Сопряжение сфер

Кузнечные земли встретили его ласковым ветром, путающимся в ветвях исполинского Древа Жизни и гриве Руины. В лесу, окружающем его, слышались отзвуки чего-то недоброго, похожего на голод, который всегда испытывает Пожиратель хаоса. Но, что бы это ни было, его здесь уже нет. Стоило отъехать немного по лесной тропинке, как Прах снялся с плеча и, призывно каркнув, полетел впереди, указывая дорогу. Война чуть тронул поводья, предлагая Руине самой выбрать скорость передвижения. Они, конечно, торопились, но галопировать пока было не обязательно. Хотя… Зная Смерть — а Война все же знал брата достаточно, чтобы делать выводы — оставлять его без присмотра надолго не стоило совершенно. Ну что ему стоило хотя бы притащить брату что-нибудь из библиотеки? Вряд ли человеческие знания заинтересуют некроманта, конечно, но хотя бы на некоторое время можно было бы быть уверенным, что он останется на месте. Лес, подходящий вплотную к тропинке, поредел, раздвинулся, и вокруг воздвиглась долина-чаша, окруженная горными хребтами. Руина прянула ушами и бодрее застучала копытами по земле. Ей вообще куда больше нравились открытые пространства, где можно в охотку разогнаться, и всадник не притормозит ее через пару метров, чтобы увлекшаяся лошадь не наткнулась на стену или дерево. Осмотревшись, Война заметил выход из долины, к которому как раз и улетел Прах — почти напротив их местоположения виднелась рукотворная арка, чуть скособоченная. Наклонившись, он потрепал Руину по шее, указывая туда. Что город строили творцы, было сразу понятно по исполинским размерам всего окружающего. А что некоторое время назад городом кто-то был очень недоволен — по масштабным разрушениям. Частично их уже устранили — мостовая явно новая, от сожженных деревьев остался лишь неуловимый запах гари, но не они сами. Что ж, творцам бы для начала со своим миром разобраться, потом восстанавливать Землю. Придется это учесть. Массивное здание в центре наверняка было кузницей, оттуда раздавались удары тяжелого молота и чувствовались запах и жар раскаленного металла. Но Прах привел его к беседке, увитой неизвестными ему растениями, чуть накренившейся — видимо, тот, кто бесчинствовал в городе, дотянулся и сюда, — но вполне целой. Навстречу ему вышла женщина-творец, совершенно седая, с повязкой на глазах. Судя по количеству разнообразных мешочков на ее поясе — это и была искомая шаманка. Мурия протянула руку — и Прах перелетел к ней, как к старой знакомой, склевал что-то предложенное из ладони и вернулся обратно к нему, переступил несколько раз, удобнее устраиваясь на броне. — Итак, ко мне снова пришел Всадник, ведомый вороном, — шаманка чуть улыбнулась. — Вот только Всадник другой. Вижу, путешествие Смерти окончилось успешно. Война скрипнул зубами. Ну конечно, здесь он тоже был. Похоже, брат ради него поставил на уши несколько миров. И он совершенно не мог понять, чем это заслужил. — Я вижу, ты в смятении. Присядь, — шагнув в сторону, Мурия указала на лавку внутри беседки. Война тяжело опустился на указанное место, движением вспугнув ворона, обиженно каркнув, тот перелетел на парапет беседки. В смятении — не то слово. Слишком много мыслей, эмоций, неясных страхов. Может быть, если бы брат согласился поговорить с ним, стало бы легче. Но это скорее что-то из области невозможного. — Вот, выпей, — шаманка сунула ему в руки глиняную чашку с дымящимся напитком. — Успокоит разум и сердце. Напиток успокаивающе пах травами, ноткой полузнакомой магии. Нефилимы были искусственно созданной расой, и все же, даже они могли ощущать магию творения. Возможно, напиток и впрямь ему не повредит. Хотя, стоило помнить и о том, что брат не послал бы его к кому-то, кому не доверял. Первый глоток оказался почти обжигающим, но со вторым и третьим пришло спокойствие, которого ему так не хватало… последнее столетие, должно быть. — Итак… Что привело тебя ко мне? С сомнением покосившись на повязку на глазах шаманки, он достал пергамент, полученный от Вульгрима. Мурия разгладила его ладонью, помолчала. Наконец, выдохнула. — Не представляю даже, для чего могут понадобиться эти ингредиенты в таком сочетании. Многие из них можно найти в наших землях, я укажу тебе путь. Кое-что есть и в Третьем царстве. Об артефактах, указанных здесь, спрашивай демонов. — Спасибо, — Война аккуратно припрятал пергамент с новыми пометками. Следом шаманка передала ему крошечную стеклянную бутылочку с зеленоватой жидкостью. — Я искренне надеюсь, что оно не пригодится. Но если будет совсем безнадежно, это поможет. Всадник кивнул, аккуратно укладывая зелье к вещам, лишь бы не разбилось. Лучше бы действительно не пригодилось. Но, учитывая обстоятельства… — Откуда лучше начать? Провозиться со сбором ингредиентов пришлось до самого вечера. Мурия обещала, что самым сложным будет добыть череп мелкой твари, их называли здесь «ходоками», но эту проблему Война решил просто — отправил гоняться за юркой зверюгой Руину, не сомневаясь, что удар тяжелым копытом отделяет голову от туловища не намного хуже меча. Куда больше проблем доставили просто дикое количество разнообразных семян, кореньев и цветков, растущих в разных концах этого мира — как бы ни быстра была его лошадь, мгновенно оказаться в совершенно другом месте они, увы, не могли. Быть исцарапанным с ног до головы Войне не нравилось, но он постоянно помнил, для чего лазает по холмам и колючим кустам. Подошедшая Руина брезгливо скинула ему под ноги широколобую хищничью башку, истекающую кровью и еще какой-то дрянью. Война потрепал любимицу по шее, благодаря за проделанную работу, подобрал добычу в мешок, не касаясь, искренне надеясь, что выделкой черепа Вульгрим займется сам. Сверился со списком, в котором добрых две трети пунктов были уже вычеркнуты. — Что ж, кажется, здесь мы все собрали. Возвращаемся на Землю. Перед возвращением они все-таки завернули к Мурии. Раз уж все равно охотился на растения, заодно насобирал нужных травок для успокаивающего напитка. Хотелось как-то отплатить за помощь. Но все же, вернуться нужно было как можно скорее. Ему было неспокойно. На Земле его сразу же встретили Раздор и Ярость. Сестра выглядела растрепанной и сердитой. — Вульгрим нам все рассказал. Хоть ты-то мог попросить о помощи? Он и наш брат тоже. Война молча склонил голову, признавая справедливость претензий. Ему — им всем — стоило больше доверять семье. — Что с людьми? — Ультейн строит новое Убежище. Прибыли еще два творца — его брат и забавный такой парнишка, Карн зовут. Азраил занимается просвещением, только крылья шуршат. Он снова кивнул. Кажется, жизнь после Апокалипсиса и впрямь может наладиться. Все же, пусть невольно, но его доля вины в случившемся тоже есть. Должен что-то сделать для исправления ситуации. — Люди справятся, Война, — Ярость шагнула ближе, положила узкую ладонь ему на плечо. — Главное, что они вернулись, и теперь можно все наладить. А нам нужно сосредоточиться на том, чтобы вылечить брата. Втроем справимся быстрее. Стоило достать список, как он сразу же пошел по рукам. Неопределенно хмыкнув, Раздор покачал головой. — Сердце феникса. Я, конечно, понимаю логику, но… Если эти птицы тут и водились, то вымерли еще до Апокалипсиса, — он задумался. — Ладно, знаю один мир, где их еще можно найти. Это далеко, так что лучше пойду один, быстрее выйдет. Займитесь пока остальным. — Будь осторожен. Стрелок насмешливо фыркнул, не ответив. Ярость покачала головой, отступая на шаг, дождалась, пока брат окажется в седле, и, аккуратно потянув с пояса хлыст, стегнула его коня по крупу. Приставила ладонь ко лбу, разглядывая удаляющийся пыльный след и прислушиваясь к сочной ругани. Потом свистнула своему коню, взлетела в седло, глянула на него сверху вниз. — Куда в первую очередь? — Я выбираю? Серьезно? — насколько ему помнилось, Ярость всегда стремилась управлять сама. И подчинялась чужим решениям, даже Совета, крайне неохотно. — Ты это начал, так что не вижу проблемы, — сестра пожала плечами. Перебрала пальцами по гриве Буйства. — Так куда? — К Самаэлю, надо спросить про артефакты, — Руина потянулась к собрату, о чем-то перефыркнулась. Поравнявшись с сестрой, Война аккуратно положил ладонь на ее пальцы. — Что с нами всеми случилось? Ярость коснулась поводьев, побуждая коня перейти на шаг. Долго молчала, продолжая перебирать гриву и слепо смотря куда-то вглубь себя. — Знаешь, я… — она глубоко вдохнула, словно собралась нырять. — Я его потеряла. — Что?! — Буйство. Я была слишком горда, чтобы заметить, и враг подошел слишком близко. Думала, больше никогда не смогу его оседлать… Мы же не знали, что седьмая печать цела… И я действительно на какое-то время поверила, что ты мог это сделать… Ты простишь меня, брат? Война крепче сжал ее пальцы. — Мне, конечно, обидно, что моя семья мне не верит, но все же — я понимаю. — В нашей семье есть тот, кто поверил сразу. Ты до сих пор уверен, что он ничего не замечает? — О чем ты? — Война, я женщина. Мама создала меня для битвы, а не любви, но я ведь не слепая. К тому же, много наблюдала последние годы. — Осуждаешь? — какое счастье, что нефилимам физически не дано краснеть. Правда. — Вот еще, — Ярость задумчиво глянула через плечо. — Нас ведь всего четверо осталось, не то чтобы было, из кого выбирать. — Дело не в этом, ты ведь знаешь? — Знаю. Конечно, знаю, — она вдруг зажмурилась и очень тихо призналась. — Я в какой-то момент поняла, что потеряла вас всех. Думаю, мы можем чувствовать, если с другими что-то случится. Или я просто выдумала это, слишком много времени провела с людьми… Не все погибли в Апокалипсис, знаешь? Многих собрал Ультейн, и я — я обещала, что буду защищать их, сколько понадобится, и я защищала их. Все еще не знаю, что это был за мир, куда творец нас отправил, но где-то теперь есть филиал Третьего царства. Они сильные, на самом деле сильные, и они отстроят Землю заново, я не сомневаюсь. Раздор молчит, но я думаю, что он… В последний раз я видела его, уходя в портал с остатками человечества, защищающим Убежище от армии Разрушителя. А сейчас старого Убежища нет, творцов, что были там, тоже, и Ультейн не хочет об этом говорить. Я злилась и сбегала, но всегда знала, что у меня есть братья. Есть поддержка. Я последняя женщина-нефилим, я смирилась. Но быть последним вообще нефилимом слишком горько. Я больше не хочу это чувствовать, — Ярость встряхнулась, попробовала улыбнуться. — Поэтому мне сейчас очень не нравится, что наши братья одни. Давай решим нашу проблему и впредь будем держаться вместе. — Все будет хорошо, слышишь? — он правда не знал, что еще сказать. — Обычно так говорят люди, — сестра слабо, но искренне улыбнулась. — Значит, нам тоже есть, чему у них научиться. Самаэль нашелся возле нового Убежища, за которым демон наблюдал с высокого утеса, благоразумно не показываясь скрывающимся там людям. — Вот увидите, неделя-другая, они еще торговать с ангелами и демонами начнут, — не оборачиваясь, — стук копыт разносился далеко, застать его врасплох в любом бы случае не получилось — произнес Самаэль. Они спешились, встали рядом. Люди выглядели пока еще растерянными, но уже не испуганными. Может, и правда, их присутствие здесь не обязательно. И равновесие восстановится без них. — Так зачем меня искали Всадники? — Последние два пункта, — без лишних слов Война подал демону список. — О, узнаю руку старого змея. Ничего не меняется, Вульгрим по-прежнему собирает свою коллекцию. С первым проблем не возникнет — браслет Голгорота в заброшенной сокровищнице одного из адских лордов, я знаю место. А вот второй… Эту вещь забрал себе Абигор, и добровольно он ее не отдаст. Война медленно кивнул. Ему дали повод. — Я соберу свои легионы за полчаса, — Самаэль снова коснулся шрама на скуле. — Будьте готовы, и не надо лезть к нему в одиночку.