До глубины дела нет

Башня Круга всегда жила отдельной ото всех жизнью. Ее редко касались дела государства, разве что на помощь войску отправлялся отряд боевых магов, и только. Слухи сюда доходили тоже с опозданием: почти никто из одаренных обитателей Башни не имел «снаружи» ни друзей, ни семьи, а храмовники в последнее время стали совсем угрюмыми и молчаливыми, потому редко кто из них отвечал на вопросы. Да и не интересовались маги тем, что происходило за пределами стен – это был другой мир, который не хотел принимать их, сгоняя, словно скот, в один хлев, а тех же, кто отказывался следовать за церковным орденом, либо волокли силой, либо убивали. Чародеи, выросшие в неволе, взрослых отступников побаивались, считая каждого и малефикаром, и убийцей, и еще только Создатель ведает кем. Амелл приняли в Башне если не отступницей, то уж точно кем-то вроде нее. В конце концов, под три пункта, по которым обычные люди вычисляли магов, а маги – ведьм и чародеев из лесов, она теперь подходила идеально. Естественно, что и дети, и взрослые общения с ней избегали, а храмовники, увидев в коридоре или библиотеке, тихо скрипели зубами, не в силах что-то поделать. Все-таки она находилась под защитой Серых Стражей, потому просто так усмирить ее было нельзя (о чем в тайне наверняка мечтал рыцарь-командор Грегор, все еще пребывавший на своем посту). Но от «милых случайностей» это не спасало. Только прибывшие воины прекрасно знали, что открыто отомстить магесса, пусть и Героиня Ферелдена, им не сможет, и полагали, что на какие-то выдумки она просто-напросто не решится: завели между собой, на их взгляд, веселую игру – от кого дальше отлетит девушка, если ее, как бы не заметив, сшибить в коридоре. Открыто воевать действительно было глупо, потому Амелл выжидала, накапливая день за днем злость и шишки, чтобы потом отыграться на всех сильно и сразу. Несмотря на то, что месть придется подать холодной, она, как обычно, намеревалась сделать все со свойственным ей одной размахом. Естественно, до нее новости доходили тоже поздно, если доходили вообще. О том, что творится в мире, она узнавала из писем: караульным у тяжелых входных дверей она, как когда-то, больше не надоедала расспросами и интересовалась редкими путниками. Они же о нелюдимой Героине Ферелдена, мелькавшей светлым призраком в коридорах, тоже не часто спрашивали и знакомиться не спешили. В этот раз все было точно так же. Не ожидая дурного, Амелл спускалась по лестнице, перепрыгивая через ступени, и прижимала к груди увесистый справочник по ядовитым растениям. Из книги торчали исписанные листы и одно куцее перо – благо, раздобыть чернила можно было и в библиотеке, куда она направлялась. Честно говоря, девушка никогда не питала ни к целебным настоям, ни, собственно, к ядам положительных чувств. «Знания ради знаний. И кто придумал такую ерунду?» - ворчала когда-то она, выливая очередную, на этот раз темно-фиолетовую, жидкость (что, по идее, должна была стать, чуть-чуть остыв, серо-зеленой лечебной мазью). Заняться, кроме этого, было категорически нечем – магессу не допускали даже помогать сортировать травы. - Ты Амелл? Нечто с острыми ушами, бледно-голубыми глазами и копной светло-рыжих волос выглядело чуть удивленно и ошарашено, будто не ожидало от себя такой наглости – спросить что-то у нее. Честно говоря, и сама девушка ничего подобного не ждала: Башня существовала отдельно, она – отдельно, и это обе стороны кое-как устраивало. Амелл не требовала всеобщей любви, а остальные – защиты собственных задниц. Обмен был вполне себе равноценным. - Да, я, - тихо отозвалась магесса, по привычке почесав затылок. При ближайшем рассмотрении «нечто» оказалось симпатичной эльфийкой, достающей не отличающейся ростом магессе только до подбородка. Но, несмотря на это, выглядела она старше, да и грудь у нее была больше… Обычно эльфийские женщины формами не отличались (разве что подтянутые долийки с крепкими животами), но даже из этого правила нашлось исключение. «Спасибо тебе, Создатель, за столь несуразное тело! Менестрелям явно придется проявить фантазию, чтобы превратить меня в красавицу!» - недовольно, даже чуть обиженно подумала она, как-то обреченно, больше из вежливости, улыбнувшись. - Вас просил зайти к себе Старший Чародей Ирвинг, - пролепетав это, эльфийка скрылась из виду, сбежав быстро по ступеням вниз. - С этого обычно все неприятности и начинаются, - раздраженно проворчала Амелл, припоминая все разы, когда официальные разговоры с наставником заканчивались плохо. К сожалению, они так заканчивались всегда – ни одного удачного случая на ум не приходило, - и ехидная память услужливо подсовывала встречу с Дунканом и все то, что произошло после. «Эй, Йован, зря ты тогда так сглупил, зря! Сидел бы сейчас, наверное, где-нибудь в углу и читал бы себе книжки! Ты бы и восстание пережил, и все остальное… А сейчас бродишь незнамо где, если еще бродишь», - она грустно улыбнулась. Вскоре после возвращения в Круг друг снова сбежал, окончательно затерявшись среди жителей Ферелдена, может, даже Тедаса. Йован мог податься в Тевинтер, а мог гнить где-нибудь в земле. Бурное воображение рисовало почему-то именно последний исход. Пришлось снова подниматься по лестнице. Все-таки скакать, пропуская разной высоты ступени, было куда легче. Чародейка, преодолев всего один пролет, запыхалась. Сказывался и почти что сидячий образ жизни в последние три месяца, и только-только затянувшиеся раны, которые она приехала сюда залечивать, вырвавшись подальше от Серых Стражей и круговорота не отступающих порождений тьмы, лезущих из-под земли. Но остановиться она себе не позволила то ли из-за упрямства, то ли из-за уязвленной гордости, пока не вышла в пустынный коридор. Храмовники, стоящие на постах перед дверьми, казались просто неодушевленными доспехами. Дальше, чуть отдышавшись, путь был пройден за несколько минут – задумавшись и немного поблуждав среди одинаковых спален, Амелл все же отыскала нужный проем и постучала по стенке, привлекая к себе внимание. - Вы хотели меня видеть? - Да, проходи, девочка, - Ирвинг, приглашая, махнул рукой куда-то в пространство и снова отвернулся. Магесса же слабо улыбнулась: приятно, когда для кого-то ты, несмотря ни на что, остаешься той же несмышленой девчонкой. Раньше это дико раздражало – как и любого человека, которого редко воспринимали всерьез, - но теперь она радовалась даже таким мелочам. Слишком уж резко все стали прислушиваться к ее словам и часто воспринимать их как непреложную истину. В кабинете, как и когда-то, кроме нее и Первого Чародея, присутствовали еще двое. Командора Грегора девушка узнала сразу, даже в шлеме, который он, впрочем, тут же снял. Храмовник как-то подозрительно хмурился, вглядываясь в лист – скорее всего, письмо, - и согласно, хоть и обреченно кивал. Амелл сразу же перевела взгляд на другого гостя. Его лицо скрывал темный капюшон, да и стоял он спиной, но что-то в осанке было неуловимо-знакомое. С длинного плаща пришельца на каменный пол натекла уже внушительная лужа. - Это правда? – недоверчиво поинтересовался рыцарь-командор, откладывая письмо в сторону. – Насколько достоверна информация? - Насколько возможно в этой стране. Королева уже подписала приказ. И Владычица Церкви тоже, - нагло ответил гость, наконец скидывая капюшон. Смуглая кожа, светлые волосы, заостренные уши, татуировка, которую удалось разглядеть, стоило ему немного повернулся… «Вот хвастун!» - усмехнувшись, подумала Амелл, подавляя в себе дикое желание повиснуть на эльфе прямо здесь. Зевран ничуть не изменился – все тот же наемник, даже улыбается все так же вызывающе, испытывая терпение нервного Грегора. - И Леди Анора думает, что это разумное решение? - Мы с Королевой не так близки, но, полагаю, другого выхода, чтобы избежать восстания, просто нет. По крайне мере, избежать кровопролития и не поднять вокруг этой истории шума, - хмыкнул антиванец. Похоже, здесь он никого не опасался, а гнев Грегора его бы от души повеселил. – Тем более все уже решено. Вам лишь нужно повиноваться. - Хорошо. Раз Владычица Церкви это одобрила, то я снаряжу небольшой отряд храмовников. А ты, Ирвинг? Я слышал, что Амелл сильно пострадала, когда порождения тьмы пытались взять Амарантайн? – храмовник, скрипнув зубами, коротко взглянул на девушку и тут же отвернулся. Похоже, повиноваться кому бы то ни было он отвык. - Думаю, ее раны уже достаточно затянулись. Не стоит волноваться. Девочка уже засиделась в Башне, раз взялась за справочники и растения, - улыбнулся Чародей. Амелл безразлично пожала плечами, ожидая, что ей разъяснят ситуацию или хотя бы посветят в некоторые детали. Но нет. Ирвинг и Грегор принялись обсуждать что-то совсем отстраненное, а Зевран забавлялся с кинжалом и стрелял глазами в сторону открытой двери, где изредка, но проходил кто-то. По-видимому, мимо кабинета бродили молоденькие симпатичные девушки, раз наемник так заинтересовался. - К-хм, - магесса кашлянула. – Может, стоит и мне что-нибудь объяснить? Или я могу ни о чем не волноваться и вернуться к изучению ядовитых растений? - Конечно-конечно, - рассеянно улыбнулся Ирвинг. – Господин Араннай, Вы же не против все еще раз повторить? Как раз, девочка, проводишь нашего гостя до спален. - С удовольствием, - ухмыльнулся эльф, девушка лишь кивнула. Предчувствия были самые поганые. ~~~ - Я тебе говорила, что меня жутко раздражают жующие собеседники? – ехидно поинтересовалась Амелл, мгновенно распластавшись на гостевой кровати. В отличие от коек магов, она была куда шире и мягче, так что в сравнении показалась королевской. Насколько знала магесса, такая роскошь полагалась только гостям. Храмовники вынуждены были ворочаться на почти каменных постелях, и воспоминания об их телосложении (магам ведь не нужно размахивать кулаками направо и налево) вызывали из глубин подсознания какое-то мстительное и злое удовлетворение. - Может быть. Или ты хочешь, чтобы я поделился? – ухмыльнувшись, Зевран отправил последний кусок бутерброда себе в рот. Делиться сразу же стало нечем. - Я хочу узнать, что еще за идея возникла у королевы. Несмотря на мудрое правление, ее методы иногда бывают абсурдны. Например, как новые рекруты Серых Стражей. Мало того, что орлесианцы, так еще и храмовники! Стыдно признавать, но тут я даже согласилась с Логейном – сидели бы они у себя в стране и не лезли в Амарантайн, - девушка раздраженно передернула плечами. – Кстати, какими судьбами ты здесь оказался, да еще и в роли королевского гонца? Неужели решил все проблемы с Воронами? - У меня временное затишье. После нескольких громких убийств они все попрятались по собственным норам, поняв, что их лучшие наемники больше не вернутся. Боюсь, сейчас, принявшись их вновь выслеживать, я лишь привлеку к собственной персоне излишнее внимание. Меня и так в каждом городе самые смелые и безрассудные прирезать пытаются, стоит подойти к местной таверне. Но скоро снова начнется охота, и прятаться на этот раз придется мне. Я и подумал, что неплохо было бы заручиться хоть какой-то поддержкой, - эльф ухмыльнулся и, порывшись в походном мешке, протянул магессе письмо и кинжал с резной ручкой. – Послания от ее величества королевы Аноры и подарок от меня. Ты ведь все еще собираешь разнообразные ножики? Амелл кивнула и, не стесняясь, срезала сургучную печать и красную ленту – ненужное украшение, изрядно измявшееся в дороге – подаренным оружием. С резной ручкой, отполированный, кинжал так и не удалось отчистить от въевшихся бурых пятен. Он долго служил своему предыдущему владельцу, но, по-видимому, недостаточно хорошо. Ворон вряд ли бы ради нее стал разоряться, должно быть, оружие было взято как победный трофей. Именно такие – отобранные в бою – сувениры она и любила больше всего. - Она серьезно? – хмуро осведомилась девушка, тряхнув седой головой, в которой ничего не хотело укладываться. - Это оптимальный вариант. Страна только оправилась после Мора, и никому не нужна гражданская война, которая может из-за этого начаться. - Но зачем отправлять отряд храмовников и одного мага для подавления готовящегося восстания? - И еще одного Антиванского наемника, - напомнил Зевран. – Я поеду с вами. - Тебе-то в это зачем ввязываться?! Конечно, если маги решат изменить все таким же способом, как и Ульдред, то ничем хорошим для них это не закончится. В Круге на этот раз объявят Право Уничтожения и вырежут всех, даже детей, - Амелл фыркнула. – Не легче бы было просто убить заговорщиков и забыть? Для чего отправлять храмовников? В лучшем случае, я с ними просто перегрызусь. - Один из гильдмастеров укрывается вместе с ними. Антиванским Воронам отчего-то выгодно, если в Ферелдене снова будет война. А может, они хотят еще и убийцами-магами обзавестись, владеющими и своей силой, и кинжалами в равной степени, - улыбнулся эльф. Что-то объяснять и рассказывать магессе ему всегда нравилось – она мало знала о мире, а он и не подозревал, что за пыльные фолианты попадали ей в руки в угрюмой библиотеке. – Королева хочет решить все дело миром, А для этого нужны представители обеих сторон, тем более что многие могут прислушаться к голосу Героини, победившей Архидемона. - Здесь меня никто не слушает, маги боятся, а храмовники пытаются задавить своим… авторитетом. В прямом смысле этого выражения, - хмыкнула девушка. – Да и вряд ли сами представители церковного ордена захотят решить дело миром. - Надеюсь, они будут более благоразумны, иначе уже мне, за невыполнение приказа, придется их прирезать, - сказал серьезно Зевран. Повисло напряженное молчание. Честно говоря, Амелл не было никакого дела до храмовников, и ей было наплевать, умрут они или нет. В конце концов, за этих людей отвечает не она, они не принадлежат к Серым Стражам и вообще частенько оказываются отменными отморозками. Но угрюмый тон Ворона заставил ее насторожиться: все-таки он изменился, стал более жестким и менее легкомысленным. - Кстати, хочешь узнать, как ко мне попал этот кинжал? – уже весело поинтересовался наемник, играя с тупым ножом для бумаг, прихваченным со столика. – Я тогда был в Ривейне. О, прекрасная страна – теплый климат, вкусные вина, красивые смуглые девушки… Не сравнится, конечно, с Антивой, но все лучше Ферелдена. Тебе обязательно нужно там побывать! Правда, в портовых городах часто встречаются пираты, а в обычных – разношерстные разбойники, но тебе, как я знаю, даже стадо бронто словно комара прихлопнуть. - Эй-эй, не увлекайся, считай, что для тебя я дала целибат, давай без лишней лести, а то я потом, из вежливости, век отдавать буду, - шутливо выдала магесса, помахав руками. - Да? Я надеялся, что ты познакомишь меня поближе с той рыженькой эльфийкой. Здесь ведь не все давали обет безбрачия? – антиванец обиженно поморщился. – Так вот, ночью там начинается настоящая жизнь! Каждый вечер – танцы и музыка на главных улицах и грабежи с убийствами в переулках. Чудесная страна! И стоило мне завернуть в один из таких переулков, как я наткнулся на драку. Кажется, один парень пытался защитить девчонку от изрядно пьяного и здорового наемника. Впрочем, когда я там появился, он был уже мертв, а вот бугай… - И ты решил помочь бедной девушке? – Амелл недоверчиво взглянула на друга. К сожалению – или к счастью, он никогда не страдал, в отличие от нее, тягой к добрым поступкам. – Она хоть симпатичной была? - Не особо. Но вот этот тип вошел во вкус, несмотря на этот самый кинжал, торчащий из плеча, и решил разделаться заодно и со мной, видимо, как со свидетелем. Так что можешь считать, что он принадлежал хорошему человеку, насколько можно судить по этому поступку. Хотя, кто его знает, может они оба девку не поделили и потому решили разобраться, - Зевран глубоко вдохнул, выдохнул, сделав паузу. – Кстати, насчет целибатов… Неужто у тебя кто-то появился? Дай угадаю, тот маг из эрлской темницы! Его же ведь обратно в Круг отправили, да? - Эх, жаль, у тебя об этом спрашивать смысла нет, - магесса грустно вздохнула. – Он снова сбежал еще до того, как я стала Командором. То ли в Тевинтер подался, к свободным магам, то еще куда, но вестей от него нет. Может, умер уже, вляпавшись в очередную неприятность. Не сиделось ему тут спокойно… Не удивлюсь, если он до этого с Андерсом подружился и заразился от него. - А это что за тип? Как я посмотрю, вокруг тебя вьются одни мужчины! - О да, я популярна, но целоваться нормально так и не научилась. Четырнадцатилетние девчонки из деревень знают о серьезных отношениях больше меня, хотя я их в полтора раза старше, - Амелл сдавленно хихикнула. – Это новый рекрут Серых Стражей, маг-отступник. Представляешь, упрям, как осел – семь раз отсюда сбегал. Кстати, именно после него нас не «выгуливают» раз в неделю уже лет как пять, наверное. - Научиться никогда не поздно, - ухмыльнулся эльф. – Так на кого Героиня Ферелдена глаз положила? Девушка усмехнулась. Ворону она доверяла. - На самый-самый худший вариант, который только можно представить! - На нервного рыцаря-командора, который пытался испепелить тебя взглядом? – предположил антиванец. Магесса от неожиданности поперхнулась воздухом и закашлялась, изо всех сил пытаясь дышать, а не сдавленно смеяться. Из глаз хлынули слезы, щеки сразу же покраснели. - Ладно, пожалуй, это не самый худший вариант, - выдавила она. - Значит, Ирвинг, - неожиданно серьезно изрек Зевран. Правда, чуть помолчав, не выдержал и тоже захохотал. - Смерти моей хочешь?! Толком успокоиться они смогли только спустя несколько минут. Амелл, наконец, вздохнула полной грудью и поднялась с чужой постели, не потрудившись даже чуть пригладить покрывало. Наглости вести себя подобным образом ей вполне хватало. - И не скажешь, что ты тут жизни радовалась. Лицо, будто рыдала три дня подряд, - хмыкнул Ворон. - Не надо было так смешить. Наверное, совсем страшной стала, - усмехнулась девушка, пытаясь поправить торчащие во все стороны волосы. - Да нет, но умыться тебе не помешает, - эльф снял с ее головы выбившееся из подушки перо. Со стороны двери послышались шаги и звон доспехов, и через мгновение в проеме появился Каллен. - Амелл, правила для всех одни. Уже был отбой, - он обвел помещение суровым взглядом, магесса же лишь грустно улыбнулась и направилась к выходу. - Я тебя раскусил! – на прощание победно произнес Зевран. – И не плачь больше, милая. Амелл, обернувшись, быстро показала другу кулак, выскальзывая из комнаты вслед за храмовником. Завтра обещало быть совсем другим.