Вот,что делает с людьми любовь

      – Что из тех слов, которые я сказал тебе до посещения моего отца тебе были не ясны? — он явно был в бешенстве. — Что непонятного в словах «держи язык за зубами»? — я молчала. — Отвечай! — он ударил стену кулаком рядом с моим лицом.       – Люцифер… я сделала то, что считала нужным, — на глазах наворачивались предательские слезы, до меня только доходило осознание случившегося.       – Ты такая тупая, Уокер. Неужели ты не понимаешь? Это, черт подери, САТАНА. Ты думаешь, что отделаешься каким-нибудь простым заданием? — он был в бешенстве, его глаза горели также, как и у его отца.       – Я выполню одно его задание и… все, — в его глазах я увидела насмешку.       – Видимо, тебя в детстве уронили. Он может загадать ЛЮБОЕ желание, доходит? Он может пожелать еще бесконечность желаний, может загадать твою смерть, а может вообще заполучить тебя полностью. Использовать тебя, как резиновую куклу для секса, это ты понимаешь? Будет трахать тебя каждый день, а ты ничего не сможешь поделать, ты подписала сраную бумажку, — голова закружилась, ноги перестали держать меня, из глаз брызнули слезы, я почувствовала тошноту.       – Нет, он не может, — я искренне надеялась на это.       – Все он может, ты подписалась на мучительную смерть. Он мой отец, Вики. Я знаю, о чем говорю. Нет, и главное ради чего?       – Ради тебя, мог бы спасибо сказать, — слезы полились еще сильнее, ком в горле не давал мне сил говорить.       – Спасибо? Ты пьяная, что ли? Он убьет тебя или будет иметь каждый день. Спасибо, как это благородно, — от таких слов я зарыдала еще сильнее. Теперь, это было по-настоящему. — Прекрати. Я схожу к отцу и попробую расторгнуть контракт, во что ты опять ввязалась, — он пошел в сторону кабинета.       – Нет, — я крикнула ему в спину. — Не смей, он изобьет тебя, снова, — слезы душили меня, перекрывали мне дыхательные пути и лишали возможности нормально разговаривать.       – Непризнанная, я знаю, — он все равно пошел дальше, мне хотелось кинуть ему что-нибудь в голову, чтобы он остановился, вместо этого я побежала за ним. Он открыл кабинет и зашел туда, я за ним.       – Отец… — Сатана сидел на том же месте и что-то записывал в блокнот.       – В чем дело? — он оторвался и посмотрел на мое заплаканное лицо, затем на Люцифера. – Что, передумала? — он сухо рассмеялся. Так, что у меня уши слегка заложило. — Перед тем, как что-то делать, нужно думать, много думать. Полагаться только на себя, а не на парня, который тебе нравится.       – Нет, я не передумала. Уговор в силе. Не слушайте его, — я подошла к Люциферу и потянула его в сторону выхода. — Мы уходим.       – Непризнанная, уймись. Отец, ты не можешь так поступать с ней. Ты же не ограничишься одним заданием. Не делай с ней того, что делал с мамой, — его голос дрогнул. — Я тебе не позволю.       – Ух, как мы заговорили. А пять минут назад валялся на полу и смотрел, как девчонка подписывает твою свободу ценой своей собственной, — он было замахнулся на него, но я закричала.       – Вы не имеете права, контракт, — голос был сиплый и уставший, но весьма серьезный.       – Так ты не передумала? Интересно, значит это твоя идея, Люцифер. Боишься за свою подружку, в кого ты у нас такой чувствительный, — челюсть Люцифера напряглась. — Может, в свою мамашу, — после этих слов, Люцифер взревел и махнул крыльями, Сатана лишь немного пошатнулся.       – Не смей, не смей так говорить о ней, слышишь? — он кричал на него со всей силы.       – Не волнуйся, она не будет в роли твоей мамочки, для этого у меня полно других шлюх. Она здесь для дела. Не боись, я не притронусь к ее влагалищу, оно будет ждать тебя, — ему хотелось выводить сына на эмоции, к тому-же, он был явно пьян. Когда он успел? Люцифер хотел наброситься на него.       – Хватит. Я не отменяю наш уговор, все остается. Мы уходим, Люцифер, идем. Пожалуйста, — на глазах снова выступили слезы. — Прошу тебя, — он посмотрел мне в лицо, кинул гневный взгляд на Сатану и пошел к выходу.       – Сынок, она мне нравится. Не потеряй ее, наконец-то ты не повелся на сиськи, вырос что ли… — дальше мы уже не слушали, закрыли за собой дверь. Я села на пол, облокотившись на стену. По щекам лились горячие слезы.       – Он пьяный, — сухо сказал Люцифер.       – Я заметила. Ты думаешь, он будет пользоваться мной? Как ты там сказал, вместо куклы, — от этих слов я всхлипнула.       – Успокойся, я думаю, что… ты скоро узнаешь, — он подошел ближе. — Вставай, надо идти, он может выйти, лично я уже вдоволь пообщался со своим папочкой.       – Я не могу… Люцифер, я не верю, что все это правда, я такая дура, ввязалась в черт знает что. И что? Ты мне даже не благодарен… — я накрыло лицо руками. Только бы не видеть все это.       – Благодарен, — он сказал это так тихо, так нежно. — Вики, ты второй человек, который защитил меня от него, хотя я даже не просил тебя об этом, — он присел рядом.       – А кто был первым? — посмотрела ему в глаза, сейчас он был такой… открытый, настоящий, без толстого слоя безразличия.       – Мама… — ему явно не хотелось говорить об этом, я не стала лезть. Громко вздохнула и положила ему голову на плечо. Он немного напрягся. Сделай я это днем, он бы отпихнул мою голову, а сейчас… он слегка потерся щекой о мою макушку. Мне хотелось сидеть так вечность. Мне было так спокойно и тепло. Мы посидели так минут двадцать.       – Вставай, надо лететь отсюда, — он встал и смотрел на меня с легкой улыбкой. Это не счастье, это попытка убедить себя в том, что сложившаяся ситуация объясняется только матерными словами. Причем, самыми грязными.       – Идем? — я встала и начала также смотреть на него. Его четкие черты лица, глаза, которые на данный были такие нежные и легкие, ночь. Он был другим. Мы молча пошли в сторону водоворота. Остановившись перед ним, я успела сказать лишь его имя, как он прыгнул туда. Я сделала то же самое. Через несколько секунд мы были уже около моей двери.       – Сегодня был сложный день, — я не знала, что говорить.       – Да, можно и так сказать, — он смотрел мне в глаза, не на грудь, а в глаза.       – Может быть, ты зайдешь? — я сказала это. Мне не верится. Он ухмыльнулся.       – Если ты намекаешь на секс, то знай. Я трахаюсь только тогда, когда сам этого хочу. Не сегодня, малышка, — вот и вернулся дневной Люцифер.       – Нет, я не про это, я думала… мы могли бы… поговорить, — я не знала, зачем говорю это. Мой здравый смысл сегодня явно дает сбой. Впрочем, не только сегодня.       – Поговорить? — он не ожидал этого. — Я не самый лучший собеседник, тем более, для тебя, — все равно, даже его голос звучал по-другому. Мягче, с нотками тепла, без надмения.       – Может быть, ты просто никогда не пробовал? — я несла полный бред, но почему то, он на него действовал. Я видела, он хотел этого, это было нужно ему. И, возможно, мне.       – Ну что. Можно попробовать, — я обрадовалась его ответу. Открыла дверь своей комнаты, Мими не было. Мы зашли. Он сразу сел на кровать.       – Ну и о чем ты хотела поговорить? — он будто боялся раскрывать себя, боялся видеть себя настоящим, боялся показать себя мне таким настоящим.       – Да так, обо всем. Я тебя совсем не знаю, — на его лице появилась хитрая улыбка.       – Ты уверена, что хочешь знать меня? Тебе оно надо? — голос был сухим, сиплым.       – Уверена — нельзя быть слабой, больше никогда. Ради него я пошла, на черт знает что, это должно того стоить. Он достал сигарету и закурил. Я смотрела на него и не могла придумать ничего, мои мысли улетели вместе с дымом от его сигареты, растворившись под потолком. Мне хотелось показать, что я не такая, какой он меня представляет, я сильная и смелая. Даже если по факту такой не являюсь. Я не смогла придумать ничего лучше, чем без спроса взять пачку и закурить вместе с ним. Он опешил, смотрел на меня диким взглядом.       – Непризнанная, ты ничего не перепутала? Это МОИ сигареты, хочешь выпендриться передо мной, купи себе, — я держала в руках сигарету, боясь сделать первую затяжку. Но надо было, иначе был бы полнейший провал. Вдох. Вкус табака раздирает глотку, голова немного кружится, раньше я никогда не пробовала такие крепкие. Виду подавать нельзя. Я спокойно выдыхаю дым.       – Смешная ты. И глупая, — он смотрит на мое лицо, ищет долю отвращения, но я держусь. Несколько затяжек. Голова кружится, но все не так плохо, как могло бы быть. Люцифер подходит ближе. Расстояние на столько маленькое, что я слышу его вздохи. Зрительный контакт у нас налажен отлично, он не спускает с меня глаз. Я тоже не отвожу взгляда. Он наклоняется к моему лицу и выдыхает дым. Глаза слезятся, я начинаю кашлять.       – Не начинай гляделки, если глаза выколоты, — он забирает мою сигарету и докуривает ее. — Есть что выпить? — он чувствует себя как дома. А вот мне наша с Мими комната не вызывает чувство домашнего тепла и безопасности, впрочем, как и все здесь.       – Да, полбутылки текилы, — я достаю бутылку из-под кровати. Слыша звуки плескающегося алкоголя в прозрачном стекле, я невольно облизываю губы.       – Пьешь, куришь. Случайно, клей не нюхаешь? — он забирает текилу из моих рук.       – Как раз думала начать. Стаканов нет, пей так, — его это никак не смутило, Люцифер открыл бутылку и сделал несколько глотков.       – Так и вижу картину. Днем — ходишь под ручку с Дино, а ночью — бухаешь из горла, — его глаза блестели. — Может, еще и на эту бутылку садишься? Ангелок то, явно не удовлетворяет тебя, — после этих слов, он облизал все горлышко бутылки.       – Не угадал. Эта другая бутылка. А по поводу Дино. Мы с ним не… — он не дал мне продолжить.       – Ну конечно, нужна пяти литровка. Расслабься, Непризнанная. Этот девственник никогда бы не стал трахаться с тобой, у тебя ведь такие фантазии… плетки, ремни, удары, — он поставил бутылку на подоконник и с ухмылкой на лице, ждал моей реакции.       – Как ты… — он может читать мои мысли? Дьявол разразился смехом.       – Ты сама только что призналась, — он сел на стол рядом с окном. Я подошла, взяла бутылку и сделала три смачных глотка. — Не подавись, — Люцифер сжигал меня взглядом. — Ты не перестаешь меня удивлять, размером своей… глотки, — я едва не выплюнула на него текилу.       – Я могу удивить размерами не только глотки, — я не понимала, что несу. Будто, я опьянела от нескольких глотков.       – Ты же знаешь, я трахну тебя только тогда, когда захочу, — он провел тыльной стороной ладони по моей щеке и слегка шлепнул.       –Я ни на что не намекала, Люцифер. Ты сам себе нафантазировал, — я выпила еще, и еще. Он тоже пил, но меньше, а я уже понемногу терялась. –Ты вроде, поговорить хотела. Или это просто развод на секс?       – Да, я хотела поговорить. Почему у тебя такие отношения с отцом? — зря я задала этот вопрос, он ему не понравился. На глазах появилась злость.       – Уокер, — он прошипел.       – Прости, я не должна была — я ждала, что он сорвется, ударит меня и улетит, но его реакция меня удивила.       – Он изнасиловал мою маму, — эти слова повергли меня в шок, я не думала, что все так серьезно. Я не понимала, почему он мне рассказывает об этом. Днем он вытирает об меня ноги, а сейчас делится самым сокровенным.       – Прости, я зря спросила, — он схватил бутылку и отпил.       – Он избивал ее. И меня. Она старалась защитить меня, но он срывался на нее еще больше. Бил головой о стол, пол, шкаф. Я стоял и смотрел в щель. Видел, как по-черному мраморному полу стекает ее бордовая кровь. Слышал, как она молила его прекратить, но он не слушал, он лишь сильнее пинал ее черными ботинками, которые когда-то она ему и подарила. Потом он замечал меня, кидал ее в сторону и переключался на меня. Я был маленьким, и не мог дать ему отпор, но старался. Мама кричала, умоляла его, а он… в один день, он убил ее. Просто добил до смерти. И я остался с ним. Я не смог спасти ее, не смог уберечь от его рук. После, в его жизни ничего не изменилось. Он продолжает трахать легкодоступных девиц после ее смерти, он может делать это в их кровати, удобно, ничего не скажешь… — это был самый откровенный разговор в моей жизни. И я уверена, в его жизни тоже. На глазах блестели слезинки, я знала, что он не хочет показывать слабость передо мной, поэтому невзначай отвернулась, давая ему секунду отбросить слезы.       – Люцифер, я… я не знала, — мне хотелось обнять его, но я знала, он оттолкнет меня. — Ты не виноват, это вина только Сатаны, не твоя, — он смотрел мне в глаза, я чувствовала его боль. — Твоя мама защищала тебя, она любила тебя, любит тебя, — я слегка потянулась к его рукам, ожидая его реакции. Он не был против, я взяла его за руку. Он сжал ее, слегка. Еще никогда Люцифер не был таким… беззащитным. — Главное знай, ты не он. Ты не такой, — порой он был очень груб, но не настолько, не такой, как его отец.       – Она была единственной, кто любил меня. И единственной, кого любил я, — он был немного пьян, но зато честен.       – Не правда, — я не ведала, что творю — Все заслуживают любви, ты не исключение, — я подвинулась ближе к нему, каждое мое действие в его сторону… я ждала, когда уже будет точка кипения, но ее не было, он лишь прижал меня к себе. От него пахло табаком, алкоголем, резким приятным парфюмом и ванилью. От него веяло теплом, в прямом смысле этого слова. Мне было жарко.       – Ты случайно не на психолога училась? — он все старался свести к шутке, это была его защитная реакция, как и гнев.       – Нет, просто я знаю, что такое терять маму… — на моих глазах показались слезы. Я не хотела перетягивать на себя одеяло, поэтому не стала заострять на этом внимания. Он нежно обнимал меня за талию, никогда бы не подумала, что он бывает таким. Я вдыхала его аромат, он пьянил меня сильнее текилы. Он разомкнул объятия. И потянулся в сторону бутылки, там оставалась совсем мало. Он допил. Я встала, прошла к шкафу и достала бутылку Бурбона. На лице Люцифера появилась улыбка.       – Так и спиться можно, — я, проигнорировав его высказывание, начала открывать ее, но сил не было. Он выхватил бутылку их моих рук и кинул крышку в сторону. Отпил немного, поморщился. — Губа у тебя не дура, Уокер. Не то, что ты.       – Я люблю алкоголь, он делает людей… более открытыми, — я сделала большой глоток, горло приятно прогрелось.       – Все алкаши так говорят, — я рассмеялась. Я чувствовала себя очень комфортно, будто я снова оказалась на земле, но я знала, что наступит день и он снова наденет на себя маску мудака.       – Мой отец был прав только в одном, ты и правда похожа на мою маму, — я поперхнулась. — Также самоотверженно защищаешь меня, но только посмотри, что с ней стало, — он поднял лицо к потолку, я понимала, как ему тяжело.       – Люцифер, он же сказал, что у него ко мне какое-то задание. Значит… — он перебил меня.       – Ничего это не значит, совсем мозга нет? Ему соврать, как два пальца обоссать. Сегодня он сказал одно, а завтра ты будешь делать ему минет, — он был очень эмоционален.       – Будь, что будет, — я уже не могла об этом думать. Сделала еще один глоток, он вырвал из моих рук бутылку.       – Так хочется сосать старому мужику? — он явно переживал.       – Да что ты пристал? С чего ты взял, что он даст мне задание ублажать его? — язык заплетался.       – Тебе лет сколько? Что ему еще надо от непризнанной? Помощь? Только секс. Направленный только на доставление удовольствия моему отцу, — он пил и пил. – Я уже не могу думать об этом, давай перестанем это обсуждать, — Люцифер был в бешенстве. Он был пьяным и не мог контролировать себя.       – Сейчас я покажу, что тебя ждет…