Что делать, если школьный хулиган интересуется мной?!

— Задушишь, отпусти! — смутился Линь Цзян. От такого тесного контакта его лицо горело адским пламенем. Если вспомнить, всего несколько лет назад он «гордо бил себя в грудь» и уверял, что никогда не станет встречаться с парнем, но жизнь закрутилась похлеще Тяньцзиньского печенья [1]. (П/п: Автор употребляет «直» (дословно: прямой; сленг: гетеросексуал, натурал) в сравнении с «天津麻花» (Таньцзиньское печенье, по сути, это наш «Хворост»). «麻花» или «麻花儿» можно перевести как «завиток». В общем, автор хотела этим сказать, что Линь Цзян «согнулся» «彎» (сленг: стал геем)) — Это совсем не мило, — буркнул Гу Минжэнь. Его тонкие губы не смогли скрыть улыбку, пальцы зарылись в черные волосы Линь Цзяна на загривке, а взгляд стал нежным и мягким как вода. Сердце Линь Цзяна было переполнено счастьем и радостью, а рот продолжал извергать грязь: — Какая, к черту, романтика? Приготовь что-нибудь на завтрак, иначе я умру с голоду. — Как только Линь Цзян закончил, в его животе громко заурчало. Его повелительный тон никогда не нравился Гу Минжэню, он уставился на губы любимого, желая зацеловать их до смерти и навсегда избавить этот рот от грязи. — На что ты пялишься? Даже не думай! Такими темпами ты меня просто убьешь! Линь Цзян выглядел безумно мило, даже когда злился. Гу Минжэнь ущипнул его за задницу и произнес игриво: — Может быть, сначала это место хочет позавтракать? — Извращенец! Линь Цзян тут же отскочил на три метра, его лицо густо покраснело. Юноша выглядел пристыженным и злым. Гу Минжэнь никогда не видел своего парня таким, отчего его сердце стало слаще, чем жидкий мед. — Что ты делаешь? Я голоден, не приставай! — снова выпалил Линь Цзян. Гу Минжэнь засмеялся, подошел ближе и чмокнул его в лоб. — Хорошо, тогда съем тебя позже. Линь Цзян посмотрел Гу Минжэню вслед, затем бросился на кровать с улыбкой на лице и принялся неудержимо кататься на постели словно большой пес. «Этот извращенец такой забавный!» — промелькнуло у него в голове. Когда Гу Минжэнь вышел из спальни и прошел в гостиную, ему показалось, что он перешел не из комнаты в комнату, а из одного мира в другой. Здесь было так тихо и даже немного тоскливо. После того, как он получил признание, его беспокойство только усилилось, а сладость на сердце быстро отступила. А что, если все это неправда? Гу Минжэнь оглянулся и увидел в щели от приоткрытой двери половину ноги Линь Цзяна. Несколько секунд парень не мог пошевелиться и через мгновение широко открыл глаза от удивления. Он осознал, что все это было правдой, но до сих пор не мог поверить. Через полчаса самый красивый парень университета Гу приготовил ароматную рисовую кашу. Почувствовав запах, Линь Цзян босиком выбежал из комнаты, забыв одеть тапочки. — Снова с голыми ногами! — недовольно подметил Гу Минжэнь, дважды шлепнув юношу по заднице. Линь Цзян решил, что он ругается всерьез и поспешил возразить: — Но дома теплые полы! По крайней мере, пока он жил здесь во время летних каникул, все было именно так. Юноша шустро прыгнул на стул, поджал ноги и принялся за еду. Гу Минжэнь замер, услышав слово «дом», которое так беззаботно обронил Линь Цзян. Он внимательно оглядел любимого с ног до головы, взял тапочки и сел перед ним на корточки. Придерживая лодыжку Линь Цзяна, парень заботливо одел ему тапочки. — Ты слишком суетишься, — недовольно произнес Линь Цзян, сделав глоток каши, но противиться не стал. — Я сейчас поеду домой к родителям, — внезапно заговорил Гу Минжэнь. — Позвони мне, если тебе вдруг станет скучно. Через мгновение пиала Линь Цзяна опустела, он махнул и ответил нетерпеливо: — Иди-иди, все нормально. Услышав равнодушие в голосе любимого, Гу Минжэнь почувствовал легкое недовольство и тут же расстроился, оделся и сразу ушел.

***

Гу Вэньтянь работал в своем кабинете, а Ли Янь ушла делать косметические процедуры с подругами. Прошлой ночью Гу Вэньтянь услышал от своей жены, что у их сына появилась невеста, к которой он рванул, не задумываясь и позабыв о родной матери. Узнав, что сын приехал домой, Гу Вэньтянь отложил документы и позвал его к себе. — Я слышал от твоей мамы, что ты влюблен. Это правда? Гу Минжэнь тут же выпрямился как тростинка и незамедлительно кивнул. Отец Гу почти заплакал от счастья. У Гу Минжэня никогда не было девушки, поэтому он стал подозревать, что его мальчик тоже был геем как сын старика Хэ, живущего по соседству. Наконец… Теперь наконец его ребенок влюбился! — Отличная новость. Все утро мужчина сидел за столом почти неподвижно, занимаясь делами компании, отчего его шея затекла, а мышцы спины одеревенели. В такие моменты он всегда делал перерыв для небольшой тренировки. — Поплавай с папой. — Хорошо, — ответил Гу Минжэнь. Он никогда не отказывал родителям в просьбах. В доме семьи Гу был бассейн. Отец и сын переоделись в плавки. Гу Вэньтянь невольно заметил следы от зубов на плече сына и подумал, что его подружка настоящая дикарка. Сколько усилий нужно, чтобы оставить такой глубокий след? Гу Минжэнь поймал взгляд отца, опустил голову и объяснил: — Меня укусил один бешеный пес. — Нынешняя молодежь и правда придумывает странные прозвища своим любимым. — Мужчина неловко кашлянул и отвел взгляд. Когда-то давно, в молодости, они с женой тоже обращались друг к другу ласково и шутливо. Ли Янь называла Гу Вэньтяня «малышом», но после рождения ребенка обладатель этого прозвища изменился. Гу Минжэнь подумал о яростном взгляде Линь Цзяна со время укуса и не смог сдержать глупую улыбку. — Шкет, держи себя в руках! Теперь Гу Вэньтянь был абсолютно уверен: его сын был безоговорочно влюблен. В дни минувшей молодости, стоило ему подумать о Ли Янь, как на его лице тут же появлялось идиотское выражение — точно такое же, какое сейчас у его сына. Гу Минжэнь первым прыгнул в воду и энергично поплыл. Следом прыгнул отец Гу. Гу Вэньтяню было почти пятьдесят, но благодаря любви к плаванью и ежедневным тренировкам, он сохранил хорошую фигуру. Следовательно, его скорость не уступала Гу Минжэню. Он не мог проиграть сыну. После трех заплывов подряд, мужчина наконец вылез из бассейна и устроил небольшую передышку. Гу Минжэнь остался в воде. — Папа, а внук семьи Хэ милый? — спросил он осторожно. Родив мальчика, Цзян Ци осталась в доме Хэ. Гу Вэньтянь и Хэ Юэцзинь были близкими друзьями много лет, поэтому часто встречались. Каждый раз, когда отец Гу приходил в дом семьи Хэ, друг принимался хвастать своим золотым внуком. — Пожалуй. На вид очень смышленый малыш. Гу Вэньтяню действительно нравился этот ребенок, но… все же это был не его внук. — Почему бы вам с мамой не родить второго сына? Ведь у вас до сих пор хорошие отношения, — сказал Гу Минжэнь, внимательно следя за его реакцией. — Вот шкет! Не смей издеваться над отцом! — Гу Вэньтянь наклонился и ровно вошел в воду. Волна брызг окатила лицо Гу Минжэня. На этом закончилась их тема для разговора. Гу Минжэнь поспал в доме родителей, а на следующий день ринулся навстречу к юноше, с которым совсем недавно подтвердил отношения. Линь Цзян наслаждался одиночеством. Он сидел на балконе и грелся на солнышке. На его носу сидели темные очки, а уши закрывала пара наушников. Пальцы юноши бойко барабанили по подоконнику в такт мелодии. Он был сосредоточен на музыке и даже не заметил, что Гу Минжэнь вернулся. Только после того, как ощутил на своих губах легкий поцелуй, Линь Цзян поднял голову и увидел сквозь солнечные очки знакомое лицо. Почему-то в этот момент он ощутил некое облегчение и спокойствие. — Что ты делаешь? — недовольно буркнул Линь Цзян. — Пристаю к тебе, — ответил Гу Минжэнь, наклонившись и обняв любимого. Каникулы в честь Национального дня тянулись семь дней. Прошло два дня, осталось пять… Если этот придурок продолжит свои ежедневные нападения и не погасит пламя безудержной страсти, то Линь Цзян не доживет до первого учебного дня! — Шучу-шучу, — Гу Минжэнь поспешил его успокоить, но тут же продолжил игриво: — Просто сядь мне на колени. — Иди на х*й!

***

Через пару дней, когда в университете А начались занятия, к Линь Цзяну подбежал Хао Мэн. — Почему ты вчера не вернулся в комнату? Я волновался. Хао Мэн, очевидно, и правда переживал, причем настолько сильно, что утром наспех собрался и убежал в университет, в надежде, что друг придет на занятия. В итоге, его футболка была надета наизнанку. В этот момент Линь Цзян и Гу Минжэнь стояли рядом. — Кто это? — спросил Гу Минжэнь. — Хао Мэн, мой сосед по комнате, — вежливо представил друга Линь Цзян. Увидев горящий и уверенный взгляд нового знакомого, Хао Мэн тут же почуял в нем гуна. — Линь Цзян, представь мне своего друга. Линь Цзян на мгновение помедлил, а затем ответил неуверенно:  — Он просто друг. Учится на финансовом факультете. Услышав эти слова, Гу Минжэнь взглянул на юношу и холодно поспешил внести ясность: — Я его парень. Хао Мэн чуть не задохнулся. Он уехал к родным всего на семь дней, как Линь Цзяну удалось найти такого красивого гуна?! Да, ему стоит поучиться у друга! — Ты ведь не собираешься съезжать? Нет, Линь Цзян, не оставляй меня одного. Что за чертова драма! — Успокойся, никуда я не съеду, — тут же заверил друга Линь Цзян. На лицо Гу Минжэня опустилась тень недовольства, а кулаки в карманах крепко сжались. — Отлично! — Услышав обещание друга, Хао Мэн вздохнул с облегчением и побежал на свое место. Линь Цзян повернулся к Гу Минжэню и заметил его хмурый вид. — Неужели ты ревнуешь? — Хмыкнул он, едва сдерживая улыбку. Гу Минжэнь ничего не ответил и поджал губы. — А что, если я скажу, что он — шоу? Гу Минжэнь фыркнул, он не думал, что Хао Мэн представляет для него хоть какую-то угрозу, поэтому не воспринял это всерьез. — Я хочу, чтобы ты переехал ко мне, — внезапно признался он и пристально посмотрел в глаза Линь Цзяна, ловя взглядом меняющиеся выражения на его лице. — Не торопись. Или ты хочешь, чтобы я умер молодым?! Если Гу Минжэнь не справится со своими гормонами, то… Линь Цзян даже думать не хотел, что тогда произойдет с его задницей! Гу Минжэнь удивленно уставился на него. — Причина только в этом? — А? — Линь Цзян нахмурился. — А как иначе! Выражение лица первого красавчика университета тут же смягчилось. — Тогда можешь не волноваться, — серьезно заверил он Линь Цзяна, — пока ты не будешь меня соблазнять, я не стану к тебе приставать. — Какого хрена?! — вспылил Линь Цзян. — Когда это я тебя соблазнял?! Ты всегда первым ко мне лезешь! Гу Минжэнь был непреклонен. — Я приставал к тебе только потому, что ты намекал на это. Юноша злился и ругался — словом, выглядел абсолютно очаровательно. Как тут можно устоять?! — Да пошел ты, придурок! — Линь Цзян не закончил ругаться, как вдруг перед ним появилась заплаканная девушка. Студентка громко шмыгнула носом и вытерла мокрые щеки. — Пожалуйста, прекратите говорить об этом! Где же она нагрешила в прошлой жизни? Почему ее любимый Бог сегодня появился перед ней? Почему он так откровенно и бесстыдно проявлял перед ней привязанность к другому человеку? — Когда я призналась у Лунного озера, ты сказал, что ни с кем не встречаешься! — Девушка обиженно посмотрела на Гу Минжэня, надеясь в глубине души, что у нее еще есть шанс. — Ну-у, — протянул он безразлично и взял Линь Цзяна за руку, — теперь встречаюсь. Девушка была в отчаянии, она больше не могла оставаться в аудитории, поэтому схватила сумку и выбежала из класса, едва не столкнувшись с профессором в дверях. Гу Минжэнь закатил глаза и спросил, как ни в чем не бывало: — На чем мы остановились? Линь Цзян чувствовал себя виноватым. Вот с кем, оказывается, Гу Минжэня видели на Лунном озере! — Поговорим потом, занятие начинается, — шепнул он в ответ. Гу Минжэнь улыбнулся и растрепал его черные волосы. — Ты вдруг стал таким прилежным студентом. Линь Цзян закатил глаза и подумал: «И чего ты прикалываешься, придурок? Ты всегда был вторым после Хэ Чэнмина, поэтому не имеешь права смотреть на людей сверху вниз!» Навык Гу Минжэня в чтении мыслей Линь Цзяна заметно повысился. Его глаза сверкнули, а на губах возникла холодная ухмылка. — Опять материшь меня про себя? — Конечно, нет, не говори ерунды, — мгновенно ответил Линь Цзян.