Не играй в любовь

      — Не-сюн, скажи…       Когда все разбрелись по комнатам, Вэй Усянь решил задержаться ненадолго. Не Хуайсан тоже не спешил в кровать, наводя порядок на кухне, после того как Цзян Чэн пригрозил, что поставит мусорное ведро ему в комнату, если он не уберется.       — …что я должен делать, если мне… — Вэй Усянь задумчиво постучал по столу, собираясь с мыслями, — если мне кажется, что кое-кто во мне заинтересован?       Не Хуайсан повернулся к нему, поднимая брови. Его взгляд буквально говорил: «Что за тупой вопрос?»       — А я с этим человеком знаком?       — Думаю, да.       Принявшись протирать стол, заваленный крошками, парень задумчиво пожевал губу.       — И насколько все серьезно?       И правда. Насколько у них все серьезно?       — Один процент из десяти.       Еще один странный взгляд в его сторону. Не Хуайсан кинул тряпку в раковину и с деловым видом уселся за стол напротив, предлагая Вэй Усяню сесть рядом.       — А ты вообще уверен, что это не может быть, скажем, вежливость? — осторожно спросил он.       Вэй Усянь вздохнул и откинулся на спинку стула. Ворот его футболки оттянулся вниз, отчего засосы предстали во всей красе. Не Хуайсан многозначительно на них посмотрел, и Вэй Усянь тут же отмахнулся.       — Я не знаю, честно, давно с таким не сталкивался. Просто скажу, что он, скорее всего, в браке, да при том старше меня… Это очень странно все.       — Подожди… Он?       На секунду прикрыв глаза, Вэй Усянь ответил:       — Ну да, это мужчина.       Глаза Не Хуайсана загорелись. Он поднялся с места, подошел к кухонному шкафу и достал бутылку с темным содержимым. Вэй Усянь непонимающе изогнул бровь.       — Это припрятано для особых разговоров, — Парень с треском вытащил пробку и быстренько налил вино в бокал.       — Сейчас особый разговор? Эй! А для меня?       — А тебе хватит уже! И так налаканный приперся домой, — заворчал Хуайсан, усаживаясь обратно. — Ну, рассказывай: кто он? где работает? у него много денег?       Вэй Усянь пару секунд смотрел на друга, а потом устало почесал шею. Денег у Лань Ванцзи дохера, тут и гадать не нужно. Работа тоже приличная. Только если Не-сюн узнает, о ком Вэй Усянь говорит, то упадет со стула. Лучше повременить с этим.       — Этот человек достаточно обеспечен, — ответил он, потянувшись за бутылкой.       Не Хуайсан качнул головой, что-то отмечая про себя, и отодвинул бутылку на другой край стола.       — Что-то ты темнишь. Ну, я бы не советовал тебе связываться с ним. Раз, как ты говоришь, он в браке.       — Я же сказал — скорее всего! Ну, у него было кольцо. Да и в принципе не так уж сильно он заинтересован во мне, один процент всего…       — Один процент — это не ноль, — заключил друг, осушив до конца бокал и задумчиво уставившись на рисунок обоев.       Вэй Усянь с самого начала знакомства понял, что Не Хуайсан необычный человек, загадочный. Пусть он и был труслив местами, особенно в любом взаимодействии со своим братом, но одно Вэй Усянь знал наверняка: он отличный друг. Хуайсан мог рассмотреть ситуацию со всех сторон, брякнуть что-то умное, пошутить и одновременно со всей серьезностью выдать самое адекватное решение из возможных.       — Скажи… — немного подумав, а затем внимательно посмотрев в глаза Вэй Усяню, произнес он, — ты сам как к этому относишься?       Вэй Усянь скривился. Он не особо продумал, чтó стоит ответить на этот вопрос. Лань Ванцзи всего лишь его врач. Странный врач, который иногда бросает на него странные взгляды и странно предлагает подвезти. Это же не похоже на поведение человека, заинтересованного только в том, чтобы поставить брекеты и получить деньги? Не очень, на самом деле.       — Да мне по барабану, честно, — отчасти соврал он. — Я просто подумал, что будет лучше узнать у тебя, может ли эта ситуация что-то значить.       Не Хуайсан хмыкнул и откинулся на спинку стула. Вэй Усянь же, незамедлительно воспользовавшись положением, перегнулся через стол и подтащил к себе вино. Не Хуайсан лишь проследил за ним, ничего не говоря.       — По барабану, значит, — задумчиво повторил он.       Вэй Усянь, хмыкнув, отпил из горла. Не Хуайсан скривил губы и протянул руку за сосудом.       — Ты молодец, что так думаешь. А то не знаю, что мы делали бы с Цзян-сюном, если бы ты влип в такого рода отношения.       Вэй Усянь поднял на него настороженный взгляд, передавая бутылку.       — Ты о чем?       Налив еще немного вина и отставив его на разделочный стол себе за спину, Хуайсан молчал минуту, думая, как бы правильно преподнести мысль.       — На сколько он старше тебя?       — Без понятия. Может, ему лет тридцать.       — Чего?! — усмехнулся Не Хуайсан. — Богатый мужик тридцати лет, женатый. Ты серьезно?       — Что серьезно?       Не Хуайсан вздохнул.       — Ты спросил вначале, что тебе с этим делать, — улыбнувшись, напомнил он. — Вот я и отвечаю: не заморачивайся. Не надо серьезно к такому относиться. Забудь. Лучше прямо сейчас. И никогда с ним больше не встречайся.       — Но он же мой… — выпалил Вэй Усянь, еле успев себя одернуть. Не встречаться с врачом? Как будто его так и тянет в эту клинику! Да может, он с превеликой радостью бы туда не возвращался.       Не Хуайсан склонил голову набок.       — Твой кто?       — Краш, блять, кто же еще! — Тут же всплеснул руками Вэй Усянь.       Не Хуайсан захихикал в рукав толстовки, сгибаясь над столом, пока Вэй Усянь раздраженно смотрел на него сверху вниз, пытаясь сохранить серьезную мину.       — Вэй Ин, — вдруг серьезно произнес Не Хуайсан, положив локти на стол. — Не ищи себе проблем. А если не можешь избежать их, то не привлекай внимание хотя бы. Чем ровнее ты дышишь, тем лучше.       — Ты думаешь, что я?..       — Нет, ничего такого я не говорил, — перебил его Не Хуайсан, допивая вино. — Если ты не можешь избежать встреч с этим мужчиной, то просто веди себя максимально нейтрально. Тебе не нужны проблемы. И нам дома тоже. Потому что кому как не тебе знать, каким вспыльчивым может быть Цзян-сюн.       Вэй Усянь прикусил губу, опуская глаза в стол.       Друг в это время встал из-за стола, закупорил обратно вино и не спеша сполоснул бокал. Подойдя к Вэй Усяню, он потрепал его по макушке и удалился к себе в комнату.

***

      — Вы как сессию сдавать будете?! Какие из вас интерны, скажите мне?! Что за лягушатник вы здесь развели, в конце концов, и почему я должен краснеть перед деканом?! Бегом в лабораторию и чтобы я вас не видел до обеда!       Вэй Усянь с прижатой к груди папкой стоял за дверью в аудиторию, где орал учитель Мо. Да, он опоздал, в отличие от Цзян Чэна, который сидел там и выслушивал брань на одногруппников, которые в очередной раз что-то натворили.       Дверь с грохотом распахнулась, вынуждая Вэй Усяня отпрянуть в сторону. Его чуть не сбила с ног толпа недовольных студентов.       Он присвистнул, ожидая Цзян Чэна.       — Вот ты где, — заворчал тот, как только выскользнул из аудитории тоже раздраженный. — Он сегодня злой, так что аккуратнее. Тебе точно влетит.       Вэй Усянь захныкал. Спустя пару дней проект был готов, и он рвался в университет, чтобы сдать его учителю Мо. Может, это его чуть-чуть приободрит?       Мо Сюаньюй копошился в документах, взъерошенный и злой на весь мир. Вэй Усянь услышал тихие проклятия и, стараясь не смеяться, подошел к кафедре.       — Мо-лаоши, я принес проект.       Он планировал бесшумно положить папку с флешкой на стол и смыться подальше отсюда, но язык снова захотел разговоров. Разговаривать с учителем Мо всегда было интересно.       — За опоздание минус балл, — отозвался мужчина, подняв на Вэй Усяня усталый взгляд. Тот смиренно вздохнул. — Эти оболтусы так довели меня, я просто хочу сдохнуть…       Только с Вэй Усянем Мо Сюаньюй позволял себе так выражаться. Наверное, потому, что значительно выделял того среди всех своих студентов по уровню интеллекта. Вэй Усянь долго ржал, когда тот ему это сказал, а потом гордился собой весь оставшийся день.       — А ведь сегодня еще конференция в третьем корпусе, — злорадствовал Вэй Усянь, поймав взгляд Цзян Чэна, стоявшего в дверях, который ждал его уже теряя терпение. — И вам в любом случае придется слушать выступления самой скучной кафедры.       — Не напоминай… И вообще, еще ниже балл будет, если не убежишь в лабораторию. Я специально вам практику сегодня поставил, — ухмыльнулся Мо Сюаньюй, доставая пачку сигарет и пряча ее в карман пиджака. — Давай, давай, и не зазнавайся. — Мужчина подтолкнул парня к выходу, следуя за ним.       — Ну вот видишь, не влетело, — Вэй Усянь подмигнул Цзян Чэну и, схватив его за руку, побежал на второй этаж.       — Волшебник чертов.       Надо выжить практику, потом еще одну, и будет перерыв, в который они планировали пойти напрашиваться у старшекурсников сводить их на ночное дежурство в морг.       — Вэй Усянь, помедленнее! — вскрикнул Цзян Чэн, когда тот перепрыгнул через половину ступеней и чуть не свалился вместе с ним, смеясь во все горло. Проходящий мимо паренек с параллели вжался в стену от страха, вызывая новый приступ смеха.       Вэй Усянь очень рад, что брат наконец-то успокоился и перестал нервничать из-за родителей. Он видел застывшую в уголках его глаз невысказанность и агрессию, но Цзян Чэн стойко держался, и Вэй Усянь очень им гордился.       — Я хочу увидеть лицо препода, когда он обалдеет от того, какой я эксперимент поставлю. Вы все там ляжете, отвечаю.       — Господи, лучше бы мы взорвались…

***

      К сожалению Цзян Чэна, никто не взорвался. Но Вэй Усянь определенно впечатлил одногруппников, если не преподавателя, потому что эксперимент совсем чуточку провалился. Ну и хрен бы с ним. Сейчас они вдвоем уплетали паровые булочки, запивая кокосовым молоком, на площадке возле университета и ждали знакомого с пятого курса.       — Ты все еще боишься собак?       Вэй Усянь повернулся к брату, удивленно подняв брови.       — Цзян Чэн, если я визжу даже от изображения этих чудищ, то сделай выводы, — фыркнул он, вгрызаясь в аппетитный бок булки. — И вообще, к чему это?       Цзян Чэн пожевал внутреннюю сторону щеки.       — Да я собаку хотел завести. Но, видимо, тогда придется съезжать…       — Ну тогда я согласен.       — …тебе.       — Иди в задницу.       Они рассмеялись.       — Если я увижу хотя бы намек на монстра в нашей квартире, то вышвырну его вместе с тобой.       — В зеркале монстра увидишь, а собаки самые преданные и любящие животные, ты знал об этом? Только посмотри на эту мордашку, — Цзян Чэн открыл на телефоне изображение мопса и надул губы. А Вэй Усяня перекосило. — Лицо попроще сделай!       Вскоре к ним подошли двое: парень и девушка с пятого курса. Вэй Усянь давно был с ними знаком и даже иногда переписывался, чтобы выпросить лекции за тот или иной семестр, поэтому, просмотрев заранее расписание, он решил, что и пропустить их с Цзян Чэном на дежурство они смогут.       Вэй Усянь поднялся, чтобы поприветствовать их.       — Добрый день!       — Здравствуй, — коротко улыбнулся старшекурсник. — В общем…       Парень скосил взгляд на шею Вэй Усяня. И девушка тоже.       Чего это они?..       А потом до него дошло, и он быстренько натянул ворот белой водолазки повыше, закрывая засосы. Какой позор! Вдруг уже весь универ это видел?       Цзян Чэн прыснул в стороне, глядя на пристыженного и красного брата.       — В общем, мы договорились с одногруппниками, они не спалят преподу, — продолжил старшекурсник, вежливо отведя взгляд. — Мы вас встретим.       — Фух, ну отлично, тогда к шести уже подъедем.       — Ловлю на слове.       Они погуляли вокруг университета, болтая об учебе, пока не пришло время возвращаться на пары. Вэй Усянь беззаботно задавал вопросы девушке, которая периодически смущенно улыбалась, а сам мыслями находился где-то далеко от этого места.       С Чжоу Сюин они больше не переписывались, да и слава богу. Вэй Усянь сразу понял, что она умная девочка и не будет выдумывать любовь после одной ночи. Потому что как он объяснит тот момент, когда во время секса она вылизывала тату на его груди, а он видел перед собой только лицо врача, который повторял свое предложение подвезти? И глядел так пронзительно. Только благодаря чуду Вэй Усянь тогда не кончил раньше времени. Его врач, оказывается, охуенно сексуально умеет прожигать взглядом насквозь.       Он очнулся уже по пути к нужной аудитории. Нахер все это, надо сосредоточиться на следующей паре. Но ему так и не удалось вылезти из пучины своих мыслей весь оставшийся учебный день, который успели омрачить еще сильнее: после пар к ним подбежал одногруппник и сказал, что на июньской сессии препод по микробиологии может уйти на пенсию и им поставят нового для сдачи зачетов. И плевать потом все хотели на обещанные автоматы. Цзян Чэн тогда взорвался и злой ехал в больницу, проклиная все, на чем свет стоял, пока Вэй Усянь на соседнем сидении спал в наушниках. Учеба вымотала его настолько, что даже плохие новости не помешали крепкому сну.       Когда они приехали, то около больницы их никто не встретил. Ну твою мать.       — Я здесь еще не был, — протянул Вэй Усянь, потягиваясь и осматривая территорию.       — Мо-лаоши говорил, что в следующем семестре нас сюда поведут на операцию. — Цзян Чэн подошел к автомату с газировками на углу улицы и выбил баночки себе и брату. После тяжелого учебного дня было бы лучше, конечно, освежиться энергетиками, но ближайший супермаркет за домом. — Как будто нам их не хватает в своих больницах…       — Не ной. Зато связями обзаведемся раньше времени, а там и места для нас выбьют получше. А может, вообще дадут поучаствовать в операции. — Разморенный сном, Вэй Усянь чуть не уронил кинутую ему банку газировки.       — Разве что только вместо пациента.       Вэй Усянь закатил глаза и разблокировал телефон, чтобы написать тому старшекурснику.       Через пару минут он к ним выбежал в медицинском халате и провел в дежурку, чтобы парни подготовились и полностью обмундированные шли к группе студентов. Их задача — слиться с массой, и тогда никто не заметит подвоха. Ближе к восьми вечера половина группы ушла, и остались ребята, которых взяли дежурить всю ночь.       — С чем он? — громко сербнув кофе, спросила какая-то девушка со старших курсов, обращаясь к Вэй Усяню.       — Откуси, и узнаем, — подмигнул тот.       Девушка прямо из его рук откусила бок сладкого сэндвича и прикрыла рот ладошкой, смеясь.       — Долго будем здесь сидеть? — крикнул Вэй Усянь на всю ординаторскую.       — Еще полчасика осталось, и будем уже разделяться на группки по дежурству, — ответил Тан Лэй, тот самый старшекурсник, который и провел их сюда.       Паренек, с которым Вэй Усянь успел что-то не поделить чуть ранее, отлип от экрана телефона.       — В интернатуре ты вряд ли будешь так же рваться на дежурство, — протянул он. — Такие, как ты, быстро сдуваются. Я повидал уже подобные спектакли.       Вэй Усянь смерил его ледяным взглядом.       — Кажется, я не помню, чтобы спрашивал тебя о чем-то.       Парень пожал плечами.       — Кан-гэ, чего опять пристал к мальчишке? — отозвалась девушка, стоящая рядом с Вэй Усянем. Он безмолвно проникся к ней благодарностью. — Пусть сначала выдержит эту ночь, потом уже будем делать какие-то выводы.       Цзян Чэн покачал головой, отвлекаясь на рассказы старшекурсниц о случаях на практике. Брат любит собирать задницей проблемы. Как обычно.       — Не надо меня защищать, — усмехнулся Вэй Усянь. — Если у него есть какие-то вопросы или претензии ко мне, то я сам должен разобраться.       — Хм. Ну, судя по твоим рассказам, ты неплохо держишься на операциях. — Этот «Кан-гэ» продолжал буравить его взглядом. — Вот и проверим, как ты выдержишь то, что происходит после неудачных операций или когда уже никакая не поможет. А то слишком задираешь нос.       Вот скотина! Как он вообще мог вякнуть в сторону Вэй Усяня такие унизительные вещи?!       Наблюдавший за этим Тан Лэй по-отцовски посмеялся в кулак, поднимаясь с насиженного места и положив ладонь на плечо Вэй Усяню.       — Не обращай внимание на него, он всегда такой, — ободряюще сказал он.       На глубине его глаз Вэй Усянь не заметил ничего кроме доброжелательности, поэтому расслабился, вновь переведя убийственный взгляд на Кан-гэ. Заносчивый говнюк… Как же он таких не любит.       — А сейчас оставляем все вещи здесь и расходимся по своим постам. Слышали?       Ребята засобирались и немногочисленной кучкой покинули ординаторскую. Вэй Усянь с Цзян Чэном, Тан Лэем и двумя девушками направились на первый этаж к регистратуре. По дороге они встретили несколько дежурных врачей, которые должны были их сопровождать, но, как оказалось, всю обязанность по дисциплине они возложили на Тан Лэя, поэтому их компания теперь была сама по себе.       Спустя всего час братья уже забили галерею фотографиями с открытыми холодильниками, откуда было видно только черные пакеты. Тан Лэй разрешил вскрыть один и провести визуальный анализ. Вэй Усяню не удалось установить более трех признаков повреждений, так как труп был уже полежавший.       Цзян Чэна заметно передернуло при виде жуткого нагноения в брюшной области, поэтому Вэй Усянь успокаивающе похлопал его по плечу и продолжил слушать Тан Лэя, который рассказывал о причинах смерти некоторых из лежащих в холодильниках.       — Например, вот этого доставили недавно.       Ребята обратили внимание на стоящую в углу одинокую кушетку, накрытую белой тканью, очерчивающей фигуру человека.       — Мужик нажрался опиатов, а при внешнем осмотре наши врачи обнаружили в его нижнем белье упаковки от йогуртов. То есть он умер на заброшке с ворованными йогуртами в трусах, — закончил Тан Лэй, улыбаясь на дружный смех всех присутствующих. Он поправил белую ткань, покачав головой.       Сквозь смешки и шутки Вэй Усянь заметил, что брату совсем не весело и тот задумчиво смотрит в одну точку. В его глазах он рассмотрел удивление и полное непонимание происходящего. Вэй Усянь встал рядом с Цзян Чэном и подергал его за рукав халата, но брат лишь мотнул головой.       Через некоторое время остальные студенты разбрелись по больнице, оставив в морге только нескольких ребят, чья миссия на сегодня была дежурством этой части крыла.       Тан Лэй молча подметал пол, периодически рассказывая нелепые истории и вместе с одногруппниками посмеиваясь, а Вэй Усянь постепенно жалел, что затащил сюда Цзян Чэна. Самому ему было нормально, а вот брат совсем скис.       Обычному человеку будет тревожно столкнуться с одной лишь картиной трупа, извлеченного из обгоревшей машины, снятого с петли или выловленного со дна озера. Не задумываясь побежишь к унитазу, как только скрутит рвотный рефлекс. Иногда Вэй Усянь допускал страшную мысль: «Что, если кто-то из моих родных когда-нибудь окажется здесь?»       Самые простые операции в травматическом отделении были как мультики для Цзян Чэна, это Вэй Усянь хорошо знал. Но после случаев с неотложкой, когда прямо при них откачивали «несчастных водолазов»* или возвращали с того света напичканных таблетками подростков, Цзян Чэна корежило не по-детски. Он старался не появляться в больнице вообще в таких случаях, из-за чего потом прилетало им с Вэй Усянем от куратора (Вэй Усянь просто не мог не взять вину на себя, видя, что его брату и без того тошно). Теперь он удвоил масштабы проблемы и получил все симптомы страха налицо. Трупы и пациент, которого еще можно спасти, — совершенно разное. Поэтому неудивительно, что Цзян Чэн выглядел опустошенным и находился как будто бы не здесь. Боялся.       Вэй Усянь не слеп и не глуп. Он отчетливо видел, что медицина — совсем не тот путь, по которому должен идти его брат. Ему хотелось бы что-то предпринять, облегчить Цзян Чэну жизнь, но он понимал, что тот должен додуматься и принять решение сам. А пока что остается только поддерживать и заставлять учиться.       Оставив брата, Вэй Усянь ушел к Тан Лэю, который выдвинул из небольшой комнатушки кушетку со страшным зрелищем. После захватывающего рассказа к ним подошел тот самый мерзкий выскочка. Кан-гэ.       — О, Ли Кан, ты чего так рано? — дружелюбно пожал тому руку Тан Лэй.       — Нас отпустили дежурные, — ответил он, переводя взгляд на Вэй Усяня, который недовольно глядел в ответ.       Ли Кан почти испепелял его взглядом, молчаливо задирая: «Еще не обоссался от страха?»       «Не дождешься», — отвечал ему нахмуренными бровями Вэй Усянь.       Они играли в гляделки прямо над трупом с размозженным черепом.       И внезапно вырубило свет. Последовали громкие вздохи и взвизгивания от девчонок.       — Так-так, ну и что это? — недовольно протянул Тан Лэй, замешкавшись в поисках телефона. Надо хотя бы посветить фонариком, чтобы не было так стремно.       — Просто этот пришел и своей гнилой энергетикой портит нам дежурство, — буркнул Вэй Усянь достаточно громко, чтобы все поняли, о ком он.       — За языком следи, малолетка, — отозвался Ли Кан.       — Прекратили ссору, — чуть строже, чем обычно, заткнул их Тан Лэй. Он пытался дозвониться до служебной части, но, как назло, в морге никогда не было сотовой связи.       Вэй Усянь по памяти прошел в то место, где последний раз видел Цзян Чэна, и ухватился за его руку, отчего тот вздрогнул и чуть не отпихнул брата от страха.       — Дурак, блин!       Где-то в стороне послышался недовольный вздох Ли Кана. Вэй Усяню захотелось ткнуть его мордой прямо в кровавое месиво на кушетке, но здравый смысл и холодная рука Цзян Чэна его остановили.       Дежурство закончилось ближе к часу ночи. Тан Лэй прогнал мальчишек с улыбкой и дружелюбными похлопываниями, наказав, чтобы те без происшествий добрались до дома. А Вэй Усянь мысленно пожелал больше никогда не встречать Ли Кана и подобных ему.