Знаешь, некоторые сны имеют свойство сбываться

Апрель — Я хочу с тобой встретиться, — прошептал Кайло, проводя пальцами по экрану ноутбука. — Я тоже этого очень хочу, — ответил Арми. — Мне снился сон… снилось, что мы встретились ночью на лестничной площадке шестнадцатого этажа. Ты вошел через люк на крыше и принес пиццу. Мы ели ее при свечах, смеялись, обнимались, и так до самого утра. Знаешь, некоторые сны имеют свойство сбываться… — Обещаю, мы встретимся, как только закончится карантин. — Его могут продлить. Арми, я не выдержу еще месяц без тебя. — Мы встретимся. Обещаю, что встретимся. Май — Почему мне нельзя пригласить Арми? — в третий раз повторил Кайло. — Потому что в мире карантин! Леонида Анатольевна не любила, когда ее продолжали упрашивать после первого «нет». Рен знал это, но упорно продолжал настаивать на своем. — Всего несколько часиков посидим! — Чтобы потом тебя увезли в Коммунарку? Нет уж, еще месяцок потерпите. — Перестань корить сына и разреши ему увидеться с другом, — раздался с кресла суровый голос дедушки Толи. Леонида Анатольевна возмущенно посмотрела на отца. — Я не стала препятствовать вашей встречи с дядей Ваней и на следующий день у тебя начались проблемы с дыханием. — Насморк у меня хронический, насморк! — словно в подтверждение собственных слов дедушка Толя страшно засопел. — Дома сидеть надо, когда в стране пандемия! — бушевала Леонида Анатольевна. — Особенно в вашем возрасте! Но нет, вы же друг без друга и недели прожить не можете. Напились и горланили военные песни на весь подъезд, а мне потом от соседей пришлось выслушивать. Подумай, какой пример ты подаешь внуку! — Мы попьем сок и поиграем в приставку, — с невинным видом сказал Рен. — Пить сок — дело хорошее, — дедушка Толя подмигнул Кайло. — Знаю я, как вы сок пьете! Из одной коробки. Дядя Ваня научил, не иначе. Он с твоим дедом только так распивает. Вы еще целоваться начните! — Мама, он просто друг! — Кайло от души надеялся, что его лицо не залилось краской. — Раз просто друг, встретитесь после карантина, — сказав последнее слово, Леонида Аркадьевна ушла, хлопнув дверью. Кайло взвыл и ударил кулаком по стене. — Не переживай, — с хитрой улыбкой произнес дед. — Истинной дружбе не мешают никакие преграды. Кайло внимательно посмотрел на дедушку. Он подозревал, что дед догадывался о характере его отношений с Арми, но откровенно они это никогда не обсуждали. И все же на войне все средства хороши. — Мы не можем встречаться на улице, нас остановят мусора, — сказал Рен, не озвучивая главную причину. — А если он войдет в подъезд, Фатима доложит маме. Фатима была злобной консьержкой и состояла в прекрасных отношениях с Леонидой Анатольевной. — Дядя Ваня давно на ножах с Фатимой, — дед заговорщицки наклонился к Кайло. — Иногда она его наотрез отказывается впускать в подъезд. Мы с ним придумали, как встречаться без ее ведома. Настало время передать эти знания тебе и твоему… другу. Кайло возненавидел карантин всем сердцем. Целый месяц без Арми оказался невыносимой пыткой. Дни тянулись, как года, и даже еженощные разговоры по скайпу не помогали справиться с тоской по любимому. Арми жил в элитном общежитии МГУ, на верхнем этаже в личном двухкомнатном блоке. Общежитие закрыли для гостей за несколько месяцев до карантина. Чтобы добраться до Кайло, Арми пришлось бы пройти пешком приличное расстояние, и оба решили не рисковать, опасаясь мусоров и несуществующих камер на лестничных площадках. Кайло стало совсем тяжко, когда объявили, что карантин в Москве продлен до конца мая. Он понял, что не протянет еще месяц без Арми, тем более теперь, когда они целыми ночами пишут дипломы, и ни о каком ставшим уже привычным сексе онлайн не может быть и речи. Рена это вымораживало. Ему хотелось Арми каждый день, он был готов в любую минуту бросить диплом и доводить своего рыжеволосого красавца до оргазма, но Хакс с головой погружался в работу, и Рен его не винил, ведь диплом порой даже его либидо приравнивал к абсолютному нулю. И это было нормально. Рена бесило, что это было нормально, его тошнило от такой нормальности. Кайло скучал по прежнему Арми. И по прежнему себе. Ему до одури не хватало тех беззаботных апрельских вечеров, когда можно было часами болтать, поедать дошираки и смотреть ужастики, комментируя тупость героев. Теперь они часами молчали, угрюмо набивая текст на клавиатуре, изредка обмениваясь шутками и обсуждая преимущественно диплом и его защиту. Как будто это являлось самым важным в галактике. Больше всего Рена раздражало, что по факту так оно и было, и он никак не мог это изменить. Он знал, что Арми тоже всего этого не хватает. Знал, что они необходимы друг другу, как воздух. Поэтому Кайло решил рискнуть. Поэтому Арми не раздумывая согласился. Хакс вышел из люка, обмотанный красным шарфом, растрепанный и с коробкой пиццы в руке. Кайло ураганом бросился к нему, вцепился в его волосы пальцами, а зубами — в нижнюю губу, полностью утратив контроль и самообладание. Хакс обнимал его свободной рукой и страстно отвечал на поцелуи. Рен прижимал его к стене, вдыхая запах, черт, этот запах, который он не ощущал в течение месяца и который не мог воспроизвести в памяти, как ни старался, потому что его запах не похож ни на какие другие. Они обнимали друг друга так, словно не виделись вечность. Для обоих месяц разлуки ею и являлся. — Шшш, я с тобой, — шептал Арми. — Все хорошо, я с тобой. — Я так по тебе скучал… — Я по тебе… Они спустились на пятнадцатый этаж, бросили куртки, расстелили старый плащ, который принес Арми, открыли пиццу и принялись за нее, прижимаясь друг к другу. Сверху раздавались звуки, похожие на лязганье железной двери. Кайло чувствовал, что они напрягали Арми, но опасался спускаться на нижние этажи, где этих звуков не слышно. Чем ниже этаж, тем ближе к маме, проживающей на четвертом этаже. — Не бойся, это ветер гуляет по крыше, — тихо сказал Кайло. — Я не боюсь, — Арми положил голову ему на плечо. — С тобой ничего не боюсь. — А я с тобой. — Не думал, что в вашем доме есть потайная лестница, связывающая все этажи. Правда, там темно, хоть глаз выколи. И очень холодно. Откуда, кстати, у твоего деда ключи от нее? — У моего отца много связей. В строжайшем секрете от мамы он сделал копию ключей от лестницы для деда и еще одну для дяди Вани. Хакс хмыкнул. Рен довольно заглотнул половину куска пиццы. — Как в моем сне… Арми улыбнулся. — Знаешь, некоторые сны имеют свойство сбываться. Когда они доели последний кусок, Кайло нетерпеливо вытер пальцы салфеткой и набросился на Хакса с отчаянием мотающего пожизненное зека, которому раз в десять лет дают увидеться с женой. Он задрал футболку Арми до подбородка и принялся ласкать языком его торс, форму которого Хакс поддерживал регулярными упражнениями, играться с сосками, мгновенно встававшими под пальцами Рена. С тихим стоном Арми откинул голову на куртки. Его тело содрогалось и нетерпеливо тянулось навстречу губам Кайло, а он старался захватить языком каждый сантиметр, спускаясь все ниже. — Не надо… — смазано прошептал Арми, поняв, что задумал Кайло. Я месяц с ума сходил по твоему вкусу, а ты надеешься остановить меня простым «не надо»? Рен рывком расстегнул ремень и принялся яростно стаскивать с Хакса штаны. — Кайло, я серьезно, остановись… — говорил Арми, но по его голосу Рен уже все определил. Кайло не волновали ни несуществующие камеры, ни хлопающие звуки над головой, ни вероятность появления на лестничной клетке соседа. Он хотел Арми всем телом, душой, соскучился по нему до охренения и твердо решил, что сегодня отсосет любимому, чего бы ему этого ни стоило. Кайло раздвинул ноги Арми и удерживал их, не позволяя сомкнуться. Заглотил сразу глубоко, до самого конца, до невозможности дышать. Хакс задергал бедрами, а Рен заскользил языком по стволу и принялся с наслаждением всасывать. — Сумасшедший… — простонал Арми. Да, Арми, я сумасшедший, я сошел с ума от любви к тебе, от месяца разлуки, поэтому я сделаю это с тобой прямо здесь и сейчас, и я убью соседа, который осмелится нам помешать. Кайло забил кончиком языка по головке. — Люблю тебя… — задыхаясь, произнес Арми. Блять. Крышу сносишь, когда говоришь так, когда говоришь таким тоном. Рен легонько куснул ствол, и в его рот хлынула жидкость, вкус которой он любил больше всего на свете. Вкус Хакса. Вкус его Арми. Рен собирался обнять Арми, успокоить, как всегда делал после оргазма, но тут послышался звук вполне реально открываемой двери на шестнадцатом этаже. — Бежим… надо бежать! — воскликнул Кайло. Хакс вскочил, на ходу пытаясь застегнуть ремень. В попытке собрать вещи Рен споткнулся о коробку пиццы и покатился по ступенькам, увлекая за собой и коробку, и Арми с голой задницей. Докатившись до двери пятнадцатого, Рен услышал шаги на лестничной площадке сверху. В одной из квартир жил понаехавший с какой-то горной цепи Демьян, еще один кореш Леониды Анатольевны. Если на площадку вышел он, беды не миновать. — Рен! — раздался откуда-то снизу придушенный визг. Кайло видел перед собой ноги Хакса, отплясывающие в воздухе брейкданс, и пытался снять коробку из-под пиццы, нахлобученную на голову наподобие шлема. Когда ему удалось сделать шеей немыслимый кульбит, чтобы посмотреть вправо, он увидел, как лежащий под ним на животе Хакс открывает дверь пятнадцатого и пытается вползти в образовавшийся проем. Кайло поспешно слез с Арми, взглянул вверх, увидел на стене черную тень и в приступе паники кинулся в дверной проем. Оказавшись там, он буквально втащил порядком помятого Хакса, умудрившегося каким-то немыслимым образом натянуть штаны. Рен и Хакс принялись держать дверь руками на случай вторжения, и тут глаза Арми расширились. — Куртка… Кайло все понял. Открыв дверь, он поднял коробку из-под пиццы и, надев ее на голову, принялся спускаться по лестнице, к четырнадцатому этажу, где на последних ступеньках чернела куртка Хакса. — Это кто тут шастает? — раздался гнусавый голос. Голос Демьяна. Чертыхнувшись, Кайло включил максимальное ускорение. О Демьяне и его способностях в подъезде ходили легенды. Говорили, он умел перепрыгивать с одной лошади на другую, когда обе бежали галопом. При желании Демьян мог просто сигануть в проем между этажами и долететь до Кайло за несколько мгновений. — Я все видел! Спотыкаясь, Рен схватил куртку, вбежал на четырнадцатый и с гулко бьющимся сердцем саданул по кнопке лифта, надеясь лишь, что у Арми хватит ума не соваться на лестничную клетку. А потом он услышал гулкое БАМ! какое бывает от приземления чего-то тяжелого на камень. Кайло похолодел. Демьян на пятнадцатом. Раздался писк раздвигающихся дверей лифта. Рен вскочил в него, доехал до пятнадцатого, втащил Хакса в кабину, нажал на первый и с гордой улыбкой протянул Арми куртку. — Долбоеб, — прокомментировал Хакс, прежде чем сгрести его в объятья. Полчаса они отсиживались на втором этаже. Но там было слишком холодно, чтобы оставаться, поэтому, убедившись, что на лестничной площадке воцарилась идеальная тишина, Рен дал команду подниматься на одиннадцатый. В итоге Кайло и Арми устроились между одиннадцатым и десятым этажом, где особый уют создавал стоящее на пролет выше огромное зеленое растение непонятного происхождения. — Вот если бы он вышел на минуту раньше… — в который раз сказал Арми. — … увидел бы крышесносный оргазм, — самодовольно закончил Рен. Внезапно Хакс больно оттянул его за волосы и принялся водить по горлу языком, от чего по всему телу Кайло пошла крупная дрожь. — Ты был очень плохим мальчиком… — прошептал Хакс и впился зубами в мочку Кайло. — А если бы он тебя поймал? Что бы тогда было? — Я… — Не слышу ответа. Арми задрал футболку Рена и стал насиловать его соски пальцами и языком, что мгновенно превратило Кайло в пищащего ужа, лишенного способности воспринимать человеческую речь. — Ну? — не прерывал допрос Хакс. — Что бы тогда было? — Я спасал твою куртку… — с трудом выговорил Рен. За что тут же получил сильный укус в сосок. — Ты спасал куртку, подвергая себя опасности, — Арми нежно зализал там, где только что укусил. — Думаешь, мне это нравится? Нравится? Хакс рывком раздвинул ноги Кайло. Тот откинул голову на спасенную им куртку. — Арми… — Хочешь? — спросил Хакс, поигрывая ремнем на брюках Рена. — Да, пожалуйста… — Больше не будешь так делать? — Нет… нет… ну пожалуйста… Хакс расстегнул ремень, а в следующий миг между бедер Кайло будто вспыхнуло пламя. Хакс вытворял языком невообразимые вещи, умело растягивая удовольствие. Его жгучий рот уносил Рена прочь от лестничной площадки, мыслей о Демьяне, маме, проклятом дипломе, трижды проклятом карантине. Арми вкладывал в поцелуи и укусы всю боль об украденном у них месяце, всю любовь, которую они до карантина планировали дарить друг другу ежедневно, всю печаль невыносимых мгновений, когда жаждешь прикоснуться к любимому, но натыкаешься лишь на холодный экран ноутбука. Кайло чувствовал это и толкался в рот Хакса, желая стать с ним единым целым, чтобы больше никто не смел их разлучать. — Люблю… — выдохнул Рен, прежде чем в глазах потемнело, а по телу пробежала горячая волна. А потом он положил голову на грудь Хакса, и они долго лежали молча, переплетясь всеми конечностями. Пока Арми не заявил: — Хочу в туалет. — Классная новость, — только и смог прокомментировать Кайло. Коробку из-под сока они выбросили на втором этаже. Туалета же на лестничной площадке не наблюдалось. — Может, мне к тебе сходить по-быстрому? — О да, мама будет в восторге, учитывая то, что сейчас я в ее представлении гуляю с гетеросексуальным одногруппником. — Зато твой дед меня любит. — Да он вообще рыжих любит, — хмыкнул Кайло. — Ладно, давай в… — Только не говори в мусоропровод! — Ты мысли читаешь? — Кайло! Я приличный! — Ты сейчас обоссыш тут все! — Я умею сдерживаться. Рен решительно потащил Арми к мусоропроводу одиннадцатого этажа и закрыл дверь, оставив Хакса наедине с «туалетом». Полминуты спустя он услышал звук бряцания ключей в замке… О, черт… Вышедшей выбросить мусор соседке открылась дух захватывающая картина. От ее мусоропровода по направлении к двери на лестницу быстрым шагом прошел симпатичный рыжеволосый юноша, на ходу застегивающий ширинку. Высунувшиеся из дверного проема руки схватили его и втянули на лестничную площадку, после чего примерно минуту раздавалось шуршание одежды, мат, шипение и отдельные фразы: «сам виноват!», «куда идти?», «отсоси!» Постояв на пороге, соседка трижды сплюнула через левое плечо, перекрестилась и решила, что вынести мусор попросит мужа. Упорно не желавшие идти на нижние холодные этажи Кайло и Арми в этот раз нашли убежище между двенадцатым и тринадцатым этажом, оказавшись меж двух огней. У Кайло слезы текли от смеха, а Хакс зажимал себе рот, сгибаясь в три погибели. — Ты видел ее лицо? — спрашивал Арми в перерывах между приступами. — Нет, ты видел? Желая убедиться, на месте ли все вещи, Кайло достал из кармана телефон и взглянул на время. Девять вечера. Ровно во столько Арми нужно было возвращаться домой. Хакс увидел цифру прежде, чем Кайло успел спрятать телефон. — Мне скоро надо идти, — сказал он. Веселое настроение исчезло. Кайло посмотрел на растрепанную рыжую макушку, горящие изумрудами глаза, родное, самое любимое на свете лицо, которое в ближайшую неделю-две ему снова придется видеть исключительно по вебке. Рен надвинулся на Арми, прижал его руки к стене и впился зубами в шею, как оголодавший вампир. — Эй, ты чего? — недоуменно спросил Хакс. Кайло не желал терять ни секунды на ответ. Да он бы и не смог внятно объяснить, что именно пробудило в нем ненависть и заставило кипеть каждую клеточку тела. Гнев и обида на весь мир, скорее всего. За то, что он решил заболеть и разлучить Кайло с Арми. За то, что им приходится довольствоваться несколькими часами в месяц на грязной лестничной клетке. Кайло ударил кулаком по стене и принялся терзать тело Хакса поцелуями, прижимая его к себе, кусая и зализывая, помечая языком каждый сантиметр, оставляя засосы… — Почему ты агрессируешь? — как в тумане услышал Рен вопрос Арми. Потому что ты сейчас уйдешь. Кайло обхватил его лицо руками и прорычал: — Ты мой… только мой… У Рена было чувство, что Арми у него отнимают. Этот долбаный карантин забирает время, которое должно принадлежать им с Хаксом. Именно сейчас, в теплую весну, когда Кайло по-настоящему влюбился, его любовь безжалостно крадут, буквально вырывают из рук. — Твой, твой… — ответил Арми. Полностью потеряв контроль, Кайло впился зубами в губу Хакса и отпрянул, только когда почувствовал вкус крови во рту. Мгновенно придя в себя, Рен в ужасе уставился на распухшую нижнюю губу Арми, из которой текла красная струйка. — О, черт… — Все, — Хакс достал салфетку. — Доигрался. Вызывай скорую. — Арми, прости меня… — прошептал Кайло. — Черт, прости меня… — Нет, я умру прямо здесь, если ты не вызовешь врача! — Арми томно откинулся на куртки. — Я обещал никогда не причинять тебе боль… — бормотал Рен, понимая, что ничего уже исправить. — Я при смерти, перестань болтать и прояви уважение! Кайло опустился на колени перед Хаксом, прижал его к себе и принялся целовать в макушку. — Все, успокойся, королева драмы, — Арми отстранился, вытирая губу. — Просто больше так не делай. — АГА! — раздался сверху адский вопль. — Я вас вижу!!! Арми показал фак верхним этажам. — С ума сошел? — Кайло схватил руку Хакса и опустил ее. — Он все равно не сможет до нас добежать. — Ты не знаешь, на что он способен. БАХ! Хакс изменился в лице. — Он… — Да! Арми с научным интересом посмотрел наверх. — Классно… — пробормотал он. — Классно?! БАХ! — Бегом к лифту! — предложил Арми. — Не успеем, — обреченно сказал Кайло. В мозгу упорно вертелось это с восхищением произнесенное «классно». Кайло невольно сопоставил себя с фактически умеющим летать Демьяном. Это пробудило в нем злость, которая придала сил и очистила разум. — Иди к лифту, я отвлеку его, — твердо сказал Кайло. — Я не оставлю тебя! Рен быстро поцеловал Хакса в губы и толкнул в дверной пролет. — Уходи через люк. БАХ! Кайло и Демьяна отделял всего один лестничный пролет. Опустив голову, чтобы Демьян не увидел его лица, Рен посмотрел на несколько метров свободного падения, отделяющие его от лестницы между двенадцатым и одиннадцатым этажами. — Классно… Кайло прыгнул. Многолетний опыт прыжков в воду сыграл свою роль, и Рен приземлился болезненно, но ничего себе не сломав, что уже являлось достижением. Следующий пролет он пробежал, следующий вновь перепрыгнул, и так до самого низа. Тело горело от боли и адреналина, но Рен не останавливался, понимая, что с каждым новым пролетом увеличивает время для Арми. Демьян был мастером свободного падения, а вот с подъемами у него все обстояло не лучше, чем у среднестатистического человека. Кубарем скатившись по лестнице до первого этажа, Кайло выбежал на улицу, слыша за собой яростное пыхтение. Оказавшись на улице впервые за целый месяц и задохнувшись от майских ароматов, Рен бросился в разбитый около дома цветистый сад и залег в пышных кустах. Прошло пять минут, десять. Демьян не появлялся. Арми тоже. Должно быть, ушел через люк. Вот черт. Даже толком попрощаться не смогли. На вопросы о следующей встрече Хакс туманно отвечал «когда сделаем диплом». Еще неделя как минимум. Неделя вебки и сплошной нормальности, в которой по уши погрязли все без исключения люди, проживающие в доме Рена. Лишь они с Хаксом из нее выбивались. Кто еще станет устраивать свидание на лестничной клетке. Кайло осторожно включил телефон и увидел один пропущенный от деда и сообщение: Мама уехала на всю ночь, тащи сюда своего друга. Мы с дядей Ваней на кухне, не будем вам мешать) Рен улыбнулся, глядя на раскинувшееся над его головой черное небо. Вспомнил пиццу, крик «я все видел!», панический бег с препятствиями, выбрасывающую мусор соседку и собственный чертовски классный паркур. Определенно, одно из лучших свиданий. Определенно, некоторые сны имеют свойство сбываться. Не в силах перестать улыбаться, Рен набрал номер Арми.