Первичные выводы не всегда правдивы

Ванда обхватила себя руками, касаясь предплечий, и постаралась сосредоточиться на происходящем, не дав настоящим эмоциям отобразиться на её лице. Было сложно, особенно, когда с явным исследовательским интересом на неё воззрился один из учёных-фанатиков Гидры. Действительно ли было столь необходимо соглашаться сотрудничать? Участвовать в эксперименте? Становиться подопытными кроликами? Стоила ли их мучений сомнительная возможность мести, тем более сейчас, когда не было похоже, что один из них, казалось бы, может и не выдержать испытаний вовсе? Она начала задумываться об этом совсем недавно, когда Пьетро — её близнеца — из соседней комнатки-камеры перевели в другую. Для безопасности. Действительно ли безопасности, а если и да, то чьей? Связь между ними, и так напряжённая до предела из-за влияния странного космического скипетра, что был предназначен для раскрытия их потенциала, тут же стала тревожно подрагивать — в отличии от неё, Пьетро проходил инициацию не столь хорошо. Но он жив. Жив — и это уже показатель. Другие — погибли. Только долго ли он сможет продержаться, если всё продолжится так? Вдали от брата Ванда не была способна хоть как-то помочь ему, дрожащая родственная связь добавляла неприятных ощущений и проблем, а учёные… То, что он жив — хорошо, по их мнению, но то, что его организм реагирует негативно — признак слабости. И потому они продолжают свой эксперимент, совершенно безбоязненно, не думая о жизни подростка — умрёт и ладно, досадно, но не критично, а значит можно попытаться увеличить дозировку энергии из чужеродного инопланетного оружия. Ванда сомневалась, что это сможет помочь, ему нужен был покой, его нужно было вернуть обратно, чтобы она могла облегчить его страдания. И чего ей только стоило не показать тогда, что она узнала о мыслях этих фанатиков. Но выдать себя было нельзя, иначе могли бы возникнуть проблемы. Они считают, что способны контролировать их, и пока она играет по правилам, пока её не принимают всерьёз, она может попытаться отстоять их жизни — свою и брата. Даже, если придётся отказаться от их планов. Не то, чтобы их месть была столь неважной и ей легко можно было бы поступиться. Это не просто глупая обида или ненависть, возникшая из ниоткуда, без причин и аргументов. Им было всего семь. Всего семь лет, когда две ракеты попали в их дом. Первая — забрала жизни их родителей. Вторая — должна была отнять их жизни. Но она не сработала. Это не значит, что им не пришлось натерпеться страха — двое суток, пока их пытались откопать, с угрозой того, что ракета вот-вот сдетонирует, близнецы прижимались к друг другу, едва дыша, Пьетро пытался успокоить сестру, которая пыталась сдержать магией над ними обломки, а где-то поблизости лежали трупы их родителей. А на ракете всего одна надпись: «Старк Индастриз». Будь они постарше, они бы оценили иронию того, что в тот же год, как это произошло с ними, создатель этих ракет был похищен и сам пострадал от своего же оружия. Но они были детьми, и им было всё равно. Легче не становилось, тем более, что он выжил и выпутался с пользой для себя. Они же… Счастливое детство закончилось. Приют, в который их определили, был откровенно ужасным, потрёпанное временем здание, в котором всегда было холодно, мизерные порции чего-то отдалённо похожего на кашу, наказания за любые провинности… Учитывая, что заведующая приютом имела довольно специфические взгляды на религию, а кто-то обмолвился о красных всполохах, которые были во время их вытаскивания из-под завала, им пришлось не сладко. И они решили уйти. Добраться так далеко, как только смогут. Чтобы никому и в голову не пришло возвращать их в тот же приют, если уж они не смогут самостоятельно выжить на улице. А то, что смогут — звучало сомнительно. Хотя Ванде не раз пришлось, скрепя сердце и забив на совесть, дурманить разум зазевавшихся продавцов, пока Пьетро воровал им еду — он уже тогда был более быстрым и прытким, чем сестра и большинство их сверстников, которых они успели повстречать за свою короткую жизнь. Они побывали ещё в трёх приютах, но никак не могли прижиться, в первом воспитанники не очень радовались новичкам (причём, не только им двоим, но и шестилетней девочке, которую привезли вместе с ними), во втором их решили разлучить, один раз их даже хотели вернуть в первоначальный… Они каждый раз сбегали. История повторялась, и они вновь пытались выжить самостоятельно, опираясь только друг на друга. А затем их засекли, во время одной из краж пропитания. Конечно, они старались не попадаться, отводить глаза не только продавцам, но и окружающим, однако, в этот раз была допущена, по всей видимости, ошибка. Так они появились на радаре Гидры в возрасте десяти с половиной лет. Их изучали — в основном Ванду, потому что с ней было проще, а дар Пьетро был то ли не раскрыт до конца, то ли скрыт. А в том, что его скорость была признаком способности она не сомневалась, потому как из-за скипетра, который появился ещё спустя почти два года, та увеличилась, одновременно с этим повлекши за собой проблемы. У самой Ванды подобных неудобств не было — её магия лишь возросла, да и с её контролем проблем не было — теперь та была больше завязана на сознание и разум девушки. Тем более, что Гидра предпочитала, чтобы у неё были постоянные тренировки. Это и позволило ей залезть в чужие умы и понять, что происходит. Уговорить пустить её увидеть брата тоже было не так сложно, хотя и заняло время — они не считают их опасными, да и Ванда старалась не показать всего, на что способна «одна из двух оставшихся в живых образцов». Девушка не собиралась допускать того, чтобы она в итоге осталась единственным «экземпляром», пусть её план и абсурден. Потому что как искусно Гидра не играла бы на их желании отомстить, Ванда никогда не пожертвует Пьетро. Она прикрывает глаза всего на мгновенье, прежде, чем резко открыть их. Те вспыхивают алым цветом, точно таким же, как и всполохи вокруг неё. Она действует быстро, ломая прозрачную камеру-комнату, в которой заточён её брат и вырубая того, кто её привёл к ней. Поддерживает полусознательного Пьетро, которого буквально штормит, словно его тело живёт по законам двух времён одновременно — реального и ускоренного, но стоит только им соприкоснуться друг с другом кожей, как парню, кажется, становится полегче. Он смотрит уже более осознанным взглядом и идёт относительно самостоятельно под руководством своей сестры. Ванда поджидала этого момента — большая часть охраны находится в другой части исследовательского комплекса Гидры, и при любых других обстоятельствах, её бы не пустили к брату в это время, но магия разума творит чудеса. Немногочисленных учёных, что всё ещё заняты работой в столь позднее время, раскидать особых проблем не составляет, разве что приходится тратить силы, а они ей нужны, чтобы защищаться и поддерживать брата. Но лучше уж так, чем увеличивать погоню, которая всё-таки увязалась за ними в одном из коридоров. Вероятно, пришли на шум, который возник, когда Ванда взорвала магией компьютер, чтобы отвлечь внимание и вырубить противников, тот забавно распался на осколки, частично застывшие в воздухе, некоторые почти цельные — и она находит уместным прихватить нечто похожее на жесткий диск — их всё равно будут преследовать, так и так, им нужно выбраться не только с базы, но и из Заковии, чтобы быть в безопасности, и в случае, если придётся просить помощи — даже у ЩИТа или Мстителей, на которых их натаскивали — то лучше быть способными предложить хоть что-то, по этой же причине она подбирает по пути и скипетр. Выход, путь к которому она видела в голове у одного из прочитанных ею, находился недалеко, в отличии от тех охранников, чтобы достать которых нужно было бы или потратить больше сил, или замешкаться, чтобы те смогли подобраться поближе. Впрочем, те догоняют, и юной Максимофф приходится вновь применить свои силы — на двух охранников падает кусок потолка, но один из них успевает выстрелить несколько раз. Одна из пуль находит свою цель — не Ванда, но Пьетро. Тот вскрикивает от боли, Ванда повторяет похожий звук, чувствуя подступающую панику и тревогу за брата, но ранение, не смотря на болезненность, не кажется слишком уж опасным, а им нужно идти, и Пьетро улыбается подбадривающей дрожащей улыбкой. Они продолжают свой побег. *** Всё шло слишком гладко и хорошо, чтобы быть правдой. Совершенно естественно, что дальше всё пошло не по плану. Подстреленный Пьетро — одна из весточек о грядущих неприятностях, которые связаны, в основном, именно с его здоровьем. По их следам определённо идут, а подросток едва справляется с модернизацией своих способностей скипетром и ранением, которое оказалось куда более серьёзным, чем казалось на первый взгляд. Да и Ванда начинала выдыхаться. Им нужно было место, где можно было бы укрыться, прийти в себя и восстановить силы прежде, чем попытаться покинуть страну. Сейчас у Ванды не хватит магии для того, чтобы попытаться сделать это. В небе мелькнула красно-золотая вспышка. Девушка замерла, брат, сделав ещё несколько быстрых шагов по инерции, тоже, и, кажется, потерял сознание. Пару мгновений она, поддерживая Пьетро, прислушивалась, пытаясь понять, не показалось ли ей — ещё галлюцинаций до кучи не хватало. Не скипетр ли это? Не он. И даже не галлюцинация. И не преследование тоже. Хуже это или лучше — не ясно, потому что яркая вспышка-молния спустилась с неба, и перепутать её ни с кем другим было нельзя. Весь мир знает Железного Человека. А близнецы — заслуженно ненавидят Тони Старка. Девушка попыталась применить магию — слабые алые всполохи замерцали на кончиках пальцев, но сил не хватало. Усталость навалилась на плечи, пригибая к земле. Тело Пьетро, которое она удерживала, стало ещё тяжелее — магия перестала помогать. Она сделала маленький шаг вперёд, пытаясь вернуть равновесие, судорожно придумывая, как выбраться и из этой западни тоже, не обращая внимания на поднявшего шлем Старка, который мягким и успокаивающим голосом пытался достучаться до них. Но силы вконец покинули её, и она вместе с братом повалилась на землю, прямо перед Старком. *** Тони находился в неком замешательстве. Он отправился в Заковию (полулегально, но учитывая, что цель его полёта в костюме Железного Человека — воздать по заслугам одной нелегальной организации и кое-что изъять у них и уничтожить, то это не столь страшно) по наводке. Следы Обадайя Стейна всё ещё находились по миру даже после его смерти — этот ублюдок успел продать очень много оружия на сторону, и с последствием этого Старку придётся сталкиваться ещё долгое время. Ещё одна ошибка, которая стоила ему дорого и которую нельзя просто забыть, оставив в прошлом. Изобретатель чувствовал острую нужду исправить всё, что только было возможно (и, если можно, чуточку больше). Однако, отправляясь на склад с оружием каких-то боевиков (очень сложно было понять, каких именно — ниточки вели словно ко всем сразу, что было как минимум подозрительно, в конце концов, некоторые из этих организаций опозиционировали друг другу. Если знать названия группировок — любое из них могло привести к адресу склада, но само помещение словно никому и не принадлежало. Поэтому у Старка было предположение, что это какая-то совершенно другая организация на самом деле владеет складом, прикрываясь другим), чтобы уничтожить оружие, некогда выпущенное Старк Индастриз, он и думать не мог, что всё так обернётся. Нет, это была не ловушка, как можно было решить (не факт, конечно, он всё-таки не долетел до нужного места). Просто двое детишек попадали в обморок перед ним. Не из-за него (вроде как), и то счастье. Вот только, как так получилось, что один из них, парень, был ранен и явно переживал не самое лучшее время в своей жизни. Девушка же выглядела очень бледной и явно уставшей, да и вообще оба подростка казались до ужаса вымотанными. Что эти двое делали в таком виде в лесу, над которым Тони посчастливилось (или нет) пролетать, неясно. Но и это не все странности. Он бы, может, и не заметил этих двоих — слишком сильно был погружен в свои мысли, да и координаты, хоть и примерные, склада он знал. Да только оборудование костюма засекло скипетр, он сделал слепок (как можно более чёткий, насколько это вообще было возможно при работе с магией, в которую ещё вчера не верил) магии Локи и его оружия ещё тогда, в двенадцатом году, так, на всякий пожарный случай. Пригодилось. Но почему скипетр находится не на базе ЩИТа (серьёзно, Фьюри должен был предупредить Мстителей в конце концов, учитывая, что пропажа оружия Локи могла значить почти, что угодно, и не важно, у кого из посторонних оно бы оказалось — всё одно опасно), а у этих детишек? В то, что подростки украли его, он не верил — не из ЩИТа, конечно же, в конце концов, вряд ли они могли сделать это в Америке и пронести скипетр и таскать его в таком виде весьма… сомнительно. А вот стащить уже сворованным — более вероятно, в конце концов, откуда-то он у них взялся. Подростки-мутанты, хм. Или только одна девчонка? Магия или энергия алого цвета — как не назовёшь, особых различий теперь нет — не привиделась ему, видео, запечатленное костюмом, это легко подтверждало. А вот паренёк… Но разве это имело значение? Обычные или нет, это всё ещё дети. Вернее, подростки, но особого различия это не делает. Раненные (один по крайней мере точно), изможденные, явно пытающиеся сбежать… только вот откуда? Они в беде… И каким бы эгоистичным ни считали Тони Старка, разве он мог не помочь?