Глава 7. Пробуждение чувств.
17 мая 2020 г., 20:34
Приехав к Диме домой, мы приготовили завтрак и перекусили. Заняться особо было нечем, поэтому брат решил разобрать со мной ещё одну тему по химии. После поцелуя и нашего разговора он пытался вести себя как ни в чём не бывало, но было видно, что он всё ещё переживает по этому поводу. Движения были резкими, а голос взволнованным. Если первое время я пыталась вникать в то, что он говорит, то сейчас меня его действия начинали раздражать.
— Дим, ну, может, ты уже успокоишься? — буркнула я.
— Что? Я спокоен.
— Я вижу. Ты таким дёрганным в последний раз был, когда готовился к защите диплома.
— Просто всё это никак не идёт у меня из головы, — устало выдохнул Митя.
— Я понимаю. Поверь, я тоже думаю об этом, но не дёргаться же вот так, как это делаешь ты.
— Легко сказать. Я удивляюсь твоему безмятежному спокойствию.
— А что мне делать?
— Да ничего не нужно. Просто это всё так неправильно.
— Разве сейчас всё это имеет значение? — отодвигая тетради и книги в сторону, спросила я.
— Уже ничего не имеет значения, — ответил Митя, притягивая меня за талию к себе и опуская поцелуй на мою шею. Сидя на его коленях, я непроизвольно выгнулась. С каждым его касанием моё дыхание сбивалось, а сердце бешено колотилось. Он разгонял кровь по венам, заставляя её закипать. Прикосновения казались обжигающими.
— Дим, подожди, я ещё не готова, — задыхаясь произнесла я.
— Понимаю, — ответил брат и, резко притянув меня к себе, поцеловал.
Опомнившись, мы вернулись к изучению оснований. Было ощущение, что между нами не химия, а целый химзавод. Узнай я пару лет назад, что буду любить своего старшего брата, я бы рассмеялась и назвала бы это сумасшествием, но не сейчас. Сейчас всё было по-другому. Мне семнадцать, а ему двадцать восемь, казалось бы, одиннадцать лет разницы могли послужить барьером для общения, но нет. С ним мне всегда есть о чём поговорить, он не кажется мне таким взрослым, и рядом с ним я не ощущаю себя ребёнком. Я хочу быть с ним настолько, насколько это возможно.
— Думаю, пора возвращаться домой, — сказал Димка.
— Думаю, да. Тогда поедем?
— Давай, собирайся.
Убрав тетрадки и учебники, я пошла обуваться в прихожую. Сидя на пуфике и завязывая шнурки на кроссовках, я заметила, что мои руки трясутся. Как треморный невротик я пыталась совладать с шнурками, но всё безуспешно. В коридоре появился Дима.
— Боже, Лена, ты серьёзно? Уже шнурки завязать не в состоянии? — опускаясь передо мной, спросил Митя.
— Мить, я сама. Не надо.
— Да я всё уже, — закончив завязывать второй шнурок, ответил брат.
— Спасибо.
Выйдя и захлопнув дверь квартиры, мы отправились к машине. Пока я садилась в машину, мне позвонила мама.
— Да, мам?
— Лена, вы когда с Димкой вернётесь?
— Уже собираемся. Скоро будем.
— Хорошо, ждём.
Положив трубку и убрав телефон в карман, я перевела взгляд на брата.
— Что там?
— Родители дома ждут. Так что мы вовремя.
— Отлично. Я заходить не буду, надо будет по делам съездить.
— Эм, хорошо. Как скажешь.
— Ты, кстати, когда в школу собираешься идти?
— Ещё два дня дома посижу и потом с новыми силами в школу.
— Мы будем ждать.
— Кто «мы»?
— Я и учебник химии.
Фыркнув, я пристегнулась и включила радио. Всю дорогу до дома мы провели в молчании, Дима следил за дорогой, а я смотрела в окно. Спустя некоторое время мы подъехали к дому. Я обняла Митю, а он погладил меня по голове.
— Пообещай, что бросишь курить, — начал парень.
— Хорошо, обещаю. Ты будешь мне звонить?
— Конечно, буду задавать тебе самые сложные задачки, чтобы ты мучилась.
— Изверг, — сказала я и укусила брата за мочку уха.
— Выпороть бы тебя.
— Звучит двусмысленно, Дмитрий Владимирович. О-о-очень двусмысленно.
— Будешь продолжать себя плохо вести, узнаешь, в каком смысле я имею в виду, —
выпуская меня из объятий, сказал Димка.
— Ладно, пока, Мить.
— До скорого, Лена.
Я вышла из машины и направилась в подъезд.
***
Дима « — Дима, что ты творишь, мать твою!» — орал мой внутренний голос на протяжении всего этого времени. Боже, если раньше, я хоть как-то себя сдерживал, то сейчас, прижимая Лену к себе, целуя её нежные губы, я сходил с ума. Пойти работать в её школу было ошибкой. И уж тем более решить готовить её к ЕГЭ по химии. Если до этого данная идея казалась мне превосходной, то сейчас я понимал, что сам себе вырыл яму. Находясь вдали от неё жить было намного проще. А сейчас я сделал всё, чтобы попасть в задницу и потащить Лену за собой. Чувства к ней у меня появились год назад. После того, как я забирал её с дня рождения парня всю в слезах. Тогда я весь вечер просидел около её кровати, успокаивал и обещал, что поговорю с этим придурком. И по сей день я помню этот пронзительный взгляд ярко-зелёных глаз, полных надежды. Ещё дома, пока Лена обувалась в прихожей, я написал своей подруге Ане, что заеду поговорить. Поэтому, высадив Лену около дома, я отправился к ней. Аня — моя подруга ещё со студенческих времён. Она была, наверное, единственным человеком из моего окружения, кому я мог спокойно доверить любой свой секрет. В трудные времена она поддерживала меня. И, собственно, она одна в курсе о моих чувствах к Лене. Если бы не она, то я бы не додумался переехать, чтобы хоть как-то заглушить свои чувства. Добравшись до дома подруги, я припарковал машину и, зайдя в подъезд, за считанные секунды поднялся на четвёртый этаж. Открыв мне дверь, Аня пропустила меня в прихожую. — Я сорвался! — заключил я, опираясь о стену и пытаясь отдышаться. — Снимай обувь, проходи, будешь рассказывать что и как произошло, — скомандовала подруга и отправилась на кухню. — С чего начинать? — С самого начала! — с энтузиазмом сказала Аня, ставя чайник на плиту. Уже битый час я сидел и изливал душу Ане, она же слушала, по возможности комментируя произошедшие события. Где-то она ругала меня за то, что я был не сдержан, но в основном, поддерживала и понимала. — Знаешь, единственное, что меня удивляет, так это спокойствие Лены. Кажется, она только и рада тому, что произошло. — Ха-ха-ха, — залилась смехом Аня. — Ты чего? — недопонимая, спросил я. — Ну, конечно, Дим. Сейчас она воспринимает тебя не только в качестве брата, но и молодого человека, её учителя. И, уж поверь, если бы она совершенно ничего не чувствовала к тебе, то после этого поцелуя она бы закрылась от тебя и пыталась бы избегать любых встреч с тобой. — Чёрт, а ты права. И что нам с ней делать? — Знаешь, Дим. Может кто-то и назовёт меня хреновым другом, но почему бы вам не попробовать быть вместе? Мне кажется, будет гораздо сложнее и тяжелее, если вы попытаетесь всё забыть. Да, сам знаешь, в нашем мире инцест не особо одобряют, а в некоторых странах вообще за это сажают, но если будете относиться к этому серьёзно, о вас никто не узнает. — Спасибо, Ань. Ты — лучший друг, которого только можно пожелать. — Не за что. Не зря на школьного психолога училась, хоть где-то пригодилось. — Да… Просидев до самого вечера, я попрощался с Аней и поехал домой, завтра меня ждал рабочий день, состоящий из смазливых школьниц и спиногрызов. Добравшись домой, я позвонил Лене, спросил, все ли у неё в порядке и смазывала ли она синяк мазью. Удостоверившись, что всё хорошо, я завёл будильник и лёг спать.
