За завесой винной лжи

Алое солнце, что освещает все тайны Неверленда, оставляя их всё такими же незримыми, погружалось в соленые воды безграничного океана. Все пираты собрались на палубе своего корабля для созерцания прекрасной феи, что поведает им о других мирах братьев Гримм и Андерсона. У Венди абсолютно не было настроение для ежевечерних рассказов. Она вяло вышла в центр круга, пытаясь вспомнить какую-нибудь историю. Обычный шум среди морских волоков резко прекратился. Палубные доски угрожающе скрипнули. — Не утруждайте себя, дорогуша. Сегодня я расскажу историю. Девушка подавила в себе недовольный взгляд и села к новым «друзьям». — И так, — прокашлялся мужчина и поправил свой локон крюком, — Я хочу поведать вам легенду о нимфе, которая жила на проклятых землях таинственного острова. Сто, нет, тысячи лет назад по просторам дальних земель ступало прекрасное создание. Это была дивная девушка, которая хранила в своем сердце защиту острова, к которому была привязана. Она плавала, как рыба, парила, словно сокол, а голос…голос её звучал как ручей, что бежит по блестящей гальке, — мужчина отвел глаза, чтобы воспроизвести картину в голове, — Эта нимфа дарила энергию каждому, кто в ней нуждался. На этом же острове жил Сатир. Половина человека, а половина козла, но, между нами говоря, был он просто козлом, без половин. Группа мужланов засмеялась. Понятное дело, уровень их развития не мог позволить им понимать многие термины, а объяснения капитана звучали близкими к их мозгам. Откуда оборванцам знать, кто такой Сатир, позвольте.  — Заткнулись, я продолжаю. Как-то раз на остров прилетел раненный ястреб, ему нужны были силы. Он встретил нимфу, которая была готова помочь ему, но треклятый Сатир приревновал нимфу. Отродье это все скакало вокруг, отвлекало нимфу, и она забыла про ястреба. Крюк сделал паузу и достал из кармана своего манжета флягу с ромом. Он отпил из неё, чтобы смочить горло и его взгляд остановился на Венди. Девушка, в отличии от остальных присутствующих, прекрасно понимала его аллюзию. Джеймс смотрел прямо на неё, продолжая свой рассказ, так, словно не замечая остальных.  — Ястреб лежал измываясь от боли. Его глаза передавали отчаяние, нужду в том, что он не мог получить. Он смотрел на нимфу, которая танцевала с Сатиром и не понимал, почему она не обращает внимания на его страдания. Он издал из груди пронзительный крик, его тело билось в агонии, глаза затуманивала пелена уныния. «Посмотри на меня! Помоги мне! Спаси меня от этой участи умирающего зверя!» — кричал он. Сатир слышал его вопли, и хотел добить птицу, чтобы та замолчала навсегда. Мистическая тварь подбежала к ястребу, но тот укусил его, и нелюдь наигранно завизжал. Нимфа была зла на ястреба, что тот обидел её друга, и оставила птицу умирать. Венди напряженно вдохнула. Ей казалось, что она и вовсе не дышит. На её глазах застыли слёзы, а лицо передавало смятение. Крюк почти добился своего. — Нимфа ушла с Сатиром, но она не знала, что ему нельзя верить. Дева закружилась в танце, и когда её внимание затупилось, мерзкий нелюдь толкнул её в пропасть. На последнем вздохе ястреб взмахнул своими крыльями и спас нимфу. Она упала с ним в воду, и её выбросило на берег. А птица… — Что стало с птицей, капитан??? — не могли успокоиться матросы. — Птица сдохла! — рявкнул капитан и пнул бочку, на которой сидел. Венди заплакала.  — Говорят, что этот остров, где умер ястреб теперь принял вид падающей птицы. Скала, где его тело издало последний вздох заросла лианами и опустилась на дно морское к самой Эриде! Толпу накрыло восхищенными возгласами. Только мистер Смитт тяжело смотрел то на капитана, то на девушку, что не проронила ни звука.  — Конец истории, парни! В сумраке холодного вечера дыхание капитана преобразовывалось в пар. Он глядел на всех безумным взглядом и осматривал свою гостью.  — Венди! — рявкнул тот.  — Да? — пугливо ответила она.  — Составь мне компанию, милочка. Я хочу прогуляться.  — Я не хочу.  — Я сказал: пойдем!  — Капитан, — прошептал Смитт.  — Заткнись! Идём! Мужчина взял девушку за руку и скомандовал опустить шлюпку. Когда лодка опустилась на толщу воды, капитан убавил пыл. Холодный воздух так остудил его нрав, что он понял, как пугающе выглядит в глазах девушки.  — Думаешь, что я монстр?  — Нет.  — Боишься?  — Нет.  — Извини, дорогая, я увлекся.  — Тогда может вернёмся?  — Нет, я всё-таки хочу тебе кое-что показать. Держи, — мужчина снял свою мантию и доверил её Венди, — Напомни мне, когда вернемся, чтобы я достал тебе вещи из каюты. Твой халат вообще не подходит для этих холодных вечеров.  — Х-хорошо.  — Как тебе история?  — Поучительная.  — Понравилась?  — Тяжело сказать… Вы специально рассказали её?  — Да.  — Что вы хотели, чтобы я поняла?  — Почему ястреба оправдывает желание мести.  — Нет. Это зов.  — Зов?  — О помощи.  — Бред. Это мотивы.  — Это страх.  — Нет!  — Хорошо, — пресекла конфликт девушка. Мужчина опешил. Вулкан эмоций стих.  — Если он отомстит, что делал бы дальше?  — Был бы доволен.  — Что делал бы?  — Был…был бы спокоен.  — Что. Делал. Бы?  — …  — Капитан? Крюк?  — …  — Джемс! — окрикнула его девушка и взяла его лицо в свои руки. Голубые глаза обрели фокус.  — Что?  — Ты тут?  — Я…  — Давай вернёмся?  — Нет, я должен тебе показать кое-что.  — Уверен? Можем завтра.  — Нет! Я должен, должен показать. Сейчас.  — Хорошо-хорошо. Как себя чувствуешь?  — Нормально. Прекрасно. В тишине их лодка соприкоснулась с песком острова. Крюк вылез из лодки и протянул девушке руку, она приняла помощь.  — Идём, осторожно, смотри в оба глаза, дорогуша.  — Хорошо.  — Я не тяну тебя в неприятности. Мы идём к холмам.  — Каким холмам?  — В сторону поселения фей.  — Фей? — настороженно спросила девушка, вспоминая свой прошлый к ним визит.  — Да. Не бойся. Они не тронут тебя. Ты идёшь не одна. Ты не одна. Эта фраза ввела Венди в какой-то транс. Первый раз за эти дни она ощутила, что она не одна. Её рука, которую всё так же держал в своей Джеймс, аккуратно сжала его пальцы.  — Хорошо, — только и могла она сказать. Спустя время они добрались до нужного места. Они стояли в начале каменного выступа, что открывал вид на весь Неверленд.  — Тихо. Тихо. Не бойся. Я держу тебя, ты не упадёшь. Ты не упадёшь.  — Не упаду, — повторила Венди.  — Идём, — он провел её вперед, — Смотри вниз. Венди?  — Мне страшно, я не могу.  — Я держу тебя. Ты не упадёшь. Я держу тебя.  — Ты обещаешь мне? Обещаешь?  — Я обещаю. Девушка выдохнула. Он приоткрыла глаза, которые до этого были закрыты, как никогда прежде. Картина была невероятной. Зелёный ландшафт в полуночной тьме перешел в другую палитру. Синева моря отображала свет звёзд, месяц сиял, как никогда в жизни юной лондонской персоны. Внизу холмов протекала река, напевая какую-то мелодию Харите, богине природы. Тысячи светлячков окружали пурпурные цветы и лианы, что усеяли тропическую даль.  — Это прекрасно.  — Я знаю.  — Я…я  — Это не всё. Смотри внимательнее, словно свысока. Венди удивилась. Она не могла понять, что ещё она может увидеть в этой красоте. Девушка заметила, заметила что-то, что не могла созерцать, но ощущать, на удивление, она могла прекрасно. Сточенные скалы внизу водопада складывались в нечто, рисунок, пазл. Когда глаза привыкли к светлячкам, Венди была уверена, что то что она видит… Это ястреб. Это ястреб. Сложив остатки скал на высоте птичьего полёта, она видела его…  — Ты видишь?  — Да, — задыхалась девушка.  — Видишь?  — Да, — плакала она. Девушка развернулась и упала в объятия своего спутника.  — Я вижу. Вижу!  — Это был первый ночной вид, что я созерцал на этом острове. Наверное, это единственное место, по которому я скучал, если бы покинул его.  — Прости, прости, — шептала Венди, поглаживая волосы капитана.  — За что?  — За всё. За всё прости.  — Я не понимаю. Девушка ещё крепче обняла его.  — Позволь мне помочь тебе, позволь исцелить. Чтобы ты не упал с этих скал, чтобы не стал легендой острова. Позволь.  — Я…я хочу. Но я не могу оставить всё…это. Этот мальчишка, он держит меня здесь.  — Джеймс…  — Дело не только в нём, Венди. Мне некуда идти. Команда не думала над тем, что наша эпоха прошла. Мы стали ненужным куском мозаики в этой картине. Мы не можем вернуться. Я не могу.  — То есть… Если даже ты отомстишь Пэну, ты…не сможешь покинуть этот остров?  — Я не знаю, дорогая. Я уже не уверен.  — Тогда есть ли смысл думать о Питере, если ты не знаешь, что делать дальше? Капитан… Джеймс, не губи себя. Я верю в тебя. Я верю всем своим сердцем, что ты сможешь жить дальше. Даже может…ты найдёшь там место и для меня?