Перед рассветом. Classic Queen

      Мэри летела домой. Наверное, у нее были слишком счастливые глаза, раз директор магазина, даже толком не дослушала ее сбивчивые объяснения и просто махнула рукой, отпуская на три часа раньше. И Мэри тут же воспользовалась – все равно не могла сосредоточиться на работе.       Вчера Фредди вернулся из поездки в Австралию. Первый шажок к мировой славе, о которой он мечтал. Мэри, кажется, была счастлива больше, чем он сам. Он весь вечер бурчал, выражая недовольство организаторами, местной публикой, которая не хотела их принимать, их с Брайаном состоянием здоровья, которое не позволило им сыграть в полную силу, техниками, которые не смогли настроить им свет…       Мэри расцеловала его, заверила, что это все ерунда, не всегда все получается с первого раза. Главное, что начало их зарубежных гастролей положено. А вскоре их ждет уже полноценный тур по Англии и выход второго альбома. Они учтут все ошибки, сделают все на высшем уровне и тогда завоюют славу. Пусть не сразу мировую, но по всей стране – обязательно. А там уже слух по всему миру разойдется. Фредди недовольно фыркнул: он хотел все и сразу. И поймал кота, чтобы потискать. «Как я соскучился!» – прошептал он, зарываясь носом в пушистую шубку. Кот потерся мордочкой о его подбородок.       На секунду Мэри ощутила укол ревности, причем обоюдной. К ней коты ластились, только когда она собиралась их кормить, а Фредди даже не замечает, есть ли в их мисках вода. Зато поласкаться с ним эти хвостатые всегда готовы, как и он с ними. А к ее волосам он никогда не прижимается так нежно, чтобы вдохнуть запах – как она сама любила делать с ним. Может, ее шампунь пахнет для него неприятно, в отличие от кошачьей шерстки? Надо как-то незаметно у него это выяснить.       Она ушла готовить ужин, а Фредди остался валяться на диване с котами и телефоном. Насколько Мэри слышала из кухни, он успел позвонить как минимум трем людям, чтобы рассказать о своих злоключениях и получить дозу сочувствия. А за ужином, уже устав от болтовни, лениво ковырялся в тарелке и клевал носом. Долгий перелет, смена часовых поясов, недолеченная еще болезнь… Мэри все понимала и даже не думала упрекать ни в чем. Он наконец дома, сыт, выспится, придет в норму, и все опять будет хорошо. Она даже не обиделась бы на отсутствие секса. Но все же рассчитывала хотя бы на поцелуи и ласки перед сном.       От поцелуев Фредди уклонился – он вообще разлюбил целоваться в губы в последнее время. А когда Мэри стала его гладить и ласкать руками, попытался возразить, но его тело решило иначе. «Лежи, я сделаю все сама», – сказала Мэри, нежно обхватывая пальцами его напрягшийся член. Хотела еще немножко подготовить его и сесть верхом. Фредди любил так… раньше. В последнее время его вкусы изменились и тут – он предпочитал ее брать сзади. И в этот вечер сделал так же. Правда, как-то совсем грубо и быстро. «Но он же устал, – думала Мэри, глядя, как он засыпает. – Не надо было вообще начинать».       Она нежно прижалась к его плечу и тоже заснула, решив, что назавтра у них все получится намного лучше. Она отпросится с работы пораньше, чтобы сделать свежий праздничный обед. А он выспится, поболтает по телефону еще с несколькими приятелями и окончательно успокоится. И их будет ждать совершенно волшебная ночь…       Окрыленная этими мыслями, Мэри и летела теперь домой. Представляла, как широко распахнутся от удивления красивые карие глаза ее персидского принца и радостная улыбка появится на губах, которые она сразу же зацелует…       Доставая ключи, Мэри прислонилась к двери – и вдруг поняла, что та не заперта.       Мэри мгновенно покрылась холодным потом. Она точно помнила, что утром дверь запирала. И Фредди никогда не забывал закрывать дверь: ему претила мысль, что кто-то чужой может войти в его дом, и еще больше он боялся, как бы не сбежали коты. Однако – дверь была не заперта.       Вызвать полицию? – судорожно соображала Мэри. Или просто позвать кого-то из соседей, чтобы вошли в дом вместе с ней? Кто знает, на кого она там, внутри, наткнется? Конечно, она не раз хватала за руку магазинных воришек, а иногда даже пускалась в погоню за ними. Но одно дело ловить в людном месте бедного студента, решившего украсть модные дорогие перчатки, и совсем другое – оказаться один на один с домушником, скорее всего, профессионалом, пришедшим с полным набором отмычек и еще черт знает каких инструментов. Она же всего лишь маленькая слабая девушка, в настоящей драке ей не выстоять и секунды. Да для нее даже паука убить – событие! Фредди смеялся над ней и как-то пытался научить боксерским приемам, которые помнил со школы. Но он и сам их сейчас не жаловал. Да и помогут ли ему эти навыки против настоящих преступников? Что если, пока она ходит за помощью, Фредди грозит опасность?! Она хотя бы отвлечет на себя внимание… Мэри решительно толкнула дверь и вошла.       В прихожей было все, как обычно, никакого беспорядка… не считая брошенной на пол черной кожаной куртки и шарфа. Мэри осторожно присела на корточки, чтобы рассмотреть – нет, у Фредди такой точно не было. И у нее. Взломщику стало жарко, и он разделся?       Стараясь двигаться как можно тише, она осмотрела вешалку с верхней одеждой – куртки и шуба Фредди висели на месте. Судя по всему, он не уходил. Значит, он здесь… С кем-то посторонним?.. С кем-то из своих? Но почему они не закрыли дверь?..       И в тот же миг из комнат раздался громкий крик. Мэри узнала голос Фредди и зажала себе рот, чтобы тоже не заорать. Кричал он явно от боли. Она еще раз оглянулась на дверь, решая, не побежать ли за подмогой, но решила не терять времени, возможно, драгоценного для Фредди. Схватила зонт-трость с металлическим концом – Фредди сам про него как-то пошутил, что почти холодное оружие, – и подкралась к гостиной. Осторожно приоткрыла дверь, чтобы осмотреться, прежде чем действовать… И чуть не выронила зонт.       Никаких грабителей не было. Посреди гостиной среди любимых Фреддиных декоративных подушек сидели, крепко обнявшись, два обнаженных человека и страстно целовались.       Мэри отвернулась и привалилась спиной к стене, осторожно пристроила рядом зонт, прижала руку к груди, пытаясь вздохнуть – но горло перехватило, и получалось хватать воздух только маленькими глоточками, которых совершенно не хватало.       Так вот что все это значит. И нежелание целоваться, и быстрый «обязательный» секс из-за постоянной усталости, и вечные отлучки из дома по ночам… Репетиции, конечно, гастроли и скорый выпуск альбома. Мэри его так жалела, относилась с пониманием и никогда не настаивала на своих желаниях. А еще кормила, ухаживала за домом и зарабатывала основную часть денег. А он… он просто нашел себе другую. И она сейчас сидит на нем, обхватив руками и ногами, как будто так и нужно. А он ее целует так жадно, как измученный путник припадает к источнику в пустыне.       «А меня он так никогда не целовал», – с обидой подумала Мэри. Нежно, бережно, трепетно… Но не страстно.       Она отлепилась от стены. Надо бы просто взять и уйти. И пусть дальше она его содержит и ухаживает за ним и за котами… Но Мэри не смогла.       Что хоть она из себя представляет? Пока не потемнело в глазах, Мэри успела мельком заметить лишь тонкие руки, гибкое тело и черную гриву волос – похожую на гриву Фредди – их волосы почти переплелись между собой.       Мэри снова осторожно приоткрыла дверь, заглянула. Пара все еще сидела в почти той же позе, вот только… тот, кого она сначала приняла за девушку, немного откинулся назад, позволяя партнеру целовать плоскую волосатую грудь. Фредди?! Губы растянулись в довольной улыбке, обнажая выступающие вперед зубы. Тонкие ноздри длинного изящного носа раздувались от частого дыхания. Черные опущенные ресницы дрожали. Фредди. Но и тот, на ком он сидел верхом, явно был мужчиной. Широкие плечи и рельеф мышц на спине и руках – не могли принадлежать женщине. Только лицо Мэри не видела, скрытое длинными темными волосами.       Зонт все-таки упал, но Мэри не услышала. Она медленно пошла прочь из дома.       Значит, все те сплетни, которые постоянно окружали Фредди, – правда. Как и его клятвы: «Я никогда не полюблю ни одну женщину больше, чем тебя, Мэри». Да, Фредди, женщину ты не полюбишь, ты не соврал. А вот друзья твои врали постоянно. «Да, Мэри, мы сегодня всю ночь будем в студии. Да, мы после концерта так устали, что уснули чуть ли не на полу». А Мэри переживала и таскала им на всех еду и свежую одежду.       Одна из коллег, увидев как-то Фредди, входящим в магазин Biba, спросила, не боится ли Мэри, что у нее такого красавчика уведут. «Не я, – уточнила коллега, поймав ревнивый взгляд Мэри. – Другой красавчик».       Мэри хотела тогда прочитать ей лекцию про глэм-рок и новые модные веяния, благодаря которым даже законченные натуралы могут себе позволить наряжаться в женственную одежду. Но решила, что не стоит тратить время. Пусть завидуют. А теперь получается, что завидовать нечему.       А ведь ее не только случайные коллеги пытались предупредить. Даже миссис Булсара постоянно намекала ей. Мэри только до сих пор не могла понять на что.       Это было в их второй визит к родителям Фредди. И Фредди просто умолял Мэри пойти с ним, потому что «ты так понравилась моей маме и даже отцу, они теперь меня на порог без тебя не пустят!»       Мэри тогда подумала, что это одна из его театральных образных фраз, которые он всегда любил и оттачивал в обычной жизни, чтобы использовать потом в песнях. Но оказалось, что Фредди преувеличил ненамного.       Джер встретила девушку, как родную, и после небольшого чаепития попросила ее помочь отнести чашки на кухню.       «Мэри, я так рада, что ты опять пришла, – говорила Джер. – Заглядывай почаще. Нам не хватает тут общества коренных англичан. У нас тут, знаешь ли, образовалась своя община. С одной стороны, это хорошо. Мы понимаем друг друга и поддерживаем. Но мы никогда не вернемся уже назад, бессмысленно цепляться за ту жизнь. Мы должны жить здесь, среди вас, и мы должны больше учиться у вас. Мой муж не хочет об этом думать, но он старше, ему тяжело привыкать к новому. А я смотрю на Фредди и Кэш, и я очень рада, что у них появляются такие друзья, как ты».       «Не знаю, как Кэш, а за Фредди не надо переживать, – засмеялась Мэри. – Он общается исключительно с англичанами, и я, признаюсь, пока не встретила вас, не сомневалась, что и он тоже англичанин. Может, не совсем чистокровный…» – она немного покраснела, испугавшись, что пожилую парсийку это может обидеть, но Джер не подумала обижаться. Жизнерадостный и легкий характер Фредди явно унаследовал от нее.       «Мне говорили, что у него отличное произношение, – засмеялась она. – Но я оценить не могу. И друзей его не знаю. Он никого не приводит сюда. Говорит, что не стесняется нас, но что мы вряд ли поймем… Не то, чтобы я хочу его контролировать… Но понимаешь… Хотя пока не понимаешь, но когда у тебя будут свои дети, ты поймешь, как это, когда тебе нужно знать, – она прижала руку к груди, – что с твоим ребенком все хорошо. А он… он…»       «Такой беспокойный», – подсказала Мэри.       Джер закивала.       «А он же нас ни с кем не знакомит, – продолжила она, забирая у девушки молочник, чтобы помыть. – Поначалу еще, пока он жил с нами, его друзья из колледжа заходили на чай. А как уехал в Лондон, так все. Один приезжает нас навестить. Я ему столько раз говорила, чтобы звал с собой друзей. Я же знаю, они студенты, у них нет денег, нет еды. Я бы накормила. А он не хочет! Один раз только привел друга. Даже чаю не предложил – потащил сразу к себе в комнату. Пластинки слушать. А когда они наслушались, сразу убежали. Я ему потом сказала, мол, предложил бы на ужин остаться, а то мне неудобно даже, твои друзья будут думать, что я гостей принимать не умею!» А он: «Мама, все нормально, он здесь рядом живет, он еще часто к нам заходить будет». Только не заходил больше ни разу. Не знаю почему. Даже имя его не запомнила».       «Брайан? – предположила Мэри. – Он говорил как-то, что тоже вырос в Фелтхэме. Такой высокий, кудрявый?».       «Да-да. Кудрявый. А ты с ним знакома?»       «Да. Он изучает астрофизику и потрясающе играет на гитаре».       «Музыкант, это я тоже запомнила. Фредди о нем говорил с таким восхищением…» – Джер почему-то нерешительно замолчала.       «Брайаном сложно не восхищаться, – искренне ответила Мэри. – Я думаю, его ждет великое будущее. С Фредди. То, что они решили объединиться в одну группу – это так здорово! Они прекрасно дополняют друг друга!»       Джер продолжала смотреть на нее, словно ожидала услышать еще что-то, о чем не спрашивала вслух. И Мэри тогда никак не могла взять в толк, что именно.       «К тому же этот Брайан очень хороший, – стала говорить она, взяв полотенце и начиная вытирать чашки. – Умный. Он закончил Империал колледж со степенью бакалавра по астрофизике и теперь хочет получить докторскую степень. Прочитал кучу книжек, он, кажется, знает все на свете! И хотя он любит рок-музыку, он не проводит все время в клубах, не курит, не употребляет наркотики и почти не пьет».       «Ты сейчас нахваливаешь его, как жениха, – немного лукаво улыбнулась Джер. – Но он всего лишь друг моего Фарруха. Да?»       «Ну… – Мэри смутилась. – Сначала он встречался со мной. Но мы друг другу не подошли. А потом он встретил Крисси, а меня познакомил с Фредди. Или для вас лучше называть его Фаррухом?»       «Нет, нет, Фредди. Мой мальчик хочет, чтобы его звали так. И здесь так будет лучше. Я просто не могу… до конца…»       «Я понимаю», – Мэри ласково погладила ее руку.       «Да что ж я тебя совсем заболтала, да еще и работать заставила, – засуетилась Джер. – Пойдем обратно, Фредди потерял нас…»       И с тех пор каждый раз, когда Мэри приходила в гости к Булсарам и оставалась ненадолго наедине с Джер, та так или иначе интересовалась у нее, как поживают прекрасные друзья сына, в частности этот умный и талантливый Брайан… А может, у него появились еще какие-то близкие друзья-мальчики? «Никак его не уговорить пригласить сюда кого-то кроме тебя».       И Мэри с искренним восторгом описывала успехи группы Queen и их постоянную работу, и их веселые вечеринки… И только сейчас поняла, что Джер хотела знать совсем не это. Конечно. Она же мать. Она наверняка замечала, что ее сын не такой, как все. И надеялась… искренне надеялась, что все-таки Мэри его интересует больше, чем мальчики.       «А я все время так ей нахваливала его друзей. Брайана… Боже, как смешно!»       Но Брайан сейчас был точно не при чем. Его кудрявую пышную шевелюру Мэри не спутала бы ни с чем. Да и у него взаимная любовь с Крисси, а уж Крисси бы не стала столько времени встречаться с тем, кто ей врал… А врать Брайан не умеет. С Брайаном у Фредди только дружба и музыка. Как и с Роджером, и с Дики. Но кроме них вокруг столько других мужчин, самых разных. И с каждым днем все больше. И кому-то из них повезло…       Мэри подняла глаза и обнаружила, что стоит напротив остановки, с которой они с Фредди ездили в Фелтхэм. Она оглянулась, не подходит ли автобус, вдруг захотелось поехать к Джер, рассказать ей все, спросить, что делать. Кто, как не она, сможет понять…       Но автобуса видно не было. И Мэри мотнула головой. Что-то у нее рассудок мутится. Не нужно расстраивать Джер. Кому легче будет, если они обе будут рыдать? Да и Фредди уже не двенадцать лет, мама ему мозги не вправит.       По другой стороне улицы ехал автобус, который шел до дома отца Мэри. На него она и поспешила. Больше некуда.       Отец, конечно, удивился, но она объяснила, что у Фредди сейчас горячая пора на работе, новый альбом, приближающийся сольный тур по Англии, он дома постоянно занят репетициями. Мэри не хочет ему мешать, да и сама пожить немного в тишине… Кажется, он поверил. Выдал комплект свежего постельного белья и сказал спускаться к ужину через полчаса.       Ужин. Фредди же остался без ужина… Конечно, теперь это не ее забота, но…       Мэри быстро заправила постель в своей комнате и снова выскользнула на улицу. Ближайший таксофон был на углу, и хорошо бы там не было очереди.       Трубку долго никто не брал, и Мэри уже собиралась ее повесить и вернуться к себе, чтобы наконец дать волю слезам, но тут гудки сменились знакомым голосом. Кажется, немного заспанным:       – Алло?..       – Фредди, это я…       – Мэри?.. Ааа… О, дорогая, ты уже идешь, да? Пришлось задержаться? – похоже, он наконец посмотрел на время и пришел в ужас. И тут же принялся громко и фальшиво-радостно щебетать, наверняка, показывая при этом любовнику, чтобы тот быстро собирался и сваливал. – Эээ… А меня, знаешь, так разморило после перелета, я проспал весь день! Если бы сейчас не позвонила, спал бы до твоего прихода! Представляешь!..       – Фредди, я не приду сегодня, – перебила его Мэри, сжимая все внутри в железный кулак.       – А… Дорогая?..       – Мой отец… в общем, ему нужна моя помощь, мне придется пожить у него несколько дней. Извини. Ты же справишься без меня? Фредди?       Фредди довольно долго собирался с мыслями, но так и не смог изобразить искреннее беспокойство.       – А… Да, конечно… Может, нужно чем-то помочь? – в его голосе так явно послышалось «пожалуйста, скажи, что не нужно», что Мэри чуть не поддалась на искушение. Но видеть Фредди сегодня было выше ее сил.       – Спасибо, дорогой. Я справлюсь. Я только тебе не приготовила на сегодня ужин. Там в холодильнике продукты…       – О, я разберусь! – перебил он довольно бодро, и это еще больнее резануло Мэри по сердцу. Единственное, что он умел – это жарить яичницу, и то иногда забывал положить на сковородку масло и потом кое-как отскребал вилкой то, что не сильно пригорело… Значит, рассчитывает, что кто-то его будет кормить.       – Не скучай, дорогой, и отдыхай, – ответила Мэри. – Я завтра позвоню тебе.       – Хорошо! Целую! – радостно закончил он. И положил трубку, не дожидаясь ее ответа.       Вот и все. Видимо, придется за ночь выдумать, почему она не вернется на Холланд-Роуд в ближайшее время. И вообще. Можно, конечно, прямо бросить ему все обвинения в лицо. Но очень не хотелось выслушивать его вранье, которое он будет выливать на нее пинтами, как не хотелось и унижаться, уличая в нем. Лучше уж самой соврать, выдумать что-нибудь невинное, почему не может больше жить с ним. Пожилой отец-инвалид – уважительная причина… Надо только придумать, как вывезти свои вещи. Хотя их не так уж и много. Почти все в доме принадлежит Фредди. Музыкальные инструменты, всякие милые мелочи для интерьера, посуда – все выбирал он сам, хотя оплачивал хорошо если половину. Даже одежды у него больше! Хотя часть этих вещей Мэри покупала для себя, а он потом позаимствовал – для группы.       Даже коты его, хоть он и забывает их кормить.       Коты!       Мэри вернулась к телефону и снова набрала номер. Трубку опять долго не брали, но теперь голос Фредди был куда более оживленным:       – Алло?       – Фредди, это снова я. Не забудь, пожалуйста, покормить котов. Консервы в холодильнике на нижней полке.       – На нижней… – озадаченно повторил Фредди.       – Утром и вечером по одной баночке, Фредди. Я верю, что ты справишься. Целую.       – Ага… – ответил он и, пока он не передумал и не попросил ее все-таки приехать, Мэри сама повесила трубку и побрела домой.       Теперь можно и пореветь.