—

Мне жаль цветов живых на кручах скал:

Над бездной тёмной их никто не отыскал.

***

       Первое, что я ощутил - холод, пронизывающий до самых костей и вызывающий мурашки по всему телу. Холод такой, что зубы сводило и хотелось сжаться настолько, чтобы просто исчезнуть и перестать чувствовать это. Я слышал крики, раскаты грома, но всё было так далеко и отстранённо, будто я находился под толщей воды. Вкус соли на языке напоминал мне о том далёком дне, когда всё изменилось в моей жизни. Сожаление и горе наполнили, казалось, всё моё тело. Руки дрожали, я чувствовал на них остывшую кровь моих товарищей, я ощущал на себе их взгляд. Воздуха не хватало, я чувствовал, что задыхаюсь, но ничего не мог с этим поделать, кажется, я умирал...       Чей-то голос на миг прорвался через шум шторма, завывание ветра и крики обречённых матросов. Кого звал этот голос? Кажется, меня. Я не мог ответить, мой рот и лёгкие были заполнены водой. На этот раз я услышал его громче и отчётливее, я бы даже смог разобрать слова, ощущение, будто говорили где-то совсем близко, но вокруг была только...       Волна боли окатила мою голову, когда кто-то схватил меня за ноги и потащил. Я откашливался морской водой, а после снова и снова жадно хватал морозный воздух ртом. Глаза щипало от попавшей в них соли, всё вокруг было расплывчатым и темным. Надо мной стоял средних лет мужчина с бородой. Он что-то говорил, без устали жестикулируя руками, но я не понимал ни слова, совершенно ничего из того, что он пытался мне сказать. Я лишь глупо всматривался в его лицо, прислушиваясь к собственному биению сердца и шуму воды. Только сейчас я обратил внимание на то, что вся моя одежда мокрая, а сам я нахожусь на берегу моря. Как это было возможно я не понимал, ведь я точно помню, как засыпал в своей постели. Не мог ведь я во сне сюда дойти самостоятельно, я никогда даже не говорил во сне. Я приподнялся на локтях на мокрой гальке, всё тело покалывало от напряжения и холода, после сел. Голова отозвалась тупой болью и я непроизвольно прислонил ладонь ко лбу, убирая влагу. Вода была подозрительно тёплой. Я напряг зрение, пытаясь рассмотреть всё ещё трясущуюся ладонь в тусклом свете луны. Темно-алая жидкость пачкала мои руки, в нос ударил запах железа. Я судорожно вытер руку о мокрые штаны и попытался встать. Попытка не увенчалась успехом и если бы не незнакомец, всё время беспокойно наблюдающий за мной, я бы наверняка упал на мокрый берег. Бормоча проклятия, мужчина подхватил меня за руку и перебросил её через свои плечи, услышав, что я громко втянул воздух от боли, он молча поволок меня в сторону дворца. Уходя, я слышал тихое женское пение, но обернувшись через плечо, увидел лишь тёмное бушующее море. Первое, что я вспомнил, когда очнулся - невероятно красивые, почти бесцветные, небесно-голубые глаза, мелодичный ласковый голос, приглушённый раскатами грома и ударами волн о борт судна. Её образ стоял в моей памяти несколько секунд, после я забыл её. И хорошо, если бы навсегда.