Всё можно поменять, если очень-очень постараться!

В комнате воцарилась тишина, которую не мог нарушить никто из этих двоих. Снейп продолжал ошарашенно глазеть на осколки зеркала, пожалуй, слишком сильно сжимая плечо мальчика, из-за чего тот, явно возмущаясь, убрал его руку. Эндрю подошёл к тому, что осталось от артефакта и усмехнулся. Такой грозный и такой опасный, лежит сейчас перед его ногами, как куча мусора. Хотя, почему как? Чтобы как-то сгладить ситуацию, ребёнок хотел как-то весело пошутить, но… Но как вообще можно шутить в такой ситуации? — С Рождеством, наверное, — пожал плечами Рид, оборачиваясь к злющему декану. Да-а-а, он сейчас не оценит таких шуток. — Признайтесь, мистер Рид, — голос Снейпа был полон злости, которую он кое-как сдерживал. — Я смогу когда-нибудь поспать спокойно, не боясь, что вы выкинете очередную чушь?! — Это не я, — на автомате сказал мальчик, но тут же понял, что это оправдание здесь не прокатит. — «Это не я»! — передразнил его Северус, чем спровоцировал ребёнка на активные попытки сдержать смех. — А кто? Кто кроме вас? Я просто поражаюсь, вы даже хуже Поттера, хотя учитесь на моём факультете! — Хотите переведусь? — немного обиженно парировал Рид, скрещивая руки на груди. Сейчас такие реакции были неуместны, но сдержать он себя не смог. — Исключения добиваетесь? — устало съехидничал Снейп. — Я могу устроить. — Не надо, — быстро проговорил Рид. Когда эти двое шли в подземелья, то опять соблюдали абсолютную тишину. Декан змеиного факультета не хотел разговаривать, а Эндрю понимал, что тот и так слишком устал. Он его, получается, опять спас. И ещё говорил про какие-то дополнительные! Лицо Рида озарило вдохновение. Только он хотел напомнить Снейпу об его обещании, но увидел сонное лицо зельевара и тут же стушевался. Это может подождать до завтра. — Вы опять меня спасли, — непонятно зачем произнёс мальчик. — Спасибо… — Издержки профессии, — закатил глаза Северус. Он-то прекрасно понимал, что его ждёт дальше. Необходимо было на данный момент доставить ребёнка прямиком в кровать, лечь спать самому, а потом начать самую сложную часть. Поход к директору. Поскольку мальчик был под воздействием артефакта и разбил его только ради цели спастись, то скорее всего ребёнку ничего не грозит. Хотя, эту версию можно доработать. Эндрю был под воздействием, хотел как-то залезть в зеркало, оно не выдержало такого счастья, покачнулось и упало. Гениально, не так ли? Северусу тоже так кажется. Версия отработана, путь в гостиную завершён, а мальчишка, после того, как нагло пожелал спокойной ночи, убежал спать. Замечательно. Северус кое-как дошёл до своих покоев и заметил груду непросмотренных работ. «Один день потерпят» — пронеслось в голове зельевара, прежде, чем он лёг спать. # Необычайно солнечное рождественское утро настигло врасплох ночь и указало ей на дверь. Но, что интересно, не солнце разбудило мальчика с факультета, на гербе которого изображён лев, а ощущение ПРАЗДНИКА. Оно проявлялось так, что любой, кто подвергся неумолимому воздействию, чувствовал бабочек в животе, руках, ногах и голове. Даже несмотря на все грустные события, это утро словно шептало: — Гарри, сегодня всё обязательно наладится! И вышеупомянутый Гарри верил в это всем сердцем. Мальчику было интересно, будут ли его ждать подарки. Ранее он ничего не получал на Рождество — Дурсли были непреклонны в этом вопросе и маленькому Гарри приходилось только издалека смотреть на то, как Дадли яростно разрывает красочную упаковку. — Гарри! — его окликнул Рон, который встал видимо по той же причине, что и он. — Гарри, с Рождеством! Иди скорее сюда, здесь подарки! — С Рождеством! — он решился проверить, ждёт ли его что-нибудь или всё-таки нет. Проверка была пройдена с очень хорошим результатом — ему подарили целых ПЯТЬ подарков! Это было невообразимо, невероятно, невозможно и… Очень приятно. Первый подарок был небольшим конвертом от его опекунов. Они подарили ему подарок? Как такое вообще возможно? В конвертике находилась маленькая, старая монетка. Ну, хоть что-то. Вторым подарком была очень красивая открытка. На ней была нарисована ель с кучей стеклянных шариков, которая немного покачивалась на ветру. Это было очень удивительно. Внутри была также нарисована красивая белая сова, которая сидел рядом с кубком по Квиддичу. Подле неё порхал золотой снитч, а сама сова периодически чистила перья, вертела головой и моргала своими большими глазищами. Далее был текст, который Гарри очень активно пытался разобрать: «С Рождеством, Гарри! Я надеюсь, тебе понравится моя открытка, а этот праздник принесёт тебе удачу во всём, потому что иначе быть просто не может. Тогда весь смысл праздника пропадёт! Ну ты понял, да? Ещё раз с Рождеством, улыбнись! :) P.S. Нотт научил меня оживлять мои рисунки. Это как мультфильм создавать без покадровой анимации, представляешь? Если хочешь, я могу тебя научить! Это очень круто — уметь делать такие штуки! От Эндрю.». В голове Гарри замелькали воспоминания. Так вот, что рисовал это проказник и не хотел ему показывать! — Понимаешь, это будет неинтересно, если ты увидишь всё именно сейчас! — смеялся мальчик, закрывая рисунок рукавом мантии. Поттер обнаружил его сидящим за одним из столов в библиотеке и тут же заинтересовался, что он там такое делает. Обычно, Рид всегда занимался чем-то интересным. И даже книги читал такие, которые утягивают настолько, что ты можешь даже забыть про ужин! Тогда он так и не добился от Эндрю ответа, но теперь… Да, его друг был бесконечно прав — если бы он всё увидел тогда, то были б не такие ощущения. Как только Гарри открыл третий подарок, рыжик, жующий какую-то конфету, сообщил: — Это моя мама прислала. Фирменный свитер её собственной вязки! Поттер обомлел. Кто-то связал ему свитер. Ему, Гарри, мальчику из чулана, которому порой отказывали даже в еде. Его собственный свитер, который ни разу не одевал его мерзкий кузен. Это был просто феерическое чувство. Гриффиндорец почувствовал, что от радости у него было почти желание заплакать. Хотелось увидеть мать Рона и, крепко обняв, постоянно говорить «Спасибо». — Это просто… Я… Я не знаю, что сказать, у меня столько эмоций, — руки мальчика дрожали, пока он аккуратно вынимал свитер из упаковочной коробки. На нём была крупно вышита буква Г. «Гарри… Эта буква означает, что он действительно принадлежит мне!» — он широко улыбался, с нежностью смотря на этот прекрасный подарок. Он решил не медлить и тут же надел его на себя. Свитер был очень мягкий, тёплый и буквально пропитан каким-то уютом. Гарри почти видел, с каким трепетом и заботой мама Уизли вяжет эту одежду. Для него. Только для него. Мальчик посмотрел на Рона. — Спасибо, — прошептал Поттер, шмыгнув носом. Четвёртый подарок вызвал у него в душе ещё одно тёплое чувство нежности. Все эти подарки говорили о том, что теперь он кому-то нужен и они о нём заботятся. Это была книга, которую прислала Гермиона. С ней шла и записка, посмотрев на которую, Гарри убедился, что Грейнджер хороша во всём. Даже почерк у неё был просто идеальный. «Гарри, с Рождеством! У тебя были натянутые отношения с Зельями, поэтому я решила подарить тебе эту книгу. Она понятным языком рассказывает о том, как эта наука вообще устроена! Гермиона Грейнджер.» Просто, лаконично и со вкусом. Гарри был искренне благодарен ей — эта книга могла действительно помочь ему подтянуть оценки. Очень полезный подарок. Пятый и самый последний подарок его озадачил. Единственное, что было указано в записке — это упоминание его отца и наказ, мол, пользуйся с умом. Ни подписи, не адреса. Ни-че-го. — Что это? — рыжик встал с кресла, заинтересованно смотря на странную ткань, которую Гарри достал из коробки. — Не знаю, — пожал плечами Поттер. — Это похоже на мантию. — Выглядит стрёмно! — поморщился Уизли, рассматривая ткань. — Ну-ка, попробуй одеть! Гарри быстро накинул на себя балахон и тут же лицезрел просто сногсшибательную картину — лицо Рона. Сначала он не понял, что произошло, но потом посмотрел в зеркало. — Мантия-Невидимка! — восторженно воскликнул рыжик. — Кто её тебе подарил? — Не знаю. Знаешь, я думаю, что и не хочу это выяснять, — задумчиво произнёс Поттер, радуясь такому количеству великолепных подарков. # В Слизерине этим утром тоже было неспокойно. Многие очень ждали подарки и, что наверное удивительно, тоже ощущали какой-то трепет, особенно это касалось первокурсников. Малыши повскакивали с кроватей часов в пять, тихонько пробрались в гостиную, где их и поймали старосты, недовольные тем, что из-за этой малышни им пришлось так рано подняться. После происшествия с Эндрю декан лично требовал ставить сигнальные чары на каждую комнату по вечерам, после чего ещё парочку в коридор, где находился выход из слизеринской обители и портрет. Именно из-за них недовольные старосты сейчас с пеной у рта разгоняли первокурсников, грозя им ранним пробуждением декана. А будить Северуса в пять утра спустя такую насыщенную событиями ночку каралось самой настоящей авадой и это если в лучшем случае. Никто не хотел злить Снейпа и становиться козлом отпущения на весь оставшийся месяц. Тем более в Рождество! Эндрю тоже спал и вообще не думал ни о каких подарках. Когда он пришёл в комнату и упал на такую теплую и уютную постель, из его головы вылетело всё Рождество сразу же. Этим утром, поскольку оно было праздничным, завтрак подавался в десять. Это давало шанс выспаться как Риду, так и Снейпу. Последнему вообще грехом было не дать выспаться. Мало ли. # Теодор Нотт не стал исключением и тоже проснулся достаточно рано. Вчерашнее волнение перекинулось на сегодняшнее утро, оставаясь неприятным отголоском где-то внутри. Он с надеждой бросил взгляд на кровать друга. Неужели? Его кровать буквально кричала всем своим видом, что за балдахином кто-то был! Нотт подорвался с места и, не обуваясь, подскочил к соседушке, распахнув шторки. Там действительно спал его друг. Он выглядел очень помятым, лицо было достаточно бледным и сразу можно сказать, смотря на его метания по подушке, что Эндрю снилось что-то плохое. Тео аккуратно попытался разбудить друга. Сейчас было очень важно, чтобы мальчик вышел из пугающей обстановки и понял, что это был всего лишь сон. Сон Эндрю был действительно далёк от чего-то радужного и весёлого. Видимо, даже сама судьба была против того, чтобы ему жилось более спокойно. Развлекается она, видите ли. Тьфу! Мальчику опять снился его странный профессор, на счёт которого он успел кое-как успокоиться. Снейп же сказал, что если он тебя не трогает, то и ты делай тоже самое. Напролом лезть это как-то больше по гриффиндорской части. Но сейчас Рид просто трясся от страха, ведь то, что он видел, было поистине жутким зрелищем. Это место не выглядело, как кабинет ЗоТИ. Наверное, это были личные апартаменты профессора. Множество шкафчиков, бардак на простеньком рабочем столе. Рид мог поклясться: дико воняло. Возможно, это были запахи каких-то зелий, но он не мог вспомнить ни одного, которое бы отдавало таким смрадом. Квирелл носился по этой каморке, как белка в колесе и постоянно причитал. Ему стало жаль этого преподавателя — видимо, он активно ехал крышей. Подойдя чуть ближе, Эндрю понял, что лучше бы вообще стоял на месте и не отсвечивал. Профессор был без привычной чалмы на голове, но видит Мерлин, лучше бы она, чем ЭТО. Это было отвратительное лицо, которое росло прямо из затылка нерадивого профессора и ОНО было явно возмущено.  — Почему камень всё ещё не у тебя?! — оно схватило Квиринуса за настоящее лицо его же рукой, надавливая на его глаза больше дозволенного медициной, заставляя профессора вновь завопить от адской боли.  — Хозяин! — пролепетал Квирелл. — Хозяин, уверяю, вы… Прошу вас, умоля-я-яю-ю-ю, не надо! Я всё сделаю, всё что вы прикажете! Он упал на колени. Рид чувствовал его отчаяние, хотел помочь, но никак не мог дотронуться до бедолаги. Мальчик видел его слёзы, видел, как тот сожалеет о том дне, когда впустил в свой организм такого ужасного паразита. Внезапно, существо с затылка уставилось своими красными глазами прямо на него. Точнее, прямо в душу. Оно словно пыталось выжечь его изнутри одним только взглядом, потому что всё остальное было бесполезно.  — Кто ты такой?! — возмущение и ярость. Безумный коктейль, сметающий всё на своём пути.  — Какой интересный вид магии, — оно буравило Эндрю красным взглядом, прищурив змеиные глаза, изучая его внешность, мысли и душу. И изучало, чёрт возьми, даже его магию! Как учёный, который смотрит на подопытную крысу. Внезапно, его словно окатили холодной водой. Паршивое чувство, словно падаешь в озеро в одежде, а потом она мерзко прилипает к его телу. Рид начал задыхаться, попытался кричать о помощи, но воздуха критически не хватало. Он падал, падал на самое дно.  — Эндрю! Эндрю проснись! — кричали где-то сверху. Это Бог? Наверное, хотя Рид в него никогда не верил. Пробуждение, к удивлению, было очень ярким. С воплями, с отдышкой и попытками отплеваться от невидимой воды.  — Тише, успокойся, — кто-то крепко держал его и мальчик сделал рывок, чтобы вырваться из захвата, боясь, что это страшный профессор пришёл съесть его душу. — Это я, успокойся, это я! Я Теодор Нотт, посмотри на меня, посмотри сейчас же, чёртов Эндрю Томассисс Рид! Проморгавшись, ребёнок понял, что это далеко не Дьявол, которым так пугают детей. Он увидел лицо своего друга и облегчённо выдохнул.  — Чёрт возьми! — реакция организма на случившееся не заставила себя долго ждать и мальчик, чтобы не плакать, громко расхохотался. Утро не задалось у обоих. Немного придя в себя и осознав, что ничерта не выспался, Рид хотел было лечь обратно, но…  — Ну же, вставай, тебе на сегодня хватит спать! Там же подарки, как ты можешь спать, пока они закрыты? — жёстко отчеканил Нотт и Эндрю пришлось сдаться. Всё-таки, валяться под ёлкой гораздо интереснее, чем быть сожранным какой-то тварью из затылка самого жалкого профессора этой школы. # — Мистер Рид! Вас вызывают к директору, — Снейп самой уверенной походкой ворвался в гостиную собственного факультета, смотря на весело копошащихся под ёлкой детей. Им было явно не до него, — Будьте добры, оторвитесь от подарков и идите за мной. Из-под ёлки выползло НЕЧТО. Оно было обмотанно мишурой, обсыпанно обрывками цветной бумаги и до жути довольное. Наверное тем, что из-за огромного количества мишуры не могло нормально передвигаться и громко хохоча ползало по полу. Снейп закатил глаза: дети — они и в Слизерине дети. Нечто тем временем быстро обернулось лицом к зельевару и оказалось (удивительно, правда?) новогодней версией Эндрю. И не успел Северус хоть что-то сказать, как сей объект посмотрел на него, выпутался из мишуры, оставив, правда, одну у себя на шее в качестве шарфа, хлопнул себя по лбу и унесся сломя голову в сторону спален. Не прошло и минуты как Рид вернулся обратно. Точнее, вылетел из-за двери, споткнулся, упал и благодаря великой силе инерции проскользил по полу прямо до Снейпа. И всё это с улыбкой от уха до уха и с какой-то бумажкой в руках! — Профессор, с Рождеством вас! — треклятая бумажка перекочевала в руки в зельевара, которому казалось, что он медленно сходит с ума. При ближайшем рассмотрении бумажка оказалась не чем-нибудь, а самодельной поздравительной открыткой с ёлками, которые к тому же шевелились. Перевернув открытку Снейп увидел текст, сделанный кошмарным подчерком Рида (который, к сожалению, не поддавался исправлению): «Поздравляю вас с Рождеством! Пусть в этот день алкогольное похмелье не настигает врасплох, а желание поспать не будет мешать вашей работе! P.S. Пожалуйста, не исключайте меня, вы же мне ещё дополнительные обещали!!!» — Так что вы там говорили? — Эндрю выражал собой ходячий энтузиазм всего мира одновременно. — Вас вызывает к себе директор, — пробормотал ошарашенный профессор, рассматривая этот незамысловатый подарок. — О! Директор! Я же и ему тоже открытку сделал! Сейчас, подождите! — и этот паршивец опять убежал. Не ребенок, а крокодил какой-то. Ползает быстро, ест много, а если вцепится — то наверняка и надолго! Не успел Северус додумать эту мысль, как Рид прискакал обратно в гостиную, пребывая на крыльях счастья. Или какие у детей в его возрасте бывают крылья? На ум почему-то приходили только те, которые обычно бывают у чертей. — Всё, я готов. Ведите меня, профессор! И Снейпу ничего другого не оставалось, кроме как вести. Тем более, вчера он рассказал легенду, которой надо придерживаться при разговоре. Рассказал ведь? Ну не мог же не рассказать! До директора эти двое шли под вопросы Эндрю о дополнительных (о них ребёнок говорил больше всего), портретах, лестницах и еще огромном количестве вещей, которые его интересовали. Снейп закатывал глаза и пытался начать игнорировать. Спустя минут пять он осознал, что его игнор — ничто. В таком случае ребёнок начинает разговор с самим собой, чем неимоверно раздражал декана. Подойдя к двери в кабинет директора и увидев горгулий, Рид восхитился. Но в полный восторг он пришел, когда они отреагировали на пароль, который сказал Снейп, и открыли им проход. Крутящаяся лестница, которая завела их к директору, восторгов почему-то не вызвала. — Здравствуйте, директор! С рождеством вас! — ребенок вприпрыжку подбежал к директору и вручил ему открытку. Огляделся. И завертел головой так быстро, что Северус начал волноваться за его шею. — Спасибо, мальчик мой, мне очень приятно, — Дамблдор улыбнулся, но его улыбку Рид не заметил, так как увидел клетку с фениксом и начал активно его рассматривать, — Это Фоукс, мой верный друг. — Это феникс? Вау… — Мистер Рид, вы сюда пришли не для разглядывания кабинета! — процедил сквозь зубы декан и Эндрю ненадолго отвлекся от созерцания кабинета, чтобы посмотреть на директора. Дальше началась форменная вакханалия. Эндрю, настроение которого было категорически прекрасным, несмотря на ещё один сон про Квирелла, отказывался говорить о зеркале. Снейп нёс какую-то чушь про то, что Рид под чарами пытался залезть в зеркало. Выглядело со стороны это настолько комично, что директор благоразумно решил им не мешать.  — Я хочу объяснить ситуацию, — нервничал профессор, злобно смотря на своего подопечного. Он его тут выгораживает, а ему хоть бы хны!  — Я тоже! — ребёнок скрестил руки на груди. — И это произошло… Именно на этом моменте Северус понял, что из-за своей сонливости абсолютно забыл объяснить, какой версии они должны придерживаться. Дамблдор же, лицезрея это фаер-шоу, тихо смеялся в бороду и любовался открыткой. Ему определённо нравилось начало этого дня.  — Мальчики, мальчики, — попытался остудить он их, переключая всё внимание на себя. Мало ли. — Давайте все дружно успокоимся! Я прекрасно понял, что мальчик не виноват. Он и не может нести ответственность за эту ситуацию, потому что чары зеркала были действительно мощные. Зельевар почувствовал себя пристыженно. Ему тридцать с хвостиком, а он вступил в перебранку с ребёнком! Позор! В конце-концов все, кроме конечно же Снейпа (который втайне надеялся что этого паршивца исключат и у него будет меньше головной боли), остались довольны. И также кроме Квирелла, который сейчас нагло подслушивал их диалог и ждал указаний от своего Хозяина.