Часть 1
15 мая 2020 г., 22:30
Тепло. Приглушенно слышны звуки машин, лай собак, крики людей. Я в городе? Наверно, я ещё слишком маленький, чтобы четко все слышать и видеть, но у меня остались воспоминания с прошлой жизни
***
Взрослел я, в общем, как и все щенки, разве что мама-собака часто переносила меня и моих братьев в разные переулочки, потому что нас постоянно находили какие-то люди и пытались поймать. Обычно еду нам приносила мама-собака, но повзрослев, мы находили пропитание сами. Часто приходилось выпрашивать еду у людей, но не все были добрыми. Меня часто пинали и били, боясь, что я могу укусить. По вечерам мы всей небольшой стаей возвращались во временные места для ночлега, но в этот раз мама-собака и два моих брата не вернулись. С оставшимися тремя щенками мы решили, что нам лучше уходить отсюда. Мы постарались выйти к концу города, потому что там могли быть поля, на которых можно было бы найти зайцев. Пришлось долго побегать, чтобы все-таки отыскать место за городом. Почти на самом конце района с многоэтажками, который переходил в деревушку, я учуял знакомый запах. Кажется, он принадлежал кому-то из моей прошлой жизни, но я не уверен кому именно. Местность не казалась знакомой, так что учуять запах, так сильно напоминающий кого-то, было немного странно. В городе было оставаться небезопасно, как и в деревушке, поэтому мы нашли неподалеку лес и устроили свое лежбище там. Притащили тряпки, которые нашли на окраине города, вырыли ямы. Вечером приходилось убегать вглубь леса, потому что какие-то люди любили выпить недалеко от нашего укрытия. Несмотря на то, что мы жили в лесу, бегать к людям за едой все же приходилось. Я продолжал чувствовать этот столь мне знакомый запах, но доносился он с города, поэтому я не мог проверить кому он принадлежит.***
В очередной раз бегая по окрестностям в поисках еды, я заметил, что местных собак стало меньше, на следующий день слышались какие-то выстрелы. Однажды под вечер наше лежбище нашли. Пришли какие-то огромные мужчины с ружьями. Стрельнули в моих братьев понесли их куда-то. Я попытался убежать. В надежде на спасение я побежал в город, забегал в разные переулки, в надежде укрыться. Вроде погони не было. Я перестал бежать и уже просто шёл. Идя по одной из улиц. Я услышал тот ненавистный и такой знакомый запах. Он завел меня в какой-то темный район, почти не освещаемый фонарями. Я увидел за углом две фигуры, но пока не подходил. Лишь наблюдал, как они подходили в мою сторону. Затем я услышал голос: — Вильям… Знаешь, я хотел тебе в кое-чем признаться… — И в чем же, Марк? Вот же! Марк! Это бывший черта! Он был так добр со мной, я должен побежать к нему! Но будет невежливо прервать его речь, поэтому я ещё подожду. — Я… Марк остановился у фонаря и заметно покраснел. — Я люблю тебя! Это было громко. Марк очень сильно покраснел, но смотрел этому Вильяму прямо в глаза. Так ещё несколько секунд, потом Марк резко отвернулся: — Я знаю, что это может быть не взаимно… И если ты больше не захочешь быть со мной даже друзьями… Вильям стоял остолбеневший и краснел. Но потом вдруг резко повернул Марка, слегка нагнулся к нему и… Поцеловал! Но они целовались не очень долго. Потом они отстранились друг от друга, и Вильям почти неслышно заговорил: — Я тебя тоже. Марк был такой счастливый! Прям светится! Я уже хотел бежать к ним, но в меня что-то попало. Кажется, я получил пулю. Внезапно очень захотелось спать, я свалился на землю и провалился в сон.Будто меня куда-то несут. Кинули куда-то. Все трясется. Мы куда-то едем? Так долго. Опять взяли и понесли. Бросили. Очень сырая земля. Звуки такие, будто меня закрыли в какой-то клетке.***
Наконец я смог открыть глаза и осмотреться. Рядом со мной лежат мои братья, но они еще не проснулись. Мы в какой-то клетке. Вокруг есть ещё такие же клетки с собаками. Странное место, больше похоже на чей-то очень огромный подвал. Еды ни у кого в клетках нет. Все собаки очень худые. В конце коридора, в одной из клеток, собаки выглядят хуже, чем в остальных: они все в ранах, с оторванными кусочками ушей или хвоста. Зачем нас сюда привезли? Ничего не было понятно. Я пытался спросить у собак из других клеток что это за место и что здесь происходит. Но они и сами не знали, сказали, что сначала в них стрельнули, а потом они оказались тут. А разузнать что-то у собак из последней клетки было сложно. Они ничего не говорили и были чем-то очень напуганы. Остается только наблюдать.***
Каждую неделю-две одного или нескольких из всех собак забирали. Потом через минут пятнадцать нам кидали какие-то большие куски мяса с местами оставшейся шерстью, больше похожие на каких-то животных вроде собак, но я не уверен. Нам открывали клетки, чтобы мы смогли съесть это мясо. Людей мы видели только в часы перед едой, когда и забирали кого-нибудь. Клетки открывались, наверное, нажатием какой-то кнопки или рычага возле двери.***
В один из дней забрали одного из моих братьев. Через минут пятнадцать нам, как обычно, кинули мясо и… брата? Весь в крови и ранах, он все же смог встать и пополз в самую дальнюю клетку. В его глазах виделся сильнейший страх. Мы пытались у него спрашивать, что случилось, но он молчал. Мы больше не видели как он ел, поэтому в конце концов однажды он не проснулся, наверное, умер от голода. Другие собаки съели и его. Еды не на всех хватало, поэтому и ели тех, кто умирал от голода или ран.***
Постепенно забрали оставшихся двух собак из моей семьи. Я видел только то, что от них осталось: мясо, лишь слегка напоминающее что-то кем они были. Как же ужасно! Меня ждёт та же учесть?***
В очередной раз пришли люди, чтобы забрать кого-то из нас. И этим кем-то оказался я. На меня нацепили ошейник с поводком и повели к выходу. За дверью была лестница наверх. Потом еще одна дверь, и наконец мы вышли в какую-то комнату. Тут сидели какие-то мужчины и курили сигареты. У одного из них был пес. Кажется, ротвейлер или что-то очень на него похожее, страшный, такие убивают быстро. Повезло, мучиться долго не буду. — Эта шавка, которую вы привели, вряд ли сможет победить моего малыша. Хах, ну хоть бабла срубим. Люди же любят посмотреть на кровавое месиво. Вдруг этот мужчина посмотрел на меня: — Это твой последний день, шавка, у тебя мало шансов выжить после этого боя. Так я попал к каким-то людям, которые устраивают собачьи бои? Но ведь они запрещены! Человек, который привел меня сюда, посмотрел на время и повел к выходу из этой небольшой комнатки. Ротвейлер и его хозяин пошли за нами. Мы вышли в что-то похожее на дом, но без комнат. Пол был из бетона. В центре стояла клетка, на полу которой виднелась засохшая кровь. Вокруг этой клетки были места, с которых можно наблюдать за боем, сейчас там уже сидели люди, вход в этот дом был открыт, можно было спокойно убежать, если бы не поводок. Нас подводят близко к клетке. Терять мне уже нечего. Всю семью уже потерял. Хозяина у меня не было, не успел я его найти. Так ведь не хотел потерять свой второй шанс. Хах, так быстро умру. Какой тогда смысл в этом шансе был? Вокруг так много людей. Как же ужасно! Они все здесь только для того, чтобы посмотреть на мою смерть. Нас с ротвейлером заводят в клетку. Его хозяин достает хлыст и ударяет по спине свою собаку. Если бы не намордник, то от его хозяина ничего бы не осталось. — Все, начинаем! Нас запустили в клетку и закрыли. Через небольшое отверстие в клетке с ротвейлера сняли намордник. И он тут же рванул на меня. Все же умирать не очень хотелось, поэтому я стал бегать от него по кругу. Но измотанный недоеданием, я смог бегать от него так всего минут десять. Теперь меня разорвут на части. Ротвейлер догнал меня и вцепился в шею, потом повалил на пол и переключился на мою грудную клетку. Как же больно! Кажется, с меня потекла кровь и начала постепенно окрашивать пол в красный цвет. В глазах стало мутнеть. Я закрыл их и лежал, стараясь почти не дышать. Ротвейлер перестал грызть меня, лишь делал вид. Почему же? — Все, забираем его, все равно он уже не смог бы победить! Клетка открывается, и заходит какой-то мужчина, наверное, чтобы поднять меня и забрать в подвал. Нет! Я же вряд ли даже доживу до подвала! Да и потом меня сразу же сожрут голодные псы! Как-то я нашел в себе силы, смог подняться и проскочить между ног человека, пытавшегося меня поймать. Хорошо, что эти ужасные люди не заперли выход из этого чертового места. Меня пытались остановить, и какой-то человек даже погнался за мной, но когда я был уже возле выхода, ему стало на меня плевать. Выбежав, я увидел перед собой лишь огромное поле, но все же слегка виднелись огоньки города. С меня течет кровь. В глазах все мутно. Но я должен уйти отсюда. Так глупо потратить свой шанс… Да ни за что! И я же уже смог вырваться! Надо же попытаться бросить вызов судьбе! Я побежал к огням города. Прошло десять минут. Я почти добежал, лапы подкашиваются, меня начинает качать из стороны в сторону. Но я должен добежать! Почти у самого города я опять слышу столь знакомый запах. Кажется, я даже вижу его обладателя. Пытаюсь добежать до него. Подбежав ближе, я понял что это… Марк! Да это точно он! Поднимаю на него голову и… обессиленный падаю на землю. Очень больно. Мое тело горит, особенно живот. Я закрыл глаза. Темно и все ещё очень больно. Я проделал такой путь, чтобы просто вот так взять и в конце упасть перед моим спасением? Но… я все ещё чувствую, значит пока не умер. Чувствую, как меня берут на руки и куда-то несут. Чувствую, как меня аккуратно укладывают на что-то мягкое и куда-то везут. Чувствую, как снова меня берут на руки и теперь кладут на что-то твердое. Опять немного больно. Будто бы чем-то острым дотронулись. Но потом я перестал чувствовать боль. Меня коснулись в области живота, никакой боли, но я точно чувствую прикосновения. Сознание мутнело, чувства притуплялись, и наконец я потерял сознание.***
Проснулся я на кровати. Светло. Вокруг никого не было. В углу кровати была миска с водой и едой. Я попытался дотянуться до воды, но не смог. В комнату вошел Марк. — Я должен был зашить рану, поэтому вколол анестезию. Ты не сможешь ходить ещё пару часиков. После этих слов он подошел ко мне и подвинул миски с водой и едой. Я немного выпил, но есть не хотелось. Сознание было ещё мутным и хотелось спать. Я прикрыл глаза и сразу же провалился в сон. Чувствую приятные поглаживания. Лежал бы так вечность, но голод дает о себе знать. Я открыл глаза. За окном вечерело. Рядом со мной сидел Марк. Я снова попытался встать, в этот раз я смог, но все ещё было немного сложно. Миски на кровати не оказалось, она уже стояла на полу. Я спрыгнул на пол, немного качнулся в сторону и подошел к миске. Наконец я могу поесть нормально, не так, как в том подвале. Марк начал разговор: — Где же тебя так обезобразили, песик? Тебе повезло наткнуться на меня, иначе бы ты умер от потери крови. Будешь жить у меня. Не думаю, что тебе есть куда податься. Я смог! У меня теперь есть хозяин! И я жив! Не всё потеряно!***
Проснулся я поздно. По крайней мере, Марка уже не было. Я обошел все комнаты. По размерам помещение больше похоже на квартиру. Нашел окно, да, это квартира, вокруг одни многоэтажки. На район Марка из прошлой жизни не похоже. Он переехал? Наверно. Я пошел на кухню, потому что еды в комнате, в которой я очнулся, найти не смог. Холодильник, плита, духовка, микроволновка, столовые приборы, стол и стулья— ничего необычного. Наевшись, мне оставалось только или дальше осматривать квартиру, или продолжить спать.Я решил поспать. Проснулся я от звука открывающейся двери. Я вскочил с кровати и побежал к двери. Вошел Марк. — Привет, уже проснулся? Ты так долго спал. Тебе уже лучше? Через неделю сможем снять швы, пока старайся сильно не напрягаться. Марк снял верхнюю одежду, пошел на кухню и приготовил себе кофе. Я сел рядом со столом и наблюдал за тем, как Марк пьет. Почему он не ест? — Сегодня я пришел раньше, но обычно я работаю в ночную смену, поэтому можешь меня не дожидаться. Скоро придет Вильям, тогда мы поужинаем и сможем прогуляться. Вильям? Это тот, с кем я тебя видел тогда? Марк пошел в спальню, лег и включил какой-то фильм. Я лег рядом с ним, мы стали смотреть. Примерно через час я услышал, как открывается дверь. Побежал проверить. На проходе стоял Вильям. — Привет, песик, тебе уже лучше? Марк так за тебя беспокоился, боялся, что ты можешь не выжить с такими ранами. Рад, что ты остался живой. Вильям снял куртку, обувь и пошел на кухню. С кухни шел приятный запах, значит Марк уже начал готовить ужин. Я пошел к ним. Вильям сидел за столом. Марк нес тарелки и столовые приборы. Потом сел напротив Вильяма, и они начали есть. Мне тоже захотелось, поэтому я пошел к миске. Марк и Вильям начали разговор. — Вильям, сходим сегодня на прогулку? как никак у нас теперь появилась собака! — Да, давай. Они доели, но теперь взяли ещё и чай с конфетками. Вроде и чай пьют, но все никак не могут оторвать друг от друга взгляд. Выпив чай, Марк и Вильям пошли одеваться. Конечно же, я последовал за ними. Марк нацепил на меня поводок, и мы пошли в лифт. Спустившись, вышли и направились в сторону, как мне показалось, какого-то парка. Я был прав: это и правда парк. Темнеть только начинает, но в парке зажглись фонарики, людей почти не было, можно было сказать, что остались только мы втроем. Вильям взял Марка под руку. Марк немного смутился, но этого было почти не видно. Мы продолжили идти. Сделав петлю вокруг центра парка, мы пошли обратно домой. Мы зашли в подъезд, поднялись на? этаж и вошли в квартиру. Марк снял с меня поводок. Они с Вильямом сняли верхнюю одежду и пошли в спальню. Я пошел на кухню попить воды. Они о чем-то беседовали, но я не слышал о чем. Потом свет выключился, кажется, они легли спать. Я пошел к ним, нашел себе место ближе к ногам моих новых хозяев и лег спать.***
Я проснулся от того, что кто-то встал с кровати. Я открыл глаза и увидел Марка. За окном только-только начинало светлеть. Куда же он? Я начал вставать, но Марк повернулся и жестом показал мне лежать дальше. Потом очень тихо сказал: — Я на работу, вернусь только ночью. Ушел. Дверь закрылась. Я заснул.***
Звук открывающейся шторы, солнечные лучи заполняют комнату. Я открыл глаза и увидел возле окна Вильяма. Потом он повернулся и пошел на кухню. Я встал и пошел за ним. Вильям положил еду в мою миску им стал готовить себе завтрак. — После завтрака я выгуляю тебя и пойду на работу. Вернусь только вечером. Поев, мы вышли на улицу и немного прогулялись. Потом Вильям завел меня в квартиру и ушел. Я остался один. Через час солнце закрылось тучами и начался дождь. Я сел у окна и наблюдал за тем, что происходило на улице: небольшой грибной дождик сменился ливнем. Люди ходили с зонтиками и в плащах. Улицы потихоньку затапливало. Через несколько часов послышался звон ключей, дверь открылась. Это был Вильям. Он был весь промокший. — Тебе не было скучно целый день? Я поем и, если дождь стихнет, мы пойдем на прогулку, если нет — пойдем чуть позже. Когда Вильям доел, дождь и правда стих. Мы вышли на улицу. Какой классный запах! Так круто гулять после дождя! Мы погуляли по парку и пошли домой. Дома, поели, посмотрели какой-то фильм и пошли спать. Посреди ночи я слышал как возвращался Марк. Я даже вскакивал встречать его, но Марк был очень уставший и сразу же пошел спать.***
Прошла неделя. Марк часто работал ночью, возвращался днем, отсыпался, а потом снова уходил. Меня обычно выгуливал Вильям. Втроем удалось прогуляться только на выходных. Но это были такие замечательные прогулки! А ещё Марк и Вильям так миленько смотрятся друг с другом! Вечером воскресенья Марк сказал, что мне уже можно снять швы, но для этого нам надо поехать к нему на работу. — Моя смена начнется в четыре. Выйдем в два, чтобы было время на твои швы. Потом Марк и Вильям пошли спать, я тоже задремал.***
Вскоре Марк разбудил меня, мы пошли на улицу, сели в его машину и поехали. Я очень внимательно смотрел в окно. Было сложно четко разглядеть местность только при свете фонарей, но все же некоторые места показались мне знакомыми. Наверное, я пробегал тут пару раз. Мы подъехали к большому белому зданию. На нем виднелась какая-то большая вывеска, рядом с которой были изображены кошка и собака. Рядом со зданием располагалась парковка, на которой стояло несколько машин. Припарковавшись, Марк повел меня внутрь здания. |Мы вошли. Кажется, это приемная. На самом входе стоит столик для благотворительности, слева — регистратура или что-то подобное, справа — места для ожидания своей очереди, впереди — лестница и какая-то достаточно широкая дверь.| Марк подошел к регистратуре и что-то черканул в бумажке, которую дала ему девушка, сидевшая там. Потом Марк пошел к лестнице и позвал меня за собой. Мы поднялись на второй этаж и пошли в конец коридора. Марк достал ключ и открыл дверь.В кабинете стояли белые шкафы, в центре — операционный стол, недалеко от стола капельница, на полу миски. — Залазь сюда, снимем швы. Я запрыгнул на операционный стол и лег. Марк сделал мне какой-то укол. В глазах потемнело, и я заснул.***
Пробудился я где-то через час, если верить небольшому сдвигу маленькой стрелочки часов, висящих на одной из стен. Я осмотрел себя, швов не было, только шрам. — К сожалению, шрам останется, с ним ничего не сделаешь. Теперь мне нужно будет лечить других собак, можешь пойти со мной или подождать тут. Я слез со стола и, виляя хвостом, к Марку. Он улыбнулся и вышел в коридор. Мы спустились по лестнице и направились в ту дверь, которая была недалеко от лестницы. Он открыл её, и там было много клеток с собаками. Некоторые выглядели очень даже плохо, некоторые были со шрамами. Мы подошли к одной из клеток, и Марк вывел оттуда какую-то собачку, у неё сбоку живота был какой-то бугорок. — Мне надо будет вырезать ей опухоль. Мы все втроем пошли обратно в кабинет Марка. Он позвонил кому-то и уже через минуту у нас в кабинете была молодая девушка. Может быть, ассистент? Марк взял собачку, поднял её и уложил на медицинский стол. Потом нацепил на морду собачки какую-то маску. Она заснула. Марк обрезал шерсть возле опухоли. Взял какую-то штучку и разрезал кожу. С раны полился какой-то гной. Марк очистил рану и наложил швы. После этой операции Марк снял с собачки маску и оставил ее лежать. Когда собака проснулась он нацепил ей какую-то штуку и понес вниз. Марк сделал ещё несколько операций для разных собак. Потом мы приехали домой, и Марк сразу же лег спать. Я лег с ним.***
Наконец! Выходные! Как и обычно, вечером мы пошли гулять, но на этот раз дальше, чем раньше. Мы шли куда-то час, у Марка и Вильяма не было цели идти в определенное место, мы шли просто вдоль улиц. Вдруг, я почувствовал знакомый запах… будто бы тот подвал, где проходили собачьи бои. Я шел на запах, вдали виднелось поле с домиком. Я повел Марка и Вильяма к нему. Когда мы подошли достаточно близко, я начал скулить и показывать в сторону этого дома. Марк и Вильям пошли в него, я остался ждать. Они вернулись достаточно быстро, и мы сразу же молча пошли домой. Подойдя ближе к району, где мы жили, Марк заговорил: — Мы должны обратиться в полицию, это ужасно и незаконно! Вильям кивал и попытался успокоить Марка, приобняв его.***
На следующий день Вильям обратился в полицию и привел их на место собачьих боев. Марк забрал к себе на работу всех собак, которых нашли в подвале, и стал дольше задерживаться на работе, чтобы вылечить их. Больше ничего плохого не происходило. Кажется, началась счастливая жизнь!***
Так прошел год. Замечательнейший год за мои 2 жизни! Вильям сводил меня на свою работу. Он официант в одном ресторане, расположенным недалеко от нашего дома. Уверен, Марк с Вильямом ужинали там, когда уходили куда-то после наших прогулок! Они так идеально подходят друг другу! А летом мы ездили к какой-то огромной луже! Марк постоянно говорил, что она называется «морем». Я даже плавал в этом «море»! Но воду оттуда лучше не пить: очень уж соленая! В общем очень замечательный год! Но под конец зимы я почему-то перестал хотеть бегать столько же, сколько и раньше. Ещё через месяц даже вставать стало тяжело. Но я все ещё пытался! Ещё через неделю я стал меньше есть, просто не хотелось. Я очень исхудал. Мне так хотелось бегать, гулять с другими собаками или с Марком и Вильямом, ведь на улице было так замечательно: солнышко, птички, вокруг куча зелени! Но я не мог… Тело ослабло, и я просто лежал, довольствуясь лишь видом из окна. На выходных Марк сводил меня к себе на работу и проверил какими-то штуками. — Рак… Последней степени… Рак? Это животное такое! Причем тут последняя степень? После мы поехали домой, и я пошел валяться на кровати. Пролежал так до вечера, сходил на небольшую прогулку и лежал дальше. Постепенно темнело и мне хотелось спать, я закрыл глаза, хотел уже начать засыпать, но мое внимание привлек разговор из кухни: — Вильям, у @#$% рак, придется его усыпить, пока не стало ещё хуже. Голос Марка дрожит: — Разве нельзя ничего больше сделать? — Нет, уже поздно, операция не поможет… Голос дрогнул ещё больше. Тихие всхлипы. Марк, все же хорошо! Я же не умираю! — Тише, Марк, все хорошо. Если его и нужно усыпить, то давай сначала сделаем его последний день не таким серым. Я должен жить! Хотя бы ещё немного…***
На следующее утро Марк предложил прокатиться по городу, посмотреть красивые места. Мы поехали, я наконец увидел весь город, он такой красивый! Мы сходили прокатиться на какой-то большой штуке в форме колеса, с неё можно было увидеть весь город! Ели всякую еду, которую до этого Марк не разрешал! Такой прекрасный день! Вечером ходили по парку, потом смотрели закат! Но когда уже достаточно потемнело, мы поехали в больницу, Марк и Вильям выглядели печальными, хотя весь день были очень счастливы. Марк занес меня в кабинет и уложил на стол. Взял какой-то шприц и сделал мне укол. Сознание немного затуманилось, и я прикрыл глаза. Чувствую поглаживания, такие теплые и приятные. — Прости, я должен был сделать это, чтобы ты не мучился… — Ты прекрасный песик, я хотел бы побыть с тобой дольше, но не могу… Голос Марка немного срывался. Наступила тишина. Прошло ещё пару минут, я стал хуже чувствовать прикосновения. — Мы очень-очень сильно тебя любим! Они сказали это в один голос. Но я вдруг перестал чувствовать. Не слышу больше звуков, не чую запахов, не чувствую прикосновений. Нельзя сказать, что я потерял свой второй шанс… Ведь это была прекрасная жизнь! Но не такая уж и длинная… Жаль, что третьих шансов не дано, ведь так?
