Покаяние Зерефа

Полюшка разбирала полки с лекарствами, когда к ней вошел Нацу. «Полюшка, где Зереф?» – не увидев брата на больничной койке, Нацу напрягся, это было видно по его рукам, которые вмиг сжались в кулаки. – «Где он?» «Нацу, успокойся, а то сейчас загоришься», - начала со всем спокойствием говорить Полюшка. «Да какое успокойся. Ты же видела, что с ним сделали эти уроды!» – Нацу был очень зол и встревожен. Увидев, как парень всё больше закипает, Полюшка не стала ждать продолжение гневного высказывания и перебила парня. «Я понимаю, что ты испытываешь. Твоего брата, который стал им относительно недавно, зверски увечели. И ему еще долго не только физически, но и морально придется восстанавливаться. Но, Нацу, может быть это и не так плохо? Всё произошедшее с ним?» – речь Полюшки была пропитана холодным безразличием. Или может быть так показалось Нацу, но в любом случае содержание его ввело в ступор. Как это можно назвать случившееся "не плохо"? «Сам подумай, сейчас все узнают, что ныне сильнейший маг не представляет больше никакой угрозы. Его вид и состояние дадут людям надежность его беспомощности. А значит со временем о нём забудут. Зерефу именно это и надо для спокойной жизни. Все должны забыть о нём, как о сильнейшем черном маге. Пускай думают, что сейчас он обычный человек, как и все» – закончив говорить она подняла взгляд на парня. Тот всё еще был напряжен, но уже не так сильно. «Скажи куда вы его дели, сам бы он никуда не ушёл», - Нацу нужно было знать, где находится Зереф. Ему доставляет хоть какое – то спокойствие мысль, что он сможет присматривать за ним. «Он у Лексуса дома. Как ты помнишь, у них состоялась свадьба. Теперь Зереф будет жить вместе с Лексусом.» - произнесла, не смотрев в глаза Нацу, Полюшка. Их диалог прервал звук, открывающийся двери. Полюшка подумала, что пришёл Лексус за лекарством для Зерефа, но это был мастер. Он искал Нацу. «Нацу, у меня для тебя задание. Тебе нужно будет отправиться на остров Мар и привезти мне корень огненного цветка» - твердо сказал мастер, он знал, что Нацу не захочет никуда ехать из – за ситуации с Зерефом, но именно из – за этой ситуации его надо отправить куда – нибудь. Мастер понимал вероятность повторения насилия над магом со стороны Лексуса. Лексус слишком черств для того, чтобы испытывать чувство сочувствия, и слишком уж много в нём тестостерона, чтобы сдерживать себя. Поэтому ради спокойствия всех, в первую очередь самого Нацу, нужно, чтобы, как минимум две недели, его не было в городе. «Почему я?» - Нацу к такому был не готов. Он уже обдумывал, как будет следить за Зерефом, чтобы никто не заметил, а его посылают на край света за каким – то цветком. «Огненный цветок подвластен только заклинателю огня. Ты единственный, кто сейчас есть в городе, способный его достать» - рассудительно, спокойно сказал мастер, осматривая полки с лекарствами. – «Полюшка, что за баночки ты поставила отдельно от остальных» «Лекарство Зерефу, Лексус скоро должен придти» - сказала Полюшка И снова воздух пропитался понимаем случившегося. Мастер, предвидя возрастание возмущения у Нацу, говорит ему идти за ним для обсуждения задания. Недолго перерикаясь Нацу подчиняется мастеру, ему нельзя было сейчас портить с ним отношения. Когда они вышли, Полюшка вздохнула с облегчением. Ей хотелось спокойствия, она любила приятную атмосферу, и любая напряженность её сильно утомляла. Только сложив в пакет баночки с таблетками и с мазьями, Полюшка почувствовала, что кто – то зашел в комнату. Оглянувшись назад, она увидела Лексуса. Тот бодро как ни в чём не бывало стоял на пороге. На его лице не прослеживалось ни сожаление, ни грусть, ничего. Действительно, такие мужчины, как Лексус волнуются не о мире чувств, они приземленные и на всё смотрят, через взгляд рационалистов. Таких обычно называют бессчувственными. «Ты не выглядишь раскающимся» - решила поговорить с Лексусом, чтобы понять его дальнейшие действия по отношению к Зерефу. «А должен?» - сухо отвечает Лексус, - «Давая склянки да я пошел, дел много» «Что это за дела у человека, который вчера вступил в брак. Сегодня у тебя выходной от всего.» - Полюшка понимала нежелание Лексуса разговаривать, но решила не отступать. «Смешно» - усмехнулся златовласый мужчина. Он не считал их брак нормальным, а, следовательно, и поступать «по-нормальному» не собирался. Взяв приготовленный пакет, он начал доставать и разглядывать каждое лекарство, - «Что и как давать?» «Лексус, не забывай, что сейчас он слабее ребенка. Печать высасывает каждодневно из него силы, а ваш поступок…», - Полюшка взглотнула. Сложно обсуждать аморальные поступки, делая вид, что ничего страшного не произошло «Наш поступок что?» - Лексус специально давил. Ему было неприятно ощущение своего соучаствия в групповом изнасиловании Зерефа. И он хотел, чтобы всё забылось. «Нанес ему большой ущерб. Гематомы и разрывы будут долго заживать. Так что сразу говорю тебе наберись терпения и не трогай его две недели. Ему нужен постельный режим, спокойствие, хорошее питание. В пакете таблетки, их надо давать на сытый желудок два раза в день. Заживляющие мази нужно наносить на места разрывов также два раза в день.» - Лексус внимательно слушал Полюшку. А когда она закончила, не стал дожидаться дополнительных нравоучений, пошел домой. Ему нужно было узнать про лекарства. Он это сделал, всё остальное его не волнует. Подходя к дому, Лексус думал о том, как сейчас устраивать свою жизнь. Теперь на нём висит ещё ответственность за Зерефа, а значит надо увеличивать свой доход. Нельзя сказать, что Лексус мало зарабатывал, но это количество денег уходила на него самого, а ограничивать себя в своих удовольствиях он не собирался. Зереф сейчас его супруг, который занимает роль жены, а все мужья берут нужды жены на себя, по крайней мере в понимании Лексуса. И как бы ему не было всё равно на темного мага, себе, как мужчине, он не мог позволить бросить его на произвол судьбы в плане финансов и обеспечения. Зайдя в дом, Лексус сразу направился в комнату к Зерефу, но перед этим зашел в ванную, чтобы помыть руки. Он совсем недавно сделал ремонт в доме и теперь испытывал истинное наслаждение каждый раз идя по со вкусом сделанным комнатам. Ванная была пределом его детских мечтаний: большая, светлая, с зеркалами от потолка до пола, мраморное покрытие. Златоволосый мужчина любил высокий уровень жизни и делал всё, чтобы ему соответствовать. Это ещё одна причина, по которой он не может позволить Зерефу быть ограниченным в средствах. Люди будут смотреть на него и оценивать самого Лексуса. В комнате на их общей кровати мирно спал Зереф. «Не верится, что теперь это кровать НАША, а не только моя. Я думал ещё долго буду хранить её от всех» - подумал Лексус, подходя к кровати и присаживаясь на край, приподнимая одеяло, под которым спит Зереф, - «Так, значит разрывы и гематомы. Чем быстрее начать обрабатывать, тем быстрее заживет». Откинув одеяло, Лексус увидел насколько худой его супруг. Конечно, никто не думал его нормально кормить, пока он был в заточении. Но кроме худобы в нём было и изящество, линии тела не могли не цеплять взгляд мужчины. Сам того не замечая, Лексус начал проводить рукой по изгибам тела. Желание начало просыпаться в нём. Поглаживая ягодицы, он спускается вниз под сорочку, поднимая её наверх. Красивые подтянутые бедра темного мага ещё быстрее заставили биться сердце, разгоняя кровь по венам. В районе паха начало набухать, Лексус сжал кулак, пытаясь усмирить свое животное начало. «Пожалуйста…Не надо…» - жалобная просьба, сказанная полушепотом с дрожью в голосе, нарушила тишину в комнате. Лексус оторвал взгляд от ягодиц и увидел, как Зереф закрыв лицо ладошками весь сжатый лежит лицом вниз, в подушку, боясь пошевелиться. Чувствуя всё еще ладошку громовержца на своих бедрах, Зереф не сдержался и всхлипнул. Страх из – за возможного насилия над ним был большим и с каждой минутой, пока Лексус сидит рядом увеличивался. «Когда я с ним сражался и представить не мог, что когда – нибудь он будет лежать напуганный на моей кровати и плача просить меня не трогать его» - от этой мысли Лексусу стало смешно. В этот момент он понял, что ему нравится власть над темным магом. «Мне нужно обработать твои раны. Трогать я тебя не буду, так что расслабься» - голос сам по себе принял властный оттенок и скорее всего ещё больше напугало Зерефа, но Лексус об этом не думал. Зереф не верил, что мужчина его не тронет. Он сейчас вообще ни во что не верил. Печать забирала большую часть сил не только магических, но и физических. Хотелось рыдать от собственной беспомощности, но гордость ещё осталась, поэтому закрыв рот ладонями, Зереф лежал и смиренно ждал, когда Лексус закончит и уйдет. Лексус хотел его. Хотел овладеть его телом и вдалбливать его в матрас кровати. Трогать, зажимать, трахать. Но он сдерживался. Ведя рукой по разрывам, он понимал, что сейчас нельзя. Сейчас Зерефа можно сломать. Касаясь ран, громовержец чувствовал, как сильнее напрягался Зереф, ему больно, а мазь щипит. Когда Лексус начал вводить палец в мага, тот дернулся и попытался отползти, но был схвачен и придавлен к кровати Лексусом. «Нет! Нет! Не надо. Пожалуйста» - Зереф нескончаемо просил его не трогать. Лексус чувствуя себя последним подонком, который силой удерживает трясущегося в истерике супруга, не стал останавливаться и ввёл до конца палец, обрабатывая хорошо разрывы.