АмбиСтрэндж

       Он всегда вызывал у Старка двойственные чувства.        Амбивалентность была настолько ярко выраженной, что можно было даже не делать тесты.        Стивен Стрэндж одновременно притягивал и страшил.        Потому что Тони боялся.        Бесстрашный, не один раз смотревший смерти в глаза Энтони Старк просто боялся утонуть в этом мареве.        Раствориться.        Растаять.        Исчезнуть.        До знакомства с магом Старк щелкал свою личную жизнь так же легко и привычно, как обожаемые им орешки.        Но все неожиданно уплыло в закат, когда на одной из вечеринок Романофф подлетела, представив Тони высокого, статного волшебника с умными голубыми глазами.        И Старк весь остаток вечера искал глазами эту фигуру в ярком плаще, как приклеенный.        Тони стал улыбаться.        Даже по утрам.        Вызвав волну тревожных предположений Джарвиса о причинах таких резких перемен.        Но Старк знал, в чем дело.        Сначала Тони тоже думал, что это ошибка.        Старк завел было для проверки пару интрижек, но почти сразу осознал, что это не то, и внезапно похолодел.        Очевидно, случилось из ряда вон выходящее.        Словно из интереса, тревожно будоражащего нервы, нескольких полуофициальных встреч и пары улыбок в Старке зародилось новое.        Необъяснимое, неуловимое и серьезное чувство.        Тони словно прилип к кончику красного одеяния мага, закрутившись в безудержной пляске Галактик.        Он так потерянно искал эти глаза, что появляться на приемах становилось большой проблемой.        Старк чувствовал себя мальчишкой, впервые влюбившимся и сохнущим по предмету обожания безответно.        С ужасом понимая, что прикосновения становятся необходимостью, а слова — архаизмом.        Тони давно не ощущал себя таким окрыленным и вместе с тем озадаченным.        Странно, но этот непонятный баланс стал нравиться Старку.        У Тони словно забрали всю его прежнюю браваду, иронию и сарказм на грани фола, а взамен подарили свет.        И Старк ушел в эту манящую глубину, как рыба под лед.        Не жалея...        — Старк! У нас проблемы. Надо прикрыть пятый отряд.        — Принято.        — Тони, ты слышишь меня?        — Я на связи, Стив.        — Тони, нам нужна твоя помощь. Стрэндж, конечно, сделал все, что мог. Но его ранило, Старк, и это серьезно. Нам нужна срочная эвакуация. Ты сможешь помочь?        — Стив, боюсь, у меня не совсем стандартный вариант. Я могу забрать Дока в костюм «Марк 7500», он недалеко, еще не апробирован до конца, но...        — Старк, нам подойдет любой расклад. Времени нет. Мы перевязали его, но он может истечь кровью.        — Уже отправляю костюм. Готовьте Дока.        — Джарвис, я должен видеть картинку постоянно. Анализ Дока.        — Мистер Старк! Он в сознании, но нестабилен, помимо внешнего кровотечения дело осложняется еще и внутренним. Вы уверены, что сможете курировать его? Вы и сами не в порядке, босс.        — Джарвис, не мели чушь. Я в норме.        — Стивен! Это Тони Старк. Ты ранен, и мы переправляем тебя в моем костюме. Не волнуйся и слушай только меня.        — Джарвис, наушник Стивена работает? Почему мне кажется, что он меня не слышит?        — Мистер Старк! Наушник работает, но у нас другая беда. Мистер Старк, я не уверен, что он нас понимает.        — Стивен! Успокойся, и слушай меня. Только меня. Я вижу тебя, все будет хорошо. Ты можешь закрыть глаза, если слышишь.        — Отлично. Стивен, ты скоро будешь в руках врачей, мы справимся вместе, но мне нужно, чтобы ты был в сознании. Костюм, который тебя несет, пока не отлажен до конца и мне бы не хотелось, чтобы ты что-то там нажимал. Прошу, не трогай кнопки! Стивен! Стивен, что ты дела....        — Мистер Старк! Куда вы?        — Мистер Роджерс! Мистер Старк покинул поле боя. У нас неконтролируемый костюм, стихийно переведенный на ручное управление. Мистер Старк принял решение сам остановить это безумие.        — Стивен, я держу тебя, держу.        — Стивен! Стивен, посмотри на меня. Что же ты творишь? Я думал, что не успею и ты рухнешь в этой консервной банке с высоты десять тысяч метров. Господи, да ты весь горишь!        Старк осторожно вынимает Стрэнджа из костюма, стараясь максимально аккуратно уложить его на носилки.        — Джарвис! Как он? — Тони леденеет, обнаружив, что маг в отключке, а руки Старка почему-то в красном.        — Сэр! У мистера Стрэнджа потеря сознания, усиление боли и явные признаки травмы грудины. Медики будут через три минуты.        — Сэр, вы ранены, вы дадите возможность врачам вас осмотреть?        — Потом, Джарвис. Это сейчас неважно. Я должен знать, что с ним. — Тони сидит возле реанимации, неловко уронив зверски тянущую болью левую ногу на край скамьи.        В голове лишь одно: измученное лицо Стивена, страдальческий излом бровей и еле слышное: «Тони, прости, я что-то сломал.»        Только сейчас Старк понимает, о чем говорил маг.        Да бог с ним, с костюмом, лишь бы Стивен выжил.        Глаза Тони темнеют еще больше.        «Сломал... Меня ты сломал, меня. Потому что без тебя все теряет смысл. Потому что смотреть — уже счастье. Стивен, не дай мне шанса снова упасть в пустоту. Останься. Пожалуйста. Знаю, что поверить почти нереально, но повторю. Я хочу быть рядом. С тобой, Стивен.»        Старк опирается о стенку и снова видит его глаза.        Эти обворожительные голубые глаза, с невыносимой тоской глядящие на него.        Сердце щемит от боли, и Тони тяжело выдыхает.        Боли слишком много, и больше всего на свете сейчас Старк хотел бы ее забрать всю.        Себе.        Чтобы ему было немного полегче.        Ну хоть чуть-чуть.        Тони не впервой, а ценность этих глаз и рук превосходит для Старка все деньги мира.        Глаза чародея мерцают в кромешной тьме, окружающей Старка, как единственный источник света.        Самый лучший.        И самый желанный.        Тьмы Тони не боится, но позволить себе потерять этот чистый, яркий и подаренный лично ему свет Старк не в состоянии.        — Мистер Старк! Мистер Стрэндж пришел в себя. Он хотел видеть вас. У вас две минуты.        Тони, нехотя давший согласие на осмотр и перевязку, тяжело дышит.        Старк знает, что выглядит в эту минуту не как человек, который собирается признаться в любви.        Плевать.        — Стивен, как ты? — слова так невнятны, так пусты, что Тони осознает, что смотрит на мага так необычно уже давно, лишь когда откуда-то прилетает его имя.        — Тони, тебе плохо? Ты очень бледный, может тебе лучше сесть? — тихо говорит Стивен.        Волшебник почти сливался бы цветом с простыней, если бы не розовые губы и не шрам на правой щеке, прочертивший лицо, как молния.        Старк усмехается одними губами, оценив шутку.        Если только это шутка.        Наверное.        Или нет.        Тони впивается взором в глаза чародея, машинально отмечая, что упаковали волшебника прилично.        Колдун перевязан, как новогодний подарок, на всю грудь, словно бантом укрытый тугой повязкой.        — Стивен, тебе нельзя разговаривать. И пока ты не начал извиняться неизвестно за что, я хочу сказать. Ты сделал все, что мог. И сам чуть не погиб. — голос Тони все-таки ломается, чувства затапливают доверху.        — Стивен…        — Тони! А ты, что думаешь ты? — шепчет маг, прожигая Старка взглядом.        — Думаю, что ты нужен. Очень нужен.        «Мне. Господи, дай мне сил сказать это.»        — Тони, не молчи. Если ты считаешь, что я ранен и не могу считать тебя, то ошибаешься. — сообщает чародей, ерзая на кровати.        Стараясь сосредоточиться на своем, Старк тем не менее краем уха отмечает для себя, что для тяжелораненого чародей слишком упрям, и, очевидно, невменяем.        Мало кто способен, только что вернувшись из объятий костлявой, так изворотливо формулировать предложения и так нахально смотреть в глаза.        Еще один плюс в копилку Тони.        Желание не упустить такое сокровище превратилось из страсти в жажду.        Раз уж он настолько выбивается из норм.        Да и вообще из всего.        Маг словно бросал вызов всем.        Системе.        Устоявшимся мнениям о колдунах.        На стандартного книгочея с пылающим взором и аллергией из-за книжной пыли и жучков Стивен Стрэндж был не похож.        Вот ни разу.        — Уверен, что можешь, Стивен. Но вот хочешь ли? — парирует Старк, с неописуемой радостью видя, как Стивен улыбается.        И что это за улыбка!        Как будто в палату упала половина Солнца, щедро озаряя все вокруг теплом и сиянием.        — Ты угадал. Не хочу. Так что ты хотел мне сказать? — Стрэнджа с выбранного курса не сбить даже истребителю.        — Стивен... — Старку внезапно становится душно, и он делает то, о чем мечтал все эти месяцы.        Тони несется вперед и обнимает Стивена.        — Я влюблен в тебя. И если ты скажешь, что ты не знал… — шепчет он в губы волшебника.        И тут же получает ответ.        — Знал. Хотелось услышать от тебя. И без вспышек фотографов. Ты мне нравишься. — примирительно сообщает невыносимый Стрэндж, тоже не преминув обнять Тони и погладить его по щеке.        — Тони, и если и это не убедит тебя в серьезности моих намерений, то… — Стивену не дают договорить, мастерски затыкая рот поцелуем.        Нежным, открытым и невероятно возбуждающим.        — Стивен, все маги такие или только мне попался уникум? — шепчет на прощание Старк, услышав шаги медсестры, не без усилий оторвавшись от таких неотразимых губ.        — Нет, Тони. Тебе повезло. Таких больше нет. — уже в дверях слышит Тони и усмехается.        — Мне повезло.        Кто бы сомневался…