«Чёрный Дракон».

— «Тише!» — закрываю ему рот рукой, он лишь прижал меня к себе, я смотрю на него, он — на меня — «Что ты делаешь?» — «Тут слишком мало место, а что ты прикажешь делать?»— он хитро улыбается, и я понимаю, что сейчас будет.       Мы невыносимо близко к друг другу, мои мокрые волосы падают на грудь, а его дыхание щекочет мне кожу шеи. Прядь его волос выбилась из основной, его глаза резко потемнели, а мне стало тяжело дышать. Он смотрел на мои губы, как бы спрашивая разрешение. Я чуть подаваясь вперед, вцепилась в его губы, соски моментально встали, ими можно было резать хоть стекло. Одной рукой он держал меня, а другая блуждала по моему телу. Эта скрытность придавала ещё больше возбуждения.       Я сладко постанываю ему в рот, когда он поглаживает мою промежность. Я так сильно намокла, что палец легко проскальзывает внутрь, ощущая влажные тесные стенки. Я резко выгнулась, когда к первому пальцу присоединился второй. «Да он издевается»       Они равномерно двигались внутри, пока их хозяин ласкал языком моё нёбо. Когда во мне легко двигалось три пальца, я отстранилась от брюнета, разрывая между нами цепочку слюны. — Трахни меня уже, — а он не может не согласится со мной.       Расстегнув пуговицу на джинсах, Хилл даёт им спокойно слететь вниз, оставаясь в одних боксерах. Скрипит одна из ступенек лестницы  — это мама с Никсоном идут наверх. Холод смешивается с искрами похоти, когда Аарон развратно развязывает узел моего халата  — в ответ слышит мой восхищенный вздох. Когда я уже была перед ним нагая, он трется носом о мою шею, вдыхая сладковатый запах духов вперемешку с моим собственным запахом.       Я издала гортанный стон, ощутив, как мужчина погружается в меня. Утыкаюсь в его плечо, подстраиваясь под ровные толчки, которые впоследствии становились резкими и грубыми. Подсобка жалобно скрипела от прикосновений двух тел, грозясь развалится. Я при каждом толчке бьюсь о стену, в отместку царапая ногтями спину мужчины.       Наш слух улавливает скрип наверху, но сейчас этот так неважно. Чуть вверх и вперед, Аарон зарывается в растрёпанные, чуть влажные из-за душа волосы, погружаясь с головой в ощущения. Он придерживает мои ноги под коленками, вбиваясь в податливое тельце. Я стону при каждом сильном толчке, напрягаюсь, сжимая мышцами член.       Аарон рычит, врываясь в меня с новыми силами, вырывая из моей груди очередные стоны, смешанные с криками. Перед глазами появляются чёрные точки, а внизу становится неимоверно жарко. Я ойкаю, когда Хилл закидывает мои ноги к себе на талию, от чего я упираюсь спиной о стенку подсобки. «Пиздецки не удобно, но такие ахуенные ощущения »       Он уделяет внимание моей груди, к которой давно не прикасался. Обводит языком ореол соска, чувствуя, как мои ноготки проходятся по его рукам. Движения вдруг становятся глубокими, плавными, словно Хилл оттягивает окончание удовольствия. Хотелось бы остановить время — только бы это не прекращалось.       Мышцы на ногах сводит судорогой при сильном напряжении, но боль заглушают движения Аарона. Мысли путаются, словно в голове образовалась каша, перед глазами плывет, в горле пересыхает от частых стонов. Так как мы не одни, Аарон, закрывал мой рот то своей рукой, то губами, иногда чередуя. Если от оргазма можно умереть, то это не самая плохая смерть.       Я судорожно хватаю воздух ртом, но не от нехватки кислорода, а от глубоких толчков Аарона. Время словно пропадает, нет ничего, никого, кроме нас. Плевать, что на кухне остывает еда и кофе, плевать, что на втором этаже шериф и моя мать. Халат все так же лежит на моих бёдрах, а естество Хилла с пошлым хлюпаньем снова и снова погружается в меня. Отрывается от бедной груди, что, как и шея, теперь вся в засосах, и с новыми силами врывается в меня.       Я сдаюсь первая — ударяясь головой о стену, вырывая изо рта самый громкий стон. Всё тело бьется в судорогах, а внутри разливается тепло. Глаза непроизвольно закрываются, а рот принимает форму идеальной буквы «о». Хилл делает ещё несколько поступательных движений и гортанно стонет в мою шею.       Бедро наполняется белесой спермой, не попадая в меня. Обессиленные, уставшие, но до боли счастливые, мы сползаем на пол подсобки. Аарон притягивает меня к себе, поправляя на мне плотный махровый халат, от которого пахнет моими духами. Я улыбаюсь, укладывая голову на его груди, поглаживая его живот. Он лишь ухмыляется и вдыхает запах моих волос. «Я счастлива, наконец-то»