Что делать, если школьный хулиган интересуется мной?!

Хэ Мушэн постучал по столу костяшками пальцев и напомнил: — В контракте прописано, что мы можем развестись только после трех лет брака. Почему ты так неожиданно заговорила о разводе? Неужели появился человек, который тебе нравится? О том, что Хэ Юэцзинь вышел из совета директоров, знали только несколько членов компании и Министерство юстиций, внешнему миру эту информацию еще не разглашали. Когда объявление будет сделано, цена на акции может упасть, так что развод, очевидно, не лучший выбор в настоящее время. Сейчас ему нужна поддержка семья Цзян. Разрушить мост, перейдя реку [1], и выступить против семьи — два строжайших табу в бизнесе. Хэ Мушэн был бизнесменом и прекрасно знал об этом. (П/п: «过河拆桥» — (обр. знач.) отвернуться от благодетеля, потеряв в нем надобность) Но Цзян Ци была своенравной девушкой. Год назад она с легкостью была готова подписать соглашение о конфиденциальности и выйти замуж за Хэ Мушэна, чтобы войти в модельную индустрию. А теперь, когда Цзян Ци закончила учебу и вернулась из-за границы, ей снова захотела быть свободной, ведь с титулом «госпожа Хэ» жить было весьма проблемно. — Да, появился. Полностью мой тип — маленькая молочная собачка [2], просто прелесть. (П/п: «小奶狗» — молодой, нежный и местами женственный, преданный своей девушке и очень надоедливый (только в классификации парней) При упоминании этой маленькой молочной собачки, выразительные глаза девушки заблестели. Хэ Мушэн несколько раздраженно ослабил галстук. Быстро взвесив все «за» и «против», он нахмурился и сказал: — Ты можешь с ним встречаться, препятствовать этому я не стану, но фотографироваться с ним нельзя. Будь осторожна и не попадись папарацци — шумиха в СМИ нам не нужна. Так же запрещен любой интимный контакт. Он не хотел препятствовать развитию отношений Цзян Ци и ее любимого человека, но в тоже не мог позволить, чтобы его репутация пострадала. Девушка недоверчиво посмотрела на мужа, на ее лице застыло отчетливое выражение «Что ты такое говоришь, старший брат?!». — Ты хочешь сказать, что, пока я нахожусь в браке с тобой, мне разрешено встречаться с маленькой молочной собачкой?! Цзян Ци не ожидала, что образ мышления этого мужчины с лицевым параличом окажется довольно продвинутым. Хэ Мушэн встал, он не считал, что следует отвечать на ее вопрос. Мужчина прекрасно понимал, что его слова могли показаться странными — в конце концов, какой мужчина добровольно согласиться на измену? Даже если их брак был фиктивным, они все равно были мужем и женой. Но с другой стороны, Хэ Мушэн понимал, что собственничество в данном случае может создать кучу проблем. — Ладно, давай чуть позже пообедаем вместе, — он насильно сменил тему, нажал кнопку на стационарном телефоне и уведомил секретаря о том, что скоро отлучится на обед, таким образом, не дав Цзян Ци возможности засыпать его новой порцией вопросов. — Эм, у меня сегодня встреча, — немедленно возразила она. — Так отмени, — сказал Хэ Мушэн, даже не взглянув на девушку. Чувствуя сопротивление со стороны Цзян Ци, он немедленно добавил: — Если все еще хочешь быть вместе с той собакой, тебе следует стать более послушной. Цзян Ци на мгновение задумалась, о какой собаке идет речь, затем ее осенило — Хэ Мушэн говорил о ее маленькой молочной собачке? Ох, неужели ее муж совсем не говорил на сленге?! Девушка закатила глаза и прошептала: — Старпер. Оказалось, Хэ Мушэн прекрасно ее услышал. Он взглянул на Цзин Ци угрожающе. — Что ты сказала? — А? Ничего. — Девушка махнула головой, притворяясь, что ничего не было. Конечно, она не могла признаться! Хэ Мушэн не стал заострять на этом внимание, в конце концов, Цзян Ци была еще очень молодой — ей было всего двадцать четыре года. Их разделяло целое поколение. — Тогда я пойду первым. Ты можешь выбрать ресторан и прислать мне местоположение. Как только она ушла, Хэ Мушэн вызвал секретаря и попросил его выведать информацию о парнях, которые часто встречаются с Цзян Ци, и сказал уделить особое внимание типу маленьких молочных собачек.

***

Хэ Чэнмин вернулся в школу и продолжил занятия. Все это время учащимся второго класса его безумно не хватало, ведь лучшего ученика не было, а значит, некому было решить сложные задания, поэтому весь класс каждый урок был вынужден выслушивать жалобы и ругань учителей. — Брат Мин, ты вернулся! — воскликнул президент класса. Он был вторым по успеваемости. Все эти дни ему приходилось работать усерднее, чем обычно. У бедного парня от стресса появился запор, а треть волос выпала. Но теперь ему больше не было необходимости тащить весь класс! Преподаватели естественных наук любили задавать задания перед концом урока. Если кто-то из учеников отвечал на них, весь класс отпускали домой пораньше, если нет — то все сидели до победного конца. Когда в классе был Хэ Чэнмин, остальные могли расслабиться и не напрягаться, поэтому не было ничего удивительного в том, что во время его отсутствия ученики так напрягли свои мозги, что почти потеряли рассудок! Губы Хэ Чэнмина растянулись в улыбке. Сегодня у него было чертовски хорошее настроение. Проходя мимо Линь Цзяна, он похлопал того по плечу, словно говоря другу «Теперь можешь расслабиться — защиту о Цзи Ляо я беру в свои руки». Внезапно Линь Цзян поднял глаза на Хэ Чэнмина. Его выражения лица было несчастным, а в голосе проскакивала очевидная горечь: — Брат Мин, кажется, у меня появились проблемы в отношениях с Ли Сижань. Что мне делать? Вчера он написал Ли Сижань, что знает о том, что она учится в простой школе и попросил объяснения. Ли Сижань призналась, что побоялась того, что Линь Цзян будет смотреть на нее свысока. Это звучало логично, но юношу не покидало тревожно чувство. Что-то было не так? Хэ Чэнмин сел за парту и предложил решение: — Ты ведь хорошо общаешься с Мэн Яояо? Спроси ее. Мужчинам тяжело понять женщин, тем более Линь Цзяну, который сам по себе был немного туповат, поэтому обратиться за помощью к девушке было идеальным решением. Линь Цзян хлопнул себя по лбу — как только он сам не догадался?! Подумав немного, он пригласил Мэн Яояо на обед в ресторанчик, который принадлежал брату Хэ Чэнмина. Поскольку Линь Цзян был на мели, ему пришлось уговорить брата Мина пойти с ними — ведь так им не придется платить! Хэ Чэнмин взял с собой Цзи Ляо, а Мэн Яояо позвала Сю Сяоцзин. Таким образом, их встреча тет-а-тет превратилась в обед на пятерых. Несмотря на то, Линь Цзян был немного смущен, он рассказал о своей ситуации и получил почву для размышлений сразу от двух девушек. — Ты говорил, что ее семья бедна, но при этом Ли Сижань знает о яхте «Миа». — Мэн Яояо думала, что все это было очень подозрительно. — Что за яхта «Миа»? — спросила Сю Сяоцзин, кусая палочки для еды. Люди, не принадлежащие к высшему классу, даже не знают о яхте «Миа». Мэн Яояо только один раз, и то вскользь, услышала от отца о роскошной яхте, на который почти невозможно попасть. — Ты говоришь, что ее телефон часто занят. Может быть, она общается еще с кем-то, кроме тебя? — Берет большую сумму денег, говорит, что вернет, но не дает четких сроков. Да это типичное поведение шлюхи зеленого чая [3]! (П/п: «綠茶婊» дословно: «шлюха зеленого чая». Девушка, которая притворяется хорошей и наивной, чтобы привлечь внимание мужчин или использует свою внешность для достижения определенной (чаще корыстной) цели) — К тому же, место, в котором вы познакомились, оставляло желать лучшего. Вы встретились в дешевом баре, верно? Сю Сяоцзин и Мэн Яояо продолжали рассуждать, разоблачая истинную сущность Ли Сижань. С каждым разом тело Линь Цзяна дрожало все сильнее. — Неужели все это правда? Раньше юноша даже не задумывался об этом. — Позвони своему другу, у которого был день рождения, и расспроси о Ли Сижань. Ведь это он искал людей для своей вечеринки, — предложила Сю Сяоцзин. Она была уверена, что Ли Сижань не была такой хорошей и приличной девушкой, какой хотела казаться. Определенно, она была шлюхой зеленого чая! Но Сю Сяоцзин не имела права навязывать Линь Цзяну эту мысль — пусть обманутый парень убедится в этом сам. Сю Сяоцзин правда было жаль те 10.000 юаней… Линь Цзян вышел и набрал номер друга, чувствуя волнение и небольшую вину. Он беспокоился, потому что боялся, что сказанное Сю Сяоцзин и Мэн Яояо было правдой, но в тоже время винил себя за то, что засомневался в любимой Ли Сижань. Когда его друг ответил, Линь Цзян спросил напрямую: — Ты знаешь тех, кто обслуживал нас в баре на твой день рождения? — Те девчонки? Нет, но они были простыми студентками. Не волнуйся, если у тебя с кем-то что-то было, можешь не волноваться — последствий не будет. — В каком смысле «последствий не будет»?! — Ну, — замялся друг, — они все были заведомо согласны на более близкое общение после вечеринки. — Ты, бл*ть, нанял проституток? — Фу, что за пошлость! Если девушка не против поразвлечься с парнем, это не делает из нее проститутку. Чувствуя отвращение, Линь Цзян бросил телефон на землю и разбил его в дребезги. Когда он вернулся к друзьям, то был темнее тучи. Два парня и две девушки без слова поняли исход телефонного разговора. На мгновение они притихли и склонились над столом, словно курицы над зерном. Обычно Линь Цзян всегда смеялся и шутил, чтобы не случилось, но сейчас парень безумно злился и был похож на спящий вулкан, готовый вот-вот проснуться. Пообедав, все пятеро вернулись в школу. Хэ Чэнмин не вмешивался в дела друга, просто молча перевел ему денег на счет. Когда Линь Цзян осознал, что выкинул 10.000 юаней на ветер и разбил дорогой телефон, ему стало еще хуже.

***

Стоял июнь. На улице становилось жарче с каждым днем. Хэ Чэнмин и Цзи Ляо не оставили своей привычки и после обеда отправились в библиотеку, чтобы позаниматься. Цзи Ляо пытался запомнить огромные конспекты по гуманитарным предметам, но, казалось, чем больше он учил, тем меньше помнил. Хэ Чэнмин взял его тетрадь и стал задавать вопросы по выученной теме, заранее предупредив, что за каждую ошибку Цзи Ляо будет наказан. Конечно, это было отличной мотивацией, но предмет был слишком сложным, Цзи Ляо то и дело допускал ошибки и, соответственно, получал наказание. После каждой ошибки Хэ Чэнмин целовал его или щупал. От этого Цзя Ляо смущался и совсем не мог собрать мысли в кучу. Вскоре Хэ Чэнмин засмеялся и поддразнил его: — Детка, ты ведь ошибаешься намеренно, правда? А? Ничего подобного! Цзи Ляо рассердился и пересел за другой стол, надеясь, что если он будет читать в одиночестве, то запомнит информацию намного лучше. Ведь с этим хулиганом выучить что-то было просто невозможно! Поэтому Хэ Чэнмину было указано не разговаривать с Цзи Ляо и не приставать к нему. Парень послушно кивнул, прилег на стол и с серьезным видом уставился на свою женушку. Его губы сложились в нежную улыбку, а глаза заблестели. Постепенно веки хулигана стали тяжелее, он закрыл глаза и задремал. За окном было ясно. Когда Цзи Ляо увидел, что парень спит, то поднялся со своего места и встал у стола Хэ Чэнмина, создавая тень от солнца, которое ярким пятном падало на его лицо. Когда обеденный перерыв подходил к концу, а тема была выучена, Цзи Ляо услышал вибрацию. На телефон Хэ Чэнмина пришло сообщение. В этот момент Цзи Ляо увидел на экране блокировки свою фотографию. Это было то самое селфи, которое он снял в пустом классе. По сердцу Цзи Ляо мгновенно разлилось тепло. Он отступил на несколько шагов, включил камеру на телефоне и захотел сфотографировать Хэ Чэнмина. Но стоило ему отойти, как яркое солнце снова ударило в лицо спящего парня. Хэ Чэнмин нахмурился и растерянно открыл глаза. Цзи Ляо быстро нажал на кнопку, и школьный хулиган застыл на фотографии с недовольным и растерянным видом. — Тайно фотографируешь меня? — Засмеялся Хэ Чэнмин. Цзи Ляо смутился, когда его поймали с поличным. Но, с другой стороны, что в этом было такого? Ведь они встречаются. Подумав об этом, Цзи Ляо сделал еще несколько фотографий. — Я хорошо получился? — спросил Хэ Чэнмин, притянув его за талию. — Да, пойдет, — ответил Цзи Ляо, ставя одну из фотографий на экран блокировки. Когда Цзи Ляо довольно улыбнулся и показал результат, Хэ Чэнмин не смог сдержаться: обнял юношу сильнее и порется о его живот. Цзи Ляо попросил не создавать проблем и напомнил, что им уже пора возвращаться в классы, а затем добавил: — Тебе только что пришло сообщение. Хэ Чэнмин коснулся уведомления. Ему написал детектив, который был нанят на поиски Гао Шэна.