Кошмарный сон Питера, или любовь не знает границ

Прошло несколько месяцев. У Мари родились двойняшки Изабель и Себастьен. Последние три недели Роджер провел в постоянных разъездах между домом, работой и больницей, где находились его новорожденные дети и Мари. Если бы не поддержка Джеммы, он бы наверное не выдержал такого ритма жизни. Больше всего его беспокоило то, что малыши родились на два месяца раньше срока, и врачи явно не собирались отпускать их домой по крайней мере в ближайший месяц. К его удивлению, ни Мари, ни Джемма не разделяли его опасений и воспринимали ситуацию как само собой разумеющееся. *** Питер возвращался домой после недельной командировки и с предвкушением думал о встрече со своими домашними. "Я дома!" - он оставил чемодан в прихожей и быстро вошел в гостиную, не снимая ботинок. От его взгляда не ускользнул нежный поцелуй Роджера, сжимающего в объятьях его жену. Пара вздрогнула от его неожиданного появления. - Что тут происходит? - начал закипать Питер. - Тебя нельзя оставить одну?! Вы все одинаковые! - с отвращением бросил он и принялся ходить из угла в угол в ожидании объяснений. - Ничего не хочешь мне сказать? - вызывающе прорычал он. Приблизившись чуть ближе, он заметил заплаканное лицо Джеммы и еще раз прокрутил в голове только что увиденную картину: Роджер действительно сжимал её в объятиях, но вместо любовного поцелуя, полного страсти, это был всего лишь невинный поцелуй в щеку, и этот жест, как он погладил её по голове.... Роджер её успокаивал. Что-то случилось. Что-то с детьми. Все его мысли понеслись в другую сторону. - Что-то с Эмили? - выпалил он с тревогой. Джемма молча покачала головой. - С нами всё в порядке. Просто я сделала глупость. Точнее, я глупо себя веду, но это всё. Ничего страшного не случилось. - Извините, я вас оставлю, хорошо? Мне надо к Мари, - Роджер похлопал Питера по плечу и пожал ему руку. - Держись, друг. Питер ничего не понимал. После того, как Роджер скрылся за дверью, он обратился к Джемме: - Ты мне наконец объяснишь, что всё это значит? Почему ты плачешь и что тут делал Роджер? - Я... - Подожди, кажется, я и сам догадался. Пока меня не было, тебе стало одиноко и поскольку вы с Роджером виделись каждый день, ты не удержалась и переспала с ним по старой дружбе, так? А потом тебя стали мучать угрызения совести? - злопыхал он. - Ненадолго же ты стала верной женой. Ты точно такая же, как Элен! Вы сами не знаете, кто вам нужен, - Питер был готов зарыдать от досады. Почему ему так не везло с женщинами? Все, кого он безмерно любил, любили еще кого-то... - Чай готов, - радостно сообщил Винсент, возвращаясь с подносом из кухни. - А где папа? - с удивлением спросил он, увидев в гостиной Питера вместо отца. - Какой-то дурдом, - простонал Питер. - Мне кто-нибудь объяснит, что здесь на самом деле происходит?! - Присядь, пожалуйста, и не перебивай меня, хорошо? - Джемма разлила чай в кружки и набрала в грудь побольше воздуха. - Я не знаю, с чего начать, - вдруг смутилась она. Питер находился в пограничном состоянии между бешенством и отчаянием. - С начала, - буркнул он. - Иначе меня сейчас хватит удар. - Винсент, ты знаешь, что тут произошло, пока меня не было? Твоя мама решила вернуться к отцу? - Не думаю, - глубоко вздохнул он. - Я увидел её плачущей в ванне и позвал папу. Больше ничего не знаю, они отправили меня на кухню делать чай. Мне снова уйти? - озадаченно спросил он у матери. Она кивнула. Винсент снова вздохнул и скрылся на втором этаже. - Итак, в чем дело? Ты хочешь развестись, ты смертельно больна, ты потратила 10.000 на платье, которое не хочешь носить? Скажи хоть что-нибудь, только не молчи! - Я не беременна, - наконец выдавила из себя Джемма. Питер в недоумении развел руками. - И что в этом такого? Ты скорее должна этому радоваться, нет? Ты же не хотела больше детей. - Это правда. Но прошло много времени, всё подзабылось. И поскольку ты так хотел еще одного малыша, я решила сделать тебе сюрприз и подарить еще одного. Я не предохранялась последние месяцы и вот... в общем, у меня была многодневная задержка и я себе уже напредставляла, что беременна, и как сообщу тебе об этом, когда ты приедешь, и как ты будешь рад, и всё в этом духе. Тест не показал ничего определенного, я записалась к врачу на понедельник, чтобы быть уверенной наверняка, но сегодня, ... - Джемма снова разрыдалась. Питер с чувством обнял её. - Вообщем, я не беременна. И когда я поняла это, у меня почему-то случилась истерика. Я никак не могла успокоиться, Винсент испугался и позвал отца. Остальное ты знаешь, - со вздохом закончила она. Питер тем временем продолжал сжимать её в объятьях и целовать её волосы. - Это правда? Ты хочешь родить мне еще одного наследника? - Да, только, похоже, я больше на это неспособна. - Мы будем стараться еще лучше, - Питер крепко поцеловал её. - Или, если хочешь, мы можем сходить к врачу вместе. - У меня где-то есть контакты всех клиник, занимающихся этим вопросом. Остались с тех времен, когда мы с Элен ... были еще вместе. - Я не хочу, чтобы кто-то вмешивался в это. Пусть всё произойдет само, хорошо? - Хорошо, - он ласково поцеловал её. - Только обещай меня больше так не пугать. Джемма с улыбкой кивнула. - Хорошо, я постараюсь. *** Элен с тяжелым сердцем возвращалась домой. Вечером наверняка будет скандал похуже, чем обычно. Но это было необходимо сделать, уговаривала она саму себя. С тех пор, как Николя узнал о беременности Мари, их отношения заметно изменились. Она сама не заметила, как он начал пить. Сначала он приходил домой навеселе по пятницам "в честь конца рабочей недели", потом он всё чаще и чаще игнорировал свою работу и вместо этого просаживал деньги в каком-нибудь баре, откуда его привозили в невменяемом состоянии. Сегодня она съездила в банк и заблокировала все его карточки, которые были привязаны к её счетам. Пришла пора положить конец его разгульной жизни. Жизнь детей превратилась в ад, будучи дома, они старались не попадаться ему на глаза, иначе он начинал их "воспитывать". *** Джемма приехала за дочерью и Артуром и столкнулась в дверях садика с Николя. Они уже давно не виделись, и ей бросился в глаза его опустившийся внешний вид. Некогда красивый мужчина сейчас более походил на бомжа. Быстро поздоровавшись, они пошли забирать детей. Эмили и Артур наперебой рассказывали, что сегодня к ним приходил клоун и показывал фокусы. Джемма слушала в пол-уха, наблюдая за Николя. Милен словно подменили. Обычно жизнерадостная и веселая, она, увидев Николя, тихо прошла к своему месту и начала обуваться. Николя прикрикнул на Адриана, который не мог самостоятельно попасть ногой в ботинок. Милен с испугом кинулась ему помогать. Очень странно. Обычно она была первая готова "наподдать" младшему брату, а уж чтобы ему помогать... Николя показалось, что Милен недостаточно расторопна, поэтому он с силой впихнул ноги Адриана в ботинки и скомандовал им идти к двери. - У него ботинки одеты не на ту ногу, - подала голос Джемма, - так идти неудобно, поэтому и получается медленно, - решила она смягчить гнев мужчины, который, похоже, был готов дать затрещину еле перебирающему ногами мальчику. - До машины 30 метров, и так дойдет, - отмахнулся Николя. Джемма была уверена, что почувствовала запах спиртного. Странно. Нужно будет поговорить с Элен. *** Питер накрывал на стол, пока Джемма готовила ужин. Винсент с шумом ввалился домой и проследовал прямиком на кухню, втягивая носом воздух. - Ммм, как вкусно пахнет. Что сегодня на ужин? - Привет, чемпион! - Питер сделал в его сторону резкий выпад, Винсент с хохотом увернулся и они принялись бороться, не замечая ничего вокруг. Адриан метнулся под стол и заплакал. Джемма вышла на шум возни. - Что вы делаете? Перестаньте, вы его напугали, - заметила она ревущего малыша. Спустя пару минут все столпились вокруг стола, под которым прятался Адриан. - Ты что, испугался? - спросил у него Винсент. - Это ведь не по-настоящему, мы просто дурачимся. Понарошку. Твой папа очень классный, он такой сильный. Я тоже хочу быть таким. Питер засиял от счастья. - Они просто играют. Вылезай, пойдем ужинать, - Джемма протянула мальчугану руку. Тот продолжал с опаской смотреть на улыбающихся во весь рот Винсента и Питера. Джемма взяла его на руки и понесла в кухню. От её внимания не ускользнуло, что его сердечко выдавало бешеные ритмы. После того, как все дети поели, Питер с Джеммой остались одни. Питер явно хотел с ней о чем-то поговорить, но не знал, с чего начать. - Тебя что-то беспокоит? - участливо спросила Джемма. - Да. Меня беспокоит Адриан. Ты заметила, как он изменился? Он перестал говорить, из него слова теперь не вытянешь, стал таким капризным, чуть что - сразу в слезы, да еще этот диатез. Разве так должен выглядеть будущий наследник многомиллиардной компании? - простонал он, показывая на сына, который сидел в отдалении и чесался попеременно вытирая текущие сопли рукавом. - Конечно, вам же сразу чемпионы нужны, - фыркнула Джемма. - Только растить их никто не хочет, нужны готовые. Ему всего 4 года, что ты хочешь? Чтобы он участвовал в наших совещаниях в таком возрасте? - Ему почти 5. И пора начинать вникать во все дела. Сколько было Эмили, когда ты отдала её в балет? - спросил он у хотевшей было возразить жены. - Три, - с улыбкой ответила она. Но это не одно и то же. Знаешь, я тебя понимаю. Когда я смотрю на своих детей, мне кажется, они как будто бы и не мои. Винсент бредит футболом, Эмили - балетом, она по-моему даже спит в балетках. С Лораном пока еще ничего не ясно, но мне кажется, он пойдет в папу. Мне тоже обидно, что некому передать свои дела. Но мне кажется будет нечестно сейчас грузить их выбором будущей профессии. - Угу. Но ты же не будешь возражать, что он изменился? Далеко не в лучшую сторону. - Тут ты прав, с ним что-то происходит. Он стал очень нервный. Может, стоит поговорить с Элен? - Я хочу забрать его у неё. И тут мне потребуется твоя помощь, - с мольбой посмотрел он на неё. - Я не хочу, чтобы мой сын рос с Николя, он его ненавидит. - Нет, - категорично помотала головой Джемма, - он еще маленький и ему нужна мать. Ты не можешь его отобрать просто так. Я даже думать не хочу о том, что Роджеру придет в голову та же мысль, и он захочет отнять Лорана. Ни за что! - Джемма плотно сжала губы. Питер вздохнул. - Я так и думал, что ты это скажешь. Но мне горько смотреть на то, что мой сын - мямля и растет с мужчиной, у которого ему нечему научиться. Не дай Бог, еще таким и останется с попустительства своей мамаши. - Мы можем поговорить с Элен, чтобы Адриан проводил у нас больше времени, - примиряюще предложила Джемма. - Хорошо, - согласился Питер. - Сдается мне, она с радостью согласится. Мне кажется, она тоже его недолюбливает, потому что он от меня, а это злит Николя, и она таким образом старается ему угодить. *** Питер, Джемма, Эмили и Винсент вовсю хохотали в машине по дороге домой из Диснейленда. Лоран сразу же заснул, как только оказался в своем детском кресле, несмотря на гомерический хохот вокруг. Элен не отпустила с ними Адриана, сказав, что он простудился. Они провели невероятно увлекательный день, полный впечатлений и смеха и до сих пор не могли перестать веселиться. Кто бы мог подумать, что спустя полчаса после отъезда, в них врежется мчащийся по встречной пьяный водитель. Питер попытался уйти от столкновения, но было слишком поздно, встречная машина влетела в их бок, по цепной реакции прихватив несколько других, находящихся с ними рядом. Никто не успел понять, что произошло. Джемму оглушил ужасный лязг железа, визг тормозов, крики, запах горелой резины. Она потеряла сознание от удара, а когда пришла в себя, то увидела, что службы спасения уже на месте. Всё вокруг происходящее было похоже на сцену из американского кинофильма, только наяву всё было в сотни раз страшнее. Её вытащили из машины и пытались добиться хоть какого-то ответа, что у неё болит, но она не могла произнести ни слова. В голове где-то в отдалении стучала мысль "что с детьми", но тем не менее, она не могла сосредоточится и в конце концов потеряла сознание второй раз. Превозмогая боль в левой руке, Питер попытался повернуться назад, чтобы посмотреть, что происходит на заднем сиденье, где сидели дети. От увиденного у него потемнело в глазах. Удар пришелся как раз на то место, где сидела Эмили. Он с трудом мог её разглядеть, так как она оказалась полностью зажата в искореженном металле, видна была только её макушка и ушки Мини-Маус, съехавшие в сторону. Лоран так же был скрыт протаранненой дверью машины, виднелась лишь окровавленная нога Винсента, безжизненно торчащая из-под куска металла. Пока Питер с ужасом обозревал произошедшее, возле их машины суетились санитары и спасатели. Прижимая больную руку, он сказал, что с ним все в порядке и самостоятельно выбрался из машины, сообщив, что на заднем сидении находятся трое детей. Он с замиранием сердца наблюдал, как спасатели используют металлорез, чтобы добраться до них. Один из санитаров сказал, что ему не стоит на это смотреть и отправил его к Джемме, которая по-прежнему находилась без сознания. Издали Питер видел, что рядом с их машиной приземлился вертолет и снова поднялся в воздух спустя несколько минут. Его с Джеммой погрузили в машину и с сиреной и мигалками повезли в больницу. Как только они отъехали, по рации им сообщили, что все трое детей живы, но девочка пострадала больше остальных. У Питера немного полегчало на душе. По пути Джемма снова пришла в себя, ей было тяжело держать глаза открытыми, всё вокруг плыло. Питер поспешил её успокоить, что все живы и всё будет хорошо. После осмотра в больнице у Джеммы диагностировали сотрясение мозга и перелом левой руки у Питера. С детьми дело обстояло хуже. У Лорана было сотрясение мозга и сильные ушибы, но учитывая силу удара и его возраст, врачи предупредили, что последствия аварии могут проявить себя позже. Винсент помимо сотрясения мозга отделался синяками и вывихнутой рукой. Больше всех досталось Эмили. У неё был сломан позвоночник, многочисленные повреждения внутренних органов и черепно-мозговая травма. Врачи отказывались делать какие-либо прогнозы, пока операция не закончится. Всё, что оставалось делать остальным - это молиться. Питер в очередной раз в своей жизни осознал, какая это хрупкая вещь - счастье. *** Прошло несколько дней. Операция Эмили прошла успешно, но она по-прежнему находилась в коме. Врачи с опаской говорили о том, что у неё сильно задет мозг. Существовал реальный риск, что она останется инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Питер с Джеммой старались держаться, ради друг друга и ради других детей, но периодически эмоции брали верх и казалось, они не справятся с этим. Мари, узнав о случившемся, заново пережила смерть Ксавье. Её эмоциональное состояние так же оставляло желать лучшего. На нервной почве у неё пропало молоко, Роджер часто заставал её в слезах, но не знал, как ей помочь или успокоить. Он тоже очень переживал за Эмили, но напоминал себе, что не может расклеиться, так как на нем лежал груз ответственности за семью. Он ободряюще уверял всех, что стоит верить в лучшее. Из-за аварии Питер на время упустил из поля зрения Адриана и Элен. Когда он спустя пару недель приехал навестить его, в доме ему открылась безрадостная картина. Николя был в стельку пьян и лежал на полу в гостиной, что-то неразборчиво крича, на кухне Элен успокаивала ревущего сына. Милен забилась в угол и боялась пошевелится. - Что здесь происходит? - с тревогой спросил Питер. - Ээээ, Питер? Что ты тут делаешь? - Мы же договорились, что я приеду в пятницу после работы забрать Адриана на выходные, ты что, забыла? - Эээм. Сегодня пятница? Совсем вылетело из головы. Я думаю, сегодня лучше не стоит. Адриан не совсем здоров. Давай лучше через пару недель? Питер бесцеремонно отодвинул её от ребенка. На голове у Адриана красовалась огромная шишка со ссадиной, к тому же он всё время держался за свою левую руку, с испугом глядя на Питера. Того охватило недоброе предчувствие. - Как это произошло? - строго спросил он у Элен. - Ээээ, они с Милен играли, и он упал. - Угу, и именно поэтому она забилась в угол и боится оттуда выйти? - он резко задрал футболку мальчика и сморщился от увиденного. Все его тело было покрыто синяками, свежими и уже пожелтевшими. - Он бьет его, а ты на это спокойно смотришь?! - взревел Питер. Дети, испугавшись его тона, одновременно заревели. Элен что-то лепетала, пытаясь оправдаться, но Питер её не слушал. Он подхватил сына на руки, и со словами "больше ты его не увидишь, пока не разберешься со своим хахалем", понес его к машине. На полпути он вспомнил про Милен. Не мог же он оставить её в этом аду. Отдав сына водителю (он до сих пор сам не мог водить машину из-за сломанной руки), он вернулся в дом. - Милен, ты хочешь поехать со мной и Адрианом? - приветливо спросил он. - Эмили, к сожалению, всё еще в больнице, но если хочешь, мы можем навестить её завтра. - Я боюсь оставлять маму одну, - тихо прошептала она ему на ухо. - Они с Николя опять будут ругаться. - Это дела взрослых, тебе лучше в них не вмешиваться, дорогая. Они сами разберутся. Пойдем соберем твои вещи. Они поднялись наверх. Сборы не заняли много времени. Милен с любимым пони в руке и Питер с огромной сумкой наперевес быстро спустились вниз, где застали Элен сидящую около Николя, которая ему что-то говорила умоляющим тоном. Легко кивнув Элен на прощание, Питер поспешно вывел Милен из дома. Вслед ему донесся голос Николя "катись ты ко всем чертям, Питер, и забери своего ублюдка, он нам не нужен!" Питер с трудом сдерживал себя, чтобы не вернуться и не врезать ему хорошенько. Элен нагнала их около машины. - Ты действительно хочешь остаться с ним? - в недоумении спросил Питер. - Мы бы нашли для вас с Милен место на эту ночь. Комната Эмили сейчас пустует. - Я... я не могу его оставить в таком состоянии. Еще подожжет дом в отместку, что я уехала с тобой. Со мной всё будет хорошо, - она поцеловала дочь. - С мамой всё будет хорошо, - повторила она, обращаясь к Милен. - Дорогая, будь умницей, я заеду за тобой завтра. Обняв её еще раз, Элен со слезами на глазах пристегнула её в машине и, поцеловав Адриана, закрыла дверь, махая им на прощание. - Месье Ватсон, - подал голос шофер, когда они отъехали. - Я не хочу вмешиваться в ваши дела, но мне кажется, стоит показать мальчика врачу. У него сильно распухла рука, похоже, у него вывих. Питер выругался. - Он у меня за всё заплатит, этот подлец. И почему я только не забрал его раньше?! Да, конечно, Поль, поезжайте, пусть врач осмотрит их обоих. Больница становится нашим родным домом, - недовольно пробормотал он про себя. У Адриана действительно оказалась вывихнута левая рука, у Милен сильный ушиб колена. Питер спокойно провел несколько часов в заполнении формуляров, чтобы зафиксировать факт побоев и предъявить службе опеки неопровержимые доказательства. Он твердо решил не отдавать Элен детей и подать документы на единоличную опеку, мотивируя это тем, что сожитель матери представляет угрозу для их здоровья. Когда они все вернулись домой, было уже за полночь. Разместив спящих детей в комнате Эмили, Питер с Джеммой заперлись в её кабинете. Джемма находилась в шоке от последних новостей и ругала себя, что не поговорила с Элен раньше. Адриан и так рос специфичным ребенком, а этот стресс последних месяцев сделал из него настоящего неврастеника. На этот раз она поддержала Питера в том, что отдавать детей назад не только неразумно, а попросту опасно. Винсент отнюдь не пришел в восторг от того, что в доме стало на два ребенка больше. Он, хотя и не подавал виду, тоже очень переживал за сестру, но больше за маму, видя, как она горюет из-за Эмили. Он решил, что дела у Эмили совсем плохи, и Питер таким образом нашел ей замену: новую дочку, Милен. Он крайне враждебно вел себя с новоприбывшими, бедные дети были не рады оказаться в новой семье, к тому же, мамы рядом не было, а Милен продолжала за неё беспокоится, боясь, что Николя теперь бьет и её. Однажды утром Джемма не выдержала и решила поговорить с сыном на чистоту. Выяснив причину такого странного поведения, она к удивлению Винсента, вздохнула с облегчением. - Почему ты смеешься надо мной?! - обиженно спросил он. - Я что, клоун? - Винсент, тебе нужно кое-что узнать, но я не хочу, чтобы ты рассказывал об этом кому-нибудь. Ты умеешь хранить секреты? - А папе можно? У меня от него нет секретов. - Папе можно. Точнее, он и сам уже все знает. И он, и Мари. Я имею в виду, не рассказывать об этом больше никому другому. Артуру например или другим детям в школе. - Хорошо, можешь на меня положиться, я никому не скажу, - Винсент клятвенно поднял правую руку. - Николя плохо обращался с Милен и Адрианом, он сделал им больно. Поэтому у Адриана забинтована рука. И Питер, как их отец, решил, что они больше не могут жить вместе с Николя, потому что он может их покалечить. Это не значит, что он хочет заменить Эмили на Милен, просто им больше негде жить, понимаешь? - Почему они не могут жить с Элен отдельно от Николя? И от нас? - Хороший вопрос. Элен любит Николя и верит, что он может измениться. Она хочет ему помочь стать прежним, но на это потребуется время. Он пока не хочет лечиться. А пока эта проблема не решена, маленьким детям очень опасно находится с ним в одном доме. - Почему они заняли комнату Эмили? Она больше не вернется домой? - Вернется, обязательно вернется, - Джемма с трудом сдерживала слезы. - Но сейчас её комната всё равно пустует, а она очень нужна двум другим малышам, у которых нет дома. Будь с ними поласковее, пожалуйста, им и так пришлось нелегко. Винсент, казалось, был немного сбит с толку. - Ты меня не обманываешь? - Я тебя когда-нибудь обманывала? - А то, что Питер - отец Эмили! - с возмущением выкрикнул Винсент. - Пожалуй, я не хочу становится взрослым. У вас всё так сложно! Джемма рассмеялась. - Да, иногда бывает непросто распутать то, что мы сами запутали. Ты обещаешь больше не срываться на наших гостях? - Обещаю. Вообще, Милен очень милая, как Эмили, и такая же красивая. Адриан немного странный, но ведь он еще мелкий, - пожал плечами Винсент. - Когда мне уже можно снова будет пойти на футбол? - заканючил он. - Я чувствую себя хорошо, голова не болит и не кружится совсем. - На следующей неделе тебе к врачу, если он разрешит, то будет можно. - Надеюсь, что разрешит, - с воодушевлением сказал Винсент. - Я очень хочу участвовать в городском чемпионате в этом году. *** В то время как Элен старалась образумить Николя, Эмили по-прежнему находилась в коме, Мари с Роджером тоже переживали нелегкие времена. Близнецов выписали из больницы, Мари всё еще переживала шок от аварии Питера, умудряясь одновременно справляться с четырьмя детьми. Она потеряла счет дням и неделям, изредка думая о Николя. Что с ним случилось? Как он мог докатится до того, чтобы ударить ребенка? Как бы она поступила, будь она на месте Элен? Ответ ей казался очевидным: она бы сразу забрала детей и ушла от него куда подальше. В который раз благодаря небо за то, что оно послало ей Роджера, Мари медленно приходила в себя. Роджер сильно переживал за Эмили, хотя старался не подавать виду, чтобы не беспокоить и так разрывающуюся на части Мари, но всё же последние события снова очень сблизили их с Джеммой. Прошло еще несколько месяцев. Эмили по-прежнему не выходила из комы, Джемма всё больше и больше находилась на гране отчаяния. Питер перебрал всех лучших врачей, но пока никто из них не взялся за этот случай. Все советовали ждать и не торопить события. Самого Питера всё больше и больше огорчал его сын. Он по-прежнему не разговаривал, постоянно сидел в одиночестве и ковырялся в каких-то железках, ко всему прочему, после того, как Питер перевез его к себе, он стал писаться по ночам. Врачи говорили, что это нервное, и пройдет со временем, его забота - обеспечить мальчику комфорт и безопасность. Однако, честолюбие Питера было задето. Его единственный наследник был каким-то хлюпиком, совсем не похожим на мужчину. К тому же, его очень беспокоило его умственное развитие. Вроде бы он был не глупее других, но в определенных моментах выглядел совершенно беспомощным. Решив воспитать его по-своему, однажды он взял его с собой на работу. Джемма перестала работать сразу после аварии, посвятив себя сначала Эмили, а потом и прибавившимся двоим детям. Они договорились с ней на сегодня, что она зайдет к нему вечером после работы, потому что у неё были кое-какие дела в городе, и они поедут домой вместе. - Ну и где же наш самый младший работник? - весело спросила Джемма, оглядываясь в поисках Адриана. У меня для него сюрприз, - продолжила она, вытаскивая какую-то коробку. - Где-то бродит, - протянул Питер, взглянув на часы. Заблудился, наверное. - Что значит, где-то бродит? - удивленно спросила Джемма. - А то и значит. Вы же все считаете его гением, вот пускай и докажет свою гениальность. Я дал ему план здания и оставил на 4 этаже, сказав, что он должен сам найти мой кабинет на 8-м. - Ты сделал что? - угрожающе спросила его Джемма. Питеру стало не по себе от её взгляда. - Это почти как игра в скаутов, только в городе. - Ты хочешь сказать, что оставил ребенка одного посреди этого огромного здания с планом руке? - голос Джеммы сорвался на крик. - Да тут не каждый взрослый разберется с этими указателями, а Адриан еще читать не умеет! Ты же прекрасно знаешь, что он плохо ориентируется даже у нас в доме! Он никак не мог запомнить, где чья комната, пока я не наклеила разные наклейки на двери! О чем ты думал, черт возьми?! Питер никогда не видел её в такой ярости. - Как давно ты его оставил?! - Не так давно. Мы приехали после обеда. - Питер, сейчас уже 6 часов вечера! Ребенок уже 5 часов где-то сидит один, неужели ты даже не побеспокоился, где он?! - Время пролетело так быстро, я не заметил. Я был очень занят. - Пошли немедленно. - Куда? - В службу безопасности. Всё здание под видеонаблюдением, они быстро его найдут. Мой муж - полный идиот! - вырвалось у неё. - Странно, неужели никто из сотрудников не заметил ревущего ребенка в коридорах за эти пять часов? После этих слов Питер тоже занервничал. Это действительно было странно, что за всё время никто не обмолвился о бесхозном ребенке. В кабинете службы безопасности они внимательно обследовали каждый квадратный сантиметр здания, но ни одна камера не показала им ничего интересного. Большинство сотрудников покидали здание после рабочего дня, и уж кто-то самое позднее сейчас должен был бы заметить маленького ребенка. Питер разнервничался не на шутку. Его гениальный воспитательный план перестал ему казаться столь гениальным. Джемма была во всем права: малыш плохо ориентировался на местности и боялся незнакомых мест. И, судя по всему, метод Питера по преодолению этой слабости полностью провалился. Взгляд Джеммы прожигал насквозь. Охранники предложили отмотать видеозапись на 5 часов назад и проследить путь ребенка с самого начала. Питер с облегчением ухватился за эту идею, как по рации сообщили о том, что уборщица нашла ребенка в подвале. Взрослые тут же поспешили туда. - Он сидит, вцепившись в совок и не хочет, чтобы я до него дотрагивалась, - озабоченно сообщила уборщица. Я зашла забрать пылесос, так как пора начинать работу, и нашла тут его. Он со мной не разговаривал, только завизжал, когда я хотела подойти ближе, - недоуменно пожала она плечами. - Я сама, - твердо сказала Джемма. - Вы все останетесь здесь, не стоит пугать его еще больше. Она быстро исчезла за дверью. Время от времени оттуда доносились тревожные визги. Через полчаса, когда Питер уже был готов сам войти внутрь, она наконец появилась в дверях с зареванным ребенком, который крепко прижимал к себе красный ручной совок. - Ну вот, милок, тебя и нашли, - добродушно потрепала его по руке уборщица. - Совочек можешь оставить себе, поиграешь, потом принесешь. Адриан еще крепче прижал совок к себе и не проронил ни слова. Джемма отправилась к лифту, игнорируя Питера. - Что с ним, почему он весь мокрый... и этот запах. Он что, обгадился? - Я бы на тебя посмотрела, будь ты на его месте, - зло ответила Джемма. - Только все стало налаживаться, и он стал реже писаться по ночам, как опять... Оставь свои воспитательные методы при себе, пожалуйста, - процедила она сквозь зубы. - И принеси сумку из машины, там должна быть запасная одежда, - с этими словами она исчезла в дверях женского туалета. Ей с трудом удалось разжать ручки Адриана, который мертвой хваткой держался за совок и смотрел на нее сквозь заплаканные глаза. В конце концов, он поддался на её тихие уговоры и дал себя переодеть. Посадив его в детское кресло в машине, она было хотела сесть рядом с Питером спереди, но Адриан схватил её за руку, словно прося, чтобы она не уходила. - Он хочет, чтобы я ехала вместе с ним, - бросила она Питеру, усаживаясь сзади. - Нельзя же потакать каждому его желанию, вырастет избалованным , - недовольно отозвался Питер. - Он всегда спокойно ездил один на заднем сидении. - Один он как раз ездил очень редко, с ним всегда была Милен или кто-то еще из детей. К тому же, ему хватит на сегодня страхов. Ты знаешь, почему он сидел с этим совком? У нас на кухне дома такой же. Это был единственный знакомый предмет, который он нашел. Питер, прошу тебя, никогда так больше не делай. Адриан не такой как все, и обычные методы на нем не работают. Ты делаешь только хуже. Я надеюсь, он быстро забудет этот случай. - Ладно, обещаю, - процедил Питер сквозь зубы. Его задели слова Джеммы "он не такой, как все". Словно его сын - идиот. А может, так оно и есть? Он точно ненормальный, теперь уже нельзя было себя в этом обманывать. Сердце Питера обливалось кровью: сын - дебил, дочь в коме и неизвестно, когда она из неё выйдет, да может вообще останется парализованной на всю жизнь, то есть инвалидом. Больше детей у них похоже не будет. Ему казалось, что вся его жизнь пошла как-то не так, дала сбой и он не мог взять над этим контроль, ощущая себя ничтожно беспомощным. Этот случай не прошел бесследно. Адриана начали мучать кошмары каждую ночь, плюс он начал заикаться в те редкие моменты, когда пытался что-то сказать. Питер раздражался всё больше и не чувствовал к нему ничего, кроме отвращения. Так прошло несколько недель. Ужиная вечером, Питер с Джеммой обсуждали дальнейшие планы насчет Эмили. Вот уже полгода как она лежала в коме, не подавая никаких признаков сознания. По-прежнему ни один врач ничем не мог им помочь. Джемма начала терять остатки надежды. От разговора их отвлек звонок из больницы: Эмили очнулась. Врач сообщил, что они смогут увидеть её завтра с утра. Мир в очередной раз перевернулся. Джемма никак не могла поверить, что всё это не сон, и что у этой истории будет-таки счастливый конец. Не сомкнув глаз, они с Питером с утра пораньше отправились в больницу. Судя по виду врача, что-то все-таки было не так. - Она не сможет ходить и останется инвалидом на всю жизнь? - с ходу выпалил Питер. - Не совсем так. Пока я не могу сделать долгосрочный прогноз, но на данный момент у вашей дочери нарушена речь и отсутствует память. Может быть, она вас вспомнит, но будьте готовы к тому, что она вас не узнает. Что касается двигательного аппарата, то все в порядке, насколько это может быть в порядке после тех травм, что она перенесла. Скорее всего, она сможет ходить и двигаться как раньше, но не сразу, конечно. Джемма выдохнула с облегчением. По сравнению с прошедшими месяцами полной неизвестности это было наконец похоже на хорошие новости. - Мы можем её увидеть? - спросила она с нетерпением. - Да, конечно, я сейчас узнаю, где она. Медсестра проводила их до новой палаты. Джемма со всей силой сжала на вид совершенно здоровую дочку, и слезы сами полились у неё из глаз. Она уже не верила, что этот день когда-нибудь настанет. Питер тоже не мог сдержать слез и наконец выдохнул с облегчением. Похоже, жизнь начала налаживаться. Радость была омрачена тем, что Эмили никого из них не помнила. Джемма показывала ей фотографии братьев и друзей, но Эмили не узнала никого из них. К тому же, она не могла говорить, а только лишь слегка кивала или мотала головой. Как бы там ни было, видеть её живой и в сознании, уже было неоценимо важно, поэтому Джемма уговаривала себя, что теперь всё потихоньку восстановится и всё снова будет хорошо. Эта катастрофа отняла у неё полжизни. Следующие две недели к Эмили постепенно возвращалась способность говорить. Поначалу она строила замысловатые неправильные фразы, за что получила от Питера прозвище "Мастер Йода". С памятью дело обстояло хуже, она по-прежнему ничего не помнила. Не помогали ни фотографии, ни видеозаписи с дней рождений или балетных выступлений. Она начала заново учиться ходить и дело продвигалось довольно неплохо. Джемма тихо радовалась любой самой маленькой победе. Жизнь определенно снова повернулась к ним своей солнечной стороной. Как-то в субботу они сидели с Питером в гостиной и строили планы на будущее. Элен удалось уговорить Николя начать лечение от алкоголизма, неделю назад они уехали в реабилитационный центр. - Скоро наша принцесса вернется домой, как мы их тут всех разместим? - Да, будет немного тесновато. Милен может остаться в комнате Эмили, поставим им двухярусную кровать? - Лоран так и останется в нашей спальне, я так понимаю....Куда денем Адриана? - Давай вернем его Элен? - безразлично предложил Питер. Джемма с укором посмотрела на него. - Только не говори, что он тебе больше не нужен, потому что не воплощает твои мечты о сыне. - Да, такой сын мне не нужен. - Но ты же не можешь выкинуть его на помойку, потому что он не оправдал твоих ожиданий! - Джемма начала выходить из себя. - Да ладно, я пошутил. Конечно, я никуда его не отдам. Но если разобраться, этот ребенок оказался никому ненужным. Николя его терпеть не может, Элен в угоду ему старается поменьше обращать на него внимания, мне... вообще с ним очень сложно. Без тебя он бы уже пропал, это точно. - Только не говори, что предпочел бы, чтобы его совсем не было! - Он не от той женщины, - нахмурился Питер. - И от этого все его проблемы. - Как будто вы с Элен не хотели этого ребенка! Питер вспомнил ту самую ночь в больнице. - Хотели. Но с тех пор многое изменилось. И будь он другим, нормальным, мы бы может быть хотели его и по сей день. - Чем он тебе не угодил? Он очень сообразительный для своих лет, немного замкнутый, но это неудивительно после того, что ему пришлось пережить. - Да уж сообразительный... Да он ненормальный! Живет в своем собственном мире, слова из него не вытянешь. - Ты просто не нашел к нему подход. Он очень милый и ласковый малыш. Питер закатил глаза. - Да, конечно. Такое чувство, что мы говорим про двух разных детей. - Ладно, я не хочу больше с тобой спорить. Мне надо тебе кое-что сказать. - Да? И что же? - Я вчера была у врача и ... он подтвердил, что я беременна. - ЧТО??? - Ты не рад? - расстроенно спросила Джемма. - Я ... не знаю, рад, конечно, просто это так неожиданно. КАК? Джемма развела руками. - Я не причем, я всего лишь тихо лежала. Питер рассмеялся нервным смехом. - Но как? Когда? Я думал, у нас их больше не будет... - Я тоже, но сейчас вдруг получилось. Ты думаешь, стоит его оставить? Когда с Эмили еще столько всего предстоит... - Не знаю, - Питер определенно был сбит с толку. - Да что же это я. Конечно, оставить, ты ведь не сделаешь аборт, прошу тебя? - У меня камень с души упал, когда Эмили пришла в себя. Мне кажется, сейчас я способна на что угодно, - Джемма разрыдалась против воли. Питер ободряюще похлопал её по спине. - Нам всем пришлом нелегко в последнее время, но вот видишь, всё налаживается. - Эй, Питер, твой сын гений! Пойдемте скорее, вам надо это увидеть!!! - Винсент примчался сверху, перепрыгивая через три ступеньки разом. - Мама, почему ты плачешь? Что-то с Эмили?! - с тревогой добавил он, забыв про свой восторг. - С ней всё в порядке, - ответил Питер. - Просто твоя мама очень сентиментальна. Что ты там говорил про Адриана? Он опять наделал в штаны? - Он - гений, - Винсент пропустил последнее замечание мимо ушей. - Пошлите со мной, сами все увидите! Все поднялись наверх в комнату Винсента, где царил жуткий беспорядок. - Вот, смотрите, он сам это сделал! - Винс показал на замысловатую конструкцию. - И если нажать сюда и замкнуть тут - вуаля, - победоносно закричал он после того, как сбоку загорелась лампочка. - Мне нужно было сделать проект для школы, я с ним два дня провозился, а Адриан справился минут за 20! Хотя он даже читать не умеет. Одним словом, гений! - Ну да, он просто прирожденный шизик, - с отвращением фыркнул Питер, наблюдая за тем, как его сын с упоением копался в завалах в углу, отбирая предметы по одному ему известному признаку. - Питер, веди себя подобающе, пожалуйста. Его нужно похвалить, ведь это замечательно, что он может такое сделать. - Ну да, никому ненужное изобретение, - Питер картинно закатил глаза. - Лучше бы вникал в биржевые курсы, пока есть у кого поучится, а то я умру, а наследника у компании так и не будет. - На меня можете не рассчитывать, - хохотнул Винсент, играя с мячом. - На Эмили, пожалуй, тоже. Может Лоран сочтет это интересным? Всякие там цифры, непонятные значки... жуть, одним словом. - Может хоть с третьим мне повезет, - Питер погладил Джемму по животу. Винсент удивленно посмотрел на них. - Что это значит, "с третьим"?! - Нууу... я сам узнал об этом 15 минут назад. - ??? - У нас будет еще один ребенок, - улыбнулась Джемма. - О нет, только не это! У нас и так места нет с этими двумя подселенцами, а теперь еще один на подходе. Я уйду из дому! - Милый, не воспринимай всё так сразу в штыки, - Джемма обняла сына. - Ты давно хотел переселиться на чердак. Теперь у нас есть повод сделать там ремонт и отдать в твое распоряжение. Будешь там один, как король. А все маленькие останутся с нами на втором этаже. Согласен? - Согласен, - вздохнул Винсент. - Что с вами поделаешь, плодитесь, как кролики. Что ты, что папа. Питер расхохотался. - Мы не можем перестать, это правда. Уж больно твоя мама хороша, - Питер подхватил её на руки. - Предлагаю всем отпраздновать эту новость лимонадом. Вечером Джемма укладывала детей спать. Адриан, как всегда по вечерам, сидел у неё на коленях, пока она читала им с Лораном книжку. Когда история закончилась, Лоран уже давно заснул и лишь Адриан не хотел отпускать её от себя. - Уже поздно, пора ложится спать, дорогой, - она поцеловала его в макушку. - Вы меня кому-то отдадите? - вдруг спросил Адриан. Джемма удивилась не только вопросу, но и тому, что услышала, как Адриан говорит. Последний год он общался с ними исключительно мотанием головы или визгами, когда был напуган. - Нет конечно, с чего ты так решил. - Папа меня не любит. Он нисколько сегодня не обрадовался. Наверное, было бы лучше, если бы меня вообще не было. - Это неправда. Мы все очень любим тебя, просто твой папа часто занят. Адриан упрямо покачал головой. - Нет, он бы хотел, чтобы меня не было. И мама тоже. Я сам слышал. - Ты скучаешь по ней? Адриан пожал плечами. - С тех пор, как Винсент меня больше не обижает, тут хорошо. И ты такая добрая, - он крепко обнял Джемму. - Мама всегда занята, так же, как и папа. И я боюсь Николя, он очень злой. Вы ведь не отдадите меня ему назад? - с испугом спросил он. - Почему ты решил, что мы тебя кому-то должны отдать? - Если у вас будет новый ребенок, вы наверное захотите отдать самого ненужного другим людям, чтобы было, куда поселить маленького? - Ты наш, очень-очень нужный и мы тебя точно никому не отдадим, даже если у нас будет еще 10 детей, можешь быть спокоен, - рассмеялась Джемма и сжала его еще крепче. - Обещаешь? - Даю честное слово. - Хорошо. Тогда я пойду спать, - он ловко спрыгнул с её колен и залез в свою кроватку. - Спокойной ночи, - он послал ей воздушный поцелуй. - Спокойной ночи. У Джеммы голова шла кругом. Мало того, что Адриан, оказывается, мог прекрасно говорить, не заикаясь, так еще и какие мысли роились у него в голове! *** Элен оставила Николя в реабилитационном центре и вернулась в Париж повидаться с детьми. Они решили все вместе навестить Эмили в больнице. Женщины сидели в отдалении, Адриан как всегда сидел в углу с отсутствующим видом, повернувшись ко всем спиной. Милен принесла свою любимую игрушку-пони и весело болтала с Эмили. - Мне так горько от того, что она меня не помнит, - тихо жаловалась Джемма Элен. - Я её обнимаю и целую, но никакой отдачи, она словно чужая. - Ничего, дай ей время, она наверняка всё вспомнит. Месяц назад мы и о таком мечтать не могли, - кивнула она в сторону девчонок. - Ты правда совсем меня не помнишь? И Артура тоже? Как мы играли у него в шалаше в саду? - Милен засыпала подругу вопросами Эмили помотала головой. - Ну неважно, мама говорит, ты всё вспомнишь. Смотри, я принесли Мили, - она показала ей свою пони. - У тебя есть точно такая же, только с коричневой гривой, - Милен оглядела комнату и нашла игрушку на полу. - Её зовут Лили, и они тоже лучшие подруги, как мы с тобой, - весело щебетала Милен, в то время, как её пони "прыгала" по лежащей Эмили и время от времени весело "ржала". Запрыгнув ей на голову, она начала выплясывать особый танец, от чего Эмили стало ужасно щекотно и смешно. - Ооо, еще полгода назад я бы всё отдала за этот смех, - простонала Джемма, наблюдая за возней девчонок. Эмили взяла свою игрушку в непослушные руки и попыталась повторить прыжки за подругой, как вдруг.... её взгляд сфокусировался на Милен. - Артур, - прошептала она. - Милен... Девочка обвела комнату глазами и задержалась на темноволосой женщине. - Мама! Джемма кинулась к ней. - Да, дорогая, я тут. Ты меня помнишь? У Эмили в голове происходил настоящий сумбур. Сотни лиц и отрывков памяти взялись из ниоткуда. Она не нашла в себе силы вымолвить хоть слово, а просто прижалась к матери. Она кивала и боялась её отпустить. У Джеммы градом покатились слезы, Элен тоже не смогла сдержать слез, наблюдая эту трогательную картину. К Эмили вернулась бОльшая часть воспоминаний, в том числе и о занятиях балетом. Она при первой же возможности попросила привезти её костюм и балетки. Возвращение памяти значительно ускорило её физическую реабилитацию. Ей не терпелось снова приступить к занятиям и ради этого она была готова учиться ходить дни напролет, несмотря на боль и усталость. С одной стороны, тяжело было смотреть на то, как мучается и страдает её ребенок, но с другой стороны Джемма каждый день неустанно благодарила Бога за этот прогресс после стольких месяцев безнадежности и отчаяния. Питер понемногу смирился с тем, что его сын "шизанутый ученый", как он про себя его называл. Он даже нашел специальный кружок для детей, где тот смог бы заняться экспериментами и научными опытами. В этот день он сам забрал его пораньше из детского сада, что отвезти на первое занятие. Они проходили недалеко от его работы, что складывалось очень удачно, думал он про себя. Джемма сможет его туда отвозить, а он будет забирать после работы. Они почти прибыли на место, как раздался телефонный звонок: Питер забыл подписать несколько документов, которые требовались партнерам в Америке. Времени было еще достаточно и Питер решил быстро забежать в офис, чтобы доделать срочные дела. Адриан, спокойно сидевший в машине, начал заметно нервничать еще на подъезде к зданию. Он прекрасно помнил, что ему там пришлось пережить, и решил, что Питер привез его сюда, чтобы снова оставить блуждать в одиночестве в бесконечных коридорах. Он наотрез отказался выходить из машины, оглашая окрестности резким криком. Питер решил не потакать таким капризам и вытащить его силой. Он попробовал расстегнуть ремень безопасности его детского кресла, но мальчишка продолжать отбиваться, царапаться и голосить, как будто его режут. Питер попытался удержать его руки, но вдруг взвыл от неожиданной боли: Адриан со всей силы укусил его, продолжая отбиваться. Питер озверел и было замахнулся, чтобы ударить его, но, увидев, как ребенок весь сжался в кресле в ожидании удара, поймал себя на мысли, что он сейчас ведет себя не лучше Николя, поднимая руку на беззащитного ребенка. Тем временем на штанах у Адриана образовалась мокрое пятно, явно свидетельствующее о том, что он описался. - Ты просто омерзителен, - бросил он с отвращением и, захлопнув дверцу машины, быстро исчез в дверях офиса. Подписание бумаг не заняло много времени и через десять минут он уже вернулся назад, обнаружив уже знакомую картину: весь мокрый и зареванный ребенок с испугом смотрел на него через стекло. - По-моему, придется чистить салон и всё из-за тебя, Маугли несчастный! Какие занятия в таком виде, придется сразу ехать домой. Я не Джемма, запасную одежду для вас не вожу, - зло пробормотал он, садясь за руль. Как только Адриан понял, что они уезжают от ненавистного места, он тут же успокоился. Ему было очень страшно, что папа за такое поведение всё-таки оставит его где-то одного в незнакомом месте, но спустя полчаса он узнал их дом и сразу повеселел. - А, вот и вы, где вы были? - весело поприветствовала их Джемма. - Привет, папс, - радостно помахала ему Эмили с террасы. Её выписали три дня назад и это несказанно радовало не только взрослых, но и всех детей в доме. По выражению лица Питера, Джемма сразу же поняла, что что-то не так. Увидев его окровавленную руку, кое-как замотанную туалетной бумагой, она не на шутку забеспокоилась. - Он меня укусил, - резко бросил Питер, кивая на сына. Это исчадье ада, а не ребенок! - Мне даже страшно себе представить, до какого состояния ты его довел, чтобы он начал кусаться. Адриан совершенно безобидный, он и мухи не обидит! - Да, конечно, защищай его. Надо сдать его в интернат для психов, да и всё тут. Нормальные люди не кусаются! - прикрикнул он на сына, который тихо сидел в машине. Джемма сразу же заметила, что он мокрый. - Питер, ты опять напугал его! Ну как так можно! Когда же ты уже наконец поймешь, что Адриану нужен особенный подход! Ты для него не менее опасен, чем Николя, - она зло сощурила глаза и занялась ребенком, который сам расстегнул ремень безопасности и протянул к ней руки. - Иди сюда, мой хороший, пойдем умоемся. *** - Мне так стыдно, что я укусил папу. И за это тоже, - виновато опустив глаза, прошептал Адриан, показывая на мокрые штаны на полу в ванной комнате. - Ты думаешь, он меня простит? - Непременно, если ты пойдешь и извинишься. Ты, наверное, очень испугался? Что произошло? - Папа сказал, что у него для меня сюрприз. Он снова хотел оставить меня в том большом страшном здании одного, - мальчика передернуло от воспоминаний. - Я не хотел вылезать из машины и укусил его. - Час от часу не легче. Что опять взбрело ему в голову?! Ладно, пойдем к остальным, заодно и извинишься. Они вышли на террасу, где Питер угрюмо потягивал пиво. - Покажи свою руку. Ого, какой сильный укус! - Да я же говорю, Маугли. Или псих. Ай, больно, - Питер нервно отдернул руку. - Пошли в ванную, надо продезинфицировать и перевязать. - Правильно, вдруг у него бешенство! Джемма с раздражением хлопнула его по спине. - Держи язык за зубами! Питер попытался похныкать, чтобы вызвать у Джеммы сочувствие, но она не обращала на его стенания никакого внимания. - Зачем ты опять пытался затащить Адриана в офис?! Тебе было мало прошлого раза?! - Да не хотел я его там оставлять. Мне нужно было кое-что подписать и я забежал на пару минут. Вообще, я повез его на занятия для таких же тронутых, как и он, - фыркнул Питер. - Я нашел в интернете, есть кружок для юных ученых. Они там ставят какие-то эксперименты и строят модели. Всё, как он любит. В двух шагах от офиса. Занятия раз в неделю, по четвергам. Сегодня должен был быть первый раз, но из-за этого гаденыша всё пошло насмарку. - Питер, - серьезно произнесла Джемма. - Сегодня среда. Четверг завтра. Питер с недоверием покосился на неё. - Правда что ли? - Совершенно точно. - Ну перепутал дни, подумаешь, с кем не бывает. Я хотел сделать ему приятное. Джемма глубоко вздохнула. - Ты можешь устраивать сюрпризы Эмили, Милен, Винсенту, да даже Лорану, но не Адриану. Всё, что выходит за привычные для него рамки, очень пугает его. Он боится незнакомых мест и людей. А ты ему ничего не объяснил, куда вы едете и зачем. Он испугался до полусмерти, что ты снова оставишь его одного бродить по этим коридорам с планом в руках. Не делай так больше, я тебя очень прошу. Давайте завтра съездим туда все вместе, может быть ему и правда понравится. - Сама будешь вытаскивать его из машины, - Питер закатил глаза. - На том и остановимся, - миролюбиво закончила Джемма. А сейчас пойдем ужинать. Пока Джемма резала хлеб на кухне, Питер накрывал стол на террасе. - Я прошу прощения, что укусил тебя. Я не хотел, - раздалось у него за спиной. Столовые приборы выпали у Питера из рук, он резко обернулся. - Тыыы.... что-то сказал? - ошарашенно спросил он у Адриана. - Я прошу прощения за то, что укусил тебя, - тихо повторил тот. - Ты умеешь говорить? - вырвалось у Питера. - То есть, ты снова начал говорить? Но мальчишка уже скрылся с глаз. На этом потрясения этой недели еще не закончились. На следующей день занятие в кружке "любознательных ученых" отменили из-за шторма, чему Джемма была очень рада. Адриану определенно требовался перерыв в несколько дней, чтобы отойти от нового стресса. В субботу вечером Роджер и Мари ждали их у себя дома, чтобы устроить совместное барбекю. С утра Джемма решила сходить в булочную за круассанами и заодно купить что-нибудь на десерт вечером. Питер пил кофе на террасе и читал утреннюю газету. Джемма посадила Лорана в коляску и позвала Адриана. Тот тут же прибежал с розовой ленточкой в руках и с воодушевлением отдал её Джемме, терпеливо ожидая, пока она привяжет один её конец к его руке. - Это что еще такое? - с возмущением воскликнул Питер. - Ленточка, чтобы он не потерялся, - с улыбкой ответила Джемма. - Я прочитала на одном форуме, говорят, она хорошо работает с такими детьми, как Адриан. Они тогда не боятся потеряться и их легче выманить из дома, потому что с ней они чувствуют себя в безопасности. - Выводить ребенка гулять на поводке?! А почему она такого пидорасного цвета? - Следи за своими выражениями, пожалуйста, - строго заметила Джемма. - Она розовая, потому что Адриан такую себе выбрал. Она ему понравилась. Питер начал биться головой об стол. - Мой сын еще и педик к тому же! О Господи, за что?! За что ты так со мной?! - Я сказала, следи за своими выражениями! Мы пошли. Милен и Эмили играют за домом, присматривай за ними, пожалуйста. Мы не надолго, только в булочную и сразу домой. Все готовы? Отлично, тогда вперед! Питер наблюдал, как Адриан весело скакал рядом с Джеммой, периодически проверяя, на месте ли лента. Нет, он не в силах на это смотреть. Ну почему этот ребенок не может быть нормальным, как все?! *** Вечером всё семейство собиралось в гости. - Эмили пойдет на костылях или возьмем коляску? - спросил Питер у Джеммы, которая переодевала Лорана. - Лучше коляску, ей еще нельзя так сильно напрягаться. Возьмем костыли с собой? Тогда она сможет сама передвигаться. Питер посадил дочь в инвалидное кресло и положил костыли ей на колени. - Мадемуазель готова! Милен спустилась сверху с игрушками и тоже положила их на колени подруге. - Можно я покачу? - Конечно. Подожди, я помогу тебе выехать на дорогу, - Питер быстро вырулил из калитки и оставил двух подружек хихикать о своем. - Лоран с тобой, Винсент к счастью может дойти сам... вроде всех собрали. Я возьму Адриана. Ну, где твой поводок? У тебя наверное и ошейник есть, как у любой воспитанной собаки из приличной семьи? - с издевкой спросил он у сына. Адриан исподлобья посмотрел на него и демонстративно отдернул руку, в которой была зажата розовая ленточка. Сделав огромную дугу и обойдя отца на максимально возможном расстоянии, он подошел к Джемме и протянул ей свою ленточку. - Ах вот значит, как! - начал закипать Питер. - Милый, я её возьму, но сначала мне нужно посадить Лорана в коляску. Пойдем со мной, - ласково позвала его Джемма. Адриан послушно пошел за ней, не теряя из вида Питера. - Ты можешь взять вон те пакеты, там десерт и еще пара вещей, - скомандовала Джемма, видя, что Питер глупо стоит посреди дороги в одиночестве. - Правильно, я для вас тягловая лошадь, - пробурчал он, но, тем не менее, забрал все приготовленные вещи, и они наконец тронулись в путь. Идти было не более 10 минут пешком, и вот уже радостные вопли и поцелуи не заставили себя ждать. Дети постарше тут же ушли играть в новый шалаш Артура, младшие увлеченно копались в песочнице вместе с Адрианом. Близнецы спали. Мужчины занялись приготовлением барбекю. - Как ты? Мы так давно не виделись! - спросила Джемма у Мари. - Охохохохо... я практически не сплю, ем урывками на ходу, не знаю, какой сегодня день и даже месяц, - хихикнула Мари. - Но я еще никогда не была так счастлива. Очень много хлопот с близнецами, но в целом всё хорошо. Как вы? - Да вроде бы тоже всё потихоньку налаживается. Эмили делает большие успехи и думаю, скоро сможет встать за станок. Ей так этого хочется, но пока ноги её еще не совсем держат. Но она не сдается. Так что всё хорошо. И.... у нас новость: я снова беременна. - Ооо, это же прекрасно! Слышишь, дорогой? Нас ожидает еще одно пополнение! Роджер недоуменно посмотрел на Джемму и потом на Питера. - Да-да, - гордо сказал последний. - Мы все-таки сделали это. У нас будет еще один ребенок, - просиял он. - Когда вы только всё успеваете? - шутливо переспросил Роджер. - Я уже не помню, когда у нас это было в последний раз, - он подошел к Мари и поцеловал её. - А ты? - Давно, - Мари залилась краской смущения. Я вообще потеряла счет времени. Какой сейчас месяц? - Апрель. - Ой. Уже так тепло, что я думала, уже май, - расхохоталась она. - Ты не хочешь еще одного? - Роджер поцеловал её еще раз. - Ооо нет, по-моему, этих нам хватит. Но я не против самого процесса. Главное, не заснуть в самом разгаре действа. Я сейчас могу спать где угодно, в любом положении, - объяснила она. - Вчера я заснула прямо на полу в гостиной, пока играла с Мишелем в кубики. - О да, мы с Артуром нашли её свернувшейся калачиком, в то время как Мишель тихо сидел играл в одиночестве. - Ничего, скоро малыши подрастут и станет полегче, - с улыбкой добавила Джемма. - Да, только потом не хочется, чтобы они росли, оставались бы подольше такими маленькими, - Мари залюбовалась на троицу в песочнице. - Как они? Наверное скучают по маме? - спросила она, кивнув в сторону Адриана. Питер фыркнул. - Даже не вспоминают. - Как Адриан? Я слышала, он снова начал говорить? Питер покачал головой. - Из него слова не вытянешь. Да и вообще, я уже махнул на него рукой. К тому же, он, похоже, того, не совсем мужчина. - Что ты имеешь в виду? - То, что мой сын - голубой! - с отчаянием произнес Питер. - Мало было того, что он ненормальный, так еще и это теперь. - С чего ты взял? - с интересом спросила Мари. - Ты видела эту розовую ленточку? Это же позор! Ни один нормальный мальчишка бы такое не выбрал. - По-моему, ты придумываешь то, чего нет. Артур тоже раньше красил себе ногти моим розовым лаком и губы помадой. Ему в то время как раз было года 4. У меня даже фотография есть. Но потом это подзабылось и больше я ничего такого за ним не замечала. - И ты это так спокойно восприняла? Это же ненормально для мальчика! - Да ладно, не преувеличивай. Они в этом возрасте еще ничего не понимают, а просто повторяют за взрослыми, да и всё. Я бы забеспокоилась, если бы застала за этим занятием Винсента. Тогда да, это было бы странно. А эти-то, всё равно что обезьянки. Артур видел, как крашусь я и просто повторял за мной. У вас в доме две девчонки, наверняка у них полно розовых вещей, вот он и выбрал знакомый цвет. Я бы вообще не парилась на этот счет, - уверенно закончила Мари. - Ну почему он не мог выбрать нормальный мужской цвет: синий, черный, коричневый. - Ага, а еще всё время ходить в костюме и галстуке, - поддела его Мари. - Питер, он всего лишь ребенок, они любят яркие цвета. Мне тоже нравится эта розовая ленточка! Очень миленькая, с красными сердечками, прелесть! Питер надулся. - Я надеюсь, ты права и он еще передумает. - Да даже если он окажется геем, какое это имеет значение? Он ведь все равно останется твоим ребенком. - Нет уж, не надо. Пусть он будет нормальным. - Мне все равно, даже если Артур решит, что он гей. Я не перестану его любить меньше, это точно. - С этими детьми столько проблем, это какой-то кошмар, - вздохнул Питер. - Жил я себе раньше спокойно один и забот не знал. А теперь каждый день дурдом. - Так, что это значит? Ты хочешь, что бы мы вдруг все исчезли? Ты же вроде хотел еще одного ребенка, уже передумал? - строго спросила Джемма. - Ну конечно же нет, как я теперь без вас. Я просто к тому, что в бизнесе всё как-то проще. Там продали, тут купили, здесь договорились. А с вами не знаешь, чего ожидать. Каждый день они выкидывают какой-нибудь новый фокус, - тяжело вздохнув, закончил Питер. - Мне кажется, ты слишком строг к Адриану, - вмешался в их разговор Роджер. - Это будущая лабораторная крыса, - горько воскликнул Питер. - Я так и представляю его в толстых очках с микроскопом, смеющимся истеричным смехом. Ну почему именно мой сын?! - Я думаю, ты будешь им гордится, когда он получит Нобелевскую премию, - подмигнула ему Мари. Питер не нашел, что на это возразить. Эта мысль никогда не приходила ему в голову. - Но у него есть всё, я весь мир могу положить к его ногам, но его интересуют какие-то железки, он с ними возится дни напролет. - Вместо того, чтобы учиться играть на бирже, - весело заметила Мари. - Вот именно. Неужели ты была бы довольна, если бы Артур стал дворником? - Нууу, предположим, от карьеры дворника я постараюсь его уберечь... - Вот видишь! - .... но если он захочет стать плотником, я не буду настаивать на том, чтобы он стал банкиром, - твердо сказала Мари. - А не перейти ли нам к десерту? - сменил тему разговора Роджер. - Ты справишься сам? Так не хочется вставать, - Мари лениво валялась в гамаке. - Лежи, наслаждайся редкими минутами покоя, я помогу. Мне надо размяться, ноги затекли, - Джемма встала и потянулась и отправилась вслед за Роджером на кухню. Она стояла у стола и распаковывала и укладывала пирожные на блюдо, когда Роджер подошел сзади и заключил её в свои объятия. - Ты так прекрасна, - прошептал он ей на ухо. - Еще прекраснее, чем обычно. Беременность всегда была тебе к лицу. - Ммм-да, в этот раз всё намного легче, чем с Лораном. Так же, как было с Эмили. Я чувствую себя намного лучше. - Потому что это опять ребенок от мужчины, от которого ты всегда мечтала иметь детей, не так ли, - Роджер вдохнул аромат её волос. - Ты жалеешь, что оставила тогда Лорана? Джемма резко повернулась к нему лицом. - С чего ты взял? Нет, конечно, я люблю их всех одинаково, независимо от того, кто их отец. Они ведь все мои дети. Роджер накрыл её рот поцелуем. Отстранившись от неё через какое-то время, он смущенно произнес: - Извини, я не удержался. - У вас что-то не так с Мари? - недоуменно спросила Джемма, переваривая в голове только что случившееся. - Всё так. Мы великолепно совместимы во всех отношениях. Но она - не ты. Мне кажется, единственная женщина, которую я по-настоящему любил и люблю всю свою жизнь - это ты. Роджер снова поцеловал её, и Джемме не хотелось, чтобы этот поцелуй прекращался. - На этот раз я даже извиняться не буду, потому что вижу, что тебе это тоже понравилось, - лукаво улыбнулся он. Простояв еще пару минут обнявшись, они решили вернуться в сад к остальным. Дети с энтузиазмом приступили к десерту, взрослые продолжали обмениваться новостями. Весь вечер Джемма ощущала на себе сладкие поцелуи и объятия бывшего мужа. Почему-то ей было приятно об этом думать.