Алкоголь

В этот бизнес приходят по двум причинам: из-за жажды денег и власти и от безысходности. Часто из-за того и другого одновременно. История молодого человека с азиатской внешностью началась так же, как и тысячи других, можно было бы даже сказать, что это было полнейшее клише. Такая трогательная история безденежья, отсутствия нормальных отношений в семье, которая обычно заканчивается связью с криминальным миром и тюрьмой, свернула от несправедливо раннего печального конца в другую сторону. Обычно она сворачивает у всех, у кого есть хоть какие-нибудь начальные задатки интеллекта, впрочем, сворачивает всегда не так уж и далеко от предначертанного пути. Так, среди этой серости Лондона и его же грязи, там, куда не попадают блики с берегов Темзы, начался его путь, целью которого было уйти как можно дальше от того места, где он его начал. И у него это получилось. Спустя тысячи серых дней, запачканных туманом и частенько кровью, он, наконец, смог найти человека, который мог предоставить ему путь наверх, подальше от тумана и поближе к берегу Темзы, где золотые блики становятся правдой, а не сказочкой на ночь, чтобы не думать, в каком же ты сейчас дерьме. Конечно, ради этого пришлось постараться. Очень постараться. Но это того стоит, испачкаться по локоть в крови, чтобы потом можно было с достоинством смыть её, да? И не где-нибудь, а всё так же наслаждаясь видом на Темзу, можно даже прямо в ней. Теперь вообще можно было гораздо-гораздо больше… А потом эта кличка, приклеившаяся намертво, настолько, что даже он сам иногда забывал о том, что это только кличка. Впрочем, всё это чудесное прошлое его не особо волновало. Сейчас его больше волновали дела насущные. Золотые горы и статус не приходят сами собой, и он точно знал это на собственной шкуре. Работа на лорда Джорджа буквально дала ему путевку в светлое будущее. Конечно, его светлое будущее зависело от того, насколько сильно у других людей этого светлого будущего не предвидится от слова совсем, но это был их выбор. Он тоже мог бы сколоться в какой-нибудь подворотне и ныть о том, что жизнь несправедлива. Но, как известно, нытиков жизнь не любит, наверное, поэтому они и продолжают покупать героин, слезно вымаливать его, когда денег не остаётся, и потом с блаженным наслаждением всаживать иглу в вену, перевязывая руку жгутом дрожащими пальцами. Сухой глаз вздрогнул. С самого утра сегодня ему на ум приходили не самые лучшие ассоциации, пока он стоял на фабрике Джорджа. В последнее время он очень часто задумывался о том, что ждёт его впереди, и о том, чем он занимается сейчас. После четырёх лет работы на Джорджа первые восторги от жизни в достатке стали привычными, а лишения серых улиц и холодных домов отошли куда-то на задворки памяти. И вот сегодня, когда он шестой раз за неделю стоял на фабрике, эти воспоминания стали постепенно возвращаться к нему. Не то чтобы он был слабохарактерным, совсем нет, вряд ли кто-то мог сказать такое о нём. Впечатлительным он тоже не был, за свою жизнь успел насмотреться больше, чем многие его сверстники в 28. Не больше тех, конечно, кто сгнил от героина. Сухого глаза снова передернуло. Что же сегодня за день такой. Работа на фабрике шла своим чередом, все были на своих местах, лишь изредка мимо сновали работники, перенося коробки или установки с пробирками. — Вот, здесь всё, — худой и бледный работник в маске с поклоном передал ему дипломат с бумагами. — На этот раз, надеюсь, все бумаги на месте? — с раздражением бросил Сухой глаз, бегло пробегая взглядом между строк. Возвращаться сюда в седьмой раз ему не хотелось. — Да, конечно, — работник зачем-то ещё раз поклонился, его глаза бегали от волнения. — Работайте, — не посмотрев в его сторону, также небрежно, как и в предыдущий раз, бросил молодой человек и направился к выходу. Первые два раза он приезжал, чтобы проконтролировать отгрузку товара, потом в течение недели он несколько раз почему-то заставал лорда Джорджа именно здесь. Когда он приехал сюда в пятый раз, чтобы забрать бумаги в прошлый четверг, неделя стала похожа на день сурка, но это было только начало, потому что бумаги каким-то образом умудрились собрать не все, и это выставило его совершенным идиотом перед Джорджем. Сегодня, наконец, эта эпопея закончилась, как он надеялся. Желание приехать сюда у него вряд ли появится в ближайшие несколько дней, а то и неделю, впрочем, это желание, наверное, придётся задвинуть в дальний ящик и отложить до лучших дней. Когда Джордж скажет ему сюда приехать, тогда он и приедет. А если скажет торчать тут всю неделю круглосуточно, сидя на стуле у входа, то он наденет своё драповое пальто, чтобы было теплее, и будет сидеть. Слава богу, ни он, ни Джордж не были идиотами, и последний бы никогда не приказал такого. У Сухого глаза, кроме нанесения визитов на фабрику, было достаточно дел. Одним из них было встретиться с покупателями крупной партии мигрантов. Какая-то строительная компания решила сэкономить на легальных рабочих и сдать все дома в срок благодаря умелым рукам людей без паспорта. Сухой глаз понятия не имел, как они собираются провернуть всё это. Стройка, в конце концов, открытая территория. Если к ним нагрянет проверка, они нарисуют им все нужные бумажки от руки? Или, может быть, скажут, что у них тут вечеринка в строительном стиле проводится? Впрочем, это было совершенно неважно, важно было, сколько они готовы заплатить за свою оригинальную задумку. Торговля людьми с недавнего времени была ещё одним направлением деятельности лорда Джорджа и его деятельности в том числе, потому что схему к ней придумал он лично. Торговля... Сухой глаз цокнул языком. Сегодня был день дрянных мыслей, и ему хотелось поскорее отвлечься от них. Времени до встречи было ещё предостаточно, и, сидя в своей машине, он решил, что, в принципе, можно поехать в «White Hall Restaurant». Ресторан находился на первом этаже небоскрёба, и цены там были такими же высокими, как и само здание. Во-первых, в «White Hall» подавали прекрасных мидий, и вообще их фишкой явно были морепродукты. Ну, а во-вторых, встреча с покупателем была назначена именно в этом ресторане. Неизвестно, на кой чёрт такие вещи решили обсуждать именно там. Конечно, людей сейчас, наверное, не так много, но, учитывая, в каком районе они будут встречаться, концентрация богатеньких людей с большими ушами может увеличиться в разы, и тогда обсуждать сделку будет не очень комфортно. Непонятно, на что рассчитывал заказчик, выбирая такое место, но, видимо, ребята из строительной фирмы привыкли к блеску и красивой архитектуре. Где же ещё, как не в одном из самых высоких небоскребов Лондона, обсуждать преступные махинации в строительстве? За двадцать с небольшим минут Сухой глаз доехал до небоскрёба на своём недавно купленном Lexus ES Luxury светлого-серого цвета. Погода в городе была отличная. Ранняя весна радовала солнцем и холодным свежим ветром. Прогноз погоды постоянно прыгал туда-сюда, и синоптики не могли сказать ничего внятного по поводу быстрой смены градусов, дождя и солнца. Но сегодня, на зло всем тучам, в Лондоне стоял абсолютно солнечный день, украшенный большими кучевыми облаками. Небо было как нельзя более летним. Этот сезон всегда был одним из самых почитаемых, но Сухой глаз, особо не заинтересованный в ответе на вопрос «Какое твоё любимое время года?», больше предпочитал весну. Лето было слишком радостным сезоном для этого серого города, почти всегда покрытого тучами такого же цвета. Осенью всегда шли дожди и делали существовавшую в Лондоне погоду, пожалуй, максимально ужасной из возможных вариантов. Зима была странным продолжением осени, при котором к дерьмовой погоде и серости добавлялся ещё и снег. Сколько он себя помнил, ему больше всего импонировала весна, ну, или хотя бы сухие осенние дни. Весна не такая же праздная, как лето, она не кричит о своей яркости и роскоши, как это делает пышная зелень. И ещё весна, почти так же, как и осень, подходит Лондону, его серым стенам и домам. Она только слегка делает его чуть более живым. Этот город не может цвести и благоухать. По нему может только проходить легкий свежий ветерок, теряясь меж каменных стен, давая на пару с небом какое-то странное ощущение в груди. Он уже давно не чувствовал ничего подобного, но весна всё ещё была приятна ему как сезон, и на сегодня, пожалуй, это было единственным хорошим обстоятельством за весь день. Всё остальное либо шло не так, либо вообще не шло. Быстро припарковавшись рядом с «White Hall», молодой человек вышел из машины и направился к ресторану. Часы показывали без десяти два, у него ещё оставался час с лишним.