Fallen Soul

— Расскажи мне, что произошло, — попросил доктор, открывая блокнот. В кабинете доктора Хо царила привычная тишина. Мягкий свет настольной лампы едва касался полированной поверхности низкого столика. Шторы были опущены, но через них пробивался слабый свет вечернего города. Всё в комнате будто бы говорило: «Здесь безопасно, ты можешь быть собой», — всё это словно создавалось, чтобы человек чувствовал себя защищённым, даже если он обнажал здесь свои самые тёмные мысли. Чонгук прошел молча к знакомому креслу, бросив взгляд на врача, который сидел за столом с неизменным блокнотом в руках. Доктор Хо, мужчина средних лет с чуть седыми висками и мягкими, но проницательными глазами, был с ним с самого детства — человек, которому доверяли его родители. Его голос был спокойным, словно текущая вода: — Я вижу, твой отец снова настоял на этой встрече, — начал доктор, жестом приглашая его сесть. Его лёгкая улыбка не была осуждающей, но и не оставляла шансов увильнуть от разговора. Чонгук лишь пожал плечами, бросив куртку на подлокотник кресла. Он не спешил садиться. — Вы ведь знаете, что я не хотел сюда приходить, — сказал он, наконец занимая место напротив. — Ты это говоришь каждый раз. И каждый раз мы находим, о чём поговорить, — врач склонил голову, внимательно разглядывая своего пациента. — Ну что, начнём? — Он сказал, что я потерял контроль? — И ты с этим согласен? — Не совсем. Доктор поднял взгляд, явно ожидая объяснений. — Я не потерял контроль. Я просто… не смог остановить то, что должно было случиться, — Чонгук посмотрел на свои руки, словно ища в них ответ. — Это звучит как попытка оправдать себя. — Может быть. Но это правда. Альфа ненадолго замолчал, подбирая слова. — Тогда расскажи, как было на самом деле. Чонгук вздохнул. Он знал, что отмалчиваться бессмысленно. — Это был обычный ужин, — начал он, голос звучал безразлично. — Обычные манипуляции. Союз с кем-то, кого я не хочу видеть рядом. Я отказался. — И? — И он решил, что мне нужно доказать свою правоту. — Как? — Он выпустил свою ауру. Это было… испытание, — Чонгук поморщился. — А ты? Чонгук на мгновение замолчал, вспоминая. — Это не было осознанным решением. Чернота, она просто… вышла. Я не хотел этого. — Но это произошло, — мягко подытожил врач. Чонгук кивнул, опуская взгляд на свои руки. — Она вышла, и я не смог её остановить. Она отделилась от меня. Как живое существо. — Эта чернота… Ты когда-нибудь пытался понять, что она? — Я знаю, что она не моя аура. У меня её нет. — Ты часто говорил о черноте, которая живёт внутри тебя. Как она чувствует себя сейчас? Чонгук поднял взгляд, его глаза были затуманены. — Тихая, — коротко ответил он. — Тихая? Это хорошо или плохо? Чонгук задумался, подбородок дрогнул, но он быстро взял себя в руки. — Я не знаю. Когда она тихая, я чувствую себя спокойнее. Но это не значит, что её нет. Доктор наклонился чуть ближе, скрестив руки на столе. — А что она делает, когда становится громкой? Чонгук отвёл взгляд, его пальцы сжались в кулак. — Она захватывает. Она берёт верх. Доктор выдержал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе. — Чонгук, ты говорил, что она живёт внутри тебя с самого детства. Но ты никогда не рассказывал, что она хочет. Альфа вздрогнул, как будто от удара. — Она ничего не хочет, — тихо произнёс он. — Она просто… есть. Доктор внимательно посмотрел на него, его голос стал мягче, но твёрже: — Всё, что существует, имеет цель. Даже тени, — доктор Хо слегка наклонился вперёд, его интерес был очевиден. — Ты говорил, что она действует независимо от тебя. Что она живая. Как ты это ощущаешь? — Когда она выходит, я не могу её контролировать. Она… знает, что делать. Она решает, кого защитить, а кого уничтожить. — Ты боишься её? — Иногда. Но больше всего я боюсь того, что она делает с людьми вокруг меня. Врач внимательно смотрел на Чонгука, стараясь не перебивать. — Ты называешь её чернотой. Почему? — Потому что она такая и есть. Она… тёмная. Она давит, душит. Она как… — он замялся, подбирая слова, — как часть меня, но не я. — Часть, которую ты боишься? — Может быть. — Почему ты боишься её? — Потому что она… разрушает. Она чуть не убила его. — Кого? — Моего отца, — Чонгук резко поднял взгляд. В его глазах мелькнуло что-то, что врач не мог сразу прочитать. — Ты сказал «чуть не убила». Значит, что-то остановило её? Чонгук медленно кивнул. — Его аура. — Кого? — Омеги. Ким Тэхёна. Врач сделал заметки, но тут же отложил блокнот в сторону. — Давай попробуем кое-что. Ты готов? — Зависит от того, что вы задумали. — Закрой глаза. Чонгук вздохнул, но подчинился. — Представь эту черноту. Опиши её. — Она… густая. Как дым. Только плотнее. И холодная. — Где она сейчас? — Внутри меня. Но… она спокойная. — Почему? — Потому что… её успокоили. — Кто? — Аура Тэхёна. Она пришла, когда я уже не мог ничего сделать. Она… повела меня. — Куда? — К своему хозяину. — И что произошло, когда вы нашли его? Чонгук напрягся, но не открыл глаз. — Она успокоила черноту. Она освободила моего отца. А потом… исчезла. — Как ты себя чувствовал в этот момент? — Я не знаю. Сначала ничего. А потом… тепло. — Тепло? — Как будто она оставила что-то внутри меня. Чонгук задумался, нахмурив брови. — Ты говорил, что эта чернота — часть тебя. Ты думаешь, что она определяет тебя? — Иногда. — Но если она часть тебя, значит, ты можешь её контролировать. — Я пытался. Это не так просто. — Потому что ты не понимаешь её. Чонгук открыл глаза, его взгляд стал напряжённым. — Вы хотите сказать, что я должен принять её? — Я хочу сказать, что ты должен понять её. Чонгук откинулся на спинку кресла, ощущая усталость от разговора. — И как мне это сделать? — Начни с малого. Наблюдай за ней. Замечай, как она реагирует. И, главное, помни, что она — это ты. Чонгук молчал. Врач не торопил его. — Тэхён… — наконец произнёс он. — Что с ним? — Он… что-то значит. Но я не знаю, что. — И это нормально, — мягко сказал врач. — Ты не обязан знать всё прямо сейчас. Чонгук встал, подошёл к окну и посмотрел на город. — Его аура сказала мне что-то перед тем, как исчезнуть, — сказал он тихо. — Что именно? — Она чувствовала боль. И тоску. Доктор подошёл ближе, но оставил между ними расстояние. — Ты знаешь, почему? — Нет. — Может быть, это то, что ты должен выяснить. Чонгук молчал. — Иногда ответы не приходят сразу. Но ты уже начал искать. И это самое важное. Доктор Хо подошел к стеллажу и достал небольшой стеклянный шар, затем вернулся к столу. — Мы попробуем одну практику. Это будет похоже на то, что мы делали раньше, но глубже. Ты будешь наблюдать. Сначала за своими ощущениями, потом за чернотой. Чонгук вернулся к креслу и доктор положил шар на стол перед ним. — Возьми шар, — сказал доктор, указывая на стеклянный предмет на столе. Чонгук медленно протянул руку и поднял шар. Он был холодным на ощупь, идеально гладким, но в его прозрачности отражались искажённые очертания комнаты. — Что ты видишь? Чонгук долго смотрел на шар, прежде чем ответить: — Себя. — Какого себя? — Разбитого, — коротко сказал он. Доктор кивнул, словно ожидал этого ответа. — Разбитого. Это интересно. Ты думаешь, что это отражение правды? Чонгук нахмурился, его пальцы крепче сжали шар. — Я думаю, что это отражение того, как я себя чувствую. — Тогда скажи мне, что ты видишь в себе, когда смотришь на это отражение? Чонгук замолчал, его лицо стало напряжённым. — Тьму, — наконец сказал он. — Бесконечную, как космос. Доктор откинулся на спинку кресла, его лицо стало задумчивым. — Космос, — повторил он. — Ты знаешь, что космос — это не только пустота? Там есть звёзды, планеты, свет. Даже в самой глубокой тьме есть что-то, что может дать жизнь. Чонгук поднял взгляд, его глаза встретились с глазами доктора. — Вы хотите сказать, что я должен найти свет в своей тьме? Доктор улыбнулся, но его улыбка была мягкой, почти грустной. — Нет, Чонгук. Я хочу сказать, что, возможно, ты сам и есть этот свет. Вернёмся к черноте, — продолжил доктор после небольшой паузы. — Ты говорил, что она иногда ведёт себя как живое существо. Если бы она могла говорить, что бы она сказала тебе? Чонгук снова напрягся, его взгляд стал острым. — Она бы не говорила. Она бы смотрела. — Как смотрят хищники? Чонгук кивнул. — Да. Хищники. Безразлично, но с интересом. Доктор задумался, его голос стал ещё мягче: — А что она видит, когда смотрит на тебя? Чонгук долго молчал, прежде чем ответить: — Себя. Доктор кивнул, словно подтверждая свои мысли. — Тогда, может быть, ты видишь её, потому что она отражает то, что ты боишься увидеть в себе. — Я не боюсь себя. — Нет. Но ты боишься того, что было с тобой раньше. Ты когда-нибудь задумывался, почему эта чернота всегда рядом с тобой? Чонгук поднял глаза, в его взгляде читалось замешательство. — Потому что она моя? Доктор кивнул, но в его взгляде читалась глубина. — И она знает тебя лучше, чем кто-либо другой. Чонгук нахмурился, его лицо стало напряжённым. — Зачем она со мной? Доктор улыбнулся, его голос стал почти шёпотом. — Может быть, она хочет, чтобы ты понял себя. Если это так, то, возможно, она не враг. — Тогда почему она разрушает всё вокруг? — Есть то, чего ты боишься сейчас? Чонгук отвернулся, его плечи напряглись. — Потерять контроль, — наконец выдавил он. Доктор посмотрел на него с лёгкой улыбкой. — Потеря контроля — это страх, знакомый многим. Но что, если контроль — это не то, что нужно? Что, если чернота не хочет, чтобы ты её контролировал? Чонгук нахмурился, его пальцы снова сжались в кулак. — Тогда что она хочет? Доктор сложил руки перед собой, его голос стал задумчивым: — Иногда тени не требуют контроля. Они требуют признания. Чонгук всё ещё держал стеклянный шар в руках. Его дыхание замедлилось, взгляд блуждал по отражению, словно он пытался найти в нём что-то скрытое. Доктор Хо не торопил его, позволяя тишине заполнить комнату. — Ты сказал, что видишь тьму, — мягко напомнил доктор. — Но ведь тьма тоже может быть разной. Она бывает плотной, обволакивающей, а бывает лёгкой, словно дымка. Какая она для тебя? Чонгук нахмурился, его пальцы чуть сжали шар. — Она… густая. Как смола. Доктор наклонил голову, его голос звучал так, словно он сам размышлял вместе с Чонгуком: — Смола. Она липкая, тягучая. Но знаешь, что интересно? Смола когда-то была соком дерева. Её тягучесть — это следствие времени. Чонгук поднял взгляд, его брови слегка дрогнули от удивления. — Вы хотите сказать, что она была чем-то другим? — А ты сам как думаешь? — доктор улыбнулся, но в его глазах читалась серьёзность. Чонгук долго молчал, прежде чем ответить: — Я думаю… что она всегда была тьмой. Доктор Хо кивнул, но не стал спорить. Вместо этого он задал другой вопрос: — Если бы ты мог дать ей голос, что бы она сказала? Чонгук задумался, его взгляд снова упал на шар. — Она бы сказала, что я слаб. Доктор слегка приподнял бровь, но в его голосе не было осуждения. — Почему ты думаешь, что она считает тебя слабым? Чонгук поднял взгляд, его глаза вспыхнули. — Потому что я не могу её контролировать. Доктор откинулся на спинку кресла, его лицо стало задумчивым. — Ты уверен, что контроль — это то, чего она хочет? Чонгук нахмурился, его пальцы нервно задвигались на поверхности шара. — А что ещё она может хотеть? Доктор улыбнулся, его голос стал мягким, но твёрдым: — Может быть, она хочет, чтобы ты её понял. Хо, внимательно наблюдая за Чонгуком, опустил взгляд на стеклянный шар, который тот всё ещё держал в руках. — Помнишь, когда мы впервые использовали этот шар? — спросил он, голос его был мягким, почти шёпотом. Чонгук поднял глаза, и на мгновение в его взгляде мелькнуло что-то похожее на ностальгию. — Да. Мне тогда было двенадцать, — медленно произнёс он. — Я помню, как вы сказали, что этот шар — это моя собственная вселенная. Доктор улыбнулся, его глаза смягчились. — Ты тогда сказал, что не хочешь иметь свою вселенную. Что она слишком тяжёлая. Чонгук кивнул, его пальцы нервно скользнули по поверхности шара. — Я и сейчас так думаю. Доктор наклонился чуть ближе, его голос стал чуть глубже, серьёзнее: — Но ты ведь держишь её. Ты не бросил. Чонгук замер, его взгляд на мгновение остановился на шаре. — Потому что я не могу её бросить. Доктор откинулся на спинку кресла, его лицо стало задумчивым. — Ты всегда говорил, что не можешь отпустить. Но, может быть, ты никогда и не должен был этого делать? Чонгук посмотрел на него, в его глазах читалось замешательство. — Что вы имеете в виду? Доктор улыбнулся, его голос стал мягче, почти утешительным. — Иногда мы пытаемся избавиться от того, что считаем тяжестью, не понимая, что это часть нас. И не просто часть, а основа. Чонгук молчал, его взгляд стал задумчивым. — Ты был другим тогда, — продолжил доктор, возвращаясь к воспоминаниям. — Молчаливым, замкнутым. Ты не любил говорить о своих чувствах. — И сейчас не люблю, — отрезал Чонгук, но в его голосе не было прежней резкости. Доктор усмехнулся. — Да, но тогда ты даже не пытался. Ты помнишь, что я тебе сказал, когда ты впервые позволил себе что-то рассказать? Чонгук задумался, его взгляд вновь устремился в прошлое. — Вы сказали, что слова — это мосты. Что они соединяют нас с тем, что мы боимся увидеть. Доктор кивнул, его взгляд стал серьёзным. — Именно. И ты тогда построил свой первый мост. Расскажи, Чонгук, какой мост ты строишь сейчас? Чонгук отвёл взгляд, его пальцы снова задвигались на поверхности шара. — Я не уверен, что строю мост. Скорее, пытаюсь не дать ему рухнуть. Доктор наклонился вперёд, его голос стал твёрже. — А ты когда-нибудь думал, что мосты иногда нужно перестраивать? Чонгук не ответил сразу. Его лицо оставалось напряжённым, но в глазах читалось что-то похожее на понимание. — Я не знаю, с чего начать. Доктор улыбнулся, его голос снова стал мягче. — Начни с того, что у тебя есть. Ты сказал, что чернота душила твоего отца, — мягко напомнил доктор, возвращаясь к теме. — Ты чувствовал, что потерял контроль. Расскажи мне о том, что произошло с твоим отцом. — Я уже говорил вам об этом. — Да, говорил, — кивнул доктор. — Но я хочу, чтобы ты сам ещё раз услышал свои слова. — Я потерял контроль. Чернота отделилась от меня. Она напала на него. — А что ты чувствовал в этот момент? Чонгук замолчал, его лицо стало мрачным. — Беспомощность, — наконец сказал он. Доктор внимательно посмотрел на него, его голос стал чуть строже. — А потом появилась аура. Какой она была? Чонгук поднял голову, его глаза были полны воспоминаний. — Фиолетового свечения, — ответил Чонгук, его взгляд стал отстранённым. — Она пришла ко мне. Словно знала, что я нуждаюсь в помощи. Доктор кивнул, его лицо оставалось задумчивым. — Ты думаешь, она пришла, чтобы помочь тебе? Или она пришла случайно? Чонгук покачал головой. — Это было… словно она искала меня. Доктор улыбнулся, но в его глазах читалась серьёзность. — Может быть, она пришла не ради тебя. Может быть, она пришла ради черноты. Аура искала не тебя, а твою черноту? — Почему? Доктор не ответил сразу. Он откинулся на спинку кресла, его взгляд устремился в потолок. — Потому что чернота — это часть тебя. И если она пришла, чтобы понять её, то, возможно, она хочет понять и тебя. Иногда, чтобы понять свет, нужно сначала встретиться с тьмой. Доктор замолчал, давая Чонгуку время переварить его слова. Тишина заполнила комнату, но она не была тяжёлой. Скорее, это была тишина размышлений. — Вы всегда говорили, что тьма не бывает случайной, — наконец произнёс Чонгук, его голос был тихим. Доктор кивнул, его взгляд стал мягче. — Потому что она не случайна. Она приходит, чтобы научить нас чему-то. — Но чему? — Чонгук нахмурился, его лицо стало мрачным. Доктор улыбнулся, его голос стал почти шёпотом: — Этого ты должен узнать сам. — Вы сказали, она хочет понять меня, — медленно проговорил Чонгук, не поднимая глаз. — А если я сам себя не понимаю? — Тогда это становится твоим выбором, — доктор Хо чуть улыбнулся, но в его взгляде читалась серьёзность. — Ты можешь закрыться от этих вопросов и остаться в прежнем состоянии. Или можешь попытаться найти ответы. Чонгук нахмурился, его пальцы продолжали скользить по поверхности стеклянного шара. — А что, если я не хочу знать ответы? Доктор откинулся на спинку кресла, его лицо оставалось спокойным. — Иногда это значит, что ты уже знаешь их, но боишься признать. Эти слова повисли в воздухе. Чонгук нахмурился ещё сильнее, его лицо стало напряжённым. — Вы всегда так делаете, — резко бросил он, поднимая взгляд. — Заставляете меня думать, что я всё знаю. Доктор улыбнулся, его голос стал мягче. — Потому что ты действительно знаешь. Просто не всегда хочешь это признать. Чонгук сжал шар в руках, его взгляд стал жёстким. — Вы не верите, что я не боюсь себя? Доктор наклонился вперёд, его глаза встретились с глазами Чонгука. — Я думаю, что ты боишься не себя. Ты боишься того, что в тебе. — Я не хочу, чтобы она была частью меня. — Но она есть. И если ты не примешь её, она будет управлять тобой. Почему ты думаешь, что она не может быть твоим союзником? Что если это не угроза? Если это защита? Чонгук нахмурился, его глаза встретились с глазами доктора. — Защита? От чего? — От тебя самого, — спокойно ответил доктор. Чонгук замер, его лицо стало напряжённым. — Почему она должна защищать меня от меня же? Доктор улыбнулся, но его взгляд оставался серьёзным. — Потому что иногда самые большие угрозы приходят изнутри. — Она пугает меня. Доктор улыбнулся, его голос стал утешительным. — Иногда то, что пугает нас, — это то, что мы больше всего нуждаемся понять. Доктор Хо сменил тон, сделав его более нейтральным, словно возвращая Чонгука к спокойствию. — Помнишь, что ты говорил мне по телефону о своей первой встрече с Тэхёном? Чонгук поднял глаза, его лицо стало напряжённым. — Да. — Что ты тогда почувствовал? — Что-то странное. Будто я знал его раньше. Доктор кивнул, его голос стал мягче. — А потом ты увидел его ауру. — Она была… — Чонгук замолчал, пытаясь подобрать слова. — Тёплой. Но в то же время… Не знаю как объяснить. Чонгук слегка наклонился вперёд, опираясь локтями на колени. Его взгляд оставался прикованным к стеклянному шару. Свет из окна, падая на его поверхность, создавал переливы, которые словно двигались в такт его дыханию. — Голова… будто в тумане, — тихо произнёс он, не отрывая взгляда. Доктор Хо мягко кивнул, наблюдая за изменением в поведении Чонгука. — Туман, говоришь? — Да, — голос Чонгука звучал отстранённо, будто он говорил не с доктором, а с самим собой. — Я чувствую, как он окутывает меня. Словно что-то пытается пробиться сквозь него. Доктор не торопился задавать вопросы. Он знал, что нужно дать Чонгуку время выразить свои мысли. — Это не просто туман, — продолжил альфа, его голос стал тише, почти шёпотом. — Я вижу… фиолетовую дымку. — Фиолетовая дымка? — Доктор Хо слегка приподнял бровь, но его лицо оставалось спокойным. Чонгук кивнул, его взгляд стал ещё более сосредоточенным. — Она будто движется внутри шара. Но я знаю, что это мираж. Доктор позволил этим словам повиснуть в воздухе, затем мягко спросил: — Почему ты уверен, что это мираж? Чонгук нахмурился, его пальцы сжались вокруг шара. — Потому что это невозможно. Это просто свет, который играет на поверхности. — Или это то, что ты не хочешь увидеть? — спокойно предположил доктор. Чонгук резко поднял взгляд, его глаза сузились. — Вы снова пытаетесь заставить меня думать, что всё это имеет смысл? — Я не заставляю тебя думать, Чонгук. Я просто предлагаю тебе задуматься. Чонгук отвёл взгляд, его дыхание стало чуть быстрее. — Если это не мираж… — начал он, но замолчал, словно не решаясь закончить мысль. Доктор мягко подался вперёд, его голос стал почти шёпотом. — Если это не мираж, то что это? Чонгук замер, его взгляд вновь устремился на шар. Фиолетовая дымка, казалось, стала более чёткой, её движение напоминало танец. — Это… — он замолчал, его лицо стало напряжённым. — Это что-то знакомое. Доктор Хо не спешил прерывать молчание, давая Чонгуку возможность найти слова. — Это… — повторил Чонгук, его голос стал едва слышным. — Это как его аура. Доктор слегка наклонил голову, его взгляд стал более внимательным. — Его? — Омеги. Тэхёна, — Чонгук кивнул, не отрывая взгляда от шара. Доктор Хо задумчиво скрестил пальцы, его лицо оставалось спокойным, но в глазах читался интерес. — Ты видишь его ауру в этом шаре? Чонгук на мгновение закрыл глаза, его лицо исказилось от внутреннего напряжения. — Нет. Это невозможно. Это просто игра света. Доктор мягко улыбнулся, но его голос оставался серьёзным. — Иногда то, что кажется невозможным, — это то, что мы больше всего боимся признать. — Вы хотите сказать, что это реально? — Чонгук резко поднял голову, его взгляд стал жёстким. Доктор Хо слегка покачал головой. — Я не могу сказать, что реально, а что нет. Но я могу сказать, что твоё подсознание всегда пытается донести до тебя что-то важное. Чонгук молчал, его взгляд вновь устремился на шар. — Фиолетовая дымка, — тихо произнёс он, словно говорил сам с собой. — Почему она? Доктор Хо наклонился вперёд, его голос стал мягче. — Может быть, потому что она связана с чем-то важным для тебя. Чонгук нахмурился, его лицо стало мрачным. — Или потому что я хочу, чтобы она была важной. Доктор улыбнулся, его голос стал утешительным. — Возможно. Но разве это не одно и то же? Эти слова повисли в воздухе, и Чонгук молчал, его взгляд вновь устремился на фиолетовую дымку, которая, казалось, исчезала, оставляя за собой лишь туман. Доктор Хо позволил тишине заполнить комнату, затем мягко сказал: — Знаешь, Чонгук, иногда мы видим то, что хотим увидеть, потому что это помогает нам справляться с тем, что есть на самом деле. Чонгук поднял глаза, в его взгляде читалась усталость. — А что, если я больше не хочу ничего видеть? Доктор слегка улыбнулся, его голос стал твёрдым. — Тогда это твой выбор. Но помни, что иногда, чтобы избавиться от тумана, нужно сначала пройти через него. Чонгук молчал, его взгляд вновь устремился на шар, который теперь казался пустым. Доктор Хо слегка отклонился назад, наблюдая, как пальцы Чонгука уже не сжимали шар так крепко, а дыхание стало ровнее. — Чонгук, — мягко сказал доктор. — Сегодня ты сделал шаг. Не важно, каким он кажется тебе сейчас — большим или маленьким. Главное, что ты позволил себе взглянуть на то, что пугает. Чонгук поднял глаза, его взгляд был сосредоточенным, но усталым. — А что, если этот шаг ничего не изменит? Доктор Хо чуть улыбнулся, его голос стал тёплым. — Каждый шаг меняет что-то. Даже если ты пока этого не видишь. Чонгук медленно кивнул, затем поднялся с кресла. Он выглядел так, словно в нём боролись противоречивые чувства: усталость, облегчение и что-то ещё, что он не мог пока выразить словами. — Спасибо, доктор, — тихо сказал он, забирая куртку с подлокотника кресла. Доктор Хо остался сидеть, его взгляд был задумчивым. — До встречи, Чонгук. И помни: ответы приходят не сразу, но они всегда находят нас, если мы готовы их услышать. Чонгук замер на мгновение у двери, затем кивнул, не оборачиваясь, и вышел. В комнате воцарилась тишина, но доктор знал, что за этой тишиной скрывается движение. Туман, который Чонгук видел в своей голове, начинал рассеиваться.