела пространство вокруг себя.       Многие говорят, что умирать совсем не страшно. "Это произошло мгновенно и безболезненно"-вспомнилась Гермионе фраза одного врача из старого маггловского фильма. Чушь... Как же одиноко и больно умирать так, и совершенно одной. Но она была не одна...       Юная волшебница заметила перед собой расплывчатое движение и в следующую секунду перед ней стояли те, кто так отчаянно сражался за мир, против Волан-де-Морта. Они пришли на её затихающий зов, полный отчаяния и одиночества. Здесь были Люпины, которые до сих пор держались за руки, Фред, озорно улыбающийся из-под завесы смерти, профессор Дамблдор, чьи глаза всё также лукаво поблескивали за очками полумесяцами, Сириус, чьё безрассудство не смогла забрать даже Смерть, и многие другие, кто отдал жизнь за будущее, в котором для них нет места. Возможно, это неправда и Гермионе просто чудится, но как ей было приятно, что сейчас она не одна, даже если это плод её воображения.       Кажется каждый из стоящих перед ней понимал, что нельзя было просто произнести заклинание и умереть в одну секунду,- это зелье требовало кровопролития,- поэтому они просто молча и участливо ждали конца.       Гермиона аккуратно с помощью рук сползла по стене, чувствуя как жизнь утекает из неё. Руки и ноги бессильно опустились, глаза были давно уже сухие, лишь соленые дорожки стягивали лицо. Она последний раз взглянула на звёздное небо, нашла созвездие большого пса и еле слышно произнесла:        - Гарри обманщик, как же это больно...-она не успела договорить. Теперь не только на небе, но и в её карих распахнутых глазах было видно созвездие большого пса.

***