Аказа - доно

      Томиока отчаянно не понимал, что происходит, и зачем он сейчас сидит на земле, пачкая идеально выглаженную форму академии, буквально под глупо хихикающей Кочо и подпирая своей спиной старый деревянный забор.       С другой стороны, он вполне догадывался что, а вернее кто, находится за этим забором, и кого в маленькой щелке пытается разглядеть Шинобу, используя неспособного отказывать ей Гию как табуретку. И надеялся, что его догадки не оправдаются. — У меня нога затекла, - Кочо будто и не слышала. Как будто она хоть раз действительно слышала его. - Хоть покажи, что там.       Снова игнор. В голову Гию уже давно закрались подозрения о том, что в глазах подруги он действительно не больше, чем деревянная табуретка. А говорящие табуретки - это что-то несуществующее, из ряда вон!       Спустя ни много ни мало пять минут этого адского времяпрепровождения Гию презрительно фыркнул, мысленно попросил прощения у Кочо, потому что вслух это было делать постыдно, и резко встал, уронив шипящую, словно маленький котенок, одноклассницу на пыльную дорогу, где когда-то давно рос газон, но, видимо, за ним перестали ухаживать еще лет пять назад.       Решив ещё немного подразнить вредину Шинобу, перед тем как у них завяжется небольшая потасовка, в которой девушка обязательно уложит Гию на лопатки (потому что он всегда поддавался), Томиока прильнул лицом к той самой полюбившейся Кочо щели, закрывая девушке проход.       Его подозрения подтвердились — за забором находился спортивный стадион, и надо было признать, стадион намного более красивый и просторный чем в Академии клинка. Хотя, вроде как, средств у академии было больше, чем у Старшей школы двенадцати лун. Но об этом всем Гию подумал уже спустя пару секунд. Первым делом ему в глаза бросились длинные, красивые, можно даже сказать женственные ноги в чёрных колготках.       Вторым в глаза бросился обладатель этих ножек с неведомым пятном на растрепаных волосах и причёской, похожей на женскую, который, видимо, и был целью своеобразного горе-шпионажа Кочо.       Гию передернуло. Именно из-за этого мудака с пятном Шинобу ещё в седьмом классе в ответ на корявое признание Гию, вместо того, чтобы радостно броситься ему на шею с криком «Я тоже люблю тебя, Томиока — кун!», лишь пробормотала «Извини, (На памяти Гию это был единственный раз когда Шинобу извинялась) Томиока-кун, но нет."       Прошло четыре года с того случая, Кочо все ещё сохнет по этому мудаку с пятном, а Гию подрабатывает табуреткой, потому что годы идут, а любовь не прошла, не завяли помидоры. — Моя победа, Аказа — доноооо!       Гию понял, что если напрячь слух, то можно услышать слова мудака с пятном. Со спины почувствовались характерные толчки, давая понять, что Кочо надоело смотреть на то, как Гию смотрит в дырку, и она не прочь вернуться на прошлую позицию, но он даже не шелохнулся.       Мудак с пятном подошёл к другому концу поля, где стоял надутый, как он сказал, «Аказа — доно». На этом стадионе, кажется, проходило собрание отряда «Страдания Гию Томиоки.» Этому розоволосому Аказе Томиока постыдно продул три месяца назад «один на один». Ещё и с огромным отрывом!       Помнится, когда он, потный, подавленный и униженный огласил результаты команде, реакция у всех была абсолютно разной. Тренер Убуяшики улыбнулся (он всегда улыбался) и сказал, что «если ты продолжишь тренироваться, то у него не будет и шанса победить тебя, Гию.» Мицури охнула и стала гладить его по голове, Ренгоку прокричал что-то приободряющее, Гемей ушёл молиться, Игуро одарил Гию испепеляющим взглядом, Муичиро и вовсе сделал вид, что ничего не услышал, а Санеми, как всегда, начал на него кричать, мол «Как ты мог продуть ему!? Как, Томиока!?»       Но, пожалуй, действительно раздражающими стали действия Шинобу, когда её «обрадовали» этой новостью. Она лишь приложила руку ко рту, коротко засмеялась звоном колокольчиков и сказала максимально невинным голосом: — Я ждала от тебя большего, Гию. — Победил и победил! Ну и какое у тебя желание?       Вот как. Мудак с пятном и розоволосый играли один на один на желание. Интересно. То, что Аказа продул, хоть и своему, но продул не могло не радовать. Мудак с пятном наигранно приложил два пальца к подбородку и сделал вид, что думает. Клоун, что сказать. — Ммм... Аказа — доно, отсоси мне. Томиока давится воздухом.