Стереотипы

so wake me up when they build that time machine I want to go back jaymes young - happiest year of my life

- Мисс Ким, - словно сквозь пелену, доносится до сознания Дженни. - Мисс Ким, здесь нельзя спать. Идите домой. Молоденькая медсестра, на чью долю выпало дежурство в ночную смену, с сочувствием смотрит на дочь одной из пациенток из отделения интенсивной терапии, свернувшуюся калачиком на крохотной скамейке. Ей не хочется будить девушку, что безвылазно находится в больнице уже больше двух дней, но и получать выговор от руководства - тоже. - Мисс Ким, - предпринимает последнюю попытку медсестра, стараясь все же не говорить слишком громко. - Что? - девушка моментально принимает вертикальное положение, растерянно озираясь по сторонам. - Она проснулась? - Нет, ваша мать все еще...не пришла в сознание, - мягко произносит медработница. - Езжайте домой, вам нужно нормально поспать. - Спасибо, - Дженни слабыми руками опирается о скамью, - я подожду здесь. - Как знаете, - медсестра не решается пускаться в спор. - Я позову вас, если что-то изменится. - Спасибо, я схожу за кофе и вернусь, - девушка плетется к лифту, думая, что ей не помешал бы заряд кофеина. Несмотря на позднее время, в больнице достаточно людно: в холле на первом этаже туда-сюда снует медперсонал, и кое-где яркими фигурками в халатах мелькают пациенты. Кофе из автомата просто отвратный, но Дженни смиренно прихлебывает обжигающе горячий напиток. Ей не помешало бы, как минимум, сменить одежду, а лучше всего было бы принять душ. Она боялась надолго покидать территорию больницы, и потому просто сняла номер в ближайшей гостинице, от которой до палаты матери можно было добежать за три минуты. Она проверяла. Девушка позволяет себе пару минут постоять у автомата, после чего разворачивается, чтобы вернуться на свой пост. Но она замечает у стойки регистрации больно знакомую блондинистую шевелюру, и устремляется прямиком туда. - ...не можем разглашать информацию, касающуюся пациентов. Если вы не приходитесь родственницей, то, к сожалению, я не могу вам ничем помочь. Извините, - администратор дежурно улыбается, тут же возвращаясь к компьютеру. - Черт, - блондинка разворачивается, столкнувшись взглядом с подругой и тут же бросаясь к ней с объятиями. - Джен... - Ли, стоп, - Дженни тут же отводит стаканчик с кофе за спину, вторую вытягивая перед собой. - У меня кофе в руках, а одежды сменной нет. - Я привезла, Джен, - Лалиса суетливо запускает руку в бумажный пакет, вытягивая кусочек ткани. На вид очень чистой, и Ким только тихо вздыхает. - Как твоя мама? - Как ты узнала? - брюнетка опускает голову, прикрывая глаза рукой. - Твой менеджер сказал мне, - Лиса так и стоит в полушаге, не решаясь подойти ближе. - Ты не отвечала на звонки и сообщения, и я позвонила твоему менеджеру. Слишком поздно вспомнила, что у меня есть его номер, - она виновато закусывает губу. - Прости, что не пришла раньше. - Она в коме, Ли, - когда Дженни поднимает голову, поток слез из ее усталых глаз заставляет сердце подруги оборваться, - в коме... - Джен, - Лалиса аккуратно заключает ее в объятия, и Ким тут же свободной рукой цепляется за ее плечо, утыкаясь в него лицом. - Джен, пойдем. Она доводит подругу до зоны ожидания, - круглая скамья, окружающая дерево, посаженное прямо посреди больничного холла. - Телефон разрядился, - брюнетка вытирает покрасневшие глаза рукавом толстовки, - я только сегодня заметила. А до этого совсем забыла про его существование. Прости. Лиса встревоженным взглядом окидывает лицо своей онни. Бледная, осунувшаяся, с пустым потерянным взглядом. - Не извиняйся, - мягко произносит Манобан, гладя ее по голове. - Что говорят врачи? - Я успела вовремя, - Ким откидывается на спинку скамьи, поднимая глаза к стеклянному потолку - они тут же наполняются слезами, но девушка снова поспешно промакивает их рукавом. - Да и дозировка была небольшой. Ей еще в машине скорой сделали искусственную вентиляцию легких, я поехала с ней, - Лиса понимает, что подруга сейчас снова переживает события того дня и мягко сжимает ее руку. - Чем она думала? - губы Дженни дрожат, словно она внезапно почувствовала обиду. - Зачем сделала это? - Ты, - Манобан говорит тихо, - позвонила отцу? - Нет, - подруга все еще разглядывает темное ночное небо сквозь прозрачный купол. - У него родилась дочь. Во вторник. Как я могла ему позвонить? Приправить его счастье проблемами из прошлой жизни? - Дженни усмехается, снова смахивая непрошенную слезинку. - Мамин секретарь сказал мне, что она попросила отправить букет его новой жене. После этого она не звонила, сказав, что на пару дней возьмет отпуск. Словно она не хотела, - девушка не сдерживает рваный всхлип, - словно не хотела, чтобы ей помогли. Она и не думала, что я приеду к ней. - Джен, - Лалиса притягивает подругу к себе, устраивая ее голову на своей груди. Она не знает, что нужно говорить в таких ситуациях и оттого чувствует себя бесполезной. - Вчера приезжал юрист, - Дженни усмехается сквозь слезы. - Сказал, что нужно ознакомиться с завещанием, она сама так попросила. Если с ней что-то случится, чтобы я тут же вступила в право наследования. Я думала, что убью этого мужика. Если бы мне не пригрозили, что выгонят отсюда, я бы точно его поколотила, - девушка горько смеется. - Как только она очнется, я из нее душу вытрясу за все, что заставила меня пережить. Эгоистка хренова, - она уже не сдерживает рыданий, пряча голову на груди подруги. Лиса покачивает ее, ласково поглаживая по волосам, - словно убаюкивает. Она одной рукой выуживает из пакета успокоительное и бутылку воды, отстраняя подругу от себя и заставляя ее выпить одну таблетку и обильно запить водой. После этого она протягивает ей злаковый батончик. - Что у тебя еще там? - Дженни не сдерживает улыбки, крутя в руках снек. - Мама сложила мне все это, - пожимает плечами Манобан. - Я взяла только сменные вещи и зарядку. - Спасибо, - брюнетка внезапно крепко обнимает подругу. - Спасибо, что ты сейчас со мной, Ли. - Все будет хорошо, - шепчет Лалиса. - Я буду рядом. Дженни рассказывает что-то еще - она только сейчас осознает, как одиноко и страшно ей было все эти дни. Сама она так и не решилась никому позвонить. Один раз приезжал ее менеджер, которому пришлось рассказать кратко, почему она пропустила важную съемку. Он привез ей теплую худи своей жены, потому что Ким была в тонком гольфе. Также пару раз заезжал секретарь матери, но Дженни так ни разу и не позволила ему зайти в палату, - она твердо верила, что когда мать очнется и узнает, что кто-то видел ее без укладки, то точно в порошок ее сотрет. И всего один раз приезжал юрист, консультирующий ее мать уже много лет, и девушке сейчас немного стыдно, что сорвалась, назвав его бессердечным козлом. Теперь рядом с ней Лиса, - вот и все люди, которые оказались рядом с Дженни Ким в трудную минуту. Думая обо всем, что произошло с ней за эти короткие два с половиной дня, она позволяет себе прикорнуть на плече Лалисы, проваливаясь в беспокойный сон. Ей снится детство: она словно наяву видит празднование по случаю своего десятилетия - противный мальчишка из числа гостей тогда подставил ей подножку и Дженни упала прямиком на огромный торт в форме домика Барби, а отец после успокаивал ее, ревущую в пышном розовом платье с оборками. Она плакала тогда вовсе не из-за торта или платья - тот мальчишка ей сильно нравился, но в итоге повел себя по-свински. Отец ласково гладил ее по голове, называя своей маленькой принцессой. Он всегда так называл Дженни, а ее мать - королевой Ким. Мама Дженни тогда стояла рядом, удивительно красивая в своем красном платье. Ее лицо было таким холодным - праздник ценой в несколько десятков тысяч долларов был испорчен, но когда дочь подняла на нее свои зареванное лицо, вымазанное кремом, женщина не выдержала и рассмеялась. Дженни подумала, что если мама не злится, то значит, все хорошо и тоже начала смеяться. Папа обнимал их обеих, называя своими любимыми девочками, и маленькая Руби Джейн Ким свято верила, что она всегда будет принцессой в розовом платье, оберегаемая своими любящими и красивыми родителями. - Джен. Девушка быстро открывает глаза, словно не спала вовсе, и тут же натыкается на встревоженный взгляд подруги. Та глазами указывает ей в сторону стоящей рядом медсестры. - Мисс Ким, - радостно произносит медработница, - она проснулась. Но вам пока к ней нельзя, сначала ее должен осмотреть доктор Хан, - уже строже добавляет она. - Слава Богу, - Дженни тут же вскакивает на ноги, чувствуя легкое головокружение, и снова садится. - Слава Богу, - она роняет лицо в ладони, тихонько всхлипывая, на этот раз от облегчения. - Через двадцать минут, мисс Ким, поднимайтесь на третий этаж, - медсестра улыбается, после разворачиваясь, чтобы уйти. - Я дам знать, как только осмотр будет закончен. - Спасибо, - искренне благодарит Дженни. - Ли, расскажи что-нибудь, чтобы я не смотрела постоянно на эти чертовы часы, - через пару минут произносит брюнетка, не отрывая взгляда от размеренно тикающих настенных часов. - Ну, - Лиса выглядит неуверенно. - Завтра у Соми свидание с Ёнхо. - Я рада за них. Чонгук знает? - Да, - лаконично изрекает подруга. - Как он отреагировал? - Вроде бы хорошо, - следует неуверенный ответ. - Вроде бы? - Ким наконец смотрит на Лалису. - Мы расстались, - на выдохе произносит Манобан. - Омо, - только и может вымолвить она. - Как это случилось? - Я написала ему в тот день, в клубе, - Лиса вдруг вспоминает встречу с бывшим парнем в доме подруги. - Бросила его смс-кой? - расширяет припухшие от слез глаза Ким. - Это... - Подло? - печально улыбается блондинка. - Нет, - Дженни качает головой. - Неожиданно. Это из-за того парня? - Из-за Тэхёна? - Манобан явно удивлена такому предположению. - Нет, он тут ни при чем. Это была простая интрижка. - Интрижка, - вторит ей Дженни. - Все это так на тебя непохоже, Ли, - качает она головой. - Ты бегала от Чонгука два месяца, пока не согласилась на свидание, - девушка не хочет показаться осуждающей, поэтому быстро меняет тему: - Мне нужно напиться, как только маме станет лучше. Или сходить в спа. А лучше напиться в спа, - Лиса улыбается, видя, что подруга начала потихоньку возвращаться к жизни. - Может лучше в спа, потом напиться? - смеется она. - Да, определенно так, - искренне улыбается подруга. Когда бесконечно долгие двадцать минут наконец истекают, Дженни уже сидит перед палатой матери. Рядом с ней подруга и пухлый низкорослый мужчина, секретарь матери. Она написала ему короткое сообщение, и он тут же примчался в больницу. Ее мать всегда умела выбирать лояльных сотрудников. Из палаты наконец выходит медсестра, а следом за ней мужчина средних лет, являющийся врачом, наблюдающим ее мать. - Мисс Ким, - он направляется к ней и все трое тут же вскакивают на ноги. - Пять минут, потом ей необходим сон. - Но я думала... - растерянно произносит Дженни. - С вашей матерью все хорошо, - отвечает медик. - Но потребуется время на восстановление. У нее была острая экзогенная интоксикация, что спровоцировало кому. Требуется ряд обследований, консультация невролога и психиатра, - Дженни одними губами повторяет слово "Психиатр", растерянно смотря на врача. Он вздыхает, понимая, что сейчас предстоит самая нелюбимая часть его работы. - Мисс Ким, я не психиатр, но скорее всего это реактивное депрессивное расстройство, на фоне которого и была незавершенная попытка суицида. - Депрессия? - ахает Ким. - Мама никогда... - Мисс Ким, я вижу, что вам итак нелегко. Вам все намного лучше объяснит мой коллега. Завтра. А сейчас вы можете увидеть мать ненадолго, потом ей стоит отдохнуть. Кома - это не сон, ее организму нужно время, чтобы восстановиться. Надеюсь, что все обойдется без осложнений - пока прогноз благоприятный. Через пару дней мы сможем ее выписать, и тогда вам понадобятся все ваши силы, чтобы помочь ей, - он слегка подталкивает замершую на месте девушку в сторону двери. - Пять минут, Мисс Ким. Дженни кивает, наконец отрывая ноги от пола. Она идет к палате маленькими шагами, нервно прижимая руки к груди. Девушка одновременно испытывает желание увидеть мать, и страшится этой встречи. - Мам, - когда она сквозь не до конца задернутую ширму видит родительницу, наконец открывшую глаза, слезы новым потоком льются из ее глаз. Девушка ускоряет шаг, присаживаясь перед больничной койкой на колени и осторожно заключает холодную ладонь матери в свою, прижимая к губам. - Руби, - голос матери звучит так, будто у нее пересохло в горле. - Девочка моя. - Мам, - девушка опускает голову, пряча неостанавливающиеся слезы. - Мамочка, я так счастлива. Не нужно больше оставлять меня. Пожалуйста. - Прости, принцесса, - женщина слабо улыбается, сжимая руку дочери. - Это ты спасла меня? Когда я закрывала глаза, последнее, на что я смотрела - твое фото. На нем тебе десять. Ты помнишь то розовое платье? - голос женщины слабеет и Дженни испуганно поднимает на нее взгляд. Ее мать хоть и походит сейчас на бледную тень былой себя, но ее улыбка все так же ослепительно красива. - Тогда я подумала, что не хочу уходить. Спасибо. - Мам, - новый всхлип. - Спасибо, что осталась. Больше не думай о том, чтобы уйти.