Тело в подарок

       В агентстве «Связь» редко происходили неприятные ситуации, ведь омеги вели себя милейшим образом, альфы признавали престиж агентства, а охранники и пластиковые кубы обеспечивали безопасность драгоценным омегам. Из-за нижайшего уровня рождаемости практически во всех странах принимали всевозможные меры по поддержанию и восстановлению популяции омег, а пока того не удалось, передавали их лишь самым достойным альфам ради поддержания демографической ситуации в относительно стабильном состоянии.        Однако периодически, несмотря на всю серьёзность ситуации и высокий статус как омег, так и альф, случались конфликты, из-за которых богатых и статных альф, явившихся в первый класс за потенциальным избранником, приходилось за руки выводить охранникам, выслушивая ругань: — Да этот мальчишка не достоин называться омегой! Ещё и дефектный! Да никто такие деньги за него не отдаст!        Оскорбления Джозеф пропустил мимо ушей. С чудеснейшей улыбкой на лице он махал пальцами на прощание, пока двери за альфой не закрылись. За ним ушла и надменность. Джозеф фыркнул, сложил руки на груди, уставился на дверь, едва её не испепеляя. — Дефектный. Вот же сук... — Джозеф, — перебил вошедший в комнату омега, на его лице читался лёгкий упрёк, — что за моветон?        На импульсе Джозеф отвернулся, затем резко повернулся с различимыми нотками обиды и злости. — Он сказал, что я дефектный.        Взрослый омега подошёл к Джозефу, с нежной улыбкой погладил его щёку, уговаривая встретиться взглядами. — И ты будешь слушать этого идиота? — Джозеф лишь отвёл глаза, услышал едва различимый смешок. — И не при мне говорить о дефектности. — Прости… А вы с директором не думали найти суррогатного омегу? — Нет. Ему пока хватает «Связи», а мне — всех вас, — прикосновение к волосам помогло Джозефу прийти в норму, он даже сумел честно улыбнуться. — Спасибо, Ноа.        Тот успокоился, когда Джозеф развёл руками с привычным чуть наглым выражением на лице. — Ты совершенно прав. С чего бы мне переживать из-за какого-то жирдяя? — Джозеф! — Ноа посмеялся, изящно прикрыв рот ладонью. — А что, я не прав? Ты его брюхо видел? Как он вообще проверку прошёл?        Омеги засмеялись, но постепенно Ноа затих, опустил глаза, словно был хоть как-то причастен к знакомству с неприятным альфой. Умилившись над прелестной мордашкой, Джозеф подцепил подбородок Ноа подушечкой пальца, встретился с ним глазами. — Не переживай. Не он первый, не он последний.        Будто оценив высказывание, Ноа постарался улыбнуться, кажется, слегка взбодрился, но в его золотистых глазах продолжало мелькать сожаление. — А с другим ты встретился? Ох, как же его имя… Симеон. Голос у него был добрый. — Да, очень, — бросил Джозеф, сложив руки на груди. — Смотрел на меня, как на хромого котёнка.        Не позволяя снова поддаться печали, Джозеф взял Ноа за руку и повёл прочь, ощутив, как послушно он идёт следом. Джозеф усадил Ноа на диван в комнате отдыха, и многие омеги немедленно подтянулись к любимому смотрителю, а он одаривал их вниманием, каждого трогая, гладя по волосам, мягко целуя в щёки и лбы. Очарованный своими подопечными, Ноа задержал взгляд на Джозефе, тот подмигнул. — Я пойду? Нужно отдохнуть. — Конечно, Джозеф, — кивнул Ноа и переключился на новенького омегу, особо активного и любвеобильного, как почти каждый новичок.        Миновав поворот в спальни, Джозеф направился прямиком на кухню. К счастью, там никого не оказалось, не пришлось придумывать отговорку, поэтому Джозеф самым наглым образом стащил из шкафа бутылочку вина и запер на ключ, а его положил обратно под коврик у ножки стола, будто вовсе не приходил. Нехорошо, конечно, но сегодня совесть позволила совершить некоторые противозаконные действия ради сохранения психологического здоровья.        С чистой совестью Джозеф забежал в комнату, чтобы переодеться, и попал во внимание Эшли, оторвавшегося от решения судоку. Джозеф постарался спрятать бутылку за диваном, полез в гардероб, как ни в чём не бывало, но всё равно ощутил на себе пристальный взгляд голубых глаз. Сняв полупрозрачную рубашку и бельё, вздохнув, Джозеф развернулся, не скрывая голый торс от сожителя, но прикрыл пах первой попавшейся футболкой. Недолго длилась битва взглядами. — Эшли, не смотри на меня так, — но тот не отрывался, взывая к совести. Джозеф встал перед Эшли на корточки, положил голову на его колени. — Мне правда нужно выпить.        Эшли покривил губами, упрекая, так что пришлось Джозефу использовать единственный безотказный аргумент. Сердце пыталось препятствовать, напоминая о подлости метода, но желание забыться взяло верх над любыми чувствами. — Эшли, эта мразь назвала меня «дефектным».        Отложив сборник с головоломками, Эшли аккуратно скользнул с дивана и заключил друга в объятия. Он позволил утешить себя, затем отстранился и погладил Эшли по щеке, от чего он прикрыл глаза и улыбнулся краешками губ. — Только, давай это останется между нами? Ноа и так переживает за меня, — ненадолго задумавшись, Эшли не слишком уверенно кивнул и был награждён поцелуем в нос. — Спасибо. Ты чудо.        Стеснённо Эшли отвёл взгляд, позволяя Джозефу переодеться в лёгкий пуловер, надеть бриджи и с бутылкой в руке покинуть комнату. Постучав в дверь почти в самом конце светлого коридора и не получив ответа, Джозеф вошёл, запер замок и, хозяйски порывшись в серванте, поставил два бокала на стол, развалился на диване. Скоро открылась белая дверь и он вышел из ванной, в коротком атласном халате, очерчивающем восхитительную фигуру. Его удивлённая мордашка, уже предвкушающая нечто интересное, была восхитительна. — Джозеф, что ты тут делаешь?        Тот внимательно и бессовестно оглядел омегу, стройные ноги, тонкую талию, изящные руки, лежащие на плече длинные волосы пшеничного цвета. — Подумал, что тебе скучно.        Джозеф подал руку и омега, немного поиграв в недотрогу, принял приглашение, сел рядышком. Первым делом Джозеф медленно провёл по сверкающим волосам, и Дэмиан послушно развернулся спиной, позволяя заплести их в косу. Омеги сидели молча, наслаждаясь ощущениями, теплотой, прикосновениями. С восторгом Джозеф перебирал мягкие пряди восхитительного цвета, чистые, гладкие. Когда закончил, он потянул за рукав, оголяя плечо, изящное, гладкое, и Дэмиан обернулся. В его серых глазах искрился азарт. — Что ты задумал?        Обхватив плечо и грудь Дэмиана, Джозеф прижал его к себе, уткнулся носом в волосы, услышал восхитительный смех. Хотя Дэмиан поймал друга за запястье, не предпринял попыток вырваться. Повернул голову, не переставая обольстительно улыбаться. — У меня завтра смотр. — Не волнуйся, я не оставлю следов, — пообещал Джозеф и повалил Дэмиана на диван.        Перевернувшись на спину, Дэмиан слегка приподнял ногу. Его обнажённое плечо манило, сильнее зазывал только взгляд, игривый, высокомерный, совершенно спокойный. Они с Джозеф понимали, что будут ласкать друг друга, прикасаться, возбуждать, играться, доводя до изнеможения, и всё равно не перейдут черту, не позволят себе совершить ошибку. Их игра повторялась из раза в раз, заставляя обоих страдать и при этом чувствовать себя любимыми, нужными, самыми счастливыми в мире. Они оба знали правила «Связи», поэтому делали всё, чтобы играть, придерживаясь их.        Одно плавное движение, и пояс упал на диван, второе — халат оголил дивную фигуру. Лиловые глаза Джозефа скользили по тонкой талии, плоскому животику, задержались на белье, как всегда роскошном, с эротическим наклоном. Джозеф соблазняюще улыбнулся, кончиком пальца провёл от пупка Дэмиана вниз. — Как же мне нравится твоя любовь к красивым тряпкам. — Я это не для тебя надел, — смущённо и в то же время с вызовом прошептал Дэмиан. — Значит, это лучше снять? — Джозеф!        Дэмиан тихонько посмеялся, встретился с ним взглядом и прильнул к его губам, захватывая глубоким сочным поцелуем. Нежные руки Дэмиана легли на плечи Джозефа, и он ответил объятиями, налёг на почти обнажённое тело, обхватывая, жадно прижимая к себе, ближе, ощущая стук сердца. Последовал поцелуй под скулу, раздался тихий стон. — Ах, Джозеф. — Весь во внимании.        Дэмиан отвёл глаза. Подушечкой пальца Джозеф проскользил по его тонким губам. — Не волнуйся. Тебе нужно сказать лишь слово, и я остановлюсь.        Каждый раз Джозеф напоминал об этом, и каждый раз сдерживал обещание. Его губы скользили по восхитительной коже, пальцы плавно исследовали талию, ласкали бёдра. Постепенно ладонь легла на внутреннюю часть и заскользила вверх, а поцелуи тем временем опустились ниже живота, ещё ниже. Послышался шумный выдох. — Ах, стой.        Джозеф немедленно замер. Плавно убрал руки, приподнялся. Дышал Дэмиан учащённо, его волосы слегка растрепались, глаза глядели как всегда: с сомнением, желанием и возбуждением. Оба омеги мечтали утонуть в ласках друг друга, однако чётко ощущали стену между телами, и понимали, она непреодолима, даже их страсть и любовь не в силах разрушить преграду, выстроенную правилами нового общества.        Различив эмоции на лице Джозефа, Дэмиан плавно поднялся, отвернулся. Омеги поняли друг друга без всяких слов. Джозеф помог надеть халат, аккуратно завязал пояс и, обхватив за талию, прижал Дэмиана к груди. — Я слишком давлю?        С печальной улыбкой Дэмиан замотал головой. — Нет… Я бы правда хотел, чтобы ты… — Боюсь, — перебил Джозеф, — тогда цена на тебя упадёт раза в два. Знаешь же, эти снобы любят девственников.        Омеги немного восстановились, после чего сели. Джозеф налил вино, взял один бокал, второй подал Дэмиану, и тот сделал первый осторожный глоток. Брошенная фраза не давала покоя. Спрашивать стыдно, однако уровень доверия и любопытства уверяли, ничего плохого из-за простого вопроса не произойдёт. В конце концов, если Джозеф не захочет, просто не ответит. — Скажи… ты — девственник?        Чуть не подавившись, Джозеф рассмеялся, от чего и Дэмиан не сдержал неловкой улыбки. — К счастью или к сожалению, да. Если бы я и занялся сексом, то только с тобой, — констатировал Джозеф и будто случайно убрал руку, уловив попытку прикосновения. — Не волнуйся, скоро найдёшь своего ненаглядного и будешь хвастаться ему бельишком. — А ты?        Джозеф не изменился в лице. Поднял бокал, стал разглядывать, как свет играет в рубиновом напитке. — А что я? Ноа желает мне лучшей жизни, но не понимает, что не для каждого омеги счастье в альфе. — Но разве тебе не хочется, чтобы о тебе заботились? Ухаживали? Любили?        Дэмиан искал встречи взглядами, однако тщетно. Раздался тихий вздох. Джозеф положил руку на плечо друга, придвинул его ближе. — Сложно мечтать о том, чего не знаешь. Вы с Ноа и Эшли, конечно, заботитесь обо мне, но вы и омеги, — с долькой иронии усмехнулся Джозеф, поглядел на Дэмиана, любовался его изящными чертами лица, распахнутыми глазами, тонкими губами. — А альфы нашего класса как правило сволочи. — Но ведь может найтись хороший, — всё не уступал Дэмиан. — Если я такого встречу, отдам тебе. — Но…        Тихонько прорычав, Джозеф заткнул омегу глубоким поцелуем, и скоро получил на него ответ. Пальцы Джозеф запустил в светлые волосы, ощущая их мягкость, гладкость. Когда долгий поцелуй плавно разорвался, Дэмиан не возобновил разговор, вместо этого включил негромкую музыку, и омеги продолжили сидеть в молчании. Они всегда чувствовали себя комфортно в компании друг друга, однако сегодня ощущались какие-то печальные нотки.        Можно было спросить Джозефа, но он не признается, что его беспокоит, он никогда не любил такие разговоры и тем более не любил, когда затрагивал подобные темы Дэмиан. Иногда Джозеф казался ему слишком легкомысленным, слишком беспечным. Спустя какое-то время Дэмиан не выдержал, нарушил тишину: — Помочь тебе расслабиться? — Расслабился однажды, — холодно выдал Джозеф, поглядев на протез, на что Дэмиан стыдливо проронил: — Я имел в виду массаж.        Ненадолго Джозеф опустил веки, скривил губы в подобии ухмылки, ощущая себя полным идиотом, но быстро вернул прежний настрой. — Как я могу отказать?        От игривой уверенной интонации Дэмиан приободрился, поверил в искренность настроения Джозефа. Дэмиан поднялся, позволяя ему хозяйски развалиться на мягком сиденье, и вдруг он поймал Дэмиана на запястье. — Дэми, сними халат.        Разомкнув губы, Дэмиан так ничего и не сказал. Молча он выполнил просьбу, не находя в себе ни капли самообладания для отказа. Что бы Джозеф ни сказал, ему никогда не удавалось сказать «нет», особенно, когда он звал такой интонацией, сокращая имя. Подрагивая от смеси волнения и подступающего возбуждения, Дэмиан стал осторожно садиться на спину Джозефа, а тот не отрывался от отражения в высоком зеркале шкафа. — Как же ты хорош. — Прекрати, — смутился Дэмиан. — А что я? Просто констатирую факт. — Дурак, — Дэмиан легонько хлопнул Джозефа по макушке, услышал смешок. — Не тяжело? — А? Ты уже сел?        В отражении Джозеф видел, как Дэмиан с прелестной смущённой мордашкой отвернулся. В самом деле прекрасный. И такой нежный. Его ладони гладили вдоль позвоночника, задевали лопатки, разминали напряжённые мышцы, расслабляющиеся против воли хозяина. Иногда ухоженные пальчики касались плеч Джозефа, время от времени опускались ниже поясницы. Скоро он полностью отдался во власть прикосновений. Глаза медленно закрывались. — Дэмиан. — Да? — Отпустишь меня спать?        Ладони проскользили по спине, почти коснулись ягодиц, и послушно замерли. Ощутив под собой шевеление, Дэмиан приподнялся, позволяя Джозефу перевернуться на спину. Животом он ощущал горячий орган сквозь тонкую ткань белоснежного белья с кружевом. Становилось жарко. — Ну так? Уже поздно. — Может… переночуешь у меня? — Раз ты настаиваешь, — обольстительно прошептал Джозеф и, взяв Дэмиана за бёдра, слегка приподнялся, немедленно ощутил пробежавшую по телу дрожь, услышал краткий порывистый стон.        Проиграв порыву страсти, Дэмиан наклонился, взял Джозефа за подбородок и пленил жадным поцелуем. Ответ последовал незамедлительно. Джозеф принялся гладить изящно выгнутую спину, запустил пальцы в волосы, слабо сжал, отбирая власть над поцелуем. Омеги ласкали друг друга, пока в какой-то момент Джозеф настойчиво и как-то резко не подмял под себя Дэмиана, услышав вздох изумления. Омеги встретились глазами. — Всё. Пора спать. — Ещё немного, — взмолился Дэмиан, потянулся за поцелуем, но Джозеф коснулся его губ, останавливая. — Нет.        Дэмиану не осталось ничего, кроме как с понимающей улыбкой кивнуть. Пока Джозеф умывался и ходил за пижамной одеждой, Дэмиан успел расстелить постель и лечь, оставив не застеленный уголочек кровати. Не сдержав улыбки, Джозеф пристроился рядом с омегой, затем прижал его ближе, заключил в крепкие объятия. — Иди сюда, — Дэмиан прильнул к Джозефу. — Спокойной ночи, малыш.        Прозвучал прелестный смех. — Спокойной ночи.        Обнимая Дэмиана, ощущая его тепло, биение его сердечка и горячую гладкую кожу, Джозеф фантазировал, если бы родился альфой и мог купить Дэмиана, или остаться омегой, но чудовищно богатым, чтобы ежегодно платить налог за не рожающего омегу, а точнее за двух не рожающих омег, и при этом оставаться способным баловать Дэмиана и покупать всё, чего он только пожелает. Фантазии очевидно превратились в сны эротического характера.        Проснулся Джозеф с жгучим желанием секса, а также надеждой, что Дэмиана нет рядом. Повезло — он отправился на смотр, оставив на прикроватном столике завтрак и белую розу. Бережно взяв цветок протезированной рукой, Джозеф уткнулся носом в бутон, взял его с собой ванную, чтобы быстрее справиться с зовущим возбуждением.        После того, как привёл себя в порядок и умылся, Джозеф равнодушно прошёл мимо своей комнаты — Эшли всё равно ещё спит — и прогулялся до Золотой комнаты знакомств, остановился у двери. Пригладив волосы, Джозеф прислонился спиной к стене и стал ждать. Как там его чудный омега? С кем он встречается? Это второй его смотр почти за два года; учитывая некоторые особенности Дэмиана, Ноа искал ему потенциальную пару ну очень старательно, и не подпускал к нему практически никого. Скоро двери открылись, и Дэмиан вышел, какой-то растерянный, слегка растрёпанный, будто непонимающий, где он вообще находится. Джозеф немедленно метнулся к нему, взял за руки, поймал взгляд, совершенно не обратив внимания на одежду омеги. — Дэмиан, что эта сволочь тебе сделала? — рявкнул Джозеф, и тот постепенно поднял глаза. — Что? Нет-нет… Просто я говорил с одним, — Дэмиан говорил медленно, чуть ли не по слогам, — а потом пришёл второй, и я немного растерялся. — Двое? Вот уроды. — Вовсе нет, — уверял Дэмиан. — Они… он мне понравился, и Сэм тоже… завтра я встречу с каждым отдельно, и познакомлюсь с ними заново... — Вот как.        Джозеф старался сохранить улыбку на лице, но она вышла предательски красноречивой, о чём сказала тоска, отразившаяся в глазах Дэмиана, он склонил голову. Послышался тяжёлый вдох. — Значит… ты скоро уйдёшь?        Дэмиан вяло, почти виновато кивнул. — Скорее всего. — Конечно, его же Ноа искал специально для тебя.        Омеги переглянулись, и что-то в Джозефе пошатнулось. Не упуская момента, он взял Дэмиана за подбородок и притянул, крадя поцелуй. Дэмиан послушно разомкнул губы, позволяя языку Джозефа проникнуть внутрь. Последовал глубокий долгий поцелуй, из-за которого омеги начинали трепетать, терять власть над собой, ровно, как и связь с реальностью. И вдруг раздался голос, заставивший вздрогнуть, жестоко вырвавший из розовой дымки: — Дэмиан! Джозеф!        Они резко обернулись к Ноа. Он только вышел из коридора, и теперь смирил омег взглядом, строгим, растерянным, мрачным. Поборов оцепление, Дэмиан выступил вперёд. — Ноа, это я виноват, я его… — Тише, Дэмиан.        Тот вжал голову, потупил взгляд, пока Ноа и Джозеф глядели друг на друга. Казалось, они вот-вот уничтожат друг друга прямо на месте. Не выдержав тишины, Дэмиан предпринял вторую попытку, уже более робкую: — Ноа, мы… — Оставь нас, хорошо, милый?        Покорно поклонившись, Дэмиан отшагнул, посмотрел на Джозефа, но не поймал его внимания, каждая крупица которого была передана исключительно Ноа. Джозеф считывал его настроение и намерения. Взгляд золотистых глаз смягчился, позволив Джозефу снова начать дышать. — Я бы хотел услышать объяснения. — Дэмиан скоро уйдёт. Я захотел его поцеловать, — по большому счёту интонация оставалась ровной, но голос так и намеривал дрогнуть. — И это был единственный поцелуй? — Нет.        С некоторой тоской Ноа вздохнул. «Только не говори этого». Недолго омега молчал, подбирая правильные слова. — Ты ведь знаешь, я не против, когда омеги помогают друг другу при течке, но это… уже слишком.        «Только не говори этого». Джозеф не отрывался, ловил каждый мимолётный взгляд Ноа, каждое его беглое движение, которое могло подсказать, чего ожидать. — Мы просто поцеловались. — Нет, Джозеф, — интонация Ноа не менялась, совмещала в себе некоторую тревогу и сострадание. — Ты не хуже меня знаешь, какой он податливый, и не можешь представить, как долго я искал ему достойную пару. — Это всего лишь поцелуй, — настаивал Джозеф, отведя глаза.        «Только не говори этого». — И ты можешь сказать, что не влюблён в него, а он — в тебя?        Теперь Джозеф опустил глаза. Содрогнулся внутри, когда Ноа стал подходить, но он не подтвердил опасения, вместо этого обнял Джозефа, не решающегося произнести и слова. Ладонь ласково гладила чёрные волосы, слегка дрожала, дышал Ноа тоже не слишком ровно. — Джозеф, мой милый, ты понимаешь, почему я против таких отношений? — Чтобы мы только про альф думали? — Вовсе нет. В этом смысле мне на них плевать, — заявил Ноа и слегка отпрянул, заглядывая в лиловые глаза. — Меня охватывает ужас при мысли, что кто-то из моих мальчиков будет всю жизнь винить себя в измене или, ещё хуже, оставит любимого.        По коже Джозефа пробежал холодок. Он приоткрыл было рот, но не сумел выдавить из сухого горла и слова. Не придумав ничего лучше, не найдя в себе сил, Джозеф уткнулся в грудь Ноа, сразу ощутил его объятия. — Я… я не подумал. — Понимаю, — Ноа обнял крепче. — Ты сильный мальчик, ты справишься, но Дэмиан… подумай о нём. — Да… я… что мне сделать? — Просто держи себя в руках, ладно? Если всё пройдёт хорошо, уже завтра его купят. Ты справишься, я уверен, но ему... лучше первое время не общайся с ним, ладно?        Пытаясь ободрить Джозефа, Ноа взял его за плечи, заглянул в глаза, и тот кивнул. Его наградили нежной, полной жалости улыбкой. Джозеф желал оказаться как можно дальше от Ноа, и при том боялся, что он отпустит хоть на секунду. Противоречия разрывали на куски. Ноа заглянул в лиловые глаза, выражая бесконечную любовь, которую ничто не могло ослабить. — Я доверяю тебе.        Остатки сил Джозеф потратил на улыбку, и получил мягкое прикосновение губами ко лбу. На миг Джозефа в голове пронеслась мысль, но она осталась заперта. Не хотелось прививать Ноа чувство вины, пусть продолжает считать, что все омеги любят его исключительно, как старшего брата. Голос Ноа звучал мягко, успокаивающе, выводил из охватившего ужаса. — Ты справишься. Я сделаю всё, чтобы ты тоже нашёл свою пару.        Джозеф улыбнулся, кратко обнял Ноа и постепенно пошёл по коридору, желая обернуться, но сдержался. В голове бурлило. Хорошо, что Дэмиана купят. В этом году во время течки Джозеф бы попросту не справился, да и Дэмиан наверняка проиграл бы желанию, молил о сексе, и самообладание Джозефа заранее соглашалось на все его капризы. Ненадолго Джозеф остановился, опустив веки, наполнил лёгкие воздухом. Так Дэмиану будет лучше, он достоин большего, чем покалеченный омега без работы и будущего.        Ожидаемо Дэмиан крутился у комнаты Джозефа, перебирая волосы, и едва заметил друга, подскочил к нему, взял за руку, виновато заглянул в глаза. — Он сильно разозлился? — Нет, но попросил держать себя в руках.        Дэмиан опустил виноватый взгляд. — Он ведь должен был уехать… Извини. — За что? — добро усмехнулся Джозеф, подцепив его за подбородок. — За то, что ты слишком красив?        В стеснении Дэмиан отвёл глаза. Силился, чтобы нарисовать на губах улыбку. Какое-то время Джозеф молчал, собираясь с мыслями. — Завтра ты, наверное, уедешь. — Наверное.        Встречаясь с Дэмианом глазами, Джозеф осторожно положил пальцы на его талию, заглянул в глаза. — Нужно запомнить наш последний вечер. — Ах… ты, — Дэмиан распахнул глаза, весь воспылал энергией, затрясся. — Нет… Мы проведём его, как друзья.        Джозеф читал в серых глазах желание, сам жаждал того же, но как бы сильно на разум не влияла страсть, как бы упрямо она не пыталась овладеть телом, Дэмиан должен выйти из «Связи» девственником. Это не обсуждается. Последний вечер. Без поцелуев, без ласк, пусть терпеть будет невыносимо, ведь теперь, получив отказ, Дэмиан будет пытаться соблазнить каждым движением, каждым взглядом, каждым взмахом ресниц.