Укрощение влюбленной.

С самого утра Андрей стоял за общежитием, под окном, плел букеты для Ксюши. Рядом, на реечке, лежали несколько связок, которые он уже сделал, а в руках у него была сирень и черемуха, которые он перевязывал. С сосредоточенным лицом он смотрел вдаль и думал о неизбежном. Сегодня она должна уехать. Навсегда? Вспомнит ли? Уедет ли? Именно эти вопросы крутились в его голове. Изредка поглядывал на цветы, для контроля, а потом продолжал смотреть на голубое небо, которое так похоже на небо тех дней, когда они познакомились. Даже ветер дул также. И люди в своих квартирах все также говорили. Он знал, что расставание неизбежно, но не могу ничего решить. Что он сможет сделать? Он не посмеет забрать ее с собой, увезти куда-то, чтобы ее никто не нашел. Не сможет уговорить отца, он ничего не сможет сделать. — Мы знали, что ты здесь будешь… — слышался треск сухих палочек и дребезжание реек. — Опять вы? Я вам все сказал. — он даже не посмотрел на них, настолько он был обижен. Он, вообще, человек очень обидчивый. — Нет, мы хотели о другом поговорить… Мы погорячились. Если можно так сказать, приревновали тебя к девушке. Ни из-за единой ты никогда не отказывался от развлечений, от кутежей, от женщин. Ты брал всех, которые просто проходили мимо тебя, а сейчас ни на одну не обращаешь внимание. Мы испугались. Для нас это был первый звоночек. Что мы могли подумать? Ты же наш друг. Ты нам дорог. Не обижайся на нас… Перед Ксюшей мы обязательно извинимся… Она очень хорошая, мы поняли… уже… — Вы вообще понимаете, что она вас теперь боится? — он откинул букет и повернулся к ним. С каждой секундой он был все ближе и ближе. Шел медленно, вызывающе. — Она на вас смотреть боится, боится, что вы сделаете что-то! Вы — полные придурки! Ее трясет, когда вы идете на встречу! Она прячется постоянно за меня! Вы — полные идиоты! Разве так можно с девушкой маленькой? — Андрей, угомонись! Мы загладим свою вину! Обязательно. Только… не обижайся на нас. Друзья? Андрей строго на них посмотрел, но сразу смягчился. Он припал к друзьям и они крепко обнялись. Засмеялись. — Простите меня, я очень ее люблю, я не хочу, чтобы ей было плохо. Я не думал, что вот так вот все получится… — Ничего… Все будет замечательно! Послышался хлопок дверью. Друзья смекнули, что надо уходить, Андрей встал под окно, где на втором этаже слышались мягкие шаги. — Сеня! — крикнул он. Ксюша сначала не расслышала, подумала, что говорят кому-то другому. Но когда услышала второе настойчивое: «Ксения!», сразу подбежала к окну. Выглянула, за несколько метров от себя увидела Андрея, которые держит цветы. — Андрей? Я тебя искала, испугалась, что тебя нет. Что ты там делаешь? — Не пугайся, я всегда рядом! Лови! Андрей кинул в окно цветы. Ксюша испугалась, но поймала и сразу же получила нежный поцелуй. Миронов забрался по балконам на второй этаж и сладко чмокнул ее в щеку. — Какой ты дурак! — засмеялась Ксения. Он схватился руками за ее щеки и стал осыпать их поцелуями. Девушка заливисто смеялась, держа в руках цветы. — А где твоя подруга? — спросил он, когда они шли гримироваться. — Не знаю, она была у Державина, до сих пор нет. Общаются! — улыбнулась она. — Ага, книги читают… Миронов заметно погрустнел. Ждал ли он близости? Ждал, как любой нормальный человек. Но боялся ее спугнуть, боялся показаться похотливым мужиком рядом с такой нежной девушкой. И она понимала. Понимала, что он взрослый мужчина. Сама, может быть, желала этого, но роптала. Они гримировались за одним столом. Ксюша сидела на коленках у Андрея и болтала ножками. Он наносил тональный крем, а она красила ресницы. Солнечные лучи пробивались через стекла и падали на стол, где лежала косметика. Окна были раскрыты, потому что в гримерке было душно. Слышались пересвисты птиц, шум отечественных машин и голос репетиций. Миронов аккуратно положил ладонь на открытую часть бедра Ксюши, продолжая «рисовать» себе лицо. Он и не надеялся на ответ, но его получил. Девушка накрыла руку Андрея своей ладонью и скрестила пальцы. Он нежно целовал ее шею, а она мягко увивалась, ерзая на его бедрах. Андрей крепко схватил ее плечи и одаривал ее позвоночник поцелуями. — Андрей… — с наслаждением выдохнула она. В этот момент по телу Миронова прошла горячая волна возбуждения. Он, нехотя, отрывался от ее спины, кусая ее нежную кожу. — У нас скоро выступление, мы не можем… Андрей нервно выдохнул и продолжил наносить грим. — Извини… — Я все понимаю. Да ничего он не понимал. Его грудь разрывалась от бешенства. Глаза наливались похотью, а сделать он ничего не мог. Боялся. Жалко было девушку. Для него это — самое настоящее испытание. Желать девушку и получать отказы. Пока они гримировались, Андрей успокоился и повеселел. Он хватал Ксюшу за бока и смеялся над ней, совсем как мальчишка. — Не смейся надо мной! — прикрикнула она. — Все не буду! — улыбнулся он и сгреб ее в охапку, чтобы продолжить ее щекотать. — Андрей! Девушка вырвалась из его рук и побежала за кулисы. Она сталкивала своих телом артисток, которые из зависти, особенно, когда видели, что Андрей тоже участвует в этих забегах, одаривали ее нелицеприятными словами. — Ксюшенька, куда же ты? За кулисами стояли старшие артистки, артисты, молодые девушки, которые также как и Ксюша пришли участвовать в новом спектакле. — Миленькая, чего ты убежала? — нежно сказал Андрей и обнял ее за талию. — Андрей, отстань! — Пусечка, что это за разговоры такие? — Андрей, хватит со мной обращаться, как с маленькой девочкой! Я взрослая! — Хорошо, хорошо, взрослая! Почему ты кричишь? Почему ты ругаешься? — Потому что мне надоело! Я взрослый человек! — Давай, успокоимся, ладно… — Миронов взял ее за плечи, но она сразу стряхнула его руки. Что это было?.. Это — девичий характер! Рядом стоят ее сверстницы, старшие артистки, может, из вредности, из-за волнения… Все может быть. Но то, что она не думала в этот момент — это точно. Андрею осточертело это все. Он не выдержал и заорал: — Так ты хочешь, да? Да я как идиот веду себя ради тебя! Думаешь, взрослый мужик будет так изгаляться? Я как лучше пытаюсь! Как придурок, честное слово! А тебе еще и не нравится. Я могу вести себя как обычно со всеми людьми! Хочешь? Ты в первый же день с ума сойдешь! И будешь умолять, чтобы я вернул ту манеру, вот увидишь! — Тебя никто и не просил изгаляться. — обиженно сказала та. — Не просил? Ну, и Слава Богу! Андрей метнулся со сцены и ушел куда-то вглубь коридоров. Холодный ветер от его быстрых шагов накатил на юную девушку. Ксюша хотела зарыдать. Чего она ожидала? Но остановив слезы, чтобы на премьере не выйти с красным и испачканным от туши лицом, устремила глазки вверх и выдохнула. Премьера проходила на высоком уровне. Песни, танцы — все завораживало. Ксюше пела от души и покоряла зрителей точно так же, как и актеров во время репетиции. Косые взгляды артисток она не замечала, потому что была увлечена процессом. На Андрея тоже внимания не обращала, у него было несколько сцен, он согласился на них ради Ксюши, потому что раньше он бы никогда на спектакли такого рода не согласился. То ли из вредности, то ли из-за обиды она ни разу на него не взглянула. Провожали Ксюшу бурными овациями. Как только она зашла за кулисы, ее столкнули вниз по лестнице. Она обернулась и увидела своего отца. — Ты большая молодец, но за тобой уже приехали! Отец схватил свою дочь и повел на улицу. — Папа, я не хочу! Я не люблю его! Не люблю! Папа! Я Андрея люблю! Я с ним хочу остаться! Папа! Девушка рыдала, канючила и капризничала, она топала ногами и вырывалась из рук отца. — Успокойся, они нас уже ждут! Мы все уже решили, ты не посмеешь отказаться! — Я не хочу, ты меня не любишь, если вот так им отдаешь! Я не буду доить коров, ты слышишь?! Они вышли на улицу, перед главным входом стояли машины и чемоданы с вещами, которые за нее уже были приготовлены. — Вот, привел невесту! — весело сказал отец. Ксюша косо посмотрела на родителей жениха и оттолкнула отца. — Я никуда не поеду! — Тебя никто не спрашивал! — грубо ответила мать парня. — А я у Вас и не спрашивала, я Вам это сказала! Несколько минут семьи боролись с обезумевшей девушкой, которая на себя была не похожа: она страшно кричала, ругалась и отталкивала от себя людей. Андрей в это время вышел на улицу для того, чтобы покурить. Он несколько минут наблюдал за ними и злился. Злился на себя, злился на Ксюшу и злился на всех остальных. В его лице была видна усмешка, мол, «доигралась?». Он и не думал идти к ней, но сердце заставило. Он выкинул недокуренную сигарету и пошел к источнику ругани. Шел уверенно, но руки дрожали. Ксюша уже стояла с чемоданами и плакала, ее вот-вот должны увезти. Перед ней уже открыли дверь, но крепкие руки перехватили ее и по-свойски обняли. — Андрей, что здесь происходит? — удивленно спросил отец. Ксюша выкинула все свои чемоданы и вжалась в грудь Андрея, заливаясь слезами. Он нежно ее поцеловал и сразу ответил: — Вы ее увозите? — Да, к чему эти вопросы? У нее есть жених! Я не позволю, чтобы она осталась здесь! — Значит так, я Вас уведомляю, она никуда не едет, она остается со мной! Это не обсуждается! — Да? — Да. — Ты все уже решил? — Я все решил, Ксюша пойдем! Андрей взял все ее чемоданы и повел за собой. Ксюша, буквально, бежала за ним, только чтобы ее не забрали. Она была несказанно рада, что Андрей решил ее украсть, кроме него она не хотела никого видеть и слышать рядом с собой. И вот опять. Он ей показался героем, она с восхищением на него смотрела, пока он раскидывал жесткие слова об этой ситуации. — Миронов, ты не посмеешь ее вот так забрать! Она моя дочь! Она меня любит и уважает, она не посмеет так гадко с нами поступить! — отец кричал так, что эхо продолжало его речи и переплеталось со словами. — Она-то, может, Вас и любит… — он остановился и развернулся к отцу, — А то как Вы с ней поступили… Любящий отец такого никогда не сделает. — Ты по сравнению со мной… — не договорил он. — Я тоже отец! И я понимаю, о чем говорю! Не нужно делать из меня идиота! Нужно уважать свою дочь, а не продавать ее колхозникам! Родители жениха удивленно вздохнули, решили возмутиться, но сказали: — Все, с нас хватит! Сколько мы ее ждали?! Сколько ждали, когда вы соизволите?! Довольно! Наденька, собирайся, я больше видеть эту семейку не хочу! Пока заезжие гусары собирали свои пожитки, Ксюша с Андреем шли по мостовой. Ксюша до сих пор обижалась, шла поодаль от Андрея. Он положил все ее чемоданы на асфальт и подошел к ней. — Ну, иди сюда! Чего ты на меня обижаешься? Я ведь люблю тебя! Я не хотел такие гадости тебе говорить! Ну? Не обижайся, я очень люблю тебя, мне плохо, когда ты грустишь. — Андрей… — она со слезами влилась в его объятия и нежно водила носиком по его груди. — Прости меня, я очень тебя люблю и не хочу терять! Я дурочка! — Ты — моя дурочка! И больше ничья! Я никому тебя больше не отдам! Ксюша встала на носочки и нежно поцеловала Миронова. Он убирал с лица ее волосы, забирая за ушки и мягко гладил шею. — А что же дальше? — спросила она, когда воздуха уже не хватило и они остановились. — Ну, не знаю, как пойдет! — засмеялся он, — Пойдем прогуляемся! Обнявшись, они шли к ближайшему берегу. Ксюша села на колени к Андрею, она накинул на нее свою ветровку и обнял со спины, сам сидел на теплом песке. Плечи девочки вздрагивали и слышались всхлипы. — Ты чего плачешь? — мягко спросил он. — Я так тебя люблю, когда я только тебя увидела, я даже подумать не могла, что так все закрутится, ты был такой хорошенький, сейчас тоже, но тогда лучше! — заливисто засмеялась Ксюша. — Я так тебя люблю, я с такой нежностью вспоминаю наши первые встречи! — Я тоже очень тебя люблю! Андрей начал вытирать предательские слезы. Когда Ксюша почувствовала, что он тоже плачет, он повернулась к нему и вытирала его редкие слезы. Как же хорошо, когда люди встречаются. Как же хорошо, когда люди понимают и любят друг друга. Давайте, любить и уважать окружающих. Ведь любовь — это самое сильное чувство, которое придумала вселенная. Это все, что нам нужно для счастливой жизни!