Кровавый след в истории

      — Уже на шею ее себе посадил? — спросил холодно Тэ Цу’Тэй, смотря на меня с долей ненависти и ярости. Я виновато потупила взгляд, пряча его под ногами Ло’тейа. Старший лишь хмыкнул и повернулся к племяннику. — Ты вернул ее. Молодец, гневить Эйву не стоит. Но это не значит, что ты должен продолжать таскаться с ней как с раненым йериком. Она сама в состоянии охотиться. В состоянии выжить. А если же нет — это ее проблемы.       — Ошибаешься, дядя, — холодно процедил сквозь зубы Ло’тей. — Забота о ней моя прямая обязанность. Как ее мужа.       Наступило гнетущее молчание. Я чуть сжала косы на голове Ло’тейа, молчаливо обозначая ему, что подобное говорить при Тэ Цу’Тэйе не стоило. А вот сам воин медленно вдумывался в эти слова, пытливо оглядывая меня с ног до головы, ища признаки того, что я теперь замужняя женщина. Вообще, мне даже самой было сложно это осознать. Традиции на’ви отличались от наших и то, что я замужем — никак пока не подтверждалось, но и не опровергалось. Фактически, мы просто признались друг другу в чувствах. И как тогда называется промежуточное состояние?       — Что? — Тэ Цу’Тэй недобро прищурился. Ну, вот, второй скандал за день. Я лишь виновато поджала губы, боясь вмешаться. Все равно я не имела веса для этого могучего воина. Так зачем в пустую тратить слова? — Повтори это еще раз.       — У меня обязанность — заботиться о своей жене, — недовольно рыкнул Ло’тей, оголяя клыки на старшего, показывая превосходство в разговоре. Мужчина перехватил меня за руку, демонстрируя дяде семейный браслет. Я чуть вздрогнула и мягко вывернула руку из его хватки, скрывая украшение под рукавами и проклиная горячую кровь мужчины. Он слишком близко принимал все эти разговоры к сердцу. И его в принципе можно было понять. — И о будущей тсахик клана.       — Никакой тсахик из нее выйдет! — взревел Тэ Цу’Тэй, окончательно впадая в ярость. — Ты спятил?! То, что у нее есть теперь тсахэйлу — величайшая ошибка этого года, если вечности! Она не знает наших традиций, не умеет лечить!       — Это не важно, — парировал Ло’тей. — Я выбрал, это не обсуждается! Мне не нужна умелая!       — А какая, черт тебя возьми, тебе нужна?! Отличная от нашей расы?! Неужели из-за специфичного вкуса в женщинах ты решил променять все?! Ты должен принести потомство! Твой род издревле был правителями! У тебя нет выбора! — рявкнул в ответ воин.       — Мне нужна… Умная, — ответил Ло’тей, прижав уши к голове. — Не нужно мне лечащей, знающей традиций… Я хочу ту, с которой мне интересно, понял?!       — Что здесь творится? — раздался сверху голос Джейка. Я вздрогнула и едва повернулась, смотря на Салли. Он медленно спустился по лестнице, подходя ближе к сыну, с интересом разглядывая меня на его плече. — Чего ты ее как украшение к себе на плечо посадил? В пиратов играете?       — Почти, — ответила я неловко. Ло’тей чуть подумал и медленно опустил меня на пол, позволяя мне тут же юркнуть ему за спину, с опаской поглядывая на Тэ Цу’Тэя. Тот смотрел на меня с непониманием и ненавистью.       — Что опять, брат? — спросил Джейк, пытаясь заглянуть в глаза воину. Тот медленно поднял на него полный ярости взгляд. — Опять племянника воспитываешь?       — Он решил жениться на Небесном человеке! И ты знаешь это?!       — Я в целом… Тоже не одобряю, — пожал неоднозначно плечами Джейк, глянув на меня со скепсисом. — Но он уже решил. А ты его знаешь, он упрямый. Еще и браслет ей отдал.       — Немыслимо! Как ты можешь допустить это?! А Нейтири?!       — Она за счастье сына. И Алиса ей нравится, — уклончиво ответил Салли. — Говорит, из нее получится хорошая невестка. Послушная, исполнительная.       — Если я позволю, — заметил холодно Ло’тей, прижав меня к себе поближе.       — Связь была? — неожиданно спросил Джейк, глянув на сына с неодобрением за то, что тот посмел его перебить. Ло’тей неожиданно впал в ступор, а после и вовсе смутился, покраснев, и отвернулся ко мне, смотря на меня почти молебно. Но только больше расстроился, понимая, что я не смогу ему помочь. — Алиса?       — Связь? О какой связи речь? — спросила я озадаченно, выглядывая из-за спины Ло’тейа. — Ваши тсахэйлу, — объяснил Джейк.       Я понимающе кивнула, поворачиваясь обратно к Ло’тейю, который пытался оправиться от смущения. Не выдержав этого, он грязно выругался на Цу’Тэя и на отца, хватая меня за талию и одним рывком поднимая над землей. Я скривилась от боли в ребрах, но пикнуть не смела.       — Ло’тей! За языком следи! — возмутилась мать, спускающаяся со своего этажа с плошкой отвара для меня. Но сын не стал ее слушать, махнув на все рукой, пихнул Цу’Тэя в плечо и скрылся в своем маруи. Мы уже не слышали их дальнейшего разговора. Лишь виноватый шепот Джейка, который объяснял, что он спросил у сына, а потом возмущенный рык Нейтири, которая явно не была довольна выходкой мужа.       Я обернулась к Ло’тейю, который напряженно сидел в стороне, пытаясь переварить этот разговор. Сочувствующе нахмурившись, я подползла к мужчине, осторожно перехватив его руку в свою.       — Ло’тей… — тихо позвала я, чувствуя как от волнения голос охрип. Прокашлявшись, я уже более уверенно позвала его. — Ма’Тей.       Мужчина на секунду замер, а потом глянул на меня с удивлением. Его уши почти сразу навострились, поднимаясь наверх, словно антенны, ловя каждое мое слово. Он наклонился поближе, чувствуя как начинает улыбаться против своей же воли.       — Ты… Как ты меня назвала? — спросил он тихо, смотря на меня с нежностью и любовь. — Ма’Лиса, повтори, а?       — Ма’Тей, — посмеялась тихо я, заглядывая в его желтые глаза. Желтые, почти янтарные, они смотрели на меня, ловя каждый мой звук. Мужчина мягко выдохнул, опуская голову ниже. Его косы почти сразу скользнули вниз, закрывая яркую, лучезарную улыбку. Он был не просто счастлив, он был в абсолютном восторге услышать это прозвище от меня. Но я все же решила продолжить свою речь. — Я… Могу понять, что тебе обидно.       Мужчина поднял на меня глаза, смотря испытующе. Он вникал в каждое мое слово, желая чтобы я не останавливалась говорить. Ему нужно было отвлечься.       — Просто… Тебя ведь всю жизнь готовили к роли вождя, — продолжила я, наблюдая за тем, как трепетно он поглаживает своим пальцем мои костяшки. — И ты не знал другой роли. А тут в твоей жизни я… И ты больше не хочешь быть удобным для родителей и Цу’Тэя. Да?       — Есть такое, — неохотно признался мужчина, чуть посмеявшись. — Я уже… хочу чего-то своего. Тебя например.       Я смущенно рассмеялась, осторожно раздвигая его волосы, чтобы снова заглянуть ему в глаза.       — Ло’тей… То есть, Ма’Тей. Я не скоро привыкну, не надейся, — помотала я головой. — Я. Просто знай, что я приму твое любое решение. Если ты захочешь стать вождем и вести клан — я буду рядом, а если… Захочешь сбежать — я пойду с тобой. Я не уговариваю сделать выбор. Я просто хочу сказать, что буду рядом в любом случае, понимаешь?       — Ма’Лиса, — Ло’тей растрогался окончательно, расплываясь в глупой улыбке. Нам прервал неожиданный шорох со стороны входа в маруи. Я вздрогнула, оборачиваясь к незваному гостю. Это была Нейтири, заглядывая внутрь нашего общего укрытия от ярости Тэ Цу’Тэя.       — Ло’тей? Алиса? — спросила она, медленно заходя внутрь и садясь передо мной, начиная отпаивать отваром, который она сделала совсем недавно. — Нужно пить.       Я покорно кивнула, принимая плошку из ее рук и выпивая отвар, при этом жмурясь от невыносимой горечи. Прокашлявшись, я вытерла капли с подбородка, отдавая плошку Нейтири. Она понимающее улыбнулась мне, мягко погладив меня по волосам.       — Самое горькое обычно самое полезное, — объясняла она в который раз. Я лишь мягко улыбнулась, покивав ей. А она в свою очередь повернулась к сыну. — И ты не расстраивайся. Выбирай сердцем, а не увещеваниями старших.       — Хочу уйти, — признался Ло’тей, смотря на мать серьезно. — К морю. И ее забрать с собой.       — Ло’тей, ты же понимаешь, что…- начала было Нейтири, пока в ее глазах появлялись слезы.       — Да, я единственное ваше счастье, — кивнул Ло’тей. — Но… Я тоже хочу свое счастье.       Он мельком глянул на меня, пока я нервно вслушивалась в их разговор, понимая лишь половину из сказанного. Но я точно понимала, что Ло’тей хочет уйти. Я же говорила это не всерьез! Лишь чтобы поддержать его!       — Не принимай решение слишком скоро, — попросила Нейтири, погладив сына по плечу. — Поживите еще немного в племени. А там… Разберётесь.       Ло’тей долго сидел и лишь молчал. Я лежала рядом с ним под своим пледом, смотря в потолок маруи и раздумывая над словами Нейтири. Наконец я не выдержала и повернулась к мужчине, который от нечего делать сидел и крутил в руках свои украшения на набедренной повязке.       — Ты серьезно хочешь уйти? — спросила я с озадаченностью. — Просто из-за… Этого?       — Ты не понимаешь, — Ло’тей нахмурился, оборачиваясь ко мне. Он прижал уши к голове, начиная раздражаться уже на меня. — Это не просто! Я всю жизнь живу ради них и племени! Ради того, что хотели они! А чего хочу я? Я хочу сбежать, понимаешь? Хочу жить один! Без обязательств.       — Это тоже не правильно! Это эмоции, Ло’тей, — объяснила я. — Ты должен это обдумать! Мы не можем принимать такое решение сгоряча. Нам действительно стоит подумать, разобраться.       — А может, ты просто не хочешь уходить из племени? — он смотрел на меня с некоторым подозрением, заставляя меня замереть с широко распахнутыми глазами. — Ты думаешь, я не понимал, что начинаю тебя раздражать, когда мы живем вдвоем?       Я поджала губы, чувствуя, что он в чем-то был прав. Конечно, я старалась открыто не показывать, но и Ло’тей не был глупым. Мы сидели и просто смотрели друг на друга. Я пыталась придумать оправдание, хоть что-то выдумать, но в конце концов откинула от себя эту жалкую человеческую сущность и виновато прикрыла глаза, потирая переносицу. Мужчина некоторое время смотрел на меня испытующе, он хотел услышать ответ. Хотел понять почему я так с ним поступала.       — Ло’тей, — тихо начала я. — Твоя связь с родом — твоя сила. Ее нельзя просто так взять и обрубать, ты понимаешь?       — Мы сейчас говорим не об этом, — он нервно махнул хвостом, давая понять, что мы говорим только на его темы и отвечать мне все же придется за свои поступки. — Ты просто не хочешь уходить из племени? В чем дело, Алиса?       — Мне не важно! — возмутилась я на него, поджима голову к плечам, инстинктивно пытаясь казаться меньше. Между нами была странная игра — он всем видом показывал, что хищник, а я против воли была в этом концерте его жертвой. — Мне не важно, где мы. Я просто… Уставала от неизвестности между нами. Вечного напряжения, жизни в вечной неловкости.       Я медленно села на пол поудобнее напротив него, но не потянулась его потрогать, обнять, утешить. Просто пока было не время. Было удивительно, что мы едва выяснили, что между нами, то поссорились в этот же день, расходясь во мнениях. Ло’тей внимательно слушал мою речь, пока я объясняла, что мне просто было не комфортно от того, что я не понимала, что между нами на тот момент, что мне было тяжело жить рядом с ним, имея статус простого друга, что я просто не могла разобраться в себе. И он думал о том, что ощущал абсолютно то же, что я. И в отличии от меня, его чувства долго копились внутри, пока он не сорвался. И сейчас он испытывал больше стыда за то, что сорвался именно на мне, что его чувства взяли вверх.       — Прости, — прервал он меня, виновато опуская уши. Он все же нашел в себе силы признать свои ошибки и пойти навстречу ко мне. — Ма’Лиса… Я… Извини. Я не знаю что на меня нашло. Не надо было тебя обвинять. Я… Просто я все видел. Твою отстраненность, холод. А потом тебя украли.       — Ты просто перенервничал, — мягко улыбнулась я, подсаживаясь ближе и осторожно касаясь его рук своими. — Ма’Тей, все хорошо. Я не обижаюсь. Я тебя понимаю, я… Вижу тебя.       Ло’тей поднял на меня виноватый взгляд, вглядываясь в мои карие глаза. Между нами повисло приятное молчание после примирения. В воздухе витал запах озона, свидетельствовавший о скором дожде, который грозился вот-вот начаться. Мужчина долго разглядывал мои глаза, лицо, волосы, будто увидел меня в первый раз.       — А я… все никак не могу тобой налюбоваться, — признался с улыбкой он, наклоняясь ко мне поближе. — Наверное, дядя в чем-то прав.       — В чем? — удивленно спросила я, складывая брови домиком.       — В том, что у меня специфичный вкус на женщин, — улыбнулся во все свои клыки Ло’тей, веселя меня своим видом почти мгновенно. Я тихо посмеялась, прижимаясь лбом к его носу. Остатки напряжения между нами медленно рассеивались, оставляя место только приятной тишине, в которой мы могли общаться невербально, почти мысленно. Я мягко улыбалась ему, держа глаза закрытыми, слушая его ровное, глубокое дыхание. Я даже не заметила как его рука опустилась на мою скулу, осторожно оглаживая линию моего лица.       Я приоткрыла глаза, наблюдая за ним. Большим, сильным, сидящим совсем близко. Он любовно разглядывал мое лицо, решая что-то сам для себя.       — Я ждал тебя, — признался наконец он, пока его хвост мягко скользнул на мою талию, чуть сжимая ее. — Долго ждал.       — Прости, — я виновато улыбнулась. — Я немного опоздала.       — Нет, ты очень во время, — покачал головой мужчина, наклонившись еще ближе, будто проверяя — отстранюсь я или нет. Но я не шелохнулась. Я сидела напротив него, пока он медленно, осторожно, почти испуганно перехватывал меня за бока, придвигая ближе к себе. Не резко — медленно, боясь напугать своей решимостью. На секунду он замер, будто что-то проверяя. — Ты боишься? Твое сердце… Оно бьется.       — Это не обязательно говорит о страхах, — улыбнулась хитро я. — Может, я просто живая?       — Не издевайся надо мной, Ма’Лиса, — прошептал Ло’тей, хрипло посмеявшись. Я лишь улыбнулась, мягко касаясь его лица кончиками пальцев в надежде Чувствовать его ближе к себе. Мужчина прикрыл глаза почти с болезненным выражением лица, пытаясь успокоить разошедшееся сердце. Эйва, как же долго он ждал этих касаний, как он мечтал о них! И сейчас он был готов благодарить бога только за эти трепетные ощущения на своих щеках. Я наблюдала за Ло’тейем с нежностью, даря ему все больше прикосновений. Мы сидели совсем близко друг к другу, чувствуя друг друга каждой клеточкой нашей кожи. Дождь за пределами маруи уже во всю бушевал — снаружи развернулось сражение целой стихии — воды и ветра. Крупные капли осеннего ливня ложились на густой лес Пандоры, оставляя после себя восхитительный запах, который оставался в нашей памяти, запечатляя каждую деталь этого момента между нами: запах озона, звук завывающего ветра, падающие капли дождя и… Наше тепло.       — Ма’Лиса, — шепотом продолжил Ло’тей, опуская свой взгляд на мои губы. — Я устал ждать. Я могу?..       — Можешь, — прошептала я в ответ, глянув мельком на его губы, прикрывая глаза и подаваясь к нему навстречу. Его не нужно было просить, умолять. Он сам тянулся навстречу. Увидев взаимность с моей стороны, Ло’тей мягко накрыл мои губы своими, мягко придерживая мой затылок, чтобы я не отстранялась раньше времени. Теплые, шершавые губы проходились по моим с особой нежностью, заботой и любовью. Я взволнованно выдохнула в его губы, мягко подаваясь ближе к нему, отвечая на этот поцелуй.       Ло’тей положил руки мне на бока, не разрывая поцелуя, пересаживая меня к себе на колени, чтобы мне тоже было удобно. Он умело манипулировал мною в поцелуе, задавая темп между нами, пока я пыталась понять куда мне деть руки. Они едва подрагивали от неловкости удовольствия этого момента. На Земле не было никого, кто научил бы меня правильно целоваться с мужчиной. А тем более — не человека.       Но казалось, Ло’тей знал и это. Он мягко перехватил мои запястья, кладя мои ладони к себе на затылок. Его губы медленно двигались — словно он пробовал меня на вкус, привыкал, запоминал. А вот я… Я таяла. Где-то внизу живота разливалось тепло, пульсируя в такт сердцу. Начинала кружиться голова, но не от нехватки воздуха, скорее от бьющего электрическими разрядами желания. Нет, даже не желания — его нельзя было так назвать. Это была необходимость продолжать.       Он отстранился первым, но не убрал рук. Прижался своим лбом к моему, пытаясь отдышаться после такого яркого, наполненного эмоциями и чувствами момента.       — Ма’Лиса, — прошептал он и в этом шепоте слилось все: мольба, благодарность, обещание, страх, что это все был сон.       — Ма’Тей, — ответила я ему тем же шепотом, мягко и коротко целуя его, словно запечатывая тот долгий, полный признаний поцелуй.       — Ты пахнешь… — начал Ло’тей, но замолчал, подбирая слова. Чувствуя мои мягкие руки на своем затылке, он каждый раз терял нить повествования, прикрывая глаза и начиная просто наслаждаться. Но договорить предложение все же нужно было. — Пахнешь как дом.       Я смотрела на него с непониманием и нежностью. Я не понимала о чем он говорил. Снова приблизившись к нему, я медленно втянула воздух между нами: запах мокрой листвы, земли и грозы, дыма потухшего племенного костра, его кожи и волос. Неужели и правда так пах дом? Если он действительно будет пахнуть так, я никогда не хочу его покидать.       — Повтори, — попросила я, не узнавая свой голос — севший, почти просящий. — Поцелуй меня еще раз.       Ло’тей не заставил себя ждать, подаваясь вперед с тихим рыком, который больше походил на мурчащее согласие, и снова накрыл мои губы с уже более уверенном поцелуе.