Возможно, уже пора?.. (5 глава)
17 февраля 2022 г., 01:21
Примечания:
Глава получилась достаточно динамичной, некоторые части писала прям на одном дыхании.
***
Слушая нудные лекции профессора Бинса в кабинете истории, где и без преподавателя было жуть как холодно, Гермиона невольно начала прокручивать в голове события, не дававшие ей спокойно уснуть вот уже вторые сутки. В тот вечер, когда она постучалась в дверь комнаты мальчиков многое, что было покрыто вуалью тайны, стало для неё ясным безоблачным днём...***
Из воспоминаний Гермионы. - Можно войти? - и не дожидаясь ответа, девушка прошла внутрь. В комнате было тихо. Не было слышно ни шороха простыней, ни мягкого трения балдахина, но всё же... В арочном оконном проёме виднелась чья-то фигура. Несмотря на страшный холод на улице, окно было раскрыто настежь. В нос резко ударил неприятный запах и она заметила, что лицо Сириуса еле заметно изредка подсвечивается красным огоньком на кончике сигареты. Луна, внезапно выглянувшая из-за грозовых туч, осветила и без того бледное лицо Блэка, сделав его лицо больше похожим на маску, чем на нечто живое. В этот момент можно было увидеть лицо Сириуса из далекого будущего, когда оно уже было испещрено печалями прошлого. Но это было лишь секундное наваждение. Парень всё также стоял спиной, небрежно прислонившись к оконному проёму. Он затянулся в последний раз и выбросил окурок в окно. Сириус продолжал стоять неподвижно. Гермиона же решила нарушить молчание: - Сириус? - неуверенно позвала она и парень резко обернулся. В тени было не разглядеть выражения его лица, но парень вздрогнул, видимо он и в правду не заметил девушку. - Что ты здесь делаешь? - резко отозвался он хриплым голосом, явно насторожившись. - Я хотела проведать тебя. Как ты? - миролюбиво ответила Гермиона, понимая, чем вызвала такое раздражение с его стороны. Похоже никто из ребят не знал о его пристрастию к сигаретам. - Я бы хотел побыть один, Гермиона, хорошо? - он устала прикрыл рукой свои глаза. - Я понимаю, просто хотела сказать спасибо за то, что ты заступился за меня, - аккуратно сказала Гермиона. Она знала как вести себя в таких ситуация, потому что у Гарри очень часто было такое состояние на последних курсах, - Но, если тебе нужна поддержка, я всегда рядом. - Я не Нюниус, чтобы меня поддерживала девчонка. Я в порядке, - устало улыбнувшись, он отвернулся в сторону окна. Как бы по-детски его фраза не звучало, Гермиона знала в чем причина такого поведения. За то время, которое она провела в этом мире, она сблизилась с ребятами и многое о них узнала, и это были вовсе не сухие факты как из учебников. К примеру, Лили любила петь когда мылась, у нее совершенно не было голоса, но ее это не останавливало. Ремус всегда пил горячий шоколад, когда ему было плохо. Джеймс взлохмачивал волосы, каждый раз завидев Эванс на горизонте и таких привычек у ребят было немерено. Вот и у Сириуса была своя привычка. Он отгораживался от всех, когда чувствовал себя плохо и незащищено, словно боялся, что люди увидят его несовершенства. Гермиона знала казалось многое об этом человеке. Как никак, она знала даже его будущее, которое может наступить. Вспоминая образ взрослого мужчины, погрязшего в своем горе, Гермионе очень хотелось помочь тому, кто перед ней стоит. Ведь в прошлом, точнее в будущем, такой возможности ей не представилось. - Совершенно нормально чувствовать себя одиноко, - сказала девушка подойдя к оконному проему, где стоял парень. Он даже не повернулся к ней, поэтому Гермиона начала всматриваться в даль, пытаясь подобрать правильные слова, - У меня был друг... Ну как друг... Скорее мой хороший знакомый, который всегда во всем винил себя. Он места себе не находил от огромного груза вины и совершал необдуманные поступки, лишь бы унять боль внутри себя. И однажды это его сгубило окончательно, - тихо прошелестел голос Гермионы. Она всё также смотрела в даль, опершись руками об оконный проем. Парень повернулся в ее сторону и внезапно заметил одинокую слезу, скатившуюся из глаза девушки. Девушка резким движением смахнула её, будто сама удивляясь своей реакции. Она вспоминала того Сириуса из будущего, чьи глаза померкли со временем. Заточение в Азкабане никому на пользу не идёт. В сравнении с нынешним Блэком, образ того Сириуса был ещё более устрашающий. Такого будущего для него она допустить не может. Гарри её просто не простит. Она тихо вздохнула. - С чего ты решила, что я виню себя за что-то, - хриплым голосом прошептал Блэк, всё также не отрываясь смотря в сторону Запретного леса, где лесничий Хагрид совершал вечерний обход его грядок, - Я просто вспылил, тут нет ничего такого... - Я просто знаю, кем являлся тот слизеринец - перебила его Гермиона, - И я знаю, что ты не хотел с ним ругаться. Ты испытываешь вину за многое, но нужно уметь прощать себя, несмотря ни на что, - последнюю фразу она едва выдохнула, печально улыбнувшись, потому что она больше относилась к ней, чем к Сириусу. Гермиона медленно подняла взгляд на Сириуса и встретившись с его взглядом, тут же обомлела. Он смотрел на неё так, будто впервые увидел. В неведомом для себя порыве она осторожно подняла руки, собираясь его обнять, но он её опередил. Они так и простояли несколько минут просто обнявшись, поддерживая друг друга в трудную минуту. Мысли из головы вылетели, сейчас их объединяли лишь пустая комната и свод неба над головой. - Я думаю, мне пора, - после долгого молчания немного неловко произнесла Гермиона, выворачиваясь из объятий. Всё-таки она не ожидала, что она настолько откроется этому человеку, поэтому чувство неловкости не покидало её. Всё еще не смотря ему в глаза, она прошептала, - Увидимся завтра на уроках. И она ушла, оставив Блэка с приятным чувством теплоты в груди и мягкой улыбкой на истрескавшихся губах. В этот вечер они и стали друзьями.***
На следующий день они с Блэком вели себя непринужденно, как обычно, но всё же что-то поменялось. Как тогда на первом курсе, после того как мальчики спасли её от тролля. Это было то самое событие, после которого невозможно оставаться просто знакомыми. Событие, что позволяло преодолеть самые первые поры знакомства в одночасье. У Гермионы было так тепло на душе от того, что у неё появились друзья в этом времени. Всё-таки после Гарри и Рона, она даже не знала будут ли у неё друзья еще когда-нибудь. Если честно ей хватило бы и Лили. С ней всегда можно было обсудить что угодно. За время Магической Войны, она научилась отличать друзей от врагов. Видимо, это оставило на ней тень сомнения в людях, как таковых. Потому что сейчас ей было очень страшно открываться людям по-новому. И поэтому радость от новообретенных друзей была вдвойне приятна. Так, в своих мыслях Гермиона провела весь урок истории. Выходя из класса, она с кем-то столкнулась и из рук посыпались книги. Девушка никогда не была замечена в чрезмерной мечтательности и витании в облаках, поэтому это происшествие её разозлило. Зло сдувая с лица пряди своих непослушных волос, она подбирала книги с пола, когда увидела, что тот с кем она столкнулась стоит в трех шагах от неё и наблюдает, она уже подняла голову чтобы огрызнуться, но тут заметила того, кто это был. Северус Снейп! Он явно кого-то ждал. - Будь аккуратнее, - холодно отозвался тот и просто продолжил наблюдать за стараниями Митчел всё снова сложить как было. Ну, тут уж она не могла стерпеть. - Я была бы аккуратнее, если бы кое-кто не стоял здесь как истукан, загораживая проход, - на самом деле это было необоснованное замечание, но Гермиона не на шутку разозлилась. Он так напомнил ей того Снейпа из будущего, что её всю передернуло. - На себя посмотри, носишься как какая-то наседка со своими книжками, - прошипел он. Ученики проходили мимо, не замечая этой странной парочки. Гермиона уже закончила поправлять свою стопку и уже хотела начать отчитывать бывшего преподавателя по Зельеварению, когда из класса выпорхнула Лили. - Привет, - радостно провозгласила она и обняла Северуса, - О, вы уже познакомились? Сев, это Гермиона, Гермиона, это Северус, - казалось она даже не заметила то, какая атмосфера витала здесь до её прихода. - Да, мы познакомились, - его лицо озарила кислая улыбка, направленная в сторону Гермионы, а потом как по волшебству самого Мерлина, его лицо преобразилось в нечто не вязавшееся с его образом. Он искренне улыбался Лили! - Мы тут с Севом собирались погулять, не хочешь с нами Гермиона? - нет, она правда ничего не замечает! По лицу Снейпа было видно, что если Гермиона согласится, то это закончится для неё плохо. Будет она его боятся, да, как же! - Да, нет, у меня есть еще дела в библиотеке, - ей на самом деле нужно было в библиотеку, так что Снейпу просто повезло. Всё-таки в плане у неё стояло сближение с ним, чтобы не допустить тех ошибок, которые он должен сделать. Хотя после этой встречи было слышно как трескается ее план по швам. - Ты слишком много учишься, - Лили захихикала и махнув рукой, добавила, - Встретимся еще. Гермиона зашагала прочь от них. Ей нужно придумать новый план действий. Иначе всё быстро зайдет в тупик. Отправляясь в библиотеку, у неё уже что-то вырисовывалось...***
…Из-под капюшона выглянула чья-то изящная рука поправляя накидку так, чтобы не было видно лица. Вид у незнакомки был самый обыденный. Не богатый, но и не бедный. Как раз такой, чтобы можно было спокойно затеряться в толпе в случае чего. - Я пришла сюда за тем, о чём вам писала в своих письмах, мистер Горбин, - проговорил надтреснутый голос незнакомки. Руки та, держала в карманах, будто готовая в любой момент выхватить оттуда палочку. Такие постояльцы его лавки, были горбину не в новинку. - Прошу прощения не понимаю вас, - елейно прошелестел мистер Горбин, переставая протирать полки с какими-то банками, внутри которых плавало Нечто. Он зашел за прилавок на всякий случай, никогда не знаешь, что выкинет твой следующий клиент. - Всё вы понимаете, - холодно прошелестел голос, - Золото Салазара, - тихо прошептала незнакомка и будто получив, какой-то сигнал, владелец магазина "Горбин и Бэркес" припустился внутрь магазина. Было слышно, что он очень торопился, настолько хотелось ему угодить этой незнакомке. Прошло уже несколько утомительных минут, когда он наконец снова появился. В руках у него был какой-то пыльный сверток. На нем были какие-то коричневые пятна, подозрительно напоминавшие запекшуюся кровь. - Как вы и просили, Госпожа, - льстиво промолвил Горбин, опуская голову в знак почтения, почти водя своим длинным носом по столу прилавка. Незнакомка небрежно кинула 3 мешочка с золотом на стол прилавка, которые тут же исчезли в недрах карманов Горбина, и взяла в руки сверток. Аккуратно надев перчатки из драконьей кожи на руки, она развернула тряпочку, и пред глазами её предстал чей-то окровавленный клык. - Замечательно, - маниакально прошептала незнакомка. - Позвольте узнать, Госпожа, для какого настолько темного заклинания вам он понадобился? - было слышно как дрожит голос владельца от страха и благоговения. Таких темных магов было немало, но с такими всегда нужно уметь дружить, иначе шкуры не сносить. - Не ваше дело, мистер Горбин, - холодно отрезал голос и владелец опустил голову в знак смирения, - Если мне что-нибудь ещё понадобится, надеюсь и в следующий раз вы меня не разочаруете, - прошипел голос незнакомки и она выйдя из магазина трансгрессировала. - Ужасная женщина, - поёжился Горбин и продолжил очищать полки от пыли.***
Фигура в плаще вновь объявилась на другом конце Англии. Старая лачуга Мраксов пугала своей тихой трухлявой плотью из дерева. Казалось, что прямо сейчас обрушится совершенно всё здание и со всем его содержимым будет погребено под сводами трухлявого потолка. Где-то в дали был слышен вой собак. Фигура огляделась по сторонам и тихо начала рыскать по территории этой заброшенной лачуги. Войдя внутрь, по телу Фигуры прошлась дрожь. Было ощущение будто за ней кто-то наблюдает. Она начала оглядываться, но, что могло дать обычное зрение? - Гоменум Ревелио! - прошептал скрипучий голос незнакомки, но никто не объявился. Фигура продолжила свои поиски, но не усыпляла свою бдительность. …И внезапно ей почудилось, будто её кто-то позвал на улице. Незнакомка притаилась выжидая, но это не повторилось. В нерешительности, она выглянула из-за двери на улицу и обомлела. На улице стоял парень. Красивый, высокий, самый красивый из тех, кого она знала. По телу пробежала дрожь. Со стороны Фигуры послышался всхлип и скрипучий голос произнес: -...Ненастоящее. Это ненастоящее, - она вышла из лачуги, слегка пошатываясь, и пошла в сторону парня. Тот её подзывал, уговаривал подойти, зазывал к себе поскорее, будто хотел ей рассказать самую лучшую шутку, которую он когда-либо слышал. Но Фигура знала, чем это всё обернется. Хотя жизнь не так дорога, ведь после смерти можно быть с любимым. Но Фигура отозвала эти мысли прочь. Она бегом припустилась к тому, что блестело за парнем. Это было кольцо. Парень, всё это время грустно за ней наблюдавший, кивнул ей и проговорил два слова, которые вместо обычной теплоты, сейчас звучали укором её поведению. Фигура всхлипнула, нанесла защитное заклинание на кольцо и украдкой взглянув на парня, проскрежетала: - Прости меня, - и аккуратно завернув в тряпочку кольцо, она осторожно положила его в шкатулку и трансгрессировала.***
Фигура в плаще появилась будто из воздуха прямо на краю Хогсмида. Она прошептала заклинание, но ничего будто не изменилось. Фигура тихонько засеменила к Сладкому Королевству, пробираясь в тени, будто не желая, чтобы её кто-то видел. Навстречу к неё иногда шли люди, но они в основном выходили из трактира Мадам Розмерты. Так что, после длительной попойки, они были не самыми наблюдательными. Пробравшись к магазину сладостей, она тихо проникла внутрь, погасив на несколько минут заклинанием сигнал тревоги. Пробравшись в люк под магазином и пройдя несколько метров под огромным слоем земли, она наконец откинула капюшон, руками всё еще облаченными в перчатки из драконьей кожи. - Слава Мерлину, всё прошло гладко, - тихо вздохнула Гермиона, вытаскивая из под плаща то, что приобрела у чернокнижника, - Вот и первая часть моего плана завершилась, - сказала она, разглядывая клык василиска в синем цвете её волшебной палочки. В тоже время чувствуя, как кольцо оттягивает её карман. Гермиона припустилась по земляному коридору. И лишь её глухие рыдания отзывались во тьме.***
Дело в том, что как только Гермиона вышла из Больничного Крыла 3 сентября 1977 года. Она первым делом задумалась о том, как ей добыть клык василиска, потому что два других разрушительных оружия были очень непредсказуемы. Поэтому недолго думая, Гермиона отправила письмо в "Горбин и Бэркес" с таким запросом, пообещав кругленькую сумму за этот клык. Отозвался он не быстро, с подозрением расспрашивая покупательницу. Она в свою очередь сказала, что не будет раскрывать свою личность, но даст Непреложный Обет о том, что она никому не расскажет, где взяла этот клык. Когда владелец магазина согласился на такие условия, она, изменив внешность и голос, направилась к нему в магазин и заключила сделку. Она ничего не сможет рассказать об этой сделке и с кем она была совершенна. К Горбину были применены те же условия. А называл он её Госпожа, потому что Гермиона помнила, каким был Горбин в её время из рассказов Гарри. Он явно трепетал перед влиятельными людьми. Знал бы он, что в его магазине была грязнокровка... ...Но, откуда же у грязнокровки были такие деньги?.. Всё довольно просто. Профессор Дамблдор снабдил её огромной суммой денег при прошлой встрече, так что покупки для неё не составят труда. После того, как она и Горбин заключили сделку минуло полтора месяца, а ответа всё не было. Гермиона уже начинала беспокоится, но в начале ноября Мистер Горбин наконец, отправил ей письмо, заклейменное на его крови, чтобы мог прочесть лишь адресат, о том, когда и с какими словами ей приходить в его лавку. Так она и сделала. Что, касается кольца Мраксов, Гермиона решалась на эту вылазку давно, но, уж больно хотелось растянуть это время беззаботности... Хоть она и понимала насколько это эгоистично. Нельзя было и не учитывать те чары, что были наложены на камень. Да, и сам камень не обычный. Она запланировала две вылазки в одну ночь. Это было сложно, но необходимо. Ведь промедления могли бы стоить ей жизни. Она могла поклясться шляпой Гриффиндора, что Волан-де-Морт чувствовал свои крестражи достаточно хорошо, чтобы уловить даже их незначительные перемещения. Поэтому необходимо действовать быстро. Почему крестражи, если Гермиона собрала только один? Потому что прямо сейчас она стояла напротив диадемы Кандиды Когтевран в Выручай-комнате. Её сердце быстро билось в груди, прямо как птичка пойманная в клетку. На виски давили голоса крестражей и был огромный соблазн всё бросить и уйти. Но она не могла себе этого позволить. Только не тогда, когда она столько прошла... Гермиона заранее изучила вопрос защиты крестража кольца, поэтому сейчас тихо шептала заклинание над свертком, изначально, конечно, наложив сильнейшие из её арсенала защитные чары на себя. Спустя 20 минут махинаций над кольцом проклятье наконец было снято, поэтому можно было приступать к самому важному. Рука Гермионы скользнула в полы мантии и достала оттуда окровавленный сверток с клыком василиска. Всё еще в перчатках, она взяла дрожащими руками края тряпки и ,наконец, схватила железной хваткой клык. Шепот в голове становился громче. Ты никому не нужна... Ты никчемная грязнокровка... Твоё место на помойке... Ты сдохнешь, Грейнджер... "Откуда оно знает мою настоящую фамилию?" - Гермиона хотела уже закричать и сбежать, но услышала такой родной голос, который сейчас был холоднее, чем зима в Болгарии. Я тебя никогда не любил. Заучка и популярный парень, что за бред... Неужели, ты вообще могла помыслить о том, что ты мне когда-нибудь понравишься? Насколько же ты глупа. Похоже книги совсем глаза застили!.. И рыдания Гермионы, которые она уже не могла в себе удерживать потонули в хохоте образа Фреда Уизли. Я умер из-за тебя... По твоей глупости... Из-за твоей самонадеянности... Это ведь ты меня упрашивала отсиживаться до Битвы! Как я мог по-твоему отсиживаться и во время неё?!! Это ты во всем виновата... Ты убила меня... Клык василиска выпал из рук Гермионы, она упала на колени и опустила голову, плечи тряслись от истерики... "Это говорю не я, ты же знаешь, что я тебя люблю, несмотря ни на что... Ты ни в чем не виновна..."- внезапно прошелестел голос за её спиной. Гермиона знала, кто это. Она знала, что он настоящий. Тот самый парень, что был возле дома Мраксов. Её Фред. Она резко вскинула голову, вцепилась руками в клык и быстрым отточенным движением вонзила его в кольцо. По камню пошла трещина и оттуда огромной черной дымкой вылетело нечто, обдав Гермиону ледяной волной, от которой она начала задыхаться. Крик Души самого Тёмного Лорда казалось сейчас выбьет ей все перепонки. Это был полный хаос. И внезапно, всё резко прекратилось... Она подняла глаза и увидела, что дымка уже рассосалась. Гермиона упала в обморок от переизбытка чувств. Но похоже ненадолго, потому что её часы, которые она недавно купила, показывали, что прошло буквально несколько минут. Её всё еще пошатывало и чужие мысли не давали ей прийти в себя. Но в голове крутилось одно верное решение, то, что ей необходимо было сделать. Она во второй раз поднялась. Тяжелые мысли накатили на неё с новой силой. Она задыхалась от отчаянья, руки сковало оцепенение безысходности, а глаза застилали новые слезы. Из носа хлынул поток крови. Голоса, давно ушедших людей, заполнила ее мозг до крайности. все говорили, что это она во всем виновата. Она их всех убила. Но разве это уже имеет какое-то значение?.. Подняв свои дрожащие руки над головой через боль, она закричала: - Сдохни, наконец, сука! - и с силой вогнала клык в основание диадемы. Крик раздался во второй раз, но Гермиона уже ничего не видела и не слышала. Она провалилась в спасительное забытье...***
Гермиона очнулась там же где упала в обморок. Встав с каменного пола, она почувствовала как ломит всё её тело от того, что она так долго пробыла в одном положении на холодном твердом полу. Всё еще дезориентированная, она начала подниматься на ноги, но почувствовала такую тяжесть и боль в голове, что тут же бухнулась на пол, что тоже отозвалось немыслимой болью по всему телу. Она взглядом обвела закуток, в котором находилась, и наткнулась взглядом на свою палочку, лежавшую в метре от неё. Гермиона аккуратно приподнялась на локтях, оценивая свои силы. Осознав, что их едва хватает, чтобы спокойно дышать, она со стоном свалилась обратно на пол. Сил не хватает, чтобы подняться. Она бессильно закричала и из глаз снова хлынули горькие слезы. Это были слёзы усталости и боли. Она не могла пошевелиться. Лежа на холодном полу и глядя в потолок, она пыталась успокоится, потому что слёзы тратили и так самые маленькие крохи её сил. Она решилась на отчаянный рывок. Перевернувшись на живот и отдышавшись, она снова рвано всхлипнула, пытаясь подавить свои спазмы. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Она снова закричала, когда рывком дотянулась до палочки. Из последних сил она взмахнула палочкой и прошептала: Экспекто Патронум. - Я... В Выручай-комнате... Вось... Восьмой этаж... Три раза пройтись... Прошу... К Дамблдору... - шептала на выдохе Гермиона своей сияющей выдре. Столь сильное заклинание забрало последние силы Гермионы и она снова упала в тьму...***
...Глаза, откуда видимо даже во время благодатного обморока лились слезы, слиплись и совершенно не хотели открываться. Голова гудела и тело немного ломило, как при температуре. Просто отвратительное состояние. Но, несмотря на это, Гермиона всё же разлепила глаза и вечернее закатное солнце подсказало ей, что она проспала, как минимум сутки. Её пальцы сами по себе потянулись к голове и нащупали повязку, опоясавшую её голову словно обруч, сжимая её голову в тиски. Гермиона рывком стянула с себя повязку и хотела уже позвать Мадам Помфри, когда поняла, что голоса у неё совсем нет. Горло суше, чем засушенные рыбьи глаза в кабинете Зельеварения. Она обернулась на прикроватный столик и увидела стакан воды с графином, выглядевшими как само благословение Мерлина. Выпив весь стакан, она налила себе еще воды, и еще, и еще... так, она осушила весь сосуд. Похоже Мадам Помфри туда что-то добавила, потому что ей внезапно стало намного лучше и горло почти не саднило, поэтому она самостоятельно встала с кровати и подошла к кабинету целительницы. Но её не было в кабинете, и наконец Гермиона обратила внимание на голоса, доносившиеся от дверей Больничного Крыла. - ... да, я же вам говорю, мне нужно к ней попасть, - чей-то голос звучал глухо, поэтому она не смогла в точности определить чей он, хотя звучал он знакомо. - А я вам повторяю, мисс Эванс. Это невозможно. Мисс Митчел еще не пришла в себя, поэтому я не могу вас впустить, - упрямо говорила Мадам Помфри, - О, профессор Дамблдор, вы как раз вовремя, пожалуйста, объясните мисс Эванс, что входить к мисс Митчел нельзя! Следом была тишина, видимо за дверью разговор продолжался уже не на повышенных тонах. Гермиона решила, что лучше она встретит профессора в кровати, чем полуголая в коридоре и благополучно добралась до койки. В помещение Больничного Крыла вошел директор. Пройдя несколько задернутых ширм, он остановился у кровати Гермионы, явно не удивленный тем, что она не спит. Хотя он был явно разгневан. Хоть старался этого и не показывать. Просто нечто подсказывало Гермионе это. - Мисс Митчелл, как вы себя чувствуете? - начал директор издалека. - Намного лучше, спасибо, - промычала нечленораздельно Гермиона, поправляя сползшую на пол простыню. - Чтож, Поппи, прошу оставить нас наедине, - скомандовал он и в этот раз целительница не посмела возразить. Видно и она почувствовала перемену в настроении директора. - Профессор!.. - начала было Гермиона, но директор рукой остановил поток её слов. - Для начала, я бы хотел поинтересоваться у вас, что вы делали в 4 часа утра в комнате, о которой даже мне не известно? - теперь волшебница хотя бы знала во сколько она со всем этим закончила. Хотя вся эта ситуация звучала до ужаса комично, но Гермионе было не до смеха. Лишь один взгляд на директора полностью показывал его мнение на счет этой "забавной шутки". - Я приводила в исполнение свой план, - пискнула Гермиона, сжавшись в комок под взглядом профессора. - Но, неужели ваш план включал в себя полное истощение организма и состояние тела как при летальном исходе, мисс Митчелл? - голос профессора был до крайности обеспокоенным, хотя злости почти уже слышно не было. Уже что-то. - Я... - и тут до Гермионы дошло, что именно ввело в гнев профессора. Беспокойство за её жизнь, - Это было необходимостью. - Хорошо, - он устало присел на начертанное в воздухе им кресло и снова взглянул на Гермиону своими ясными глазами, - Я поговорил с Профессором Слизнортом и нечто открылось мне. Я узнал, что может он скрывать. Но так как вы уже нарушили все мыслимые правила времени, смысла больше играть, к сожалению, нет, - он и вправду расстроился от того, что ему больше нечего разгадывать, - Так, что же именно вы уничтожали клыком василиска? - Что ж, это может прозвучать странно, но... Крестражи, сэр, - брови профессора поползли вверх. Голубые глаза сверкнули за очками полумесяцами и казалось всматривались в саму суть Гермионы, будто пытаясь понять ни ложь ли это. "Легилименция" - догадалась девушка. - То есть вы, самостоятельно, уничтожили крестражи? Их было несколько? - голос директора звучал взволнованно. Не каждый день ведь услышишь подобное. Немыслим был сам факт того, что Волан-де-Морт разделил свою душу на несколько частей, а что говорить на счет того, что крестражи уничтожала малолетняя волшебница. О, Мерлин! - Два, сэр, - казалось удивлению профессора не было предела. И Гермиона не могла его за это винить. Она и вправду не подумала о том, какой эффект возымеет уничтожение крестражей. Ведь даже в прошлом, когда их было трое, им с большим трудом удавалось остаться в рассудке после этого. - Что ж, думается мне, нам предстоит долгий разговор, - и присев поудобнее в кресло, Альбус Дамблдор стал внимательно вглядываться в темные глаза Гермионы Митчелл, ожидая, когда она ему поведает её замысел.***
Гермиону оставили в Больничном Крыле на несколько дней. Мадам Помфри куда-то ушла, как она сказала ненадолго. И прямо сейчас Гермиона глядела в потолок и вспоминала всё то, что с ней произошло за прошлые сутки. Время уже близилось к трем часам ночи и тихое тиканье часов лишь разрывало тишину. В какой-то момент двери Больничного Крыла открылись и в комнату влетели носилки с человеком. Гермиона тихо спряталась под одеялом и лишь ненадолго выглянула из-под него, в тот момент, когда шаги удалялись прочь. На носилках лежал Ремус Люпин. Он был весь изранен и только сейчас Гермиона вспомнила. Она ведь хотела ему помочь! Она специально изучала то зелье, которым снабжал Снейп Люпина на третьем курсе. Но как передать это зелье?.. Если сделать это тайно, то вопросов не оберешься. Начнутся подозрения, да, и в принципе мальчишкам лишние волнения ни к чему. Тогда как?.. В голове снова начал зарождаться новый план. Гермиона так часто начала создавать планы в последнее время. Сюда бы планировщик экзаменов, который она однажды подарила мальчишкам. И пока одинокая слеза скатывалась по щеке, а улыбка на губах Гермионы еще не потускнела, Господин Морфей всё-таки успел забрать её в своё царство...***
