Выбери меня

      Каникулы близились к концу, и гриффиндорка с нетерпением ждала возвращения в школу. Они с Драко переписывались каждый день, но от этого, кажется, становилось только грустнее. Она очень скучала по нему. В последнем письме он прислал ей колдографию с бала-вечеринки. И действительно, как и говорил слизеринец, фото вышло превосходным, сказочным. Девушка любовалась снимком и погрузилась в воспоминания прекрасно проведенного вечера и ночи, и не заметила как в комнату зашла мама. — Милая, ты собрала вещи? — Да, мам, — быстро ответила шатенка, пряча колдографию, но женщина всё равно заметила её. — Ну-ка, дай посмотреть, что там у тебя? Гриффиндорка неуверенно протянула фото.  — Ого, а он просто красавец! — восхищенно вскрикнула миссис Грейнджер, — и ты, милая, просто принцесса. На глазах у женщины блеснули слезы.  — Мааам, ну ты что? — девушка обняла растрогавшуюся мать.  — Милая, ты так быстро выросла, — женщина крепко прижала дочь к груди, — вот уже и жених есть. И я вижу, ты счастлива.  — Ма, ну он не жених, — улыбнулась гриффиндорка, — но я правда счастлива рядом с Драко. Он замечательный.  — Когда… когда ты его представишь нам?  — Еще слишком рано, мам. Думаю после школы, если у нас всё будет с ним хорошо…  — Будет, родная, будет…       Первую учебную неделю Малфой и Грейнджер буквально не отходили друг от друга. На совместных занятиях сидели вместе. Ходили за руку и даже в большом зале сидели за одним столом, правда факультета Когтевран. Вся школы гудела как пчелиный рой, перешептываясь об их отношениях. И был среди них Блейз Забини, который старался как можно меньше находится в компании Грейнджер или Малфоя или еще хуже их вместе. Все дела, что касались старост, в которых необходимо было присутствие Гермионы. он поручал Лавгуд. Сам же частенько заливал горе дорогим алкоголем. Паркинсон всеми силами пыталась поддержать друга, но безуспешно. Он стал мрачным, будто умирал каждый день, снова и снова. От того веселого беззаботного парня, вечно улыбающегося и отпускающего шутки направо и налево, казалось не осталось и следа. Но Малфой и Грейнджер слишком были заняты друг другом, чтобы замечать перемены в когда-то лучшем друге и близком человеке. Лишь Пэнси, каждый день была рядом. Апрель был на исходе, бурно наступала весна. А значит совсем скоро экзамены и выпускной бал. Гермиона и Драко сидели под деревом около Черного озера, и любовались закатом. Она лежала на его плече, он нежно обнимал её за талию.  — Драко, — прошептала девушка.  — Да, моя хорошая, — он почти всегда называл её ласковыми словами-любимая, солнце, милая, родная, малышка, и это было безумно мило и нравилось гриффиндорке.  — А чем ты хочешь заняться после окончания учебы?  — Жениться на тебе, — твердо заявил блондин. Девушка рассмеялась.  — Ну, я серьезно, … Чем заняться? Где работать?  — Ну, я думаю продолжить дело отца, собирать темные артефакты, продавать, может быть, открою несколько магазинчиков в Косом переулке и за границей. Америка, Франция… Ты была во Франции?  — Была с родителями, еще в детстве, и почти не помню ничего!  — Я тебя свожу туда, обещаю, сразу после школы, поедем вдвоем… — он нежно погладил девушку по щеке и поцеловал, — ты должна увидеть эту прекрасную страну. Хитро прищурив глаза, шатенка, смеясь, спросила: — А ты уверен, что я соглашусь поехать с тобой? — А куда ты денешься? — усмехнулся парень, тихонько опуская гриффиндорку на землю и нависая над ней, начал целовать лицо, шею. Они дурачились и громко хохотали. Возвращаясь в замок, он рассказал ей о званом вечере в Малфой –мэноре. — Не пойму, для чего матери понадобилось устраивать этот прием под конец учебного года. Неужели не могла подождать окончания учебы? — возмущался блондин и с грустью добавил, — извини, милая, я бы очень хотел, чтобы ты была со мной там, но у меня нет права приглашать кого-либо, мама давно составила список гостей и заколдовала ворота в мэнор, вход только для чистокровных волшебников. — Ничего, я понимаю, — немного неловко ответила шатенка и с улыбкой добавила, — надеюсь, никакая чистокровная вертихвостка тебя не околдует? — Что ты говоришь такое? Я только твой, — он подхватил гриффиндорку на руку и, с нежностью посмотрев в глаза, добавил: — навеки твой. Запомни.

Спустя две недели.

— Как я тебе? — Малфой повернулся к Грейнджер и покрутился. Она кошачьей походкой приближалась к блондину, отвечая, соблазнительным голосом: — Выглядишь так, что мне охота стянуть с тебя этот костюм и завалить в постель… на всю ночь… — Всего лишь ночь? — легкая, самодовольная улыбка коснулась губ слизеринца. — Для начала… а там как дело пойдет…. — она уже стояла вплотную и запустила руку под пиджак… расстегнула брюки и опустилась на корточки. — Ох, — вырвалось у парня, — милая, я опоздаю на прием…. Но как только Гермиона коснулась губами разгоряченной плоти, Малфой быстро стянул пиджак и сладко постанывая, принял её ласку.  — Драко, где ты ходишь? Начали уже без тебя… — ворчала Нарцисса и тащила парня в общий зал.  — Мам, что за срочность? Вечер для меня? — ехидно спросил блондин.  — В общем-то, да, — серьезно ответила женщина. Слизеринец остановился и сделался серьезным.  — Мам, лучше скажи мне сразу, что ты задумала, или я клянусь, устрою настоящее шоу перед этими снобами. Женщина виновато опустила голову и нервно сглотнула:  — Сынок, я прошу, ради меня… пойдем в зал… Я всё сообщу там.… И, пообещай мне, принять это достойно. От этого зависит наше положение в обществе, которое в последние годы, сам знаешь, стремительно падает. Малфой был мрачнее тучи, но лишь послушно покачал головой и они зашли в общий зал полный людей. Среди них он заметил Пэнси Паркинсон, Асторию и Дафну Гринграсс, Миллисенту Булстроуд и еще некоторых студентов Хогвартса, естественно только чистокровных. «Ох, не нравится мне это» — подумал блондин. Чувство того, что должно произойти что-то нехорошее уже не покидало. — Я хотела бы поблагодарить, всех присутствующих, за то, что уделили время и посетили нашу скромную обитель. Поводом нашей встречи стало радостное событие. Помолвка моего единственного сына Драко Люциуса Малфоя и прекрасной Астории Гринграсс. В зале поднялся гул. Нарцисса постучала вилкой по бокалу и продолжила, но Драко уже ничего не слышал… в голове пульсировала кровь, сердце вырывалось из груди в бешеном ритме… Руки вспотели, и перед глазами всё поплыло… Он сделал глоток шампанского пытаясь не потерять контроль, как вдруг его подхватила под руку Пэнси.  — Соберись… на тебя все смотрят, — она прошипела ему на ухо и больно ущипнула за руку. Парень мгновенно пришел в себе и четко расслышал:  — Дорогие Драко и Астория, подойдите ко мне. Паркинсон подтолкнула слизеринца, он сделал неуверенный шаг к матери, всё еще не веря её словам. Астория светилась от счастья и быстро подошла к Нарциссе, чего не скажешь о Драко.  — Дорогие мои, я думаю, вам предстоит многое обсудить, узнать друг друга получше, а пока, я бы хотела подарить моей будущей невестке нашу семейную реликвию, кольцо, передающееся из поколения в поколение много веков. Астория еще шире заулыбалась, протягивая запястье. Нарцисса протянула кольцо Драко.  — Сынок, ты не мог бы? — тихонько сказала она. Блондин презрительно зыркнул на неё:  — Конечно мама, — прошипел сквозь зубы, взял кольцо и немного грубо и неуклюже натянул украшение на палец Астории.  — А теперь, продолжим веселье, — громко объявила Нарцисса и в зале заиграла музыка. Астория только открыла рот, но Драко остановил её одним жестом -подняв руку вверх и с силой схватил мать за локоть, потащил на второй этаж.  — Какого черта? — закричал он, как только дверь кабинета закрылась.  — Драко, сынок, я тебя умоляю, — опустив голову молила женщина.  — Что это за цирк? — он ткнул пальцем в дверь, — что это за сборище? Какая к чертям Гринграсс? Ты в своем уме? Женщина упала в кресло и дрожащим голосом отвечала:  — Драко присядь. Я должна тебе кое-что рассказать.  — Я весь во внимании, — с психом выкрикнул парень и сел напротив.  — В общем, спустя несколько лет после твоего рождения, у отца были большие проблемы…  — Снова отец… — фыркнул слизеринец.  — Не перебивай меня, прошу, мне итак нелегко… У отца были проблемы, серьезные, его могли убить и мистер Гринграсс его выручил. Можно сказать, спас жизнь, а после потребовал помолвки, тебя и его дочери, Астории. У нас не было выбора.  — Проблемы были у него, а расплачиваться приходится мне… Знакомая картина не находишь мам? Обещал он и меня это не касается, у меня есть любимая девушка, и я не женюсь на Астории. Пусть наша семья падает на дно… мне плевать. Отец связался с Пожирателями и Волдемортом, что еще может быть позорнее? Ах, да, он и семью свою втянул…  — Драко перестань, — закричала женщина, и парень мгновенно заткнулся… Он не привык слышать, повышенный голос матери.  — Мам, он в Азкабане. Почему я должен это делать?  — Потому что я дала непреложный обет… — голос её задрожал, она закрыла руками лицо и разревелась. Дальше всё происходило всё, как в тумане… Нарцисса еще что-то говорила, объясняла, но Драко немного оттолкнув её, вышел с кабинета, пошел на кухню и достал бутылку огненного пойла. Малфой бродил по территории замка, с полупустой бутылкой. В голове не было никаких мыслей. Это конец… Гермиона никогда не поймет его, не примет, то, что уготовили ему почти с пелёнок. Алкоголь затуманил разум окончательно, и он пошел в башню старост, но не к своей любимой, а в комнату бывшего друга.  — Черт, Малфой, что тебе нужно? — зло выкрикнул Блейз, пытаясь вытолкнуть блондина из комнаты, — убирайся от сюда.  — Ты любишь Грейнджер? — прямо спросил блондин, и Забини тут же обмяк и насторожился.  — Я не хочу обсуждать это с тобой, — грубо ответил.  — Нет, я должен знать, — кричал слизеринец, — я должен знать точно, могу ли я доверить её тебе… Мулат нахмурил брови и тяжело вздохнул: — Меня порядком достали эти игры. Грейнджер не переходящий приз. Что могло случится, что ты решил доверить её мне? Умираешь? — зло ухмыльнулся.  — Хуже, — лениво протянул парень, — женюсь… На Астории…  — С чего бы это? — недоверчиво спросил Блейз.  — Мать дала непреложный обет… Они с отцом продали меня, в детстве… Я всю жизнь принадлежу ей… и до конца дней своих… Скажи мне, друг, ты позаботишься о Грейнджер? Ей будет очень плохо… я так люблю её… А сейчас, я должен разбить ей сердце и себе, разрушить наше счастье… раз и навсегда… — Драко был очень пьян, и временами его речь была несвязна и неразборчива, но Блейз прекрасно его понимал…  — Малфой, иди, проспись… — взял его под руку и подвел к двери. Блондин, выходя из комнаты, развернулся и добавил: — Но если ты её обидишь, я тебя убью… Слизеринец завалился в комнату Гермионы, не раздеваясь, упал рядом со спящей девушкой, крепко прижался к ней и уснул.