Анна

Дорога проходила через окраину города, где и на 500 метров не было домов. Фонари по обочинам немного облегчали путь, освещая дорогу немного дальше фар. Локи наизусть уже знал ее, и, мысленно воспроизводил место, где они ехали. Он заметил, что глаза Джеферсона слипались то и дело – он засыпал. Пять рюмок абсента непременно дали о себе знать. И вот после нескольких попыток сконцентрировать внимание на дороге, голова водителя упала на руль. Правая нога надавливала на педаль с той же силой, а Локи немного придерживал руль, чтобы оставаться на полосе. Еще метров 400 и будет овраг, а сразу за ним мост. Лафейсон надавил на правое колено Питера, поддавая газу, чтобы скорее сократить расстояние. Когда машина заехала на мост, он резко крутанул руль вправо. Машина вместе со спящим водителем на полной скорости снесла ограждение и слетела с дороги, падая в воду. Локи исчез из салона автомобиля в самый последний момент. Стоя на берегу, он смотрел на быстро погружающуюся под воду груду металла. Тем временем, тучи освободили небо для звезд и полной луны. Трикстер терпеливо ждал, пока зеркало реки не станет идеально ровным. Он хотел убедиться, что никто не бросится на помощь. Воздух вскоре перестал подниматься на поверхность и река успокоилась. Совершенно очевидно, что Питер Джеферсон так и не проснулся. - Ничего личного, Питер. Теперь мне придется прибегать к таким мерам. Иллюзия исчезла за золотистым свечением. Настоящий же Локи вовсе не покидал бар, и это обеспечит ему железное алиби. Все время, пока двойник был с Питером, настоящий Локи был на глазах у Стенли. Сегодня ему пришлось действовать спонтанно, раз представился его величество случай. Ётун в общем не видел в своем поступке ничего ужасающего – он просто помог Питеру воссоединиться с семьей. А все вытекающие последствия из его смерти это то, чего Локи ждет. Для всех на работе смерть мистера Джеферсона стала трауром. Все очень любили этого человека и уважали его. Многим из них он не раз помогал по жизни, не говоря уже про работу. Мэр, мистер Хопкинс лично выразил свое соболезнование всем, кто его знал. В основном это был круг лиц, работающих с ним на протяжении многих лет. Тело Питера конечно же нашли. Его обнаружила полиция на следующий день, когда они проезжали по тому мосту и увидели снесенные перила. Экспертиза обнаружила в его крови повышенное содержание алкоголя, и поэтому списали все на несчастный случай. Но так же некоторые высказывали вариант самоубийства. Хоронили на третий день. Локи впервые присутствовал при таком событии на Земле. Огромная масса людей, одетых в черное пришли, чтобы проститься с этим человеком. После мессы, когда все люди стали расходиться, трикстер остался на несколько минут у могилы Джеферсона. Опять же это была необходимость, так как в дружбе Питера и Локи никто не сомневался и их не раз видели вместе, покидающими офис в последнее время. Но это было так же затем, чтоб привлечь внимание Хопкинса именно сейчас. Уильям подошел к мужчине, на что тот и рассчитывал. - Я нашел интересные бумаги в столе мистера Джеферсона. Там целая папка, посвященная вашей характеристике и заслугам, которые он отмечал. Ознакомившись с ними, я понимаю, что лучшего кандидата на должность своего заместителя мне не найти. - Благодарю, сэр. Я обещаю стать достойным преемником мистера Джеферсона. Прошу только немного ввести в курс дела. - Разумеется, мистер Лафейсон. Завтра я буду ждать вас в «Эдельвейсе». Приходите к шести, и мы все обсудим. – После этих слов мэр покинул кладбище, вместе с охраной. Локи тоже отправился домой. Он размышлял о новых ходах своей грандиозной игры. Теперь все будет иначе и мэра обойти просто так, как штатного работника не получится. Если понадобится, он убьет его, но пока лучше оставить все как есть. Его и без того быстрое продвижение по карьере может вызвать подозрение. Лучше стать самым незаменимым человеком для Уилла на работе, и если повезет в жизни. Выявить его слабые места, узнать все тайны лично из его уст и вот тогда нанести удар. Но мэр фигура очень заметная. Чтоб занять его место Локи понадобится двойник, совершенно на него не похожий. Светить свое лицо на плакатах, в газетах после Нью Йорка означало бы крах его коварного замысла.