Ты моё вдохновение

Мягкий грифель карандаша касается чистой поверхности клетчатой бумаги. Тетрадные листы тихо шуршат от некоторых неосторожных движений, а, казалось бы, хаотичные полосы, разбросанные на полях, спустя пары минут перевоплощаются в четкий набросок сидящего юноши. Взгляд его был кинут в сторону, только жаль, жалкий рисунок не может по-настоящему заглянуть в окно, направляя внимание на колышущиеся от прохладного ветра листья. Рисунок не может услышать монотонный голос лектора, и не может почувствовать усталость от постоянного недосыпа, в отличие от автора, чьи слегка завитые волосы то и дело спадали на глаза. Был лишь один нюанс… Парень, чье изображение находилось безвольной куклой на полях тетради, практический цветной копией сидел буквально позади Кристофера, того самого создателя рисунка. Заставляя Франца тем самым смущенно опускать голову, вслушиваясь в приятный голос позади. Речь преподавателя слилась в одну туманную кучу, оставаясь где-то снаружи той пелены, которой был окружен шатен сейчас. Сейчас для него существовал лишь один человек, к которому он так близок в этот момент. Жаль, что лишь физически… Дрогнувшие концы пальцев прошлись по бумаге, едва касаясь ее. Не осталось и одного места, куда можно было поместить новый, такой неживой набросок, что хотелось биться об стены. Кристофер просто не мог. Просто устал. В бесконечном стремлении вообразить свою сероглазую музу с помощью карандаша, кисти, различных красок… Да чего угодно… Ему все время казалось, что его принц намного очаровательнее и живее. А сколько было использовано холстов, на коих парень пытался так же безнадежно изобразить того юношу? Кица Лавэнэ… Причина всех страданий и перемен в жизни Франца. Это демон с ангельской внешностью. Сколько бы картин сейчас смог бы нарисовать Кристофер под своим именем? Парень практически погубил весь свой путь художника, пока что столь юного, но ужасно талантливого. В Кице Франц нашел свою музу, самый главный источник вдохновения. Парень шёл на многое, лишь бы быть ближе. Нескончаемое стремление за чем-то на грани невозможного его и губило. Да, Франц его абсолютно не знал. Кроме несчитанных картин, о коих и не мог подозревать Лавэнэ, их связывал всего-навсего один разговор двухлетней давности, и общий курс в академии. Раз за разом наблюдая за Кицей, Кристоферу все больше хотелось дотронуться до его настоящей фигуры, нежели плоского рисунка. Но приходилось лишь до боли сжимать пальцы. Хотя… Франц почему-то был уверен, что кожа Лавэнэ намного приятнее, чем тот же самый шершавый холст. За эти два года о Франце, как художнике, забыли уже многие, считая, что он больше не рисует. Хотя тот лишь ждал момент, когда один из его портретов достигнет эстетического идеала. Когда то, что он делал на протяжении двух лет, станет чудесно самому Кристоферу. Когда он сможет увидеть на холсте тот самый блеск жизни, что может узреть в жизни. Это было единственной его целью. Ведь начать разговор самостоятельно было чем-то заоблачным… Сегодня, в очередной раз вернувший домой, Франц закончит портрет Кицы Лавэнэ. И в этот же вечер, спустя два года отсутствия, опубликуют его. Вероятно, многие и не подумают, что этот человек существует в реальности. Но Кристофер был в кои-то веки более чем доволен… Ведь он смог впервые увидеть на бумаге что-то поблескивающее жизнью в любимых глазах.

***

«– С-слушай, это… Кица, если тебе нужен конспект, ты можешь списать у меня» «– Ооо… Это очень любезно, как тебя там!.. Напомни имя?» «– Кристофер» Утро прошло как в тумане. Запомнилась только лучезарная улыбка, бесконечно бьющееся сердце, голубоглазый однокурсник, столкнувшийся с Кристофером и… Короткий, первый за такой долгий срок разговор с Кицей. Про то, что его новая картина недавно расплылась по всему интернету, частенько мелькая в статьях с новостями, Кристофер даже как-то и не хотел думать. В это утро, после того разговора с Францем, Лавэнэ натыкается на картину в новостной статье. На холсте, в аккуратной раме, был изображен он сам, с расслабленным лицом, и под стать ему улыбке, был прорисован изящно буквально каждый волосок, а глаза словно смотрели сквозь экран. Странно ощущать наблюдение от самого себя, не правда ли? Опешив, парень мельком пробежался по строкам… Откуда узнал, что некий восходящий художник, спустя два года отсутствия вернулся с новой, слегка загадочной картиной. Некий Кристофер Франц. В этом неком, Кица узнал своего сокурсника, что сегодня так признательно отдал свою тетрадь. Раскрыв ее, он увидел несколько странную картину, на миг даже ужасающую. Сотни собственных изображений с разных ракурсов. Мелкая дрожь прошлась по телу от непривычных ощущений.

***

— Кристофер… — знакомый голос, произносящий имя художника ласкал слух… Франц обернулся, встречаясь взглядом со своей музой, что уже давно переросла в настоящую любовь…