Тёплый сенсей

— О, черт, — едва выдохнул Какаши, — Ирука! — Имя его возлюбленного, казалось, вырвалось у него из горла, когда он увидел, как на Ируку обрушивается град стали. Сердце болезненно забилось в груди, дыхание перехватило, когда он начал двигаться. Если…

***

— Какаши, дорогой, ты же знаешь, что они — студенты Академии, — раздраженно сказал Ирука. — С тупыми кунаями, если уж на то пошло. Он повернулся и замер. Какаши всё ещё сидел на низком табурете, к которому его подтолкнул Ирука, и смотрел на Ируку нежным, обожающим взглядом, от которого замирало сердце. Вокруг его глаз всё ещё залегали морщинки, а пальцы крепко сжимали край сиденья, хотя ноги были расслаблены — колени почти касались пола. — Я… я знаю, — натянуто произнес Какаши, немного поерзал, выглядя неловко, и опустил голову, не отрывая взгляда от лица Ируки. Ирука с болью вспомнил, что Какаши вернулся в деревню меньше суток назад с задания, о котором даже Ирука знал лишь самые незначительные детали — S-ранги, подумал он с внутренней гримасой — и… И Ирука знал, какие задания выполнял Какаши, и какие через какие вещи ему приходилось проходить в жизни. Его раздражение ослабло, сменившись чем-то вроде острого сожаления, когда он осознал, что когда для него преодоление серии бросков от учеников было обычным делом в четверг утром, Какаши… Что ж, он мог знать, что Ирука учил студентов Академии, он мог даже знать, что это за собой влечёт, но это было не то же самое, что знания, полученные кровью, горем и сожалением. Ирука подошел к нему, провел рукой по лицу, а затем обнял за плечи, осторожно устраиваясь поперек его бедер. Табурет был явно не рассчитан на вес двух взрослых шиноби, но выдержал, и Какаши тут же ухватился за него, затаив дыхание. — Мне жаль, — тихо сказал Ирука, и Какаши наклонил голову, выглядя немного смущенным. Какаши даже не напугал детей — хотя Ируку он напугал на мгновение, прежде чем тот заметил серебристый беспорядок и худощавую фигуру, появившуюся рядом с ним — во всяком случае, они были впечатлены зрелищем, когда он выскочил на середину двора, ловя или отклоняя кунаи и отбрасывая Ируку на расстоянии добрых шести метров. Ирука погладил Какаши по верхней части маски, задавая безмолвный вопрос, и тот ответил на прикосновение, давая разрешение. Ирука потянул ткань вниз и поцеловал его в щеку, прижавшись носами друг к другу. — Я в порядке, Какаши — Он сдержался, чтобы не напомнить, что это было его обычное утро четверга. Он провел легкой лаской по напряженным морщинкам у глаз Какаши, затем по его благородному рту. Какаши поцеловал его большой палец, и Ирука слегка улыбнулся, их брови сошлись. Руки Какаши скользнули чуть дальше по его талии, и Ирука позволил, расслабившись в его объятиях. — Я… прости… Я помешал, — осторожно сказал Какаши, и Ирука заставил его замолчать. — Мне жаль, что ты, — Ирука на мгновение замолчал, потому что «запаниковал», вероятно, было бы неверным словом, хотя явно передавало суть, — волновался, милый. — Он заколебался. — Я не злюсь на тебя, — добавил он, и напряжение в плечах Какаши спало. Ирука всё ещё тихо удивлялся этому; тому, что его мнение — эмоции — так много значили для Какаши. — Хотя, ты ещё пожалеешь, — сказал Ирука, стараясь говорить более спокойным тоном. Какаши склонил голову набок и снова посмотрел на Ируку. — Мои ученики будут требовать показать больше из того, что ты сегодня сделал, и пытаться подражать. Какаши моргнул. — Они… Правда? — спросил он таким же растерянным тоном, как и всегда, когда говорил о детях. Ирука подавил ставшее уже привычным желание найти тех, кто двадцать лет назад руководил Академией и выпускными экзаменами, и придушить их. — Правда, — твердо сказал Ирука. И он мог бы отклонить это просьбы, но почему бы не воспользоваться тем, что у него есть парень-джонин, и не попросить его помочь с показательными выступлениями в Академии? Кроме того, возможно, если Какаши будет немного больше находиться рядом с ними, это немного облегчит его страдания, когда они его напугают. Они, по крайней мере, будут знать друг друга. — Так что тебе лучше спланировать для них демонстрацию, — поддразнил Ирука и проверил время, прежде чем легонько поцеловать Какаши. У него оставалось совсем немного времени до того, как он должен будет забрать учеников у Наны, которая сегодня присматривала за столовой, и он мог уделить его, чтобы успокоить своего парня. И насладиться его нежными поцелуями.