Его замысел

      Когда он впервые увидел этого человека в офисе Джека Кроуфорда, он этого не ожидал. У него действительно не было каких-либо ожиданий с самого начала. Может быть, только ожидания встретить нового неуклюжего идиота, которого он должен был бы вежливо выслушать, или очередного хрупкого человека, которого он мог бы подтолкнуть, чтобы увидеть, сколько времени пройдёт, прежде чем его пациент сломался бы. Но ничто не могло подготовить его к тому, что произошло дальше.       Их сеансы начались, как и большинство обычных сеансов... Но он чувствовал себя по-другому. Он чувствовал себя вовлечённым. Уилл говорил с ним о его проблемах, его работе, обо всём, о чём мог говорить, и доктор Лектер слушал. Он с любопытством слушал, как Уилл без конца рассуждал об убийцах... И был почти впечатлен, когда Уилл отдал ему дань уважения.       Когда они обнаружили, что девочка Хоббс истекает кровью, Уилл в панике только что убил её отца у неё на глазах, инстинкт Ганнибала взял над ним верх. Он не мог спокойно смотреть на проиходящее. Он должен был действовать. Той ночью он заснул в больничной палате...       Они звали её, Эбигейл, их дочь. Да, их. Он уже успел полюбить эту девушку, хотя, вероятно, не так сильно, как Уилл. Он заставил девушку доверять ему, следовать за ним, делать в точности так, как он ей сказал, зная, что если у него есть она, то у него будет и Уилл.       Когда он послал Уилла за Тобиасом, ему было любопытно узнать, что произойдёт... Когда Тобиас вошёл в его кабинет, утверждая, что убил двух офицеров, он был в ярости. Багровый. И почти надеялся, что Уилл не один из них... Когда Уилл вошёл и сел у его стола... Его улыбка была искренней. Он был рад видеть Уилла. Слишком рад.       У него всё было тщательно спланировано. Без заминки, без сучка и задоринки. Несмотря на это, когда они забрали Уилла, он снова почувствовал себя странно одиноким. Ганнибал знал, что должен был сначала позаботиться о себе, мир позаботился о том, чтобы научить его этому... И всё же его сердце почему-то болело. Он пролил слёзы перед Беделией, и эти слёзы были подлинными. Он уже осознал, что тосковал по Уиллу... Он скучал по нему.       Ганнибал решил вытащить Уилла. Во-первых, он сам посадил его в тюрьму, так что вытащить его оттуда было не так сложно... Но были и другие проблемы, с которыми ему приходилось иметь дело... Становилось всё труднее и труднее удерживать себя в руках, когда Уилл обвинял его в преступлениях, которые он действительно совершил... Он всё равно справится. Он всегда справлялся.       Это почти разбило ему сердце. Почти. Уилл нашёл человека, который согласился убить Ганнибала. И он был этим впечатлён... Та сторона Уилла, которую он хотел выявить, наконец-то показала себя. Сторона, которой доставляло удовольствие наблюдать боль, причинять боль. Когда он истекал кровью, стоя там с петлей на шее, он на мгновение поверил, что это конец его жизни... Эта мысль не сильно пугала, но не была столь утешительной, как он того бы хотел. По счастливой случайности он был спасен. Он доживёт до того дня, когда увидит своё завещание.       В темноте кухни сильный запах дешевого лосьона после бритья ударил в нос. Конечно же, Уилл пришёл сюда. Куда ещё ему идти? Он обернулся, чтобы увидеть человека, которого так ждал, с пистолетом, нацеленным прямо в голову.       «Так ты снова пришёл, чтобы убить меня? Посмотрим, как ты попытаешься», – подумал он. Как и следовало ожидать, пистолет был опущен. Он улыбнулся про себя.       - Вы одержимы Уиллом Грэммом.       - Заинтригован.       - Обсессивно.       Эти слова снова и снова звучали в его голове, пока он смотрел на Уилла. Они сидели и ужинали вместе... «стройной и нежной свинкой», на которую охотился Уилл. Он знал, что это не так. Но он подыграл. Ему было очень любопытно посмотреть, что произойдёт дальше.       - Они знают.       Уилл коротко прошептал. О. Конечно, они знают. Он почти ожидал, что нечто подобное произойдёт. Он задавался вопросом, насколько же глупым Уилл представлял его... Но всё равно было больно. Его сердце защемило, когда он понял, что его Уилл сделает это с ним, с ними.       - Я хотел удивить тебя.       Он действительно хотел этого. Вот почему их дочь была жива. Они собирались сбежать вместе. Начать новую жизнь вместе. Но запах предательства тяжело висел в воздухе между ними. Ему было больно думать, что Уилл предпочтёт его другим, несмотря на то, что всё, что у них действительно было – это они сами. Он сдерживал собственные слёзы, прижимая Уилла к груди, истекающего кровью из раны-улыбки на животе, которую он только что нанёс.       Он простил Уилла. Простил предательство, которое грозило разорвать его изнутри.       Затем он попросил прощения, когда порезал горло их дочери.       Он позволил себе заплакать, когда дождь забил по лицу. Холодные капли контрастировали с тёплой кровью и слезами. Он взял пальто, которое Уилл так щедро накинул на Алану, неподвижно лежащую перед домом, и ушёл. Он знал, что его Уилл будет жить. Его мало заботило то, что будет с остальными.       Когда Ганнибал уезжал в Европу с Беделией, он не мог не желать, чтобы рядом был Уилл, а не эта женщина.       Он оставил Уиллу воплощение своей скорби в Соборе. Он оставил Уиллу своё разбитое сердце. И Уилл это увидел. Уилл нашёл его.       - Я прощаю тебя.       Он услышал, как звенят слова в туннелях катакомб. Он был в восторге. Такое большое искушение раскрыть себя. Но он воздержался.       «…моя любовь».       Он закончил фразу за него. Тем самым, обозначив свою позицию и отношение. Да, это была любовь. Именно это Уилл заставил его почувствовать, и он, наконец, смог признаться в этом. Он знал, что добиться взаимности будет труднее... Но он знал, что Уилл принадлежит ему. Ничто не могло отнять у него его Уилла.       Не сильно удивился, когда Уилл нашёл его в галерее. Ганнибал был ранен и испытывал тупую боль, и всё ещё не мог отойти после драки, когда Джек швырял его, как соломенную куклу (месть за их последнюю встречу), но всё же улыбнулся.       - Если бы я видел тебя каждый день, всегда, Уилл, то запомнил бы этот момент.       Он не мог ничего с собой поделать. Он просто должен был это сказать. Нельзя было игнорировать тот факт, что он хотел заполучить Уилла. Он должен был убедиться, что Уилл это знает.       - Мы с тобой тоже, словно, в тумане.       Слова были похожи на сладкий нектар, выходящий изо рта Уилла.       «Как я и предполагал», – подумал он.       Он точно знал, что происходит, когда пуля попала в плечо Уилла. Он знал, сколько бы он ни отрицал это, Уилл всё ещё играл. В нём не было ничего подлинного. Пока что. Он надеялся, что это произойдет, зная, что мужчина следовал за ним всю дорогу и пересёк океан... Но желание убить его было лучше, чем ничего. Он взял нож Уилла и вернул ему, пока тот полулежал, истекая кровью от выстрела, пока ухаживал за ним.       - Это – твоё прощение? Господь прощает также.       Он задавался вопросом, убил бы Уилл его быстро или медленно, с издёвкой, если бы Чио не помешала. Он собирался немного повеселиться. Он решил понаблюдать за реакцией Джека Кроуфорда на то, как он будет готовить (или, по крайней мере, делать вид) этот забавный маленький мозг Уилла.       Они проснулись, вися вниз головой, рядом друг с другом. Это не могло быть неприятно. Их связали, переодели и пригласили к столу, но не раньше, чем Мейсон Верджер воткнул нож ему в спину, чтобы проверить, сколько у него жира.       Когда Уилл откусил кусочек щеки Корделла, Ганнибалу пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержать собственный смех. Он улыбнулся своему Уиллу, смотря, как кровь залила его рот, когда мужчина выплюнул кусок чужой плоти.       Горячее железо обожгло кожу. Его клеймили, как свинью. Эта мысль в равной степени забавляла и беспокоила. Его руки болели от того, что долго были связаны в определённом положении. Но он оставался стойким. Ганнибал научился не показывать боль. Не собирался позволить этим свиньям победить. Это он всегда побеждал. Всегда.       Он собрался с силами и поднял голову, чтобы посмотреть на двух женщин, смотрящих на него сверху вниз. Его руки были связаны высоко над головой, удерживая на месте, на шее был ошейник. И всё же он был спокоен. Он знал, как освободиться. Он всегда знал.       - Дай слово его спасти.       Хах! Как будто это было необходимо. Он спас бы своего Уилла, даже если бы они приказали бросить его. Он знал, что о Мейсоне позаботятся. Он нёс Уилл обратно на руках. Уилл был в безопасности. Это всё, что волновало Ганнибала.       - Поговорим о чашках, времени и психических расстройствах?       Он старался сохранять спокойствие настолько, насколько мог. Он знал, что это рано или поздно бы произошло, но почему сейчас, когда он был именно тем, кто только что спас жизнь Уиллу.       Он излил свои чувства перед человеком, сидящим на кровати. И ждал ответа.       - Я скучаю по своим собакам. По Вам скучать не стану…       Это обожгло. Каждое произнесенное слово причиняло жгучую боль. Ему казалось, что кто-то снова и снова наносит удар ножом в живот. С каждой фразой, произнесённой Уиллом, он чувствовал, как самообладание медленно покидает его, а слёзы просятся наружу.       - Прощайте, Ганнибал.       Он встал и вышел. Он поднёс блокнот к груди и, наконец, дал слезам волю. После всего? Он знал, что ему нужно делать дальше. Он знал, что Уилл нуждался в нём так же, как он нуждался в Уилле.       Он собирался сделать так, чтобы Уилл всегда знал, где он и где его можно будет найти. Когда приехало ФБР, он сдался.       Чесапикский Потрошитель, наконец, оказался за решёткой.       У него было много времени для размышлений, что он и делал. Слишком много. Он проводил всё своё время за рисованием: пейзажи Флоренции, фантазийные зарисовки и, конечно же, его Уилл. Ганнибал фантазировал о том, как бы сложилась его жизнь. Что если он никогда бы не встретил Уилла? Что если он никогда бы не подставил Уилла? Что если Уилл никогда бы не узнал его секрета? (О, он бы узнал рано или поздно. Уилл был умным человеком, и он понимал его, как никто другой). Что если бы Уилл действительно был на его стороне, и они могли бы сбежать вместе... Их дочь вместе с ними? Что если Уилл просто принял бы его истинную сущность и, в свою очередь, принял бы его любовь? В ближайшее время Ганнибал точно этого не узнает.       - Здравствуйте, доктор Лектер.       Когда Уилл вернулся к нему через три долгих года, он ощутил тот же дешёвый лосьон после бритья, протяжный запах собак, сосны и масла. Кажется, Уилл сделал попытку заменить его…       - У Вас появился ребёнок, Уилл?       Когда-то у них был общий ребёнок, во всяком случае, Ганнибал пытался дать это Уиллу, но из этого ничего не вышло. Он решил подразнить Уилла, чтобы выяснить, сможет ли это заставить его заговорить.       - Вы пришли повидаться. Снова вдохнуть тот старый запах. Он есть и у Вас самого…       Это была хитрость. Уилл не отреагировал так бурно, как ему бы хотелось, но у доктора было достаточно доказательств, чтобы понять, что он был прав. Он всегда был прав. Знал, что Уилл так легко не забудет его. Ганнибал позволил себе мысленно улыбнуться. Маленький триумф. Сегодня. Они играли в длинную и долгую игру.       - Ты – член семьи, Уилл.       Он увидел свой шанс, и он воспользовался им. Просто чтобы посмотреть, что произойдёт. Когда Красный Дракон позвонил, он просто подтолкнул его.       - Спасите себя. Убейте их всех.       Когда Уилл пришёл к нему в следующий раз... Он был в ярости. И Ганнибалу нравилось это выражение на лице Уилла. Он знал, что попал точно в цель. Он слышал, что женщина выжила, и это был позор. Великий Красный Дракон оказался не таким Великим. Как бы то ни было, его точка зрения была высказана.       - Я переживал за тебя, Уилл.       Это была правда. Он действительно переживал за Уилла. Всегда. Он знал, что Уилл пытается скрыть своё истинное «Я», похоронить его глубоко внутри. Но он хотел вытащить это наружу и сделать своим.       - Вы можете вернуться домой, если есть смысл ... Есть ли смысл?       Неважно, что говорил Уилл, Ганнибал знал, истину. Он знал, сколько бы Уилл ни пытался это игнорировать, невысказанное будет жить с ним, преследовать его.       - Ты сделал это только потому, что я тебя отверг.       Верно. Разве это не то, почему он это сделал? Потому что Уилл сказал ему, что не хочет знать, где его можно будет найти? Потому что он сказал, что не хочет думать о нём? Но Ганнибал не мог этого допустить, не так ли? Он хотел быть уверен, что Уилл всегда найдёт к нему дорогу, что Уилл нуждается в нём, даже если отрицает это.       - Уилл. Было приятно увидеть меня?       - Приятно? Нет.       Нет. Слово звучало в ушах ещё долго после того, как человек, который это сказал, ушёл. Нет. О, Уилл! Он не знал, были ли слёзы, угрожающие потечь из глаз, из-за боли, которую чувствовал, или из-за явной нелепости того, насколько уверенно Уилл лгал ему в лицо. Какой всё-таки хитрый мальчик! Играл на нём как на скрипке, зная его слабость...       - Вы уронили микрофон, Уилл. Теперь Вам нужно вернуться и забрать его.       Было приятно демонстрировать самодовольство. Он чувствовал себя сильным. Не то чтобы он когда-либо чувствовал себя особенно беспомощным, но это было по-другому. Конечно, он продолжал играть, он наслаждался их маленькой игрой в кошки-мышки ... Он играл, но ответственно. Как настоящий охотник. Уилл найдёт его, когда он понадобится, только потому, что он сам этого хочет.       - Ты мне нужен, Ганнибал.       Ах, как сладко звучали эти слова. Слова, которые он так долго ждал, чтобы услышать, хотя он предпочёл бы более комфортные условия. Те, что не включали смирительную рубашку и наручники. Но на данный момент и этого было достаточно. Он играл в длинную и долгую игру.       - …Пожалуйста.       Он ухмыльнулся. Таким образом, его просьбу удовлетворили. Ганнибал бы рад это слышать.       «Эта игра собирается стать интересной», – подумал он.       Они ждали, когда появится Красный Дракон. Они знали, что он смотрит, и ждали, когда он нанесёт удар. Он был рад, наконец, избавиться от тюремного комбинезона. Он был совершенно безвкусным. Он скучал по свободе. Уилл всё время выглядел встревоженным, как будто что-то терзало его изнутри. Побег из тюрьмы прошёл не совсем так, как планировалось... Но дело было сделано. Теперь они ждали человека, который, как они знали, скрывался где-то поблизости.       -Ты собираешься посмотреть, как он меня убьёт?       Он всё ещё не был уверен, в какую игру играет Уилл. Он знал, что в нём была какая-то обида, но он не мог точно сказать, по какому поводу. Уилл сохранял свою холодность, и ему было мучительно трудно поддерживать беседу. Ганнибал жаждал быть ближе и ненавидел то, как сильно этот человек изменил его.       - Моё сострадание к тебе неудобно, Уилл.       И это действительно было так. Он давно забыл о чувстве любви. Подавил это человеческое желание нуждаться в подобном. Превзошёл собственную смертность, и все же, Уилл вернул его на землю. Ему удалось заставить доктора Лектера снова почувствовать себя увиденным, узнанным. Почувствовать себя снова человеком. Ему немного больно видеть, что Уилл верил в то, что Ганнибал думал о нём как о скоте*. Ганнибал хотел бы, чтобы всё было намного проще.       - Душу свою за друзей своих**.       В этом тоже была правда. Уилл был его другом. И он не так легко заводил друзей. Мужчина охотно отдал бы свою жизнь за Уилла. Он также очень охотно отдал бы жизнь любого другого за Уилла. Наверное, для этого и нужны друзья. О, но мы гораздо больше, чем просто друзья, разве нет?       Он знал, что за ними следят. Звук разбитого стекла застал Ганнибала врасплох. Бутылка выскользнула из руки, когда пуля вошла в тело. Великий Красный Дракон вошёл в комнату через разбитое окно, держа перед собой пистолет. Ганнибал смотрел с того места, где упал, наблюдал, как Дракон предупреждал Уилла, что не стоит бежать. Как будто Уилл мог заставить себя. Доктор поднял глаза на Уилла, который спокойно отпил вина из бокала, глядя на него так, будто ожидал какого-то шоу... Ну что ж, он устроит Уиллу небольшое представление.       - Я рад, что Вы выбрали жизнь, Френсис. Самоубийство – это враг.       Он ждал хоть какой-то реакции. Этот Великий Красный Дурак вызывал желание его подразнить. Даже там, истекающий кровью на полу, он чувствовал какое-то подобие силы. Чувство контроля. Он дразнил и подталкивал. Это было похоже на старые времена. Когда он был хищником на вершине пищевой цепочки.       - Я сниму Вашу смерть, доктор Лектер...       - Идея неплохая, но мне она не по душе.       Он слушал с лёгким интересом, пока человек перед ним продолжил свой маленький монолог. У него было всё время на свете. Он знал, что умрёт не так. Знал, что Уилл не допустит этого. Грэм хотел бы сделать это собственным руками, как однажды признался на приёме.       Он поднял взгляд на Уилла. Предостерегающий взгляд. Но прежде чем Уилл смог достать свой пистолет, ему в щёку вонзился складной нож. Дракон поднял его над землёй и выбросил из разбитого окна, пока Ганнибал смотрел. И он запаниковал. Ганнибал не совсем понимал, сможет ли Уилл угнаться за этим человеческим отродьем, с которым столкнулся. Ганнибал ощутил, как адреналин разливается по венам.       Он сумел встать на ноги и бросился на мужчину сзади, когда тот отвлёкся, вонзая нож в плечо Уилла. Доктор потянул мужчину назад, обвивая рукой шею, но был отброшен в сторону, словно тряпичная кукла.       Ганнибал поднялся на ноги, когда Дракон приблизился к нему. Они вцепились в шеи друг друга, когда Уилл нанёс удар Френсису в спину собственным ножом.       Они сражались с мужчиной так слаженно. Один помогал другому там, где это было необходимо. Поодиночке они бы не справились с этим зверем, но вместе оказались идеальной командой, непобедимой.       Подробности сражения были размыты, но всё кончилось тем, что Ганнибал вырвал зубами кусок плоти из горла Дракона, когда Уилл разрезал ему живот ножом.       Великий Красный Дракон рухнул прямо перед ними. Его кровь растеклась за его спиной, подобно раскрывшимся крыльям. Ганнибал тяжело поднялся и посмотрел на Уилла, стараясь отдышаться.       - Кровь действительно выглядит чёрной в свете луны...       Уилл протянул руку Ганнибалу. Тот схватил его за руку и поднялся. Задыхаясь, залитый кровью, как своей, так и чужой, он чувствовал себя по-настоящему живым. Прилив адреналина медленно угасал, пока они стояли рядом в ночной тишине. Уилл явно старался дышать чаще, чем мог.       - Видишь? Это всё, о чём я мечтал для тебя, Уилл ... Для нас.       - Это прекрасно…       Он посмотрел на человека, который в настоящее время держался за него, чтобы не упасть... Это было так правильно. Всё ощущалось так, будто это только начало. Это было то, чего он хотел всю жизнь.       Уилл осторожно опустил голову ему на грудь. Он крепко прижал Уилла к себе. Цепляясь за полы рубашки, тот продолжал отчаянно хватать за его плечо.       Он почувствовал неглубокие неровные вдохи Уилла на своей шее. Грэм медленно пытался пошевелить головой. Ганнибал чуть отстранился, чтобы потом прижать щёку к макушке мужчины. Он почувствовал, как губы профайлера мазнули по шее. Небольшая дрожь пробежала по позвоночнику.       - Ганнибал… – прошептал Уилл прямо в шею, и доктор не мог удержаться, едва выдохнув. Это было так интимно.       Уилл чуть отстранился и наклонился вперёд. Ганнибал затаил дыхание в ожидании, когда лицо Уилла медленно приблизилось к его. Он почувствовал, как перехватило дыхание, когда Уилл прижался небрежным поцелуем к его губам.       Его глаза расширились. Несколько секунд он стоял неподвижно, прежде чем ответить.       Ганнибал ответил мягко. Они прижимались губами к друг другу с лёгким нажимом. Почти целомудренно.       Их губы приоткрылись, делая вдох. Ганнибал посмотрел прямо в глаза Уиллу. Впервые за многие годы он увидел там ясность. Уилл не сделал это из жалости. Уилл сделал это, потому что хотел, потому что нуждался в этом. Он позволил своей руке подняться к шее Уилла и притянул его ближе. На этот раз инициатором поцелуя был он сам: более сильный, более страстный. Годы накопленных эмоций буквально лились из него сквозь поцелуй. Уилл отвечал с одинаковой страстью. Рука Уилла обернулась вокруг его шеи. Они стояли почти вплотную на краю обрыва, прижавшись губами. Ганнибал не хотел открывать глаза... Это походило на сон.       Он почувствовал вкус крови и слюны на губах, когда Уилл поднял голову, чтобы посмотреть доктору в глаза. Его глаза говорили с ним так, как не смогли бы никакие слова. Он знал, что нужно делать...       Они истекали кровью, ФБР преследовало его, их обоих. Доктор Лектер посмотрел на луну в последний раз. Затем посмотрел на Уилла. Кровь на его лице казалась чёрной.       Расслабился, когда Уилл потянул их вниз. Ганнибал только крепче обнял его рукой и соприкоснулся лбами. Он прикрыл глаза, ощущая порыв ветра и силу притяжения.       Он снова улыбнулся.       Он знал, что Уилл тоже улыбался.       Они были едины. Они были только друг с другом.       Таков был его замысел.