Выбери меня

      Декабрь. Снег окутал окрестности Хогвартса, словно пушистой ватой. Ученики младших курсов весело играли в снежки, лепили причудливые фигуры, кто-то катался на коньках на озере.       Гермиона сидела на своем излюбленном месте — на подоконнике окна. Как обычно за последние несколько недель, погруженная в свои размышления о её отношениях с Блейзом. Этот короткий промежуток времени, с тех пор как они решились попробовать отношения, девушка была абсолютно счастлива. Она наконец-то почувствовала себя любимой, желанной и защищенной. Он наполнял её собой. Блейз всегда смотрел на Грейнджер с такой нежностью, словно она самый родной и любимый человек во всем мире. Гермиона улыбалась думая о нём, но вдруг мысли обратились к Малфою, и улыбку сменила грусть. В груди горько кольнуло. Всё это время Драко и Блейз практически не общались. Блондин снова, как и тогда, на 6м курсе, стал большую часть времени проводить в одиночестве. Его практически не было видно. Разве что на занятиях и в Большом зале. Гермиона украдкой наблюдала за ним, иногда. Снова тот же пустой взгляд, осунувшийся вид. Всегда серьезен, даже строг. Неужели она стала яблоком раздора между лучшими друзьями? От этих мыслей ей стало совсем нехорошо. Закончив самобичевание, она с тяжелым сердцем легла спать.       После занятий Гермиона как обычно пошла в библиотеку. Она обходила стеллажи в поисках книги для чтения. В самом укромном закутке, она услышала знакомый приглушенный голос. Гриффиндорка украдкой выглянула за книжную полку и увидела Драко. Он сидел за столом, перед раскрытой книгой и, по всей видимости, практиковал какое-то заклинание. Грейнджер не хотелось его беспокоить, но блондин, заметил, что за ним наблюдают, вскочил с места и удивленно уставился на девушку. — Привет, — неловко махнув рукой, она подошла ближе. Малфой не отвечал. Просто смотрел пустым, ничего не значащим взглядом.  — Драко, с тобой всё в порядке? — Гермиона подошла ближе. — Вполне, — с трудом выдавил слизеринец и сел обратно, уткнувшись в книгу. Грейнджер тяжело вздохнула и хотела уйти, но… — Что читаешь? — она нависла над ним и заглянула в книгу. Блондин стал нервно перебирать страницы, не обращая внимания на вопрос. — Драко, — голос дрогнул, выдавая волнение. Слизеринец поднял глаза. И его лицо оказалось совсем близко к лицу Грейнджер. — Тебя это не касается, — прошипел блондин. — Давай поговорим, — ласково произнесла шатенка. Малфой громко фыркнул и отвернулся. — Поговорим? С Блейзом разговаривай, — недовольно пробормотал. — Драко, прошу, — девушка выпрямилась и положила руку ему на плечо. — Чего тебе надо, Грейнджер? — спросил он уже более мягко. — Расскажи мне, что с тобой происходит? Ты так изменился. — выпалила она и жар пробежал по её лицу. — Волнуешься? С чего это? — спросил с легким сарказмом. — Я… просто ты… ты снова страдаешь. Почти не общаешься с друзьями… — нервно перебирала староста. — А они у меня есть? — ему с трудом дались эти слова. — А как же Блейз? — Хм, — он усмехнулся, — Забини… у него есть ты и Паркинсон. Ему хорошо и без меня. — Не говори так, Драко. Он переживает за тебя, — это была правда. Забини переживал за Драко, но не понимал причин его отстраненности. Пытался несколько раз поговорить, но блондин грубо отшивал его и уходил. — Да? — скептически спросил, — я то думал его интересуешь только ты. Добился таки чего хотел… В голосе Малфоя присутствовали нотки зависти, злости и отчаяния.  — В каком смысле «чего хотел»? Я не вещь, — обиделась девушка.  — Я не в этом смысле, — смягчился парень, — просто у него всегда все так. Везунчик Блез. Родители оградили его от всех этих темных делишек во время войны. Запретили вступать в ряды Пожирателей. А ведь он хотел. Он не рассказывал? — Гермиона охнула и прикрыла рот ладонью. Этого она не знала. Блондин продолжил, — его почти не коснулось то, с чем столкнулось большинство учеников. Лучший игрок в квиддич, староста школы. А ещё ты…  — Драко, я слышу зависть? — брови девушки взлетели вверх. — Нет, — прошипел блондин, — только… только ты… — Да объясни причем здесь я? Почему ты повторяешь это снова и снова. Да, мы вместе, но ты считаешь, что я с ним, потому что «ему везет»? Ты не думал, что я может влюблена? — девушка осеклась, понимая, что взболтнула лишнее. Слизеринец ухмыльнулся и покачал головой.  — Влюблена значит… — прошептал он с горечью, — тогда что ты здесь делаешь? Зачем подошла, зачем говоришь со мной? Иди, люби его, и будьте счастливы, — он повышал голос, от чего Гермиона поёжилась. Блондин с силой захлопнул книгу, встал и хотел уйти, но гриффиндорка схватила его за руку и задержала.  — Что тебе еще надо? — с горечью спросил. Девушка медленно встала напротив, не отпуская его руки. Драко посмотрел ей в глаза. — Скажи мне, — умолял он. Гермиона молчала. Её нижняя губа затряслась, а на глазах выступили слезы. «Пропади всё пропадом»… Секунда и Малфой впился губами в её губы, запустив руку в волосы и держа за затылок, крепко прижал её к себе. Она покорно ответила на поцелуй, полностью расслабившись в его горячих и страстных объятиях. Сейчас она не думала о Блейзе, о том, что их может кто-то увидеть, и о том, что позже, когда всё закончится, она будет проклинать себя, за эту слабость. Драко запрокинул ей голову и, прижав к своему плечу, целовал со стремительно нарастающей страстью, заставившей ее прижаться к нему, как к своему единственному спасению. В этом опьяненном, качающемся мире его жадный рот раздвинул ее дрожащие губы, по нервам побежал ток, будя в ней ощущения, которых она раньше не знала и не думала, что способна познать. Чувство страха, опасности, смешалось с возбуждением и счастьем. Как же давно она об этом мечтала… Его руки медленно спускались по плечам, спине, и вот уже девушка почувствовала под рубашкой его прохладные пальцы. Каждое прикосновение разжигало в ней желание отдаться полностью, без остатка. Она подавалась вперёд, и с её губ то и дело срывались короткие всхлипы, грозившие перейти в стоны. Слизеринец с лёгкостью подхватил её на руки и усадил на стол. Парень медленно запустил руку ей под юбку и начал ласкать, не отрываясь от поцелуя.  — Драко, — шепотом произнесла, что было похоже на тихую мольбу, чем на протест. Слизеринец посмотрел ей в глаза и хрипловатым голосом спросил:  — Ты хочешь, чтобы я остановился? Гермиона лишь затрясла головой. Нет, она этого хотела. Драко улыбнулся и его язык продолжил врываться в её рот, а пальцы ласкали грудь и сладко, мучительно, до боли сжимали соски. Правая рука спустилась вниз и начала ласкать между ног. Гермиона задвигала бедрами, внутренняя дрожь нарастала как волна цунами, грозя выплеснуться наружу громким криком. Палец блондина продвинулся дальше, проникая внутрь узкого, тесного и горячего лона. Гермиона выгнулась и сладко простонала. — Девочка моя, милая, — шептал он еле слышно, — нежная… Сладкие речи доводили девушку до пика возбуждения и не в силах больше сдерживаться она потянулась к ширинке парня, но он перехватил её руку. — Не спеши, — произнес на выдохе и раздвинув ей ноги, опустился на колени. Гермиона запрокинула голову от предвкушения и положила руки ему на плечи. Она почувствовала его горячее дыхание там, внизу, и тут же новый прилив захлестнул разум. Ещё мгновение и его язык коснулся её клитора. Словно разряды тока пронзили тело, она раздвинула свои ножки и стала сильнее прижимать его голову к себе. Пальцы шатенки забрались к нему в волосы, и она сладко постанывала от наслаждения, чем еще больше разжигала страсть в парне. Он всё ласкал и ласкал её, и пик возбуждения вот-вот должен наступить. Она чувствовала приближение оргазма, а он уже давал о себе знать дрожью в ногах и сокращениями всех вагинальных мышц. Мозг был абсолютно затуманен, тело было на грани эмоционального взрыва и вот это началось… По телу пробежали волны тепла и спазмов. Они возникли где-то в глубине, клитор был на пике возбуждения. Когда Драко засасывал его, он пульсировал на его губах и передавал сладостные волны во всё тело. Она почувствовала, что внутри всё сокращается и одновременно разрывается от наслаждения. Гермиона быстро потянула Драко вверх и впилась отчаянным поцелуем в его чуть опухшие губы. Руками она уже расстёгивала ремень на его брюках. Драко был возбужден до предела. Он наслаждался видом возбужденной и довольной гриффиндорки. Одним резким движением вошел в неё. Гермиона издала протяжный стон и впилась ногтями в кожу плеч. Её дыхание стало прерывистым, а его движения набирали темп. На мгновение он замедлился, заглянул ей в глаза и тихо прошептал:  — Ты прекрасна. В ответ гриффиндорка лишь крепче прижалась к нему. Парень улыбнулся и покусывая шею, приглушенно рычал от удовольствия и двигался быстрее. Ноги девушки затряслись и всё внутри запульсировало. Драко сделал несколько глубоких быстрых проникновений, тело его напряглось, он весь вытянулся и его накрыла столь сильная волна удовольствия, что он отключается на пару секунд, а когда приходит в себя, видит обессиленную гриффиндорку, которая раскинулась на столе, и тяжело дышит. Драко склоняется над ней и целует её сосочки, девушка вздрагивает при каждом прикосновении. Он все еще в ней и начинает медленно двигаться. Она начинает постанывать от вновь нахлынувшего чувства эйфории. Она находит в себе силы и поднимается к слизеринцу, хватает его за волосы, но не грубо, а страстно, и начинает быстро невнятно шептать на ухо: — Что ты со мной делаешь, Драко? — Люблю тебя, — ответил парень, и накрыл её приоткрытый рот своими губами, продолжая двигаться в ней…