Кровавая река любви.

Так прошло несколько дней. Ушастин ежедневно пытал немца, пытаясь выудить из него хоть пару слов о расположении немецких войск. Лёша просто наблюдал, не в силах что-либо сделать, а нужно ли? Этот немец убивал невинных людей, сжигал деревни и города, он не достоин пощады, он не достоин ничего кроме мучительной смерти, так все говорят. В один из вечеров Лёшку оставили снова с немцем и он решился задать тому ну очень странный по своим меркам вопрос. -слушай, фашист, а как звать мне тебя, хотя бы? -зови Энн, а какая тебе то разница? -да никакой, чтобы знать имя человека, которого могут поручить пытать и мне. -ха-ха, а то и хоронить, хоть на камне каком-нибудь напиши моё имя, чтобы дочь нашла меня. -у тебя есть дочь?-внезапно понял Лёша, что даже у немцев есть семья, почему-то в эту секунду он представил как маленькой девочке придёт извещение о смерти и.. это было очень не приятно. -конечно, а ты что думал? Что я такой же молодой как ты? Я был бы рад, да возраст не тот.. -а жена? Почему она не должна знать? -а она умерла, ещё 7 лет назад, как только моя дочь появилась на свет. -ох.. мне вас жаль, а зачем вы тогда пошли на фронт? Могли бы с дочерью остаться. -а ты думаешь у меня был выбор? Меня призвали, я пошёл. -а как до такого титула дослужились? -легко и просто, старания, вера в себя и упорный труд. Тем более это у вас русских война началась около двух лет назад, а для меня около четырёх.. так что посуди сам. -а сколько вам лет? Если не секрет. -а какая уже разница.. через месяц должно исполниться 34 года. -ох, понятно, наверное страшно вам. -а тебе то чего? Ну умру я и умру, тебе же лучше будет. -вы так спокойны, понимая что вас в любой момент могут убить.. -а мне нечего бояться.. я не боюсь смерти, она должна была меня настигнуть. -а как же дочь? -она не узнает кто был её отцом. Не хочу, чтобы она думала, что она дочь убийцы. -ты более правильный, чем я думал! -а ты как меня представлял? Злой серый волк, который грубит и издевается над всем и вся? -ну.. вообще-то да.. -понятно, как вы нас, русские видите. Мы ведь не все такие, многие просто выполняют приказ. -всё! Хватит! Не хочу больше разговаривать с тобой! -боишься случайно привязаться? А у тебя есть девушка? -н..нет, а зачем вы спрашиваете. -просто любопытно стало. Лёша замолк, не в силах выговорить слова, ведь из рассказов старших немцы более злые, холодные, чёрствые, да и вообще. Голова начала снова болеть и он решил проветриться, его быстро подменил Саня, а сам паренёк пошёл в мед. пункт. На небе была полная луна и всё было в звёздах. -привет, Света, есть что-то от сильных головных болей? Я сосредоточится не могу.. вообще.. не говоря уж о сражениях. -ох, какие люди, Лёшка! Прости, не могу дать, лекарства нам ещё понадобятся для экстренной помощи. -вот чёрт.. а что мне тогда делать? -советую отдохнуть или расслабиться, немного, там такое прекрасное небо, может прогуляешься со мной? -нет, прости, я лучше в одиночку пройдусь. -хорошо..-тихо сказала Света, явно затаив обиду на парня. Она давно была влюблена в него и никогда не понимала его полного отвержения девушек. Он был озабочен войной, танками и немцами, одним словом чем угодно, но не девушками и это обижало,-слушай, тут по части слухи ходят, что ты гей, мне просто интересно, это правда? -пхах! Откуда ты взяла этот бред? -да так. Разговоры слышала. -а ты меньше сплетни слушай, кажись и заинтересуешь меня, то что ты мне не нравишься ещё не говорит о моей ориентации. Спокойно сказал парень и вышел на улицу. Он прекрасно знал, как некоторые девушки влюблены в него, но он ничего к ним не испытывал, казалось, что он вообще никогда не любил, он понятия не имел как это, поэтому о нём ходило много слухов, самых разных. В открытом поле оказалось и вправду красиво. Небо полное звёзд и небольшой костёрчик, что развёл Лёша, головную боль это правда слегка успокоило, на секунду он представил рядом с собой того немца, Энн вроде его звали, как Лёша ложиться тому на колени и они просто ведут диалог, ничего такого, но из этих мыслей его вырвал здравый смысл. Вдруг в душе разгорелся пожар, в душу прокралось слишком много эмоций. Беспокойство, тревога, страх, неуверенность, отчаяние. Ну не может быть так, что защитник отечества, бравы русский воин оказался геем, отец бы этого не одобрил. "Я не постыжу честь своего отца, тем более это просто временное помешательство, во всём виноваты слухи, я просто поддался им. Не в коемь случае больше!" Ночевать русский солдат захотел под открытым небом, но потом испугался, что во сне его найдут немцы и спокойно убьют, поэтому он направился в казарму ко всем своим сослуживцам. Солдат накормили и Лёша вместе со всеми лёг спать, не спали разве что подполковник, майор и разведчики. Ночь выдалась для Лёши не простой, он просыпался каждый час, его мучал один и тот же кошмар и каждый раз он забывал его, как только открывал глаза сон исчезал из памяти, словно бы не на пустом месте, словно был горькой правдой, но Лёша даже не знал о чём он, как только просыпался, чувствовал лишь страхи пустоту. Так наступило утро. Глаза буквально разлиплись, жутко хотелось спать, но времени не было, парень сразу же пошёл на дежурство, захватив с собой еду для пленника. -ох, ну привет, русский солдатишка.. -и тебе не хворать, вот еда, держи. -спасибо, это так мило с твоей стороны, принести мне даже не помои. -нам ещё нуны твои силы, чтобы ты рассказывал всё о планах Гитлера. -наивный мальчишка. Немец взял еду в руки и начал её поедать, смотря за приунывшим охранником. Стало аж интересно. -ты чего такой приунывший? Обычно бегаешь и верещишь в все стороны как девчонка, а сейчас чего хмурый, как будто из тебя эмоции вырвали. -да так, не важно, тебе то что? -мне то в принципе плевать, а ты можешь высказаться. -ну ладно, раз ты согласен послушать моё нытьё, то.. меня раздражают вечные слухи что ходят вокруг меня, все поголовно считают что я гей! -а что же на самом деле? -я не имею ни малейшего понятия.. -скажи честно влюблялся в кого-нибудь? Хоть раз? -нет.. -значит могу предположить, что ты будешь однолюбом, человеком что полюбит одного единственного и навсегда, эта прикольная черта наверное. Хорошо, на кого у тебя чаще.. ну.. сам понимаешь. -ну на девушек, что за вопросы. -смотрел порно? -эй! Хватит задавать такие вопросы! -да ладно тебе, я помочь пытаюсь. Если смотрел, то куда ты смотришь чаще? На пончик или эклер? -на всё сразу! -тогда могу опять же сделать предположение, что ты би или пан. -это не так! Я натурал! Не могут мне нравится парни! -хочешь давай проверим твою натуральность? -ч..что? -приходи сюда в ночную смену и всё узнаешь. -ты собрался меня насиловать? -ты слишком плохого обо мне мнения пирожок,-немец улыбнулся, подозрительно хищной ухмылкой, но Лёша решил ему поверить. Вообще всё внутри поделилось на два лагеря. Один говорит полностью довериться этому немцу, а другой говорить бежать подальше и не иметь с ним ничего общего. -да, ты прав, я плохого о тебе мнения! И оно не должно измениться! -да, да, да, посмотрим пирожок. -не называй меня так! Немец отвернулся к стене и больше не заводил диалога с русским солдатом. Потом пришёл другой, сменяющий милого и вполне доброго мальчика на не чуть ни меньшего садиста, только русского, что вызывал у фашиста лишь рвотные позывы, с ним он даже звука не издал, хотя тот и пытал и избивал его, надеясь получить информацию. Подполковник аккурат заметил эту закономерность, что немец разговаривает только с Лёшей, пускай и не в том направлении что надо, но это может сыграть на пользу, думал тот, направляясь к окопу, что помогал копать русский. -эй! Лёшку мне сюда позовите! Да, да, того самого!-крикнул главнокомандующий и в следующее мгновение к нему подбежал мальчишка, полный сил и энергии,-здравствуй, знаешь, я тут заметил ты с немцем общаешься.. -а.. ну.. я.. -не оправдывайся, ты молодец, я поручаю именно тебе задание, выпытать у него, где немецкие танки и куда они хотят идти после Сталинграда, я слышал они бегут от сюда, мы должны знать куда именно! -стоп, правда!? Вы поручаете мне, такое задание?! -пойми, этот грёбаный фашист, лишь при тебе рот открывает, войди к нему в доверие и допроси! -так точно, сэр.. На самом деле Лёше стало немного страшно, но идти назад поздно, только вперёд, напролом, тем более надежда умирает последней!