Подфартило!

POW Ярослава Настойчивый телефонный звонок разбудил меня, когда я только задремал. Всю ночь провозившись с системой контроля температурного режима в криокамере (заклинивший термостат уже который день выдавал неправильные показания, а это влекло за собой возможные сбои и гибель мальков осетров и форели, которую мы начали разводить в этом году), и, сообразив насколько позднее (или все же раннее) время показывают часы, понял, что домой ехать уже не имеет смысла. Здесь на комбинате есть небольшая комнатушка рядом с лабораторией, где Мир в прошлом году поставил раскладушку, так, на всякий случай. Вот там я и собрался провести остаток ночи, немного поспать. Едва коснувшись головой подушки, понял, насколько сильно устал, сразу отключился. Но настойчивый крикливый монстр, которого пришлось завести по настоятельной просьбе нашего Альфы в качестве будильника и средства связи, вместо почившего в прошлом году бойцового петуха, каким-то образом прижившегося на территории консервного завода, настойчиво орал в ухо голосом незабвенного Высоцкого: «Идет охота на волков, идет охота!», требуя моего безотлагательного внимания. Я согласился с Ладомиром только потому, что необходимо всегда быть на связи и держать руку на пульсе. Так вот этот аццкий аппарат стал трезвонить раньше времени и явно не «подъем». Это я определил сразу, как только сумел продрать глаза и дотянуться до устройства. В голове шумело, невыспавшийся организм попытался снова отъехать в неадекват и отдаться старику Морфею во всех смыслах (тьфу… извращенец!), но голос на том конце спросил: — Слушай, Ярик, как ты относишься к славянскому фэнтези? Я думал, что ослышался, еще раз бросил взгляд на часы и выматерился. — Мир, ты что, умом тронулся? Ты хоть знаешь, который час? — Знаю, начало четвертого, почти утро. — То есть, зная, что я чуть ли не до рассвета провозился с термостатом, ты звонишь мне в четвертом часу утра, чтобы узнать о моих литературных пристрастиях? Ты совсем берега попутал, партнер? Я только задремал! — внутри все кипело. На другом конце провода послышался вздох. — Ну, не кипятись. Я позвонил Севе или Тихомиру, но они трубку не берут, похоже дрыхнут без задних ног. А мне помощь нужна, хотя бы твоя. Я вздохнул. Всеволод и Тихомир были моими и Мира компаньонами. Хорошо, выслушаю, тем более разгулялся уже. Сна ни в одном глазу. Такие ночные дерганья со стороны нашего Альфы случаются нечасто, поэтому я загнал глухое раздражение поглубже: — Хорошо, слушаю тебя… — Да, я тут… — замялся Мир, а после выдал. — У меня днюха завтра. Ты же будешь? — вопрос, видимо, был риторический, потому как Ладомир, не дожидаясь моего отказа либо подтверждения, продолжил: — Так вот, я заказал для Вадика в подарок подписку Бушкова, «Сварог» и серию «Ведун» Прозорова. Книги уже в магазине. Ты не мог бы съездить и забрать их? Мне показалось, что я чего-то не понимаю или и вовсе ослышался. Тряхнув головой, подобно псу, переспросил: — Погоди, погоди… то есть, днюха у тебя, партнер, а подарок Вадику. Я все правильно понял? — Да! — ответ был четким и быстрым — Альфа ответил, не задумываясь. Я хмыкнул. — Ну и где логика, где обоснуй? — Не стоит искать логику там, где ее нет. И вообще, когда встретишь свою пару, тогда и поймешь, что все очень даже логично. — рыкнул Мир.— Так ты съездишь или нет? — Конечно, — я утвердительно качнул головой и дал отбой, почему бы и нет, тем более, кое-какие дела были и у меня в областном центре. М-да… Ладомир с тех пор, как у него появился Вадик, стал спокойнее что ли, сдержаннее. Все-таки пара для Волколака занимает огромное место в жизни. Раньше он таким не был. Мир, в отличие от меня, никогда не хотел жить со стаей. С самого детства противился своей природе и пытался задавить ее на корню. Даже уехал в большой мир, служил стране, женился и даже заделал своей женщине ребенка. Но, как говорится, от судьбы не уйдешь. Он вернулся с сыном, но без жены. Я же всегда знал, что бета в стае Волколаков отвечает за безопасность, а именно бетой я и родился. Потому считал само по себе разумеющимся нести ответственность за стаю. Закончил технический ВУЗ и вернулся в Лукиново. Теперь за все охранные системы и системы наблюдения, которыми были снабжены дома односельчан, отвечал я — установка, подключение, настройка и проверка работоспособности систем — это было моей обязанностью в стае. Через год мы вчетвером с приятелями, я, Ладомир с Всеволодом и Тихомиром Яриловыми, прекрасными программистами, вложились в общее дело и открыли в Лукиново консервный завод. Но основная забота по руководству этого предприятия легла на плечи Ладомира, мы с парнями в этом понимали не больше, чем слесарь-сантехник в бальных танцах. А Велесов хоть и заканчивал Военный ВУЗ, экономику изучал. Разбили пруд за селом, привезли мальков, карпов и омуля, и дело пошло. Так, ничего особого: занимались поставками не только рыбы, но и солений, свежих овощей, мясных консервов — для нашего небольшого поселка, живущего обособленной общиной, это неплохое подспорье. Поначалу было трудно, приходилось зачастую себе в убыток налаживать контакты, заключать договора. Но теперь, наша продукция, что называется, покорила рынок товаров как в нашей области, так и в соседней. Что не могло не радовать. И вот на этой крутящейся будто карусель мысли мое сознание окончательно поплыло, и я провалился в глубокий сон без сновидений. **** Утро естественно для меня началось, когда большинство сельчан потянулись на обед домой. Я, наскоро перехватив пару бутербродов, принесенных сестрой, еще раз проверил систему охлаждения и, закончив на этом свои дела на заводе, отправился в областной центр. Разобравшись со своими делами ближе к вечеру, я с сожалением понял, что за Вадиковыми книгами уже не успеваю, но видно так угодно было судьбе, а я против нее не шел никогда. И правильно делал, в чем пришлось убедиться уже на следующий день. А пока, пришлось заночевать у знакомых и только поутру отправиться в книжный. Адресок, по которому располагался книжный магазин, привел меня к небольшой постройке в чисто славянском стиле, притулившейся между огромными монстрами, вроде «Ашана» и «Волмарта». Терем, сложенный из мореных бревен, был украшен по фасаду деревянными кружевами на фронтоне и окнах, флюгер в виде морской девы над коньком двускатной черепичной крыши, широкая трапециевидная лестница к венчавшему ее крыльцу на витых деревянных опорах, над входной дверью вывеска: «САДКО книжная лавка», вазоны с цветами у входа и на каждой ступени лестницы, удобные скамеечки на подъездной дорожке, газон и разбитые на нем клумбы — мне показалось, я попал в сказку. Полюбовавшись еще какое-то время всей этой красотой, получил заказ и отправился домой в посёлок. Время перевалило за полдень, солнце клонилось к закату, а путь был неблизкий. Часа через два я проехал поворот на Лукиново, справа и слева простирались поля моркови пшеницы и молодых только завязавшихся кочанов капусты, вдали замаячили желтые соломенные крыши домов. Я вздохнул: «Почти дома…», ощущая покой и умиротворение. В колонках звучит тихая музыка, и я мурлычу себе под нос, подпеваю. Здесь в поселке дышалось легче, и проблемы казались не столь существенными. Недаром говорят, дома и стены помогают. Мне осталось проехать половину…ну может чуть больше, когда впереди замаячило ОН… ОНО — обыкновенное чудо, прикрывавшее темные вихры тонкой коричневой папкой. Идет налегке. Довольно сбитый, с неплохой мускулатурой, рельефно очерченной светлой неопределенного цвета футболкой, голубая джинса ладно обхватывает аппетитный округлый зад, легкие поношенные кроссовки и татуха парашюта на левом бицепсе, свидетельство службы в ВДВ — все это я смог разглядеть, пока приближался к парню. Мой рот непроизвольно наполнился слюной. Не иначе к нам прислали гонца. Я прошуршал покрышками вперед и остановился, решив прихватить парня с собой. Впереди еще версты две, а солнце палит нещадно. — Парень, тебя подвезти? — предложил я и с удовольствием смотрел, как парнишка завис, разглядывая меня, как-то совсем по-собачьи склонил голову к плечу. Оценивающий взгляд скользнул по мне, по моему монстру на колесах всего на короткий миг, на мгновение, но я увидел интерес, внутреннюю борьбу — воспользоваться помощью незнакомца или нет? Это вызвало ухмылку на моём лице (и меня мама в детстве учила не доверять незнакомцам). Но, видимо, парень решил, что он — мальчик уже большой и, если что, с чужим дядей справится. — Я бы не прочь… — выдал в ответ и с радостью ребенка, увидевшего настоящий боевой танк, запрыгнул в салон. Улыбка растянула мои щёки, и я забрался в Лексус вслед за ним. В нос тут же ударил букет феромонов, волна возбуждения мощного, неконтролируемого, прокатилась по телу, заставляя вцепиться в рулевое колесо побелевшими от сдерживаемого желания пальцами. Внутри выл и бесновался мой Волк, требуя пометить пару. Я с трудом перевел дыхание и тронулся с места. «Да я, пока доедем, с ума сойду!» — мелькнула мысль. Но слабый ветерок ворвавшийся в салон из раскрытых окон чуть разрядил обстановку, дышать стало легче и возбуждение чуть отступило. — Откуда такой в нашу глушь? — поинтересовался, лишь бы только не молчать, отвлечься. Непроизвольно принюхался — не ошибся ли? Нет, ошибки не было. Парень — моя пара. Внутри пело и плясало неведомое доселе существо, называемое в народе эйфорией. Встретить пару… истинную пару на жизненном пути — огромная удача. Пару Волколаки встречают редко. И это едва ли не самая огромная удача в жизни, меня даже ничуть не смущало, что пара не женщина, а парень. И дело вовсе не в толерантности. Главное истинность, остальное значения не имело. Парень поерзал на сидении и (вот ведь еврей) ответил вопросом на вопрос: — А до поселка еще далеко? — Да нет, минут пять езды. А ты к кому едешь? Я довезу, — снова попробовал я, крутанул головой и подмигнул парню. Мои действия отчего-то разозлили его. Парень набычился и отвернулся. — Так куда тебя доставить? — все не унимался, пытаясь втянуть в разговор. — На консервный завод. — А-а-а, так ты к Ладомиру. Без проблем… Доставлю в лучшем виде. В этот момент мы въехали в посёлок, и парень умолк, рассматривая раскинувшееся архаичное Лукиново во все глаза. Сначала он неверяще рассматривал дома, детишек, топчущихся в луже у колонки, а после спросил, но этот вопрос вызвал у меня недоумение: — Это чё, шутка такая или натурально Лукиново? — Натуральнее некуда… — слегка обиделся я. Никогда не предполагал, что наш посёлок со стороны выглядит столь непривычно, и по-нищенски архаично. Ведь то, что видят все снаружи, лишь удобная маскировка. Стая Владимирских Волколаков живет на этой территории уже более трехсот лет. Росли дома как грибы, менялся размер деревни, расширяя границы, менялось внутреннее убранство и внедрялись передовые по последнему слову техники охранные системы (им позавидовал бы и Форт Нокс), но внешняя маскировка оставалась прежней. Лишние глаза и уши нам были не к чему. Чем меньше народу в курсе того, что сказочные миры вовсе не сказки, тем лучше для нас и нашей общины, ведь кроме нас тут жили и другие Древние. Никому из тех, в чьих жилах течет кровь Древних рас, не хотелось бы оказаться в лабораториях под скальпелями и микроскопами. Ещё минут пять поколесив по деревне, я подогнал свой Лексус к современному корпусу, вывеска на двери гласила «Лукиновский Консервный Завод». Парень вздохнул с облегчением — прибыл — и выпорхнул наружу, буркнув «Спасибо». Бросив в ответ сухое «Увидимся», я отъехал. Нет, потерять его из виду я не боялся, тем более, что знал: Велесова нет на месте. Он сейчас в парке в беседке готовит стол вместе с Вадиком, шашлык и легкое спиртное будет обеспечено. Тем более, что хмель Волколаков не берет — быстрая регенерация и ускоренный обмен веществ сделали процесс поглощения сильного алкоголя пустой тратой времени и денег. Хмель выводился из организма минут за десять после приёма, поэтому обходились пивом (так сказать для прикрытия) и соками. Так вот, отпустить его сейчас, я не боялся. Парень никуда без подписи на договоре не денется, я его увижу завтра. Поэтому со спокойной душой и легким сердцем отправился праздновать. Знал бы я, как ошибался… но об этом позднее. И вот полчаса спустя, когда веселье было в самом разгаре, а шашлыки почти готовы, я, наконец, вручил Вадику приготовленный для него тяжеленный пакет со всей серией «Ведун» и «Сварог» Бушкова. Подарок парню пришелся по вкусу. Он живо поблагодарил меня и под смех остальных утащил Ладомира благодарить в укромный уголок на скамейку — есть у нас в парке такие для влюбленных парочек (ничто такое и нам не чуждо). Прождав минут десять, когда шутки стали переходить в горизонтальную плоскость, я не выдержал. Пробравшись в кусты, за которыми слышался шум и резкие выкрики, с удивлением узрел своего мальца. Он бойцовым петухом скакал вокруг нашей парочки, явно нарываясь на неприятности. Велесов стоял, сжимая кулаки, а Вадик, вцепившись клещом в его плечи, увещевал Мира одуматься, не калечить мальчишку. Напасть на Альфу стаи я не мог, это грозило бы мне неприятностями, поэтому, отправив именинника к остальным, я обещал разобраться сам. Утихомирить мальца, скрутив в кренделёк, времени много не потребовалось. Получив ощутимый удар под дых, и по носу, он повалился на землю, явно собираясь помахать реальности рукой. У меня же сносило напрочь крышу. Запах сочащейся из его разбитого носа крови ударил в голову, и я уткнулся носом в вожделенную шею, а после впился зубами в плечо повыше лопатки. Услышав натужное «отпусти!», прорычал в ответ: — Никуда не отпущу. Ты моя пара. На этой оптимистичной ноте празднество для меня закончилось. Наспех попрощавшись со всеми, я, подхватив свою драгоценную ношу, поспешил домой. Дорога заняла не больше трех минут. На дрожащих руках я внес в дом свою пару, парень находился в глубоком обмороке. Я даже испугался, что причинил ему больший вред, чем казалось вначале. Руки дрожали, тело ломало не хуже наркотической ломки. Еще раз осмотрел его, полностью раздев, и положив на свою огромную кровать. Затем разделся сам, принес стакан воды с легким успокоительным и таблетку аспирина. Укус, что я оставил на его плече был неглубоким, но он стимулирует пробуждение крови Древних, и парню понадобится мое присутствие. Лучше всего было бы пометить его прямо сейчас, но бессознательного парня мне запечатлевать не хотелось, импринтинг должен происходить сознательно, а ставить парную метку лучше всего во время соития. Тогда процесс проходит более безболезненно, а ощущения ярче. — Что ты со мной сделал, придурок! — услышал, едва войдя в комнату. Парня гнуло и выворачивало, кожа покрылась испариной. Мой волк выл и бесновался внутри, требуя свою пару. Перед глазами все плясало. Мне нужно было хотя бы касаться его. — Я твоя пара, мне нужно пометить тебя, — парень стонал и ревел как раненый бык. — Погоди, родной, сейчас, сейчас будет полегче. — целуя везде, где мог достать навалился сверху, сочащийся смазкой член осторожно, словно ластясь, скользил меж ягодиц, нырял раз за разом ускоряя темп в горячую глубину, чтобы доказать свои разгоравшиеся чувства. И таки доказал. В момент наивысшего наслаждения впившись в плечо повыше лопатки, оставляя метку пары. — Ну, милый, не прячься от меня, — спустя пару часов, когда пришли в себя, мурлыкал я у самого уха. Глаза парня мгновенно распахнулись, и он уставился на меня широко распахнутыми зелеными глазами. — Как звать-то тебя, чудо? Моя пара совершенно по-девичьи захихикал. Ситуация была настолько абсурдной, сначала отлюбил его до изнеможения, а теперь знакомлюсь, что он никак не мог остановиться. — Борис Рогозин, — представился он сквозь смех. — Ярослав, — промурчал в ответ уже я, втягивая его в очередной нежный поцелуй. От мальчишки сносило крышу. Мне нравилось в нем все: и определенная брутальность, и накачанный торс с тяжами мышц и наметившимися кубиками пресса. Хотелось облизать его со всех сторон. — Что теперь? Как мы будем, — волновался Борис о своем неожиданном грехопадении. — Вот так и будем. Ты останешься со мной и я тебя никуда не отпущу, — рыкнул, прижимая его к себе. — У нас оборотней пара — это навсегда. Я без тебя теперь не смогу. — У оборотней? — уцепился за слово Рогозин. — Ага, — ответил, улыбаясь, и через мгновение обратился в огромного черного зверя. ПРИМЕЧАНИЕ: навеяно рассказом автора РавиШанкаР