Не играй в любовь

      В туалете все звуки клубной музыки хорошо приглушались. Шаги Вэй Усяня отражались эхом от стен в пустом помещении, и удары сердца, казалось, тоже. Все кабинки были закрыты. Вэй Усянь наклонился, чтобы проверить чужие ноги, и не нашел ни одного признака нахождения человека в этом туалете. Да куда делся этот Мэн Яо?!       — Эй! Я пришел за тобой, выходи давай! — не удержался от вскрика Вэй Усянь. Честно говоря, у него тряслись поджилки от страха, что сюда в любой момент могут зайти эти «головорезы», и тогда точно пиши пропало. — Ну же!       Одна из дверей скрипнула, и из кабинки показалась голова запуганного Мэн Яо.       — Вэй Ин, — тихо вымолвил он.       — Так ты все-таки здесь, — с долей облегчения вздохнул Вэй Усянь, но тут же нахмурился. — Какой черт за тобой увязался?       — Это уже не так важно, — устало выдохнул мужчина, прикрывая глаза и смахивая рукой волосы с лица. — Я не знаю, где они сели, но их пятеро, рослые и сильные. И я знаю, как их отвлечь: можно попросить помощи у охранника клуба, напоить их, если они уже сами, конечно, не накидались.       Вэй Усянь в ответ недовольно покачал головой, закусывая губу.       — Надежный план, как швейцарские часы.       — Больше я ничего не придумал, — опять виновато улыбнулся Мэн Яо и добавил: — Главное, не вызывайте полицию.       — Ладно, сиди здесь, я позову тебя, — бросил Вэй Усянь, уже разворачиваясь.       Когда он подошел к стойке, то увидел, как Цзян Чэн напряженно сверлит взглядом посетителей, а Не Хуайсан о чем-то болтает с барменом, непринужденно потягивая мохито.       — Он здесь, — произнес Вэй Усянь, подходя ближе.       — Они тоже, — напряженно изрек Цзян Чэн. — Вон, сидят за круглым столом без диванов.       Вэй Усянь оглянулся через плечо, и его вмиг прошибло холодным потом. Двое из тех мужчин были знакомыми охранниками «Безночного города».       Какого черта?       Вэй Усянь оперся локтями о стойку и с силой потер лоб и виски. Живыми и здоровыми им отсюда не уйти, если их заметят.       — У А-Яо есть план? — поинтересовался Не Хуайсан.       Вэй Усянь с нервным сарказмом изложил то, что сказал ему Мэн Яо.       — Те ребята, которых он опасается, и есть охранники «Безночного города», — добавил он в конце. — Некоторые из них в прошлый раз чуть душу из меня не вышибли.       — План говно, — бросил Цзян Чэн, сжимая стакан в руке.       — Мы попросим бармена открыть черный вход, — тут же отозвался Не Хуайсан. — Диалог с ним не вызовет подозрений. Тем более второй вход должен вести или во внутренний двор, или на другую улицу, и проход туда, вероятнее всего, вон там, между уборной и баром.       Вэй Усянь и Цзян Чэн переглянулись. Это уже звучало как план, в котором им не придется умирать.       — Лао Сяо, — вмиг переменив расслабленный тон голоса на серьезный, позвал Не Хуайсан бармена. — Выслушай, пожалуйста, нам нужна помощь.       Бармен, протирая высокий стакан, наклонился к ребятам.       — Хорошо. В чем дело?       — За нашим другом погнались чуваки, которые сидят за круглым столиком у прохода, а другу хватило ума забежать сюда и спрятаться в туалете. Мы бы не хотели сами привлекать много внимания, да и было бы не очень, если бы сейчас сюда ввалилась полиция со своими разборками, поэтому не могли бы вы по-тихому вывести нас через черный вход?       Бармен задумался, опустив взгляд на чистый стакан, который он продолжал натирать тряпкой.       — В принципе, это возможно, — протянул он, глянув в сторону выхода, где сидел охранник. — Да и прерывать работу заведения на разборки не хотелось бы, но если вдруг что-то пойдет не так, — он серьезно посмотрел на Хуайсана, — я буду вынужден позвонить в органы правопорядка.       — Конечно, — активно закивал тот. — Мы все понимаем. Просто нам и самим бы… В общем, чем меньше неприятностей, тем лучше.       — Я попрошу Сун-гэгэ сделать объявление о времени закрытия, — задумчиво произнес бармен, — и, пока он будет у того столика, вы выведете за мной вашего друга вон в ту дверь.       Не Хуайсан опять что-то потыкал в телефоне и радостно кивнул.       — Да, спасибо, Лао Сяо! Цзян Чэн, пошли на улицу, мы обойдем дом и выйдем с другой улицы. Там и встретимся с тобой, Вэй-сюн, и Мэн Яо, хорошо?       Друзья кивнули. Доброжелательный господин Сяо тоже улыбнулся им, как будто ему каждый день приходилось проворачивать что-то подобное.       Цзян Чэн и Не Хуайсан вышли из клуба, спеша найти проход между домами, чтобы попасть на соседнюю улицу. Вэй Усянь тем временем направился к уборной.       — Мэн Яо! Вылезай! — зашипел он, дергая дверь. — У нас десять секунд, чтобы смыться!       Им удалось сбежать через черный вход с помощью доброго бармена, вот только… их все же заметили. Однако добраться до них преследователи не успели: Лао Сяо сразу же закрыл дверь, после того как они с Мэн Яо выбежали на улицу. Вэй Усянь еле стоял на ватных ногах, пытаясь унять колотящееся сердце.       Они сбежали вниз с неприглядного крыльца и оглянулись по сторонам, замечая бежавших им навстречу запыхавшихся друзей.       — Бежим дальше! — на ходу скомандовал Цзян Чэн. — Они пойдут с этой стороны, тут ближе.       Добежав до тротуара, Цзян Чэн и Вэй Усянь бросились в разные стороны, а Мэн Яо в нерешительности застыл, не зная, за кем следовать.       — Нам надо к главной улице! — хрипло бросил Цзян Чэн.       — Мы не успеем! — закричал ему в ответ Вэй Усянь. — Дворами они нас не отследят!       — Да они загонят нас там в угол и поколотят!       — Они просто догонят нас до людного места у дороги, и нам кранты!       Понимая, что спор сейчас ни к чему не приведет, Вэй Усянь и Цзян Чэн одновременно оглянулись на бледного Мэн Яо и наконец-то прибежавшего Не Хуайсана, который опять не вылезал из телефона! В этот момент Вэй Усяню захотелось тут же разбить этот дурацкий пластик о ближайшую стену. И если бы он оглянулся на своего брата, то понял бы, что тот полностью с ним согласен.       Не Хуайсан вдруг схватил Мэн Яо за руку и резко поволок его обратно через дорогу.       Прямо навстречу к охранникам!       Вэй Усянь и Цзян Чэн бросились следом.       Их друг сошел с ума в самый неподходящий момент! Твою ж мать!       — Какого черта, Хуайсан?! — взревел Цзян Чэн, несясь по проезжей части.       Но тот даже не оглянулся.       Братья уже были в метре от того, чтобы навалять Не Хуайсану, в то время как преследователи оказались на спринтерской дистанции, чтобы навалять им всем вместе.       Однако у обочины резко притормозил белый «Астон Мартин». Не Хуайсан и Мэн Яо синхронно нырнули в него.       Вэй Усянь толкнул брата к машине.       — Ни черта не понимаю, но, кажется, это за нами! — весело крикнул он и следом запрыгнул в «Мартин».       Автомобиль плавно тронулся, тут же набирая максимально разрешенную скорость. Чувство облегчения затопило Вэй Усяня с ног до головы, а мышцы, до этого напряженные, расслабились. Он растекся по кожаному сидению уставшей лужей. Слева кряхтел злой Цзян Чэн и истерично смеялся Не Хуайсан. Им всем однозначно нужно пропить курс успокоительных после произошедшего.       — Сичэнь-гэ, ты прибыл как раз вовремя, — выдохнул Хуайсан, стукаясь лбом о подголовник водительского сиденья спереди.       — Никому медицинская помощь не требуется? — обеспокоенно отозвался незнакомый Вэй Усяню голос.       «Ну, если Цзян Чэн не успокоится, то тут всем как раз потребуется», — подумал Вэй Усянь, приоткрывая глаза и бросая взгляд на водительское место. Мужчина посматривал на Мэн Яо и о чем-то тихо переговаривался с ним.       — Вроде нет, — вновь начал Не Хуайсан. — Мэн Яо… кто это был?       — Эм… — дрожащий голос Мэн Яо выдал его скопившиеся в горле рыдания, — давай потом об этом поговорим, пожалуйста.       — Что значит «потом»?! — рыкнул Цзян Чэн, но крепкая хватка Не Хуайсана удержала его от резких движений.       — Мэн Яо, никаких «потом», скажи сейчас! — он прилип к переднему пассажирскому сиденью. — Ты вызвал нас с ребятами вылавливать тебя из лап каких-то грозных преследователей! Это же должно что-то значить? Пожалуйста, скажи, в чем дело, мы тебе обязательно поможем!       От его слов Мэн Яо дернулся и прикрыл глаза, будто ему было неприятно все это слышать.       — Я не собираюсь ему помогать! — продолжал Цзян Чэн.       — Цзян-сюн, закрой рот, сейчас не до тебя, — устало обернулся назад Не Хуайсан.       Цзян Чэн приблизился к его лицу.       — Он живет в нашей квартире, черт тебя дери, Не Хуайсан. Мы попали из-за него в какую-то жопу, ты понимаешь?!       — Никуда мы не попадали!       — Хватит, — прекратил их перебрасывания водитель, метнув строгий взгляд на ребят через зеркало заднего вида.       Вэй Усянь мысленно поблагодарил его, потому что поднявшийся ор грозился взорвать его барабанные перепонки. Его брат и друг уселись на свои места обратно и отвернулись друг от друга. Вэй Усянь поймал суровый взгляд Цзян Чэна и тяжело вздохнул. Дома их ждет долгий разговор.       Спустя время Не Хуайсан прохныкал:       — Я хочу воды.       Автомобиль затормозил около небольшого супермаркета. Водитель вышел ненадолго; за время его отсутствия все молчали, переводя дух. Когда он вернулся, то протянул Не Хуайсану бутылку воды, а его темные глаза рассмотрели каждого в поисках повреждений и задержались на Цзян Чэне.       — Господин Цзян, вот уж не ожидал, что следующая наша встреча произойдет в таких обстоятельствах, — произнес он, напряженно улыбаясь уголками губ.       Кивнув застывшему Вэй Усяню, водитель, чертовски похожий на Лань Ванцзи, отвернулся, заводя мотор.       Цзян Чэн хмуро угукнул. Он отвлекся на уведомление из «Вичата» и поднял вопросительный взгляд на брата.       — Прочитай, — шепнул Вэй Усянь.

Вы: Откуда ты его знаешь

А-Чэн: Лань Сичэня?       Вэй Усянь нахмурился, переводя взгляд с Цзян Чэна на водителя. А-Чэн: Это тот врач из Гусу который у меня практику принимал помнишь?

Вы: оу

      Теперь ему все было понятно. Невероятной тяжести груз свалился с сердца в одно мгновение, отчего Вэй Усянь почувствовал сзади крылья и даже взлетел бы, если бы не потолок автомобиля.

Вы: АХАХАХАХ то есть это тот самый Лань, с которым Мэн Яо сосался около гусу??????

А-Чэн: тебе реально смешно?       Вэй Усянь и правда не мог сдержать порыв странной радости и облегчения, поэтому все события, произошедшие за сегодня, казалось, больше не могли испортить ему настроение. Даже осуждающий взгляд Цзян Чэна.       Вероятно, сегодня он встретился с тем самым братом Лань Ванцзи.       Не Хуайсан говорил, что Мэн Яо хороший друг Не Минцзюэ и «господина Ланя». Значит ли это, что как раз именно этого Ланя, который сидел в данный момент на водительском месте, имел в виду Не Хуайсан?       Улыбнувшись и поймав зубами нижнюю губу, Вэй Усянь отвернулся к окну.

***

      Лань Сичэнь высадил их около дома, и трое ребят в смешанных чувствах поплелись к себе. Он проводил их взглядом до подъезда и сокрушительно вздохнул, откинувшись на спинку сиденья.       Растрепанный молодой мужчина, сидящий по правую руку от него, вжался в кресло, отказываясь устанавливать зрительный контакт.       — А-Яо?       Мэн Яо вздрогнул, закрыв лицо ладонями.       — Посмотри на меня, — шепотом попросил Лань Сичэнь. Он нахмурился, когда Мэн Яо помотал головой. — Давай хотя бы не сейчас играть в молчанку. Я прошу тебя.       — Прости…       Где-то на заднем сидении осталась вода. Лань Сичэнь потянулся за ней, открыл бутылку и поднес к лицу мужчины, осторожно убирая чужие руки от лица. Мэн Яо, пряча красные глаза, выпил полностью всю воду и жалобно икнул, всмаркивая потекшие сопли. Ему было так стыдно находиться перед Лань Сичэнем в таком состоянии…       — За что ты просишь прощения?       По тону голоса Лань Сичэня было понятно, что он еле сдерживает себя от резких высказываний. Он уже догадался, да?..       На колени упала пачка аптекарских салфеток, которыми Мэн Яо незамедлительно воспользовался, высморкавшись и протерев влажное лицо.       — Лань Хуань, прости меня.       Он просил прощения абсолютно за все. Чертов Вэнь Жохань, чтоб тебя взорвало в твоем чертовом кабинете. Чертов Цзинь Гуаншань…       — Почему эти дети спасали тебя? Каким образом они вообще связаны с тобой? А-Яо, что происходит? — глаза Лань Сичэня наливались слезами, но тот стойко держался, требуя объяснений. — За все время наших отношений я чувствовал огромную пропасть недосказанности между нами. Мое терпение не резиновое, понимаешь?       После этих слов Мэн Яо поднял на него взгляд и внутренне задрожал. Его руки неосознанно искали опоры и нашли ее в руках Лань Сичэня.       — Я все тебе расскажу, — он знал, что ни хрена не расскажет, потому что такую информацию Лань Сичэнь не выдержит, и Мэн Яо сожрут собственные демоны, — только… позже. Пожалуйста, Лань Хуань, не говори мне, что…       Лань Сичэнь отстранился.       — Мне нужно время.       Внутри Мэн Яо что-то рухнуло с оглушительным треском, который был слышен только ему одному.

***

      Вэй Усянь, сидя на полу у стены, уже минут десять слушал перебранки Не Хуайсана и Цзян Чэна, которые грозились перерасти в драку. Он принципиально не влезал, потому что ему хватило на сегодня. И на сто лет вперед.       — Мэн Яо, я уже думал, что ты уехал с Сичэнь-гэ, — пролепетал Не Хуайсан, поворачиваясь к входной двери.       Оттуда побитым зверем на них глядел Мэн Яо.       — Какого хрена ты не запер дверь, Вэй Ин?! — завопил Цзян Чэн, хлопнув себя ладонью по лицу. — Катись отсюда!       Не Хуайсан оттащил Цзян Чэна на кухню и запихнул внутрь со всей силы. Кажется, что-то разбилось.       — Я, наверное, пойду, — Мэн Яо развернулся обратно, но дверь перед его носом тут же закрыли.       — Я тебя не пущу.       — Хуайсан, мне здесь не рады.       — Да, тебе здесь не рады! — со стоном боли рявкнул Цзян Чэн из кухни.       — Заткнись! — ответил ему Не Хуайсан. Он был на грани от того, чтобы заплакать. Ссоры с друзьями давались ему тяжело. — А-Яо, давай мы просто поговорим и все решим. Не нужно уходить, пожалуйста. Что сказал Сичэнь-гэ?       Мужчина покачал головой и устало прислонился лбом к плечу Хуайсана, младший Не крепко его обнял и захныкал.       Вэй Усянь подошел к ним, превозмогая боль во всех конечностях.       — Слушай, Мэн Яо…       Тот резко вскинул голову и повернулся к Вэй Усяню.       — Вэй Ин?       — Я все понимаю, — Вэй Усянь почесал затылок и вздохнул. — И я тоже не одобряю все это дерьмо, что ты внес в нашу жизнь, но…       — Не переживай! Уже завтра я приступлю к поиску нового жилья! Просто позволь мне остаться здесь еще на одну ночь, прошу тебя, — залепетал Мэн Яо, игнорируя мольбы Не Хуайсана.       Не успел Вэй Усянь кивнуть, как из кухни вернулся Цзян Чэн со своей неизменно кислой рожей.       — Никакой ночи в моей квартире! Выметайся, ты, грязный!..       — Цзян Чэн, — сердито его остановил Вэй Усянь. — Я тебе рот с мылом вымою. Хватит здесь плеваться ядом, иди спать. Или мне насильно твою задницу закинуть в постель?       Цзян Чэн, взъерошенный и с красными глазами, непонимающе воззрился на брата.       — Ты его защищаешь?.. Ты же был на моей стороне! Вообще в своем уме?! Как я вас всех ненавижу!       — Я разрешаю ему остаться на одну ночь. Одну! Ты слышишь? Будь человечным, в конце концов!       Вэй Усянь кивнул Мэн Яо, подметив облегчение в его взгляде, и пошел на поиски успокоительного для своего дебила.       Цзян Чэн успокоился после горячего душа и пары таблеток хорошего лекарства. Давно он не впадал в такую истерику, зато теперь выглядел таким беспомощным и избитым, что Вэй Усяню стало даже жалко его.       В комнате стоял дурман каких-то старых, но приятных благовоний, которые завалялись в ящике. Их Вэй Усянь зажег сразу после того, как брат ушел купаться. Может, именно в этих пахучих палках хранится секрет, благодаря которому Лань Ванцзи остается всегда безмятежным и спокойным?

***

      Во втором часу ночи Вэй Усянь выскользнул на кухню в одних трусах, подключая к розетке ночник; кухня озарилась тусклым светом. Вэй Усянь полез в аптечку за своим ночным успокоительным, параллельно включив электрический чайник и надеясь, что никто не припрется и не нарушит его покой.       Мигрень постепенно отвоевывала этот шаткий покой, но Вэй Усянь старался полностью ее игнорировать, сжав челюсти до желваков. Ничто не могло испортить его воодушевленное настроение после сообщения Лань Ванцзи, которое тот неожиданно прислал перед тем, как Мэн Яо зашел в квартиру.       Вэй Усянь открыл их диалог, чтобы перечитать в очередной раз. Ванцзи</3: Здравствуй, Вэй Ин. Прошу прощения, завтра я не смогу забрать тебя. За тобой приедет такси. Напиши удобное время и адрес.

Вы: здравствуйте! все хорошо! Можно у второго входа в парк Житань в 11:00 спасибо

      Лань Ванцзи, конечно, не ответил, но значок «прочитано» высветился почти сразу, из-за чего органы Вэй Усяня заиграли танго.       Он улыбнулся и заблокировал телефон. Шипучая таблетка уже растворилась в стакане воды, поэтому Вэй Усянь как можно скорее все выпил, будто из-за этого его мигрень пройдет быстрее.       — О, Вэй Ин… ты тоже тут, — у входа в кухню показался взъерошенный и сонный Мэн Яо. — Я тебя не потревожу?       Вэй Усянь потер глаза и достал вторую кружку из ящика. Как бы ему ни хотелось побыть одному, вдвоем пить чай куда веселее.       — Все окей, проходи. Чай будешь?       — Мм, давай, не откажусь, — Мэн Яо, завернутый в простыню, бесшумно сел за стол, закрывая ладонью широкий зевок. — Почему не спишь?       На столе оказались две чашки ароматного чая с лимоном. Вэй Усянь сел рядом.       — Мучают мысли.       Что он ему скажет? Что радуется сообщению от мужчины, в которого… который… который Лань Ванцзи?       Мэн Яо понимающе кивнул, хрустя печеньем из вазочки.       — Меня тоже.       — Это связано с произошедшим?       Мужчина задержал на Вэй Усяне взгляд, застыв на пару мгновений, а потом проморгался и закивал.       — Кажется, меня бросили, — сокрушительно произнес он под непонимающим взором Вэй Усяня.       — В плане?       Он грустно рассмеялся.       — В плане, что со мной, похоже, разорвали отношения. Ну или планируют. Из-за меня… Я чертов неудачник.       Громко сербнув из кружки, Вэй Усянь вздернул брови. Он даже забыл, что Мэн Яо такой же человек, как и все остальные, имеет чувства и, кажется, отношения. Вот так сюрприз.       — Меня тоже бросали, — протянул Вэй Усянь, вздохнув. — Вроде на втором курсе колледжа. Девчонка сказала, что я слишком ветреный и глупый и со мной некомфортно. С чего она вообще это взяла?       Мэн Яо усмехнулся.       — И много у тебя было отношений?       — О да, — губы Вэй Усяня растянулись в легкой улыбке, будто он вспомнил что-то очень давнее и приятное сердцу. — Не сосчитать даже.       — Нагулялся?       Они рассмеялись почти одновременно.       — К счастью или сожалению — да, — кивнул Вэй Усянь. — Был один человек в колледже, с которым я хотел провести всю жизнь, построить семью, быть счастливыми вместе, но наши пути разошлись. Возможно, я до сих пор жалею, но не вспоминаю.       Неловкое молчание между ними задержалось на несколько минут, во время которых весь чай был допит, печенье съедено, а стрелки часов приблизились к двойке.       — Знаешь, — вдруг начал Мэн Яо, потирая глаза пальцами, — за свои тридцать лет я кое-что понял.       У Вэй Усяня закончились ресурсы на общение, однако он решил выслушать мужчину до конца, прежде чем направиться в свою спальню.       — Я считаю, что наш взгляд на дружбу и отношения неверный, — продолжил тот, устремляя взор на чернушный вид за окном. — Конечно, в нашей жизни есть люди, ради которых действительно хочется стараться, только чтобы они всегда были рядом, чтобы то сильное, всеобъемлющее чувство, что они вызывают в нас, никогда не пропадало. Но…       Парень внутренне подобрался.       — …невозможно удержаться за это чувство настолько долго, насколько тебе хочется. Всему всегда приходит конец. Поэтому я решил, что вместо того, чтобы фокусироваться на удержании этого чувства, может, нам следует просто наслаждаться им, пока оно есть?.. — Мэн Яо перевел грустный взгляд на Вэй Усяня, подмечая глубокую складку меж его бровей. — Понимаешь… жизнь состоит не из долгосрочных обязательств, она состоит из моментов. Что насчет моей жизни… В ней было много моментов, которые должны были оставаться ими.       — А если я не хочу так? — прозвучал хриплый голос Вэй Усяня. — Если я не хочу терять человека? Что мне делать?       Мэн Яо поджал губы и, прикрыв глаза, покачал головой.       — Я бы сказал — борись, делай все, что в твоих силах. Это действительно имеет смысл. Но я бы хотел, чтобы ты понял, что это нормально, когда дружба не длится много лет, когда отношения не перерастают в брак. Это нормально, — он подпер щеку ладонью и улыбнулся краешком рта. — Если момент был волшебен, то таким он и должен оставаться.       Этот разговор отпечатался на подкорке мозга Вэй Усяня, а глубокие размышления не давали ему заснуть почти всю ночь.

***

      Телефон глухо затрезвонил из спальни как раз в тот момент, когда Лань Ванцзи нанес на лицо пену для бритья. Мужчина вздохнул и собрался выйти, чтобы выключить, но мелодия тут же оборвалась.       В дверь ванной комнаты постучались.       — У тебя пропущенный от брата, — послышался голос Лиджуан и удаляющиеся шаги.       Сделав все утренние процедуры, Лань Ванцзи разблокировал телефон и тыкнул на красную трубку в исходящих.       — Доброе утро! — раздался бодрый голос на том конце.       — Доброе. Что случилось?       Лань Ванцзи подошел к кухонному окну и понюхал новые благовония, которые ему протянула Лиджуан. Это были индийские ванильные благовония из какой-то коллекции, которую Лиджуан давно высматривала. Он кивнул, подтверждая, что аромат весьма приятный.       — Да ничего особенного. Я хотел спросить, есть ли у тебя сегодня записи в первом корпусе.       — Сегодня-завтра я свободен от работы в клинике, только из дома, — в своей манере ответил Лань Ванцзи, глядя на тарелку с завтраком и чувствуя урчание в животе. Разговаривать по телефону за столом в их семье не принято.       — Отлично, тогда завтра там я за старшего, звони, если что. И да, я рад, что у тебя небольшой отдых, проведи его с пользой, Ванцзи, — в голосе Лань Сичэня слышалась улыбка.       — Понял, ты тоже звони.       Сегодняшний день Лань Ванцзи совершенно не распланировал, ведь вчера он завалился спать раньше девяти вечера, кое-как переодевшись и приведя себя в порядок. Форум и перелеты действительно забирали много энергии. Лань Ванцзи решил, что доставит отчет дядюшке о проделанной работе в Шанхае по почте и ближе к ужину; ему требовался отдых от всех, и желательно в объятиях с маленькой крохой, которая копошилась сейчас в клетке.       Электронные часы на холодильнике показывали 10:56, когда он заказывал в приложении такси для Вэй Усяня. Именно в этот момент телефон Лиджуан своей резкой трелью заставил их вздрогнуть.       Женщина закатила глаза и приняла вызов, продолжая завтракать. Она никогда не понимала этих ланьских правил, которые, по ее мнению, только усложняют жизнь. Лань Ванцзи давно с этим смирился и не пытался делать ей замечания.       — Мама звонит… Слушаю.       Выражение ее лица сменилось с нейтрального на рассерженное, однако голос оставался таким же спокойным, как обычно.       Лань Ванцзи молча за ней наблюдал, жуя лист салата и предчувствуя нехорошее.       — Куда? — напряженно продолжала диалог Лиджуан, она отложила палочки для еды и раздраженно выдохнула через нос. — Боже, лучше бы я не спрашивала…       На несколько мгновений она убрала телефон от уха, чтобы, кажется, прийти в себя, а потом строго заговорила в трубку:       — Вы уже достаточно влезли в нашу жизнь со своим браком, оставьте нас в покое хотя бы после него, окей?       Было понятно, что их утренняя трапеза успешно испорчена новым цирком от родственников. Лань Ванцзи хорошо знал свою жену, поэтому убрал блюда в холодильник, чтобы они могли доесть позже.       — Мама, послушай меня: вся ваша семейка никогда не интересовалась тем, хочется мне что-то или нет, — Лиджуан встала с места, собираясь куда-то уйти, но ее удержали крепкие руки мужа. — А уж Ванцзи тем более никто не спрашивал, он слишком воспитан, чтобы отказать. Отвалите уже, наконец! Штампа в паспорте вам по горло достаточно!       Разговоры на тему их с Лиджуан совместной жизни были довольно частым явлением во время поездок к родным или совместных уикендов. Однако с каждым разом женщина все больше и больше злилась на любой взгляд в их сторону. Лань Ванцзи ничего не мог поделать с этим, но от жены перенял привычку игнорировать всех, кто как-либо пытается влезть в их отношения с целью «улучшить».       — Что на этот раз? — осторожно спросил он, когда Лиджуан вышла в гостиную и швырнула телефон на диван.       С саркастичной ухмылкой она поведала о том, что родственники позвали их с собой на семейный пикник за городом, чтобы они «сблизились, проводя время вместе, ведь мы не молодеем, пора внуков…».       Лань Ванцзи потер пальцами переносицу и отошел к окну.       — Прости, — спустя пару минут размышлений протянул он. — Мы могли бы…       — Нет. Ты сам понимаешь, что ничего не могли, мы слишком разные, — на этих словах Лиджуан резко поднялась и ушла в свою спальню под взволнованным взглядом Лань Ванцзи.       Он совсем не любил, когда случались ссоры или возникали недомолвки. Хотелось все разрешить, объясниться, чтобы гнетущее чувство недосказанности исчезло поскорее, но Лиджуан всегда упрямилась, строя какие-то конструкции в своей голове и ничего не говоря ему, Ванцзи.       Его тяжелые размышления прервал звонок в дверь. Наверняка это Вэй Ин.       На пороге и правда показался красный и растрепанный парень в легкой летней одежде и с большими наушниками на шее. Он весело поздоровался, глядя на Лань Ванцзи своими большими серыми глазами, в которых плескалось дружелюбие и… надежда? Мужчина поспешно убрал с лица хмурое выражение, сдержанно приветствуя Вэй Ина и пропуская на порог. Тот неловко потоптался, с интересом осматривая прихожую и кусочек гостиной.       — Сейчас принесу, — отозвался Лань Ванцзи, когда Вэй Ин напомнил о конспектах.       Лань Ванцзи заранее забрал из гаража и привез домой небольшую стопку толстых тетрадей, потрепанных временем. Тонкая ниточка ностальгии обвязала его сердце, когда он нес пакет с конспектами ожидающему в прихожей парню, вот только рядом с Вэй Ином была Лиджуан. Лань Ванцзи услышал их короткий разговор-знакомство, а когда вышел к ним, то удивился вдруг расстроенному Вэй Ину, который лениво блуждал взглядом по стене со статуэтками.       — Ты куда? — отвлекшись на жену, спросил Лань Ванцзи.       Лиджуан смахнула волосы за спину и бросила глухое «по делам». Ну, по делам так по делам. За ней шумно закрылась дверь, оставляя его с ничего не понимающим Вэй Ином вдвоем в темной прихожей.       — Э-э… а где тут включатель? — робко поинтересовался парень, шарясь ладонью по стене в поисках.       Лань Ванцзи выдохнул и потер лоб. С уходом жены с его плеч спал невидимый груз, и чувство облегчения и тепла, которое обычно ощущается рядом с этим ребенком, вернулось почти долгожданно. На фоне светлой стены и различной зелени, которая украшала прихожую, Вэй Ин выглядел маленьким и беззащитным, хотя, Лань Ванцзи был уверен, парень ростом не меньше ста восьмидесяти.       — Хлопни в ладони, — только и сказал он.       И Вэй Ин хлопнул.       — Охренеть! Ой, простите, — стушевался тот. — Вау, я еще никогда не встречал таких технологий.       Реакция этого мальчишки позабавила Лань Ванцзи. Он неожиданно очень рад был увидеть его снова.       — Я собрал все конспекты по нужной теме, — он поставил пакет у порога. — Тяжело будет нести его, поэтому я тебя отвезу. Ты не против?       Вэй Ин, кажется, завис, вновь раскрывая свои невозможные глазища. В последнее время он слишком часто зависает, не то чтобы Лань Ванцзи беспокоился об этом, но все же было интересно.       — Я-то не против, — парень почесал затылок, — но мне надо ехать на фестиваль к ребятам.       Он что, собрался с этим пакетом кирпичей тусоваться на фестивале?       Кажется, мысли Лань Ванцзи проявились на лице, потому что Вэй Ин ответил:       — Я хотел передать конспекты брату, он как раз уедет домой и заберет их с собой.       Ход хороший, но Лань Ванцзи все еще собирался стоять на своем и все-таки подвезти мальчишку хоть куда-нибудь. Это, по крайней мере, его долг как старшего. Это он и озвучил Вэй Ину. Тот сокрушительно кивнул, пряча свой алый румянец.       Лань Ванцзи предложил парню подождать его в гостиной, а сам ушел в спальню переодеваться. Спустя пару минут он бесшумно вышел, направляясь к прихожей, и заметил удивительную картину: Вэй Ин совершенно бесцеремонно валялся на белом ковре с огромным кроликом на груди и что-то бормотал с закрытыми глазами. Лань Ванцзи прищурился, ревностно глядя на свою предательницу и подходя ближе.       — Вэй Ин.       Тот резко подскочил, отчего кролик отпрыгнул, царапнув его задними когтями.       — Простите, просто ваш питомец очень милый, и я… У вас очень классная квартира, и красивая жена, и запах очень-очень вкусный, ванильный… — Вэй Ин взволнованно сглотнул и ушел в прихожую.       Лань Ванцзи удивленно приоткрыл губы, чувствуя огонь в районе ушей.       Интересно, что у этого мальчишки в голове?       Вскоре они выезжали с частной стоянки. Вэй Ин выглядел расслабленным и, возможно, счастливым — Лань Ванцзи не решился рассматривать. Он совсем невзначай включил радиостанцию, на которой проигрывали старую народную песню. Они доехали до площади Тяньаньмэнь в приятном молчании, вот только когда Лань Ванцзи остановил машину у обочины, Вэй Усянь схватил его за руку с горящими глазами.       — Лань Ванцзи, пожалуйста-пожалуйста, пойдемте со мной! Очень прошу!       Мужчина опешил, сдержав желание выдернуть руку из хватки.       — Что ты хочешь?       — Эмм, мне тяжело будет нести конспекты, и… — в серых глазах блестела искра лукавства, которую Лань Ванцзи прекрасно заметил, — и там вы передадите их Цзян Чэну. Пожалуйста!       На самом деле, если бы это был кто-то другой, то он бы не задумываясь отказался. Но это ведь Вэй Ин. Вэй Ин, которому Лань Ванцзи позволяет слишком многое.       В итоге он согласился и весь путь слушал веселую болтовню Вэй Ина о его друзьях. Неудивительно, что вся его компашка состояла из жаждущих свободы и веселья студентов. Именно их Лань Ванцзи и увидел, когда они подошли к небольшой кучке ребят около лавки с сувенирами и горячей уличной едой. Они о чем-то громко спорили. Свою молодость Лань Ванцзи не любил вспоминать, потому что она состояла только из учебы, кружков и поездок за границу по рабочим делам с родителями. Хотелось ли ему быть таким же, как эти ребята? Может, совсем чуть-чуть, но все-таки ему не приходилось жалеть.       Лань Ванцзи все это время не сводил взгляда с Вэй Ина, который вдруг из смущенного и милого парня превратился в того самого дерзкого и вольного в высказываниях Вэй Усяня, что появлялся рядом с Лань Ванцзи в самом начале их знакомства. Иногда, конечно, проскальзывало что-то подобное, но Вэй Ин рядом с ним стал совсем другим с недавнего времени. За этим вполне интересно было наблюдать.       В какой-то момент Вэй Ин подошел и забрал пакет с тетрадями, чтобы тут же спихнуть его на недовольного парня, который, судя по всему, и был тем Цзян Чэном. Вэй Ин скромно представил Лань Ванцзи своим друзьям, однако те как-то притихли. Вероятно, боялись сказать лишнее перед взрослым. Мужчина еле сдержал улыбку. Лишь один юноша из них, стоящий к нему ближе всего, выражался сдержанно с самого начала. У него было очень знакомое лицо, но Лань Ванцзи не решился копаться в памяти и вспоминать, где он его видел.       Площадь освещалась множеством огней и озорных улыбок, в воздухе витала атмосфера веселья и смешанные ароматы еды. Ванцзи даже не знал, что сегодня какой-то фестиваль на главной улице Пекина, но был рад побывать тут. С появлением Вэй Ина слишком много резких и красочных событий стало происходить в его жизни, и Лань Ванцзи совсем не хотел допускать мысли о том, что его тянет к этому.       Вообще-то пора бы домой, разузнать, куда же делась Лиджуан, но ноги будто гвоздями прибило к земле. Где-то рядом терся Вэй Ин, посмеивались остальные, а Лань Ванцзи не понимал, какого хрена он тут забыл и продолжает стоять. Вэй Ин что-то бодро сказал ему и удалился куда-то с друзьями под дружный смех. Мужчина проводил его темный затылок взглядом и улыбнулся.       — Ах, Вэй-сюн такой ветреный. Буквально во всем, — прозвучало откуда-то сбоку.       Лань Ванцзи взглянул на того самого парня, которого приметил с самого начала. Тот, оставшись рядом с ним и потягивая какой-то напиток из трубочки, коротко покачал головой и внезапно улыбнулся ему.       Странные чувства, будто скользкий червяк, закрались под ребра и беспокойно забились судорогой в сердце.       К чему были эти слова? Не означают ли они что-то важное? Или этот парень просто высказал мысли вслух?       В любом случае, его, Лань Ванцзи, это не должно касаться.