Август

      Вечером офис хокаге наконец пустеет, августовский свежий вечер втекает через окно. Сакура уже собрала все свои документы и стоит у окна, невидящим взглядом смотрит в марево над городом. Сердце бьётся совсем невыносимо, и поддерживать лёгкий разговор как бы между делом больше не получается. Какаши сидит за столом, подперев голову рукою, и лениво подписывает какие-то дурацкие важные бумажки. Сакура заходит к нему за спину, остатки пустых фраз повисают в воздухе, лишённые смысла. Останавливается. Кладёт руки на спинку его кресла. — Какаши. — Ммм? — дописывает и кладёт ещё один лист на стопку бумаг. Она опускает голову и дышит ему в макушку. — Я люблю вас. Вместо того, чтобы потянуться за очередным документом, он кладёт руки на стол. Её корпус начинает немного дрожать. Она распрямляется, но руки ещё держатся за кресло. — Я думала сначала, что это легкомысленно, временно, и ждала, что всё пройдёт. Не вышло. Он закрывает глаза, откидывает голову назад и утыкается затылком ей в живот. Она жуёт губы, взгляд замирает, смотрит прямо. — Я знаю, это ни к чему. Но молчать совсем больше не могу. Простите. Теперь вы знаете. Она разворачивается и быстро уходит через окно. Он сидит в прежней позе, голова откинута назад, смотрит в потолок несколько минут. — Аааа-ааа… Быстро встаёт. Печать: шторы опускаются на окна, дверь запирается. Печать: теневой клон. Печать теневого клона: тот превращается в Сакуру. Какаши смотрит на своего клона-Сакуру. Хлопает глазами, брови сведены. Быстро подходит и крепко обнимает. — Какой же ты больной извращенец, господи, — говорит клон-Сакура. — Я знаю. — Педофил. — Нет, уже нет, уже полгода как нет, ей 18. — ??? Серьёзно?? Ты так рассуждаешь?! — … — вздыхает. — Она тебя сведёт с ума. — Я и так уже схожу с ума, — Какаши бормочет ей/ему/себе в плечо. — Представь, что скажет Наруто. — Он учился у Джирайи, он поймёт. — Они ведь как брат и сестра. Знаешь, что чувствует брат, когда узнаёт, что его юную сестру ебёт взрослый мужик..? — клон в виде юной сестры спрашивает нежным, милым голосом. — Если честно, я бы так не… — Знаешь, какой будет у него взгляд? — милый голос издевается. — Как у бьякугана Неджи..? — Да, как у бьякугана Неджи. Как у сотни бьякуганов Неджи. — Ох. Мы ведь все как семья, — Какаши проводит рукой по лицу, мученически таращит глаза. — Да. Как семья. — Мы друзья, — голос Какаши несчастен, отчаян. — Да...Да. Друзья и семья. И что теперь делать? — Поцеловать её..? — …ты ничего не понял, да? — Нет. Я запутался, — сдаётся Какаши. — Я тоже, — сдаётся и Какаши-Сакура-клон. Они оба вздыхают, откидываются на диван и сползают, широко разведя ноги и положив ладонь на лоб. Какаши поворачивает голову к клону: — Но есть и хорошие новости! — А? — Она любит меня, — глаза загораются внезапным осознанием и энтузиазмом. — Дааа… — улыбается тоже довольно улыбкой Сакуры, мечтательно смотрит невидящим мутным взглядом вдаль, и оригинал Какаши, глядя на неё/него, теплеет. — А ты готов к этому вообще? К ней. К тому какая она серьёзная. И добрая. И упрямая. И нежная. — Она прекрасна, — смотрит в лицо Сакуре-себе. — Да...— клон-Сакура вдруг поворачивается на диване, приближает к нему лицо, выдыхает, — сен-сей... — О-о-о-ох бо-о-оже, нет! — Он хватается за голову руками, закрывает ладонями лицо. Клон берёт его руку, прижимает её к своему лицу, смотрит из-под ресниц. — Господи…— Снова бормочет Какаши. — Ты готов к этому? — она/он кладёт другую руку на его ногу, медленно ведёт выше. Оригинал смотрит тяжело. Клон кусает губы, взгляд блуждающий. — Что ты делаешь? «Хатаке Какаши — Хокаге Конохагакуре, который трахнул своего клона!» — этого ты хочешь? — Ты же знаешь, перевоплощение так не работает. — А оно и не везде нужно. — Когда мои воспоминания перейдут к тебе, ты охуеешь. Воспоминания о том, как ты трахаешь сам себя. — Зато я узнаю, насколько я хорош. — Ты и так знаешь. — Да, знаю. Бо-о-оже, что мне делать..!