Свет и Тьма

Рируко.    Когда мы прибыли на полигон, практика уже началась. Четыре команды по четыре человека и пятая команда, состоящая из двух, все они сражались с акумами и явно побеждали. Но вот несколько акум резко меняют траекторию удара, и первый ученик падает навзничь, маршал мгновенно реагирует и, сорвавшись с места своего прибывания, мчится в сторону напуганных подростков, а испугаться есть от чего — та девушка мертва! Грудная клетка была пробита, когда девушка, отлетевшая от ударной волны, напоролась на одно из деревьев, растущих по всему сектору этой группы. Акумы словно взбесились и начали палить во все стороны.    — Рируко, немедленно найди Канду! Мы с Линой попытаемся помочь остальным, — кричит мне Кроули, и я срываюсь с насиженого места.    Бегу по полигону минут пять и тут до меня доходит. Я понятия не имею, как выглядит этот самый Канда! Когда маршал показывал нам его фото, я задумался и не обратил внимания. Мда, дела... Мне теперь бежать, что ли, и имя его орать? Так только акум привлекать, а они мне нафиг не нужны. О, вон на той крыше, кажется, человек стоит, может быть это и есть мой клиент? Запрыгиваю на крышу и вежливо спрашиваю:    — Извините, вас случаем не... — договорить мне не дали. Нет, это ж каким надо быть дебилом, чтобы напасть на меня и главное — как напасть, с разбегу попытаться скинуть с крыши. Ну точно, дебил! Благо сразу после своего "падения", не долетая до земли, хватаюсь за сточную трубу и заскакиваю в окно, спокойно иду по лестнице наверх, на эту самую крышу.    — Ну чего вы так? Я ведь вам еще ничего сделать то не успел, а вы меня, эх, — тяжело вздыхаю и направляюсь в его сторону. Надо было видеть его лицо...    — Монстр! — испуганно вскрикивает это недоразумение, косящее под экзорциста и запутавшись в собственных ногах начинает падать с этой многострадальной крыши, ну ясно дело, я его успеваю схватить одной рукой за галстук, а хорошие нынче галстуки делают, прочные, вон вес человека выдерживает и не рвется, но мы сейчас не о галстуках.    — Давай ты просто извинишься за монстра, а я не дам тебе превратиться в лепешку с кровавой начинкой, — я белый и пушистый, но он похоже мне не верит, жаль. — Слушай, ты действительно меня обидел, назвав монстром, но я готов тебя простить и даже помочь.    Слышу шаги за спиной, и только хочу поздороваться, как в спину мне упирается лезвие, поздоровался блин. Вот что за люди, ты к ним с душой, а они... Ну, Ной я, Ной, но ведь это не повод тыкать в меня всякими острыми предметами, вдох, выдох, вдох. Нужно успокоиться, вспышки ненависти участились, это плохо, очень. Если верить Алистеру, то такими темпами моя темная сторона пересилит светлую, и я действительно стану монстром. Мне, почему-то, все равно, но вот моей сестре... Нет, я сдерживаюсь только ради нее, в любом другом случае я бы ушел.    — Немедленно отойди от него, тварь, — голос за спиной звучит крайне озлобленно, а мне как будто больше всех надо, тяжело вздыхаю и отвечаю:    — Да пожалуйста, только вот он убьется насмерть, и все дела, — мило улыбаюсь, глядя не мгновенно побледневшего дуралея.    — Это ты виноват в моем нынешнем положении! — хрипит этот гавнюк, а меня злость берет, так бы и сломал все кости, но:    — Не виноватый я! - театрально вскрикиваю и, разом затянув этого дурака на крышу, продолжаю, — он первым на меня напал, а я ведь только спросить хотел, где искать некоего Канду.    — Зачем я тебе, Ной? — холодно интересуется человек за моей спиной, пхе, мне ты нафиг не нужен!    — Маршал Кроули просил тебя найти и отправить к нему, так твоих подопечных какие-то левые акумы мочат, одну девчонку точно убили, — спокойно сообщаю данную новость, резко разворачиваюсь, ну, что могу сказать, явно не дружелюбная личность. Эта личность смотрит на меня с подозрением, я, дабы сгладить плохое впечатление, начинаю улыбаться и слать лучи добра и света, судя лишь по усиливающемуся подозрению у меня плохо получается, ну и ладно.    — Веди, — коротко и ясно, нет бы поинтересоваться моим самочувствием! Эх, злые вы, господа экзорцисты, злые. Разворачиваюсь и направляюсь к самому большому скоплению акум, пусть полюбуется на трупики деток. Тикки.    Узнать, куда собрался Кроули с детьми, особого труда не составило, мило улыбнуться и отвесить пару комплиментов новенькой экзорцистке, что может быть проще? Когда узнал, посетовал на свою тяжкую судьбу. Я уже замучился носиться за этими экзорцистами, возможно, было бы легче их просто убить или же нет?    Довольно часто задаюсь вопросом, сам виноват, или же Судьба такая стерва? Кто знает... Иногда склоняюсь к варианту, что виноват сам, ведь сам решил оставить мальчика с экзорцистами, но кто мог знать, что Тысячилетний решит именно меня приставить приглядывать за ним? Никто.    Роад, однажды пришедшая поболтать, при виде Рируко умилилась и рванула пообщаться, еле уговорил отстать от него. Стоило Мечте оказаться рядом со мной, как к парнишке подбежала его сестра и принялась расспрашивать, а когда тот заявил, что все хорошо, схватила его за руку и потащила в сторону магазинов с сувенирами. Я сначала и не понял особо, что это был за скрип, как оказалось, это была Роад, и скрипела она зубами. На вопрос: "В чем дело?" — мне заявили, что всяким девкам не стоит трогать нашего родственника, странно, но спорить я тогда не стал, ибо в чем-то был согласен с Мечтой.    Сейчас, с помощью усовершенствованных тизов, заставил состав остановиться, пусть прогуляются, детям свежий воздух полезен для здоровья, а у меня дела, точнее возможность хоть немного развлечь себя.    Заставить переделанных акума напасть на ничего не подозревающих учеников оказалось делом двадцати минут. Почему так долго? Мне помешали, хотя, с другой стороны, и развлекся, и размялся. В общей сумме нанес ущерба Ордену в количестве семи экзорцистов, три ученика и четверо взрослых, что натолкнулись на меня.    Решил узнать, как дела у Любви. Выяснилось, что просто замечательно. Пока все горевали над телами мертвых и покалеченных, мой дорогой племянничек успел стать врагом народа, так как заявил, что чем меньше народу, тем больше кислороду. В чем-то он прав. Совсем скоро я думаю, подросток сам встретится с нами и тогда уже будет думать с кем же он, а пока пусть шутливо ругается с экзорцистами. Римма.    Пока Риквик развлекался ездой на моем Лулу, я уничтожала акум, сначала они стреляли не особо точно, но затем случилось нечто из ряда вон. С соседнего сектора раздался крик ужаса и плач, я сначала не придала особого значения случившемуся, но затем началось настоящее безумие. Акума палили во все стороны, меня пару раз чуть не задело, ото всюду слышались крики, а учителей не было видно, лишь потом я узнала, что к тому моменту все преподаватели, кроме Канды, были жестоко убиты. Лулу вышел из под контроля — и это значило лишь мою скорую гибель.    Яркий фиолетовый свет ослепил меня на мгновение, а затем я поняла, что не одна, что акумы полыхают ярко алым пламенем. Рядом со мной стояла девушка, она плакала и грустно смотрела на превращающихся в пепел акум, а затем, после того, как последний из них исчез, прошептала:    — Да упокоятся ваши души.    Но я уже мчалась в сторону Фуко, этот олух лежал на земле и был жутко бледен, слезы стали капать из глаз сами по себе, может я и ненавижу этого придурошного, но он — хороший человек, я уверена в этом, иначе бы Лулу убила бы его, она всегда убивает тех, в чьем сердце царит тьма. Учитель Канда был в своем репертуаре, и если раньше это лишь забавляло меня, то сейчас я готова была придушить его голыми руками. Как так можно, Риквику нужна помощь, а он?!    Через час все, кого можно было спасти, оказались в руках медиков, прибывших из Ордена, мы же решили почтить погибших минутой молчания, все, без исключения, склонили головы и только одно существо, человеком эту тварь у меня язык назвать не поворачивается, фыркнуло и сказало:    — И чего вы такие мрачные, меньше народу больше кислороду, — он сказал это громко и немного насмешливо, а меня охватила ярость и, как я могла заметить, не только меня, как можно быть такой сволочью?!    Этот парень оказался новеньким, как и его сестра, Лина, девушка, что спасла мне и Фуко жизнь. Да он и Лина — полные противоположности: она ангел, а он самый настоящий монстр. Пожалуй, стоит узнать о них побольше, но это потом, а сейчас спать.    Когда шла в сторону наших комнат, натолкнулась на импровизированный травмпункт. Фуко сейчас там и, кажется, до сих пор не пришел в сознание, горько усмехаюсь.    — Ты олух, Риквик. Тебя ведь даже не задело, ты пострадал из-за собственной неуклюжести, но все же выздоравливай быстрее, я буду ждать, — тихо шепчу эти слова и быстро бегу в свою комнату. Спать, может, когда проснусь, этот кошмар закончится. Кроули.    За все прошедшее время я полюбил Рируко и малютку Лину. Последняя дико напоминала мне Линали несколько лет назад. Поразительное сходство. Теперь мне трудно описать, что я чувствовал, когда из Ордена прислали экзорцистов, чтобы убить Рируко или хотя бы забрать на опыты. Несмотря на то, что я понимал, какое это безумие — оставлять Ноя в живых, у меня рука не поднималась уничтожить его. Вспоминаются его слова, сказанные при первой нашей встрече, его глаза, то, как он защищал сестру. К тому же, печальный опыт показывал, что случится с человеком, угрожающему жизни брата Лины Махариэль. Тот судьбоносный день начался ужасно. Сначала я чуть не убился, преодолевая путь на крышу поезда, потом, это же надо так, кто-то отцепил один из вагонов, и нам пришлось пешком добираться до полигона. Пейзаж меня поразил. Вроде бы ничего необыкновенного — обычная степь с редкими деревьями. Видно все, вплоть до горизонта, но и ты тоже заметен. Так почему мне неспокойно?    Продираясь через колючие кустарники, оставляя за собой останки Комуринов, мы приближались к стене. А вот и она! Перекинув вещи, я перенес детей, благополучно забыв Искателя. Мы расселись на земле и стали наблюдать за побеждающими экзорцистами, нас не заметили. Но вот что-то стало происходить с акума. Они вдруг взбесились, начали стрелять во все стороны, не прицеливаясь. Кричу Рируко, чтобы тот отправлялся на поиски Канды, так как Лина нужна здесь. Я активирую Чистую Силу. Незабываемое ощущение, когда чувствуешь едва заметную тяжесть в зубах; когда тело становится необычайно легким. Одну девушку вдруг подкидывает, и безвольное тело летит на толстую острую ветку. Такая не сломается. Черт, почему практиканты без формы? Нет... Противный, хлюпающий звук привлекает внимание остальных. Дикий, ужасающий крик разрывает воздух. Я и Лина с остервенением уничтожаем акум; практиканты же разбежались в разные стороны и не оказывают никакой помощи. Один акума выстреливает прямо в бессильно повисшее тело. Оно покрывается огромными черными звездами и рассыпается. Это приводит меня в ярость. Настоящую, когда хочется с особым садизмом убить тварь, посмевшую вызвать ее. Я, будто со стороны, наблюдал за движениями своего же тела, как вгрызался в отродья Графа, как разрывал их основу. Полигон наполнился взрывами и дымом. Сознание забилось в отдаленный уголок души, чувства притупились, ощущалась только живительная кровь акум во рту. Я сравнивал себя с берсерком. Он такой же неистовый, яростный, не чувствующий боли, который убивает своих с не меньшим удовольствием, чем чужих. Я надеялся, что до этого не дойдет.    Акум уже давно не осталось, а я все бегал по сектору, стараясь утолить жажду крови. Вдруг, кто-то обвил меня сзади руками. Враг?! Кто-то уткнулся лбом мне в спину. Будто сквозь пелену, до меня донесся очень знакомый голос:    — Дядя Ал, не надо... Перестань... Все уже закончилось...    А я будто и не слышал. Ненависть гложет душу, оставляя свои семена в воспоминаниях. Так появляется презрение. Злоба. Отчаяние. Многие в секторе плакали. Из глаз пропала тьма, изо рта — вкус крови.    Плохо помню, что было дальше. Вот приходят Рируко с Кандой, мы все куда-то идем, Лина уничтожает акум, Канда бьет кого-то. Тут же раздаются протесты, начинается ссора. Минута молчания, в память о погибших. Это все, что я помню.