Голубые ленточки, жёлтые носочки

— Какие будешь ленточки, Бак? — Давай голубые. Пальцы ловко плели косички на тёмной голове вроде бы сурового и устрашающего солдата, пока тот, чуть сгорбившись, сидел и ждал, когда его любимая закончит начатое дело. Сказать честно, Барнс всегда был против всяких причесочек на голове в девчачьем стиле (не считая хвостиков, хвостики — это нечто), но когда Петра начала умело массировать его голову, заплетая очередную косу, Джеймс сдался в её власти, каждый раз наблюдая за тем, как в карих глазах вспыхивает огонёк при одном лишь упоминании красивых причесок на голове своего мужчины. С помощью одной улыбки она умело манипулировала им, используя его только в корыстных целях. Петра шептала бывшему убийце и агенту Г.И.Д.Р.ы слова о любви, нежности и молочных коктейлях, а он послушно вслушивался во всё сказанное, спокойно кивая головой и гладя спину девушки. Баки сам готовил своей девочке кофе по утрам, позже с трудом сдерживая ее от очередной пакости и хулиганства, ведь — о, чёрт — он вечно забывал о том, как на Девушку-паук действовал этот напиток: она буквально по потолку ходила, цеплялась за разные вещи как сумасшедшая, не в силах утихомирить саму себя и остановиться. Обычно на помощь приходили либо репульсоры наставника, от которых исходил достаточно громкий звук, способный привести Петру в себя; либо крепкие объятья Зимнего Солдата, пока она свисала на нем как обезьянка. А Джеймс Барнс шептал юной супергероине слова о любви, вечной памяти и растопленном шоколаде, чуть позже утопая в её глазах того же цвета. Каждое ее слово буквально впитывалось, а сам мужчина идеально помнил каждые её реплики, сказанные в те или иные моменты. Паркер дернула на себя несколько локонов, отчего Баки еле слышно зашипел, а сама она ойкнула. Хоть он и не такое пережить мог, Девушка-паук все равно оберегала его так же, как и остальных членов семьи, в которую входили лишь Старк и Мэй. Спустя несколько мгновений косичка оказалась заплетенной, а Петра радостно стояла перед солдатом, прямо у лица вертя розовым зеркальцем. Баки искренне улыбнулся и приблизился к губам Паркер, захватывая их в свой плен, довольный творением любимой девушки. Хрупкая рука неловко коснулась колючей от щетины щеки, притягивая поближе, а железная прижала к себе, заставляя холодок пробежаться по нежной коже под футболкой с Микки Маусом. — Любишь… — Люблю. — …жёлтые носочки? — Боже, Паркер.