Он робот.

– Ну здравствуй, Алиса… – от голоса любимого бросило в дрожь. Алиса усиленно сдерживала слёзы, не желая показывать слабость ему и жителям Подземья. Деревья шелестели только что появившимися листочками. Птицы замолкли, будто прислушиваясь к диалогу двух влюблённых. Или же влюблена была только она? Алиса не могла ответить на этот вопрос. Мраморный замок Мираны, рядом с которым стояли Таррант и Алиса, внезапно обрёл вид давно заброшенного здания. В голову сразу начали лезть не самые приятные мысли. Мысли o смерти и боли. Алиса тут же вспомнила надпись на своём платье. «Country of pain». «Страна Боли». В очередной раз пошли мысли о том, что же стало с любимой страной Фантазий Алисы… что стало с Таррантом и остальными. Об этом было безумно больно думать. Они умерли. Как прежде, верно, никогда уже не будет. Молчание затянулось. – Здравствуй, Таррант, – таким же тихим голосом ответила девушка. Шляпник вздрогнул, услышав своё имя. – Что ты сделал с собой? Ни разу не посмотревший на Алису Шляпник, резко вскинул голову. – Это не твоё дело. Ты предала меня. Ты не вернулась.., - он не кричал, нет. Но этого спокойного, убитого голоса Алиса испугалась больше, чем если бы он приставил нож к её горлу. Как же она сейчас хотела обнять его. Хотела поговорить за чашкой безумного чая. Хотела почувствовать его сильные руки на её талии. Хотела увидеть его улыбку… Но не могла. Сейчас он был чужим. Не тем, кого она хотела видеть. – Я не предавала тебя! Я не могла вернуться! – голос сорвался на крик. В глазах пылала ярость. Ну же, он должен понять! Она никогда бы не предала его! Хотелось упасть и разрыдаться. В душе бушевало море эмоций. Было слишком сложно выудить из этой бури хоть одну ярко-выраженную. Алиса хотела кричать, хотела сделать ему больно, но и не хотела этого одновременно. Ей не было страшно, но хрупкое тело дрожало. У девушки в очередной раз начиналась истерика, в то время как Шляпник был предельно спокоен. В его глазах отчётливо читалась злость. Ярость. Желание мести, но Алисе было так сложно понять за что он мстит. Было так страшно осознавать, что месть принадлежит ей, что он ненавидит её. Что все эти убийства в стране Чудес только из-за неё. Он улыбался. Его отвраттельная улыбочка сводила Алису с ума. Надо же, в такой момент ему было весело. В такой момент… На это было так тяжело смотреть… Подумать только, он здесь. Алисе нужно лишь протянуть руки, чтобы дотронуться до него. Он ведь тут, в десяти сантиметрах от неё. Так что же её останавливает? Страх? Отнюдь. Отвращение. Весь этот вид отталкивает её. И страх тут совсем не причём. Алиса не испытывала такого даже при сражении с Бармоглотом. Её нервы были на пределе. Она видит его, но так не хочет этого. – Если бы только захотела… ты смогла бы вернуться, Алиса. – он перешёл на шепот. В глазах померкли блистающие до этого безумные огоньки. Казалось, что ещё мгновение и Шляпник упадёт на колени, рыдая и прося прощение, но нет. Кингсли-младшая прекрасно понимала, что ждать этого может только глупец. Он скучал. Он был сломлен, как и она сама. И вдруг внезапно нахлынувшая волна эмоций заставила её обнять Тарранта. Она прижалась к нему и заплакала. Тяжёлые слёзы катились по бледным щекам Алисы покатились тяжёлые слёзы. – Прости меня, Таррант, прошу. Пожалуйста. Я люблю тебя, слышишь? Обними меня, ты же тоже хочешь этого! – шептала Алиса, срываясь на крики. Но Таррант не обнял её в ответ. Он дернулся, на лице отобразилась ужасная тоска, боль. Но он не был рад. Пульс Шляпника участился. В следующую секунду Алиса услышала истеричный смех бывшего друга. Бывшего... Он оттолкнул её. Оттолкнул, как тогда, в Зазеркалье. Его голос срывался, дрожал, как и её собственный. – Ты думала, что если обнимешь, то я вдруг снова побегу за тобой? Прощу? Ошибаешься. Я сделал свой выбор. Теперь моя цель – убить тебя. Я ненавижу тебя. Я ненавижу тебя, Алиса Кингсли. Я только начал тебя забывать, как вдруг ты снова объявилась. А ты знаешь, что со мной было, когда ты не пришла через год после твоего посещения Подземья? Я потерял смысл жизни. Хотел умереть. Пытался пройти в твой мир. Хотел увидеть тебя. Но нет. Ты не вернулась. Теперь моя цель – месть. Хочу, чтобы ты страдала так же, как страдал я. – голос Тарранта то становился громче, то снова переходил на шёпот. Его эмоции сейчас не трудно было понять. Он так хотел обнять её, так скучал, но не мог ответить ей взаимностью. Люди не меняются и если её уход он посчитал предательством… то где гарантия того, что она не оставит их снова? Как заставить себя поверить в то, что она не предаст? Как довериться, если Красная Королева давала ему счастье, а Алиса лишь боль? – Я и так страдала, Таррант. Думала о тебе каждую минуту. Моя мать умерла. Сестра возненавидела. Я ждала момента, когда смогу увидеть тебя. Я люблю тебя, Таррант Хайтопп. Люблю. И я не верю, что ты стал таким. Ты не такой. Вернись ко мне, прошу! Я же знаю твою настоящую сущность! – к концу голос Алисы наконец стал более насыщенным и громким. – Хватит лгать, Алиса. Ты никогда меня не знала. Ты никогда не знала того, кем я являюсь. Тебе было всё равно. Я ухожу. Кроме тебя у меня ещё очень много дел. Но мы ещё встретимся. Обязательно встретимся. С этими словами Шляпник развернулся и, привычно подпрыгивающей походкой, побрёл в сторону леса. Замок всё так же выглядел заброшенным. Из него не доносилось ни звука. Смолкли даже птицы в лесу. Должно быть, МакТвисп снова упал в обморок, узнав, что Алиса одна пошла к Кровавому Лорду. А Мирана, верно, места себе не находит, думая, что происходит за стенами и жива ли ещё Алиса. Шляпник удалялся всё больше. Совсем скоро его болезненная фигурка скроется в тени деревьев и тогда всё будет потеряно окончательно... – Я ненавижу тебя. Ненавижу! Лучше бы я не приходила спасать вас от Бармаг... - Алиса запнулась на полу-слове, поняв, смысл своих слов. Она поняла, что это звучит точно так же, как если бы она сказала "Лучше бы вы умерли". Но сказанного было не вернуть. Шляпник вздрогнул, остановившись. Он медленно повернулся к Алисе. На лице его отчётливо читалась несказанная боль. Алиса закрыла рот рукой, по щекам поползли слёзы. – Прости, прошу тебя, я не это хотела сказать… я не жалею об этом, я безумно люблю вас, Таррант… – шёпотом говорила она, подходя к нему и гладя руками его щёки. Он не отнял её рук, не оттолкнул и не отпрянул сам. Он будто бы не чувствовал этого. В глазах всё так же была боль, а тело подрагивало. – Я понял, Алиса. Ты никогда не любила нас. И спасла только потому что хотела показаться храброй и благородной... Спасибо тебе за то, что открыла мне глаза. Прощай, Алиса. И спасибо за то, что спасла нас и убила Бармаглота тогда. Ты произвела правильное впечатление. Он медленно развернулся, отнимая от лица нежные ручки Алисы, и ушёл. Она осталась стоять одна, в тени мраморного замка.Она боялась, что больше не увидит его. – Постой, Шляпник! Прошу тебя! – кричала она вслед ему. Но он не ответил. Не повернулся на её зов и не замедлил шаг. Он ненавидил её. Он шёл и плакал. Ему было обидно. Ему было больно. Ему было очень плохо. Он понимал, что это конец, а Алиса – обычная избалованная городская девчонка, каких много. И он почти не ошибся. Она на самом деле не хотела помогать им. Если бы не настойчивость жителей и не желание показаться благородной, она бы не за что не убила Бармаглота. Но он был не прав, когда сказала, что она не любила их. Потому что она любила. Но поняла это слишком поздно. Она не была бесчувственной или избалованной. Она просто не умела любить. Ещё не нашёлся человек, который бы научил её. Она боялась любви. Боялась быть брошенной. Она не хотела, чтобы он чувствовал себя ненужным, но у неё не было выбора. С полными слёз глазами, она вернулась к Миране. – Я не смогу вам помочь. Я возвращаюсь домой.