Не играй в любовь

      Лань Ванцзи стиснул пальцами сумку-бананку и вжался в сиденье, как только встретился с игривым взглядом Вэй Усяня. Тот подмигнул и отвернулся к экскурсоводу, старательно игнорируя все еще смотрящего на него с немым вопросом Лань Ванцзи.       Всю дорогу экскурсовод, который ранее попросил называть себя просто Сю, оживленно рассказывал о достопримечательностях, которые они объезжали по несколько кругов, разные легенды и байки, связанные с тем или иным местом. Вэй Усянь с интересом слушал его, сдерживая желание вставить свои пять копеек и показать всем свои глубокие познания в истории. Ну или холодная аура Лань Ванцзи рядом не давала ему и рта раскрыть. Парень даже не стал отвечать на внезапный звонок Цзян Чэна, сбросив трубку и просто написав ему, чтобы он хорошенько повеселился, после чего Вэй Усянь полностью выключил телефон.       — Сейчас мы проезжаем храм Нефритового Будды, который чаще называют храмом Юйфосы. Этот храм был основан более ста лет назад, когда монах Хуэйгэнь привез пять статуй Будды, которые решил оставить в Шанхае. На данный момент там хранятся скульптуры и имеется полный доступ к чтению сутр, омовению и поклонению, — закончил экскурсовод, когда автобус остановился прямо перед храмом.       После того, как вся группа покинула автобус, тот уехал в обратном направлении, и господин Сю провел всех в Зал Небесных Владык — четырех буддийских божеств. За его оживленными рассказами никто не слышал недовольных фырканий в самом конце группы.       — Этот Сю точно знает историю храма? — Вэй Усянь скучающе зевнул. — Здесь оставили всего две статуи, а не пять. Что за непрофессионализм?       — Ты предупредил куратора, что один поедешь на экскурсию в город? — прохладно начал Лань Ванцзи, который до этого не проронил ни слова.       Вэй Усянь закатил глаза.       — Да ничего страшного, меня брат прикроет. Какая разница вообще? Давайте просто проведем время вместе!       Споткнувшись о блестящий взгляд Лань Ванцзи, Вэй Усянь и не подумал отступать.       — Здесь, я слышал, есть комната с фигурой Будды, которая может исполнить любое желание в обмен на монетку, — он коварно засмеялся, уже намечая путь совместного побега, но мужчина был непреклонен. Тогда Вэй Усянь пошел на крайние меры. Он обвил руками предплечье Лань Ванцзи и начал канючить ему прямо на ухо: — Ну пожалуйста-пожалуйста! Мы еще столько раз успеем обойти этот храм, посмотреть все, что захотите, но давайте сначала перекусим? Здесь есть традиционный ресторан!       Покрасневший от кончиков волос до ушей, Лань Ванцзи смиренно вздохнул и увел нарушителя покоя в сторону небольшого уличного ресторана. Этот ребенок точно навлечет сегодня на них какие-нибудь неприятности.       Вэй Усянь потратил почти все деньги на плотный обед, заказав целое меню, состоящее из момо — крупных пельмешек с мясом — и жареного мяса — шадпа. А также парень не поскупился выклянчить у Лань Ванцзи немного денег на слабоалкогольное ячменное пиво — чанг. Сам Лань Ванцзи ограничился одним чаем, методично его попивая и стараясь не поперхнуться в моменты дикого хохота Вэй Усяня, когда тот рассказывал об интересных случаях в своем университете. Лань Ванцзи не хотел врать даже себе, что заслушался, наблюдая за чужими быстро двигающимися губами и блестящими озорством глазами.       — Я орал с его лица! Боже! — смеялся Вэй Усянь, одним глотком допив остатки пива. — И перед самым отлетом мы с Цзян Чэном узнали, что шицзе начала с ним встречаться! Я просто надеюсь, что с ней все сейчас в порядке и она не обманывает о своем благополучии.       — Может быть, он не настолько плох, как ты говоришь, раз госпожа Цзян доверилась ему, — Лань Ванцзи поставил чашу на стол и решил высказать свои мысли, которые накопились за весь рассказ.       — Не знаю. В это трудно поверить.       Вэй Усянь сложил локти на столе и опустил на них подбородок, заглядывая в глаза Лань Ванцзи.       — Бывают такие люди, которым трудно показывать свои слабости перед чужими, и им комфортно только с кем-то, кто действительно их понимает. Грубость и агрессия вполне естественны для подобного типа людей, — монотонно проговорил Лань Ванцзи.       Без внимания Вэй Усяня не остался его дернувшийся кадык, когда парень задел сандалией чужую ногу под столом.       — Хм, тогда его нужно изолировать от общества…       Лань Ванцзи был в шаге от того, чтобы закатить глаза.       — К нему в первую очередь нужно найти подход и проникнуться пониманием, — он не обратил внимание на официантов, забравших посуду с их стола, продолжая разглядывать парня перед собой.       — Вы смеетесь? Да я почку быстрее продам, чем проникнусь этим придурком, — выплюнул Вэй Усянь, откинувшись на спинку кресла.       Ему хотелось, чтобы подул хотя бы малейший ветерок, потому что в такой жаре сидеть было невозможно. Он взял со стола пластиковый буклет с какой-то рекламой и принялся им обмахиваться.       — Он твой потенциальный зять.       Вэй Усянь отметил сталь в голосе Лань Ванцзи.       — Это не дает мне обязанности быть с ним покладистым. И вообще, не вам учить меня жизни.        Он опомнился, уже когда мужчина встал из-за стола и направился к выходу.       Парень отложил буклет, быстро преодолел расстояние и развернул Лань Ванцзи к себе, умоляя о прощении за внезапный срыв. Лань Ванцзи поспешно увел их из ресторана, заметив недовольные взгляды персонала и посетителей, которые наблюдали за их драмой.       — Успокойся, — вздохнул мужчина, придерживая Вэй Усяня за плечи, чтобы тот не прилип к нему снова. — Я полез не в свое дело.       — Нет! Это я виноват! Вы не заслуживаете таких слов, господин Лань, я буду впредь следить за тем, что говорю. Правда-правда!       Лань Ванцзи покачал головой. Они прошли через дворик с прудом, очутившись в Зале Лежащего Будды, где, предположительно, была сейчас их группа. Мужчина всю дорогу не обращал внимание на попискивания сбоку — «Вы не обижаетесь?» — и, когда послышался голос господина Сю, заткнул Вэй Усяня строгим взглядом.       — …Скульптура достигает девяносто шести сантиметров и сделана полностью из нефрита! — Экскурсовод обошел статую по кругу и подозвал слушателей. — Только поглядите на драгоценные камни. Как известно, их жертвовали верующие со всего мира. Только не фотографировать!       Вэй Усянь решил остаться, чтобы дать Лань Ванцзи возможность посмотреть, потому что он все еще не мог отделаться от чувства вины за невпопад брошенные слова. Как он мог взрослому человеку сказать такое?! Да, Вэй Усянь не отличался примерным воспитанием и привык грубить друзьям, подшучивать, но с Лань Ванцзи так вести себя казалось грешным грехом! Он украдкой взглянул на него. Мужчина не выглядел обиженным или расстроенным, наоборот, он увлеченно разглядывал что-то в стороне. Совершенно безмятежный. Небольшой хохолок на его макушке смешно раздувался легким ветерком из кондиционера.       «Красивый. Очень красивый», — думал Вэй Усянь, улыбаясь до ушей от внезапного прилива радости внутри. Он даже не представлял, что мужчины могут быть настолько привлекательными, что это затронет чувство прекрасного в нем самом. Вэй Усянь знал достаточно симпатичных людей, в том числе и мужчин, но не испытывал ничего, что было бы похоже на чувства к Лань Ванцзи.       Вэй Усянь задумался, могут ли быть люди из разных поколений лучшими друзьями? Наверное, да. К примеру, их отношения с учителем Мо можно назвать в какой-то степени приятельскими, пусть и разница в возрасте значительная. Они одинаково взбалмошные и легко находят себе проблемы на задницу. Лань Ванцзи же полная противоположность Мо Сюаньюя и самого Вэй Усяня: молчаливый, правильный и справедливый, однако проводить время с ним Вэй Усянь был готов хоть днями напролет. Только хотел ли этого сам Лань Ванцзи?       Внезапно Лань Ванцзи двинулся в сторону выхода, потянув за собой Вэй Усяня. Перед ними раскрылся большой и красивый сад с ухоженными деревьями и клумбами. Чего тут только не было! И цветущие персики, и целый ряд пионовых кустов, вишня. Магнолиевые лепесточки опадали на ровностриженный газон и искусную каменную кладку. При этом не было задушенного сладкого дурмана, что дышать было бы невозможно, наоборот, лишь свежесть и покой под пышными кронами, скрывающими от солнца будто куполом.       Вэй Усянь пораженно выдохнул и шагнул вперед, осторожно ступая вглубь сада, чтобы не нарушить царивший покой. Позади он слышал медленные шаги следующего за ним Лань Ванцзи. Вэй Усянь дошел до белой магнолии и обернулся.       — Можете меня сфотографировать? — шепотом попросил он, вручая мужчине свой телефон.       Они не спеша гуляли до противоположного выхода из сада и в самом конце Лань Ванцзи остановился, достав из заднего кармана штанов две красные ленточки.       — Это для чего? — Вэй Усянь встал рядом и принял одну из ленточек.       — В этом саду принято повязывать красные ленты на ветви деревьев и загадывать желание. Говорят, что рано или поздно оно сбудется.       Парень хмыкнул и молча завязал ленту на нижней ветке вишни, куда следом привязал свою Лань Ванцзи.       — Я больше доверяю Будде, чем деревьям, — улыбнулся Вэй Усянь, обращая на себя внимание. Он зажмурился и рассмеялся под равнодушным взглядом Лань Ванцзи. — А что вы загадали?       — Не скажу.       — Ну скажите!       — Нет.       Следующие десять минут они провели с группой. Вэй Усяню вдруг приспичило в туалет, поэтому он быстро убежал в сторону уборной, оставляя Лань Ванцзи около комнаты с Буддой, куда изначально хотел пойти. Вернулся он как можно скорее, столкнувшись на входе в комнату с иностранными туристами. Внутри было ожидаемо прохладно и очень-очень темно. Огромная золотая статуя Будды возвышалась в центре, источая богатое свечение. Вэй Усянь заметил одинокую фигуру Лань Ванцзи, рассматривающего золотые дощечки, развешенные на стенах. Он неслышно подошел сзади, стараясь разглядеть в начерченных сутрах что-то, что Лань Ванцзи счел таким интересным.       В какой-то момент тот шумно вздохнул носом и обернулся через плечо, оказавшись непозволительно близко к Вэй Усяню.       — А… Э-это… — зарделся парень, отступая назад, — загадаем?       Лань Ванцзи кивнул и проследовал к статуе, доставая кошелек. Вэй Усянь на все помещение забренчал монетами в кармане, что эхом отражалось в звенящей тишине. Он глубоко вдохнул и выдохнул, загадывая желание и кладя юань рядом с Буддой. Сверху его монетки Лань Ванцзи положил свою.       — А разве можно загадывать желание в храме дважды? — тихо спросил он, оперевшись руками о заборчик, ограждающий посетителей от статуи.       — Можно загадывать сколько угодно, главное, что это укрепляет веру, — Лань Ванцзи с благоговением оглядел статую и что-то прошептал ей, прикрыв глаза. — Пойдем.       Экскурсия по храму подходила к концу, и как раз на самый последний момент оставили ежегодное праздничное мероприятие для туристов, куда Вэй Усянь незамедлительно затащил Лань Ванцзи.

***

      — Дорогие друзья, прошу обратить внимание. Мы прибыли в ресторанный и развлекательный район Синьтяньди на Тайцан-роуд… — вдохновленно рассказывал господин Сю, чуть не упав и крепче ухватившись за поручень, когда автобус тряхнуло при въезде на стоянку.       Вэй Усянь едва слышно прыснул на ухо Лань Ванцзи, пока тот его не одернул.       — Мы остановимся на сорок минут, чтобы вы смогли походить вокруг, посмотреть и купить что-то.       Когда группа выходила из автобуса, какой-то ребенок случайно вылил яркую газировку на белую футболку Вэй Усяня, заставив мать рассыпаться в извинениях. Парень с улыбкой сказал, что ничего страшного не случилось, но, отвернувшись, на минуту почувствовал себя Цзян Чэном в моменты бешенства.       — Куда пойдем? — обратился он к Лань Ванцзи, потягиваясь от долгого сидения.       Лань Ванцзи пожал плечами и завел таймер на полчаса. Он оглянулся вокруг, вероятно обдумывая план их прогулки. Вэй Усянь не любил думать, поэтому схватил мужчину за руку и потащил в сторону оживленной аллеи, где можно было развлечься вдоволь.       Они медленно прогуливались вдоль улочек, иногда заходя в магазины или подходя к сувенирным лавкам. У Вэй Усяня, разморенного короткой дремой в автобусе, откровенно чесался язык при взгляде на молчаливого Лань Ванцзи, поэтому он не мог заткнуться ни на минуту, чавкая жвачкой, которую стырил в ресторане.       — Кстати, я хотел спросить, — перевел тему Вэй Усянь после долгого монолога ни о чем, — что вы вообще разбираете на лекциях? Маркетинг?       — В основном затрагиваю социальные темы, непосредственно связанные с продвижением медицинского бизнеса, — ответил Лань Ванцзи, переведя внимательный взгляд на переполненное эмоциями лицо Вэй Усяня. Он невзначай посмотрел на его зубы, между которых мелькала жвачка. Заметив это, Вэй Усянь хитро улыбнулся и подвигал бровями, звонко рассмеявшись, когда мужчина отвернулся.       — Хм… Думаю, это интересно, — задумчиво протянул он.       Лань Ванцзи кивнул.       — Молодежи полезно знать, как развиваться в своей сфере после университета. Навыки ведения бизнеса важны во многих профессиях.       — Ваши познания впечатляют, господин Лань, — растягивая слова, сказал Вэй Усянь.       «Вы впечатляющий».       Он поймал взгляд Лань Ванцзи. Теперь это было похоже на игру. У друзей это обычно какие-то локальные мемы, а у них были взаимные взгляды, которые, однако, каждый из них интерпретировал по-своему.       Вэй Усяню очень хотелось бы знать, что думает Лань Ванцзи о нем (и думает ли вообще), что он хочет донести до него, заглядывая будто в душу.       — Я просто умный, — хмыкнул мужчина, отвернувшись.       Его чуть покрасневшие уши и дернувшийся вверх уголок губ совершенно бесповоротно притянули внимание Вэй Усяня и заставили погрузиться в размышления, пока внешне он заливался смехом, пихнув локтем руку Лань Ванцзи.       Они вышли на открытую площадь, совсем не заметив, что осталось чуть меньше десяти минут на то, чтобы вернуться обратно и поехать с группой дальше. Вэй Усянь, только завидев большой фонтан, сунул свой телефон и бумажный пакет с блинами в руки Лань Ванцзи и побежал к воде, на ходу снимая футболку. Сзади он услышал строгое «Вэй Усянь», но это только раззадорило. Кто вообще сможет его остановить? Ну нет, он привык идти наперекор всем правилам.       Футболка была тщательно отстирана в разогретой на солнце воде, а на полуголого Вэй Усяня бессовестно пялились прохожие, с какой бы стороны ни пытался встать Лань Ванцзи, прикрывая его собственным телом. Юноша же не стеснялся светить подтянутым торсом перед мужчиной, поглядывая на него через темные солнечные очки и с улыбкой отмахиваясь от тихого брошенного Лань Ванцзи «бесстыдник». Наблюдать за его реакцией было крайне увлекательно.       — Пятно вроде отстиралось, но… — Вэй Усянь встряхнул футболку перед собой, — она насквозь мокрая.       Лань Ванцзи наконец-то взглянул в его сторону, нахмурив брови. Он освободил руки, положив пакет, телефон и свою сумку на мраморный бортик фонтана, снял с себя льняную серую рубашку, накинутую поверх майки, и протянул ее Вэй Усяню. Тот благодарно принял рубашку, рассматривая молочно-белые плечи мужчины, которые остались под яростными лучами солнца. Лань Ванцзи покопошился в своей сумке и цыкнул под нос, не найдя того, что искал.       — Э-э… Может, не стоит? — неуверенно спросил Вэй Усянь, понимая, что врач, вероятно, искал крем от загара или увлажняющее молочко. — Возьмите обратно.       Лань Ванцзи сделался еще более недовольным.       — Тебя арестуют.       — Меня? Да за что? Все только рады поглазеть на полуголого красавчика!       Его наградили убийственным взглядом.       — А ты будешь рад поглазеть на инспектора полиции за решеткой?       — Зануда, — бросая последний взгляд на обнаженные белые руки, Вэй Усянь уже собрался двинуться дальше, если бы его не потянули за рукав.       — Нужно уже возвращаться, — Лань Ванцзи кивнул в обратную сторону.       Но когда они дошли до места, где их группа организовала стоянку, то не нашли ни автобуса, ни кого-либо еще, кого они могли знать. А ведь до конца прогулки оставалось еще пять минут! Возмущение отражалось на лице Лань Ванцзи, который оглядывался по сторонам.       — Нам не стоило уходить так далеко, — вздохнул он, проверяя телефон на наличие пропущенных звонков или сообщений.       Вэй Усянь потер затылок. Для него эта ситуация не значила абсолютно ничего — наоборот, подогревался адреналин и хотелось совершить какую-нибудь глупость.       На противоположном выходе из аллеи он ранее приметил лавку с отличными винными настойками, поэтому план в его голове уже заранее сформировался.       — Может, разделимся? — он сунул руки в карманы шорт и безобидно улыбнулся. — Поищем автобус. Он же не должен был уехать слишком далеко.       Лань Ванцзи, недолго думая, кивнул.       — Отлично, тогда я в ту сторону! — Вэй Усянь указал за угол дома, уже зная, что оттуда спокойно выйдет к аллее, оставшись незамеченным. — Встретимся на этом месте.       Насвистывая веселую мелодию под нос, Вэй Усянь двинулся по намеченному маршруту, обмахиваясь краями приятной на ощупь рубашки, от которой очень вкусно пахло чем-то мускусным с едва заметными нотками сандала. Свернув за угол дома, он направился по заковыристым старым улочкам в направлении начала аллеи. Вывернув из очередной подворотни, он сразу увидел разыскиваемый им магазинчик с пестреющей вывеской, привлекающей внимание. Вэй Усянь бодрым неспешным шагом направился туда, чувствуя, как поднимается настроение. Глаза разбегались от разнообразия всего. На оставшиеся деньги Лань Ванцзи Вэй Усянь набрал пару небольших кувшинчиков вина и прихватил закуску в виде подсушенных листьев нори.       Как и в любой части Шанхая, главная аллея была празднично украшена, нарядна и сочетала в себе одновременно старинный дух и современный. Она была достаточно широкой, чтобы там прогуливалось множество людей, однако боковые старые улочки, как и всегда, оставляли желать лучшего. Срезая и протискиваясь между неприглядных домов, Вэй Усянь понял, что свернул в тупик.       «Черт, надо было взять номер Лань Ванцзи».       Вэй Усянь поколебался пару мгновений и двинулся обратно, но его окликнули. Он обернулся, спуская солнечные очки на нос.       — Чего ты тут забыл?       Около небольшого магазинчика с овощами стояло несколько парней сомнительной внешности. Они переглядывались между собой и усмехались, пожевывая какие-то семечки из тары, стоящей на лавке.       Вот так проблема. И, видимо, она не хотела, чтобы Вэй Усянь ее игнорировал.       — Вас не учили вежливо относиться к посторонним? — назидательно пригрозив пальцем, он развернулся, чтобы продолжить путь.       — Да кто ты такой вообще? — рявкнул один из парней. — Зашел голышом на нашу территорию и еще права качает. Давай, кыш!       — Че вякнул? — Вэй Усянь резко запахнул края рубашки, скрывая обнаженный торс.       И в этот момент из магазинчика с громким лаем выбежал золотистый ретривер, подняв в воздух пыль. А Вэй Усянь растерял весь настрой на спор и внутренне затрясся при виде «монстра», который вдруг прыгнул в его сторону. Парень пискнул и тут же сорвался на бег, шмыгнув в первый попавшийся поворот. Таким образом Вэй Усянь оказался на оживленной улице, все еще боязливо оглядываясь. Сердце колотилось как бешеное, отдавая пульсацией во все конечности, а к горлу подступила горечь.       — Фух…       Медленно отдышавшись, он откупорил один из кувшинов и приложился к горлышку на минуту, пока сосуд не опустел.       Солнце потихоньку начинало садиться, а вот прохлада не наступала, чему Вэй Усянь был крайне не рад. Он снял очки и присел на ближайшую лавочку, переводя дух и с облегчением чувствуя, как напряжение выходит из всего тела.       — Вэй Ин?       Вэй Усянь поднял голову и наткнулся на обеспокоенного Лань Ванцзи. Он вымученно улыбнулся и подмигнул.       — Я не мог тебя найти, — мужчина присел рядом и нахмурился. — Почему ты бледный?       И как ему сказать, что он испугался собаки и теперь на волоске от того, чтобы не упасть в обморок? От воспоминаний детства по спине прошелся холодок и захотелось вывернуть все съеденное за сегодня в ближайшую урну. Вэй Усянь дернулся и без объяснений опустил голову на плечо Лань Ванцзи. Его молочная кожа, нагретая на солнце без рубашки, отдавала теплом в щеку Вэй Усяня и пахла так приятно, что парень даже почувствовал себя лучше.       — Вэй Ин? Ты что, пьян?       Вэй Усянь не смог долго держаться и откровенно разомлел от встревоженного голоса Лань Ванцзи и теплого дыхания в макушку. Он не мог отрицать то, как их взаимоотношения продвинулись вперед всего за один день, проведенный почти полностью вместе. Тот пекинский Лань Ванцзи был его врачом, скупым на эмоции и прохладным в общении, а вот шанхайский — Вэй Усянь усмехнулся на это обозначение — не скрывал кротких улыбок и без стеснения подшучивал над Вэй Усянем в моменты, когда тот путался в чем-то. Совсем как друзья. О, Вэй Усяню хотелось верить, что они друзья, ведь он столько всего уже рассказал про себя этому человеку и тоже немножко знает о нем.       Вэй Усянь поднял взгляд на мужчину, отлепив щеку от его плеча.       — Я бежал от собаки, — признался он, перекладывая оставшийся кувшин с лавки на колени, — и вот…       Наткнувшись на непонимающий взгляд Лань Ванцзи, он улыбнулся и с перерывами на усмирение взволнованного сердцебиения рассказал о том, как в далеком детстве, будучи в том возрасте, когда все дети уже ходили в детский сад, остался дома один. Он рассказал о любимых игрушках, с которыми играл в тот момент, о том, как ждал возвращения мамы с папой, чтобы показать им свой новый рисунок. Но дверь квартиры вдруг выломали, и в комнату маленького Вэй Ина забежали три огромные собаки, которые бросились прямо на визжащего ребенка, вгрызаясь в его игрушку и рукав кофточки, вероятно посчитав Вэй Ина вредителем. Следом зашли полицейские, а через них протиснулся незнакомый мужчина, который подхватил ребенка на руки и вынес из квартиры. Это был его дядя, Цзян Фэнмянь. Позже стало известно, что родители погибли, но Вэй Ину об этом сказали только после того, как его приняли в новую семью. Маленький, он плохо осознавал всю боль утраты, да и со взрослением все постепенно забылось, ведь рядом была любящая семья, пусть и чужая.       — Меня водили к психологу, но я так и не поборол страх перед собаками.        Вэй Усянь больше не мог рассказывать из-за стоящего в горле кома. Руки потянулись к кувшину с вином, но Лань Ванцзи забрал его. Он не сказал ни слова, просто положил ладонь на плечо Вэй Усяня, слегка сжимая в качестве поддержки.       Они недолго помолчали, после чего Лань Ванцзи, ощутив слабое дуновение ветра, сказал:       — Автобус давно уехал. Я вызову такси.

***

      Закрыв за собой дверь номера, Вэй Усянь услышал заливистый смех со стороны кухни, поэтому, быстро стянув сандалии, направился туда.       — О! Да это ж наш блудный сын вернулся! — воскликнул Ли Юймин при виде Вэй Усяня. — Где пропадал?       Тот отмахнулся и сел за стол, отодвинув стул, заскрипевший ножками по полу.       Вэй Усянь не обратил внимание на парочку их одногруппниц, примостившихся на ковре рядом с Юймином, зацепившись взглядом за серую футболку брата, который даже не отвлекся от готовки.       — Цзян Чэн, налей мне попить.        Вэй Усянь закатил глаза на игнор брата. Он понимал, что сам виноват в его обиде, но разбираться с чем-то сейчас не было сил. Зато был повод для радости — Цзян Чэн не разозлился как обычно, полетев давать брату оплеух, а спокойненько копил в себе порох, чтобы взорваться чуть позже, когда рядом никого не будет. И Вэй Усянь смиренно ждал своей расправы.       Цзян Чэн резко поставил рядом с ним стакан воды, одарив уничтожающим взглядом, и вернулся к готовке.       — Ты такой хороший, — улыбнулся Вэй Усянь, одним глотком выпивая весь стакан. Он решил ответить на вопрос Юймина, повернувшись в его сторону. — Я проводил время с одним прекрасным человеком.       На фырканье брата Вэй Усянь усмехнулся.       — Спорю на бутылку соджу, что это была любовь с первого взгляда, — мечтательно вздохнул Юймин в камеру девчонки, которая снимала его и посмеивалась. — Как ее зовут-то хоть?       — У тебя нет соджу, поэтому спорить не буду, — хохотнул Вэй Усянь.       — Это ты мне должен!       — Я уехал на экскурсию с одним из приглашенных врачей. Никаких девушек там не было.       Даже Цзян Чэн повернулся к нему с полным недопониманием на лице.       — Какой ты скучный, — Юймин махнул в его сторону. — Мы шикарно провели время с ребятами и даже не попались Мо Сюаньюю, а ты с каким-то дедом шатался, хотя визжал больше всех, что будешь тусоваться до ночи.       Вэй Усянь пораскинул пьяными мозгами и выдал:       — А ночь еще не наступила.       У Цзян Чэна ушло полчаса на уговоры остаться номере и не переться никуда на ночь глядя, и он даже не собирался сдаваться. У Вэй Усяня словно проснулось второе дыхание. Цзян Чэн же решил, что во всем виноват алкоголь.       — Ты уверен?       — Конечно я уверен! — всплеснул руками Вэй Усянь, отвлекаясь от агрессивного перебирания вещей в своем чемодане. — Мой любимый младший брат хотел провести этот день со мной, повеселиться, а я, плохой старый дурак, ушел без объяснений! Нет мне прощения.       — Еще заплачь, — фыркнул Цзян Чэн, не скрывая тихой радости.       — Я плачу! Ты видишь мои слезы? Видишь?       От одного кувшинчика вина Вэй Усянь становился чуточку активнее, чем обычно, мешая брату спокойно жить, однако никто не мог поспорить, что хорошее настроение тут же обеспечивалось всем вокруг.       Он засмеялся во все горло, подхватил последний кувшин вина, который Лань Ванцзи-таки вернул ему, и, приобняв брата за плечи, вывалился из номера.       — Нет, мы останемся здесь! — упирался Цзян Чэн, затаскивая визжащего Вэй Усяня обратно. — Если ты не успокоишься, я насильно тебя уложу спать.       — В смысле спать?!       — Ты время видел, «старый дурак»?       — Тебя не учили вежливо обращаться со старшими? — И прежде чем брат успел ответить что-то, Вэй Усянь назидательно поднял палец. — Ты точно не откажешь мне в том, чтобы я кое-куда сходил. Это по делу.       — Если…       — Это в стенах отеля!       Уперев руки в бока, Цзян Чэн осматривал Вэй Усяня на наличие адекватности (которую никогда найти не мог) и только спустя еще пару минут уговоров согласился.

***

      Решительность придала небывалых сил, отчего пьяная слабость в ногах совершенно не ощущалась, а легкий туман в голове только подстегивал желание действовать дальше.       Вэй Усянь дошел до нужной двери. Он даже не допускал мысли развернуться и убежать обратно, это было бы неправильно — не извиниться перед Лань Ванцзи за все, что он сегодня натворил. А извиняться предстояло за многое… Вэй Усянь сокрушительно вздохнул и постучал костяшкой пальца.       Еще на ресепшене он запомнил номер, в котором проживал Лань Ванцзи, когда тот попросил ключ-карту, оставленную персоналу на хранение. Вэй Усянь, запоминая все четыре цифры, даже не думал о чем-то предосудительном, только молча возрадовался возможности навестить Лань Ванцзи. Он же вправе это делать, да?       Спустя пару мгновений дверь открылась наполовину, являя Вэй Усяню белый халат. Он поднял глаза выше и встретился с настороженным золотым взглядом. Лань Ванцзи при виде Вэй Усяня заметно расслабился и запахнул халат понадежнее, оглядывая парня сверху вниз.       — Здрасте. Пустите?       И Лань Ванцзи пустил, конечно не забыв напомнить, что на часах уже почти одиннадцать ночи.       Этот номер оказался не настолько просторным, как их с ребятами хоромы, однако из-за царившей здесь чистоты и полного порядка номер был словно королевским. И это даже неудивительно. Как у такого человека, как Лань Ванцзи, может быть беспорядок? «Лань Ванцзи» и «беспорядок» даже не сочетаются вместе! Еще на пороге Вэй Усянь обратил внимание на приятный аромат, исходивший от мужчины, а оказавшись в помещении, он понял, что здесь все им пропахло. Номер был погружен в мягкую темноту, разбавленную желтым светом торшера.       Под внимательным взглядом Лань Ванцзи Вэй Усянь плюхнулся в мягкое кресло, растекаясь уставшей лужицей. Он отметил влажные волосы Лань Ванцзи и чуть сбитое полотенце на плечах.       — С легким паром, — протянул Вэй Усянь.       Из-за пазухи он достал кувшинчик вина и с громким звуком откупорил его.       — На самом деле, я пришел с чистосердечными извинениями.       Лань Ванцзи, который сразу понял, что парень все еще пьян, покачал головой и ушел на небольшую кухню.       — Ну послушайте же меня! — Вэй Усянь перегнулся через подлокотник кресла, чтобы вернуть себе внимание мужчины, но тот будто исчез.       Вэй Усянь вымученно застонал. Его взгляд зацепился за тлеющие на комоде благовонные палочки в окружении сухих лепестков розы и мяты. Так вот откуда этот запах. Такой приятный. Но совершенно не подходит Лань Ванцзи. Ему бы подошел…       — Выпей.       Мужчина вернулся так же незаметно, как и ушел, протягивая Вэй Усяню маленькую тонкую кружечку на блюдце и забирая кувшин.       — Что это?       — Зеленый чай.       — Но я не хочу чай! Верните мой кувшин! — Вэй Усянь потянулся к Лань Ванцзи, и тот на его глазах вылил все вино в раковину на кухне.       — Тебе хватит на сегодня. Чай успокоит твои нервы.       — Ну теперь я не знаю, хочу ли извиняться, — обиженно буркнул парень, усаживаясь обратно в кресло.       Чай в его руках был наполовину теплый, и на его дне плавал маленький чайный листик. И обида-то была на самом деле ничтожная, как понял сам Вэй Усянь, потому что в данный момент ему было важнее поведение Лань Ванцзи. Оно было… в какой-то степени фривольным, как будто они друзья…       Лань Ванцзи молча расположился на диване, закинув ногу на ногу, и подтянул на колени ноутбук. На его ногах Вэй Усянь заметил белые отельные тапочки. Чуть выше его взгляд зацепился за аристократичные, чересчур изящные для мужчины, щиколотки и практически безволосые голени. Возможно ли такое, что Лань Ванцзи бреет ноги? Или действительно ходит к косметологу? Он выглядит очень ухоженным с головы до ног. И безумно красивым. Вэй Усянь соврал, если бы сказал, что не любовался им.       Потерев уставшую шею, Вэй Усянь отставил чашку на комод и вздохнул. Почему Лань Ванцзи еще не выгнал его?       — Я испортил вам день… — кисло начал он, ловя на себе искренне удивленный взгляд. — Мне так стыдно, что я поплелся за вами и даже не дал отдохнуть на экскурсии. Таскал за собой.       Лань Ванцзи медленно кивнул, печатая на ноутбуке. Он же понимал, что не делает лучше?       — Я был на этой экскурсии год назад, — его голос прозвучал тихо и одновременно слишком громко в мягкой тишине. Почему Вэй Усянь раньше не обращал внимание на этот чудесный голос? — Ничего нового я там не увидел сегодня. Ты не должен переживать.       — И вы даже не сказали?! А ведь я пришел, чтобы вернуть вашу рубашку и подарить вам кувшин чудесного вина, который вы вылили в раковину, в качестве извинений! Да вы вообще представляете, как я ругал себя? Мол, не дал взрослому человеку наслаждаться красивыми местами, мешал и…       Все возмущения испарились в тот же момент, когда Вэй Усянь наткнулся на улыбку Лань Ванцзи.       — ...и вообще… чего вы улыбаетесь? Это вы виноваты!       Лань Ванцзи улыбнулся еще шире, не отводя взгляда от экрана ноутбука. Издевается.       Признаться честно, Вэй Усянь был на седьмом небе. Ощущения от непринужденного общения с кем-то вроде Лань Ванцзи разгоняли кипящую кровь по венам, наполняли рот слюной, а голову бредовыми мыслями. Или во всем виновато вино?       Вэй Усянь подумал, что ему и правда нужно успокоить нервы, поэтому он взял с комода чашку с чаем и в два глотка все выпил; он рискнул и подсел на диван рядом с Лань Ванцзи, заглядывая в его ноутбук. Ничего интересного там не оказалось, лишь скучные строчки в текстовом редакторе и проигрыватель музыки, поставленный на паузу.       — Включите музыку.       Лань Ванцзи хмуро на него посмотрел.       — Тебя не хватятся? — уж что-что, а занудство было главным его качеством.       — Кому это надо? — Вэй Усянь знал, что вопросом на вопрос отвечать нельзя, но ему можно. — Я в стенах отеля, вероятно, в самом безопасном номере из имеющихся и сижу рядом с надежным взрослым человеком. По-моему, все в порядке.       Улыбнувшись на недовольство Лань Ванцзи, он прильнул к его плечу. Однако в этот же момент мужчина резко остранился и зашипел.       — Простите, пожалуйста! Я сделал что-то не то?       — У меня… обгорели плечи, — спустя недолгое время признался Лань Ванцзи, даже не догадываясь, как пылают его уши. Он поправил халат и, бросив быстрый взгляд на Вэй Усяня, вернулся к работе.       — Тогда почему вы в халате? Коже надо дышать, — обеспокоенно возразил тот.       — Я сделал эвкалиптовый компресс.       Не найдя больше слов, Вэй Усянь замолк. Он улегся на диван, перекинув ноги через подлокотник и прижавшись макушкой к бедру Лань Ванцзи. За все время, что Вэй Усянь пробыл здесь, ему никто не написал и не позвонил, чему свидетельствовал пустой телефон. Что ж, он не против провести здесь всю ночь. Только позволит ли Лань Ванцзи? Конечно нет, что за бред? Такой человек, как Лань Ванцзи, должен ложиться спать не позже девяти, а сегодня… сегодня было исключение из правил, и Вэй Усянь совершенно не хотел думать о том, что мужчина как будто предвидел его вечерний визит.       Около десяти минут Вэй Усянь залипал в Пабг, забыв, что звуки автоматов могут отвлекать Лань Ванцзи. Также все это время из ноутбука играла тихая успокаивающая мелодия. Вэй Усянь понял, что сам Лань Ванцзи был в какой-то мере успокаивающим, раз вокруг него и чаи, и песни были такие же.       Выключив игрушку, он прикрыл глаза и обратился в слух. Тут же перед ним открылось множество звуков, которых он до этого даже не замечал: шум кондиционера, стук собственного сердца, монотонное клацанье по клавишам, ровное дыхание Лань Ванцзи через нос и даже то, как он сглатывает слюну! Последний звук показался очень особенным и отложился в голове Вэй Усяня в тот же момент.       — Лань Ванцзи.       Пальцы перестали стучать по клавиатуре.       — М?       Вэй Усянь не знал, почему ему пришла в голову мысль спросить его об этом, но, наверное, мозг сам генерировал то, что беспокоило больше всего, хоть и глубоко внутри.       — Вы… вы осознанно решили стать врачом?       После глубокого вздоха и короткого звука закрытой крышки ноутбука, Лань Ванцзи ответил:       — Я с самого детства знал, что буду врачом. — Он отложил ноутбук в сторону. — По сути, это даже не обговаривалось, ведь вся моя семья испокон веков была связана с медициной, и я, как один из наследников, должен был пойти по тому же пути. Я никогда не возражал против своей судьбы, так как она была предрешена еще с самого рождения, и…       — Последнее звучит грустно, — вздохнул Вэй Усянь, теребя шнурок на своих шортах. — Простите, что перебил.       — Да, я… согласен с тобой.       У Вэй Усяня перехватило дыхание от искренности в голосе Лань Ванцзи. Однако после этих слов мужчина замолчал и будто бы закрылся от всего мира, смотря в темноту за окном.       — Просто мой брат сейчас идет по трудному пути, который совсем не для него. Он ведь никогда не хотел быть врачом, он любит собак, и я иногда мечтаю, чтобы он занимался именно тем, что ему по душе. Мне больно за него. — Вэй Усянь кашлянул в кулак от наплыва чувств. — А знаете, почему он сейчас учится со мной? Потому что хотел признания родителей… Согласитесь, что это даже звучит горько. Я так хочу ему помочь, но, пока он сам не решит быть самостоятельным, не буду лезть. Самостоятельным в плане собственных решений, каких-то изменений ради себя.       При всем желании Вэй Усянь не мог остановить словесный поток, в который вылилось все, что якорем лежало на душе. Легче не стало, но по крайней мере отпустило на несколько коротких мгновений.       Он присел, устало склонив голову к груди. Когда он повернулся к Лань Ванцзи, то не ожидал встретиться с его мягким взглядом. Он смотрел на него как-то по-новому, доверчиво и восхищенно одновременно. Края его халата чуть разъехались, открывая тонкую полоску светлой кожи груди и изящные ключицы. Уж кем и восхищаться здесь, то только им.       — Ну, я пойду… — проскрипел смущенно Вэй Усянь, поднимаясь на негнущихся ногах. — Приятно было провести с вами время.       Лань Ванцзи кивнул, и только после этого Вэй Усянь вышел за дверь. Его сердце стучало как бешеное, грозясь выпрыгнуть из груди, а глаза ошалело искали в списке «Вичата» Чжоу Сюин, но в самый последний момент Вэй Усянь тыкнул в переписку с Не Хуайсаном.