За завесой винной лжи

— Смит, осторожнее. Ауч! — шипел Крюк.  — Простите, капитан, но вы сами запустили свою руку.  — Не называй это рукой.  — Хоть мы с командой очень старались над вашем протезом, но он не был рассчитан на носку круглые сутки. Вы должны снимать его на ночь.  — Не могу, Смит.  — Это всё из-за мисс Венди?  — Не хочу, чтобы она видела это.  — Поверьте, если она с вами не смотря на ваш «мягкий» характер, то рука — не самое страшное, что она могла бы видеть.  — Заткнись Смит.  — Капитан, ну посмотрите. Обрубок руки был покрыт мозолями и ссадинами. Кожа слегка опухла и стала красной.  — Повезло, что ничего не начало гноиться, — поучал Смит.  — Да вижу я!  — Я обработал все ссадины, капитан, но вам нельзя пока носить крюк.  — Великолепно…  — Я не шучу, капитан, заработаете гангрену. Как мисс Венди?  — А что с неё может быть? Цветёт и пахнет.  — Сдаётся мне, ей нравится пиратская жизнь.  — Я тебе умоляю… Она из другого теста, дамские манеры очень скоро возьмут своё.  — Разве не всегда говорили, что мисс Дарлинг настоящий пират?  — Это так, но она воспитана в высшем обществе, поэтому эффект скоро пройдёт, поверь мне, человек не может оставить свои корни, они могут сгнить, но они навсегда остаются с нами.  — Что правда, то правда, но в благоприятной почве даже самые капризные цветы распускаются… Если бы она могла увидеть весь мир, как мы когда-то… Китайские порты, пряные базары Индии, пляжи Италии, животный мир Австралии…  — Нет! Никаких отплытий.  — Капитан… Но жизнь тоже может наскучить.  — Скучаешь за смертью, Смит? Лишить тебя мучений?  — Капитан, мы живём не одно столетие, но какой в том прок, если мы гниём изнутри в погоне за туземцами и малолетним сопляком.  — Этот сопляк лишил меня жизни! Я не могу ни есть, не спать, лишь это тиканье. Тик-так, тик-так. ТИК-ТАК! ТИК! ТАК! — орал Крюк, — Он приходить ко мне во снах, с этим мерзким крокодилом. А я слышу рояль, мой дворцовый рояль, Смит. И знаешь, какую мелодию он вечно играет?! «Пляс крокодила», чёрт тебя дери!  — Мы ловим его уже сотню лет, разве не пора оставить его в прошлом?  — Нет. Никакого. Прошлого. Оно осталось на бумаге, Смит.  — Подумайте, самое страшное для пацана — это скука, дразнить вас — его любимое занятие, но если вы будете счастливы…  — Я счастлив! Что, не видно?  — Нет, капитан. Венди не сможет долго отвлекать вас от этого безумия.  — Заткнись! — крикнул Крюк и ударил старика. Смит упал из-за стола и грохнул на пол. Из-под седой брови пошла струйка крови. Мужчина хрипло закашлял.  — П-простите, капитан. Крюку было неприятно, не таким человеком он был раньше, не опускался до битья стариков.  — Вставай, Смит, — протянул тот свою руку.  — Я в порядке, сир, — но мужчина не был в порядке. Хоть время в Неверленде стоит на месте, но больной старик никогда не станет моложе.  — Смит, давай руку, болван.  — Мне нужно отдохнуть, капитан, ноги не держат.  — Хорошо, я пойду.  — Не надевайте крюк. Капитан фыркнул и покинул общую каюту, но крюка на столе не осталось. Мужчина с шипением вкрутил его в металлическое гнездо. Жесткая коже протезированного пояса сдавливала обработанные натёртости.  — Чёрт, — скрипел зубами он. Поднявшись на палубу, он взглянул на своих подчинённых. Голубые волны весело отбивались о корабль, белые паруса трепыхались на ветру, а солёный воздух щекотал нос.  — Держите же её! Ой, Нептун, дай нам сил.  — Что происходит? — спросил капитан обращаясь к Стэну.  — Мисс Венди, капитан. Она решила покрасить гальюнную фигуру*. *Галью́нная фигу́ра (носовая фигура) — украшение на носу парусного судна. Фигура устанавливалась на гальюн (свес в носовой части парусного судна).  — Что? Какого чёрта? — капитан глянул через пирата и увидел двух крепких мужчин, что держали два конца верёвки, что уходила за корабль.  — Я сейчас, ребята, чуток остался! — крикнула Венди.  — Венди, что ты делаешь?  — Я решила обновить эту прекрасную русалку, капитан! Она будет смотреться просто великолепно.  — Венди, поднимайся сюда немедленно!  — Я ещё не закончила.  — Венди, ты сломаешь себе шею!  — Да ничего не случится. Вот! Готово. Тяните, парни. В тот же час верёвка оборвалась и девушка полетела в воду.  — Человек за бортом! — кричал мотром.  — Крысы недорезанные, достаньте её!  — Я в порядке! — из-под тощи воды показалась русая голова. Венди весело махала рукой смотревшим на неё морякам, — Спустите лестницу, пожалуйста! Девушка с лёгкостью поднималась на борт.  — А снизу Калипсо выглядит ещё лучше!  — Калипсо?  — Да, я решила так назвать нашу русалку.  — Венди ты головой ударилась? На кой чёрт ты полезла туда! — крикнул капитан и схватил её за руку.  — Ай, больно, отпусти! Что тут такого? Она будет оберегать команду в новых приключениях.  — Какие к дьяволу «новые приключения»?! Иди в каюту!  — Не приказывай мне, что делать!  — Я капитан этого корабля!  — И что мне с того? Я хотела сделать как лучше! Не сидеть же мне днями в каюте!  — Так сиди на палубе!  — Сиди, сиди, иди туда, иди сюда! Я свободный человек!  — Не выводи меня из себя, Венди!  — А не то что?  — Я тебе покажу что! Капитан поволок её в трюм.  — Отпусти! Отпусти, мне больно! Скрипящие ступени вели в тёмную и холодную комнату. В помещении пахло сыростью, железом и…крысами. Из-за плохого помещения было не разобрать, где именно заканчивается трюм, но очертания бочек и пушек давало девушке хоть какое-то представление.  — Ты слишком много думаешь о себе, Дарлинг. Я не позволю оспаривать мой авторитет при команде! Или ты слушаешь меня, или же будешь гнить здесь, в этом трюме!  — Отпусти меня!  — Марш в каюту или я запру тебя здесь.  — Я ненавижу тебя! Слышишь? Ненавижу! Я стараюсь влиться в этот стиль жизни, пытаюсь стать частью этой команды, но ты. Ты вечно всё портишь своей надменностью и гордыней!  — Даже не думай оспорить, что я был благосклонен к тебе, даже слишком благосклонен!  — Такова твоя «благосклонность»? Крики, рукоприкладство и агрессия? Вот это есть вся щедрость его светлейшества капитана Крюка?  — Венди, замолчи!  — Может ты сразу вышвырнешь меня за борт? Или увезёшь в Лондон, чтобы я тут смуту не развеивала?!  — Венди, хватит! — бархатный голос сорвался на крик, — Твои детские выходки порядком надоели мне! Кем ты возомнила себя?! , — мужчина схватил Венди за горло, — Твой голос здесь лишь шепот, что заглушат самые мелкие волны. Ты не поменяешь здесь и сантиметра, ясно тебе? Каждый твой шаг, каждое слово должно быть одобрено мной, поняла? Девушка не могла ничего сказать, она ловила воздух дрожащими губами. Кто этот человек? Она знает его? Да, это не Джеймс, а капитан Крюк, безжалостный и холоднокровный пират-убийца.  — Быстро. Поднялась. В каюту, — прошипел он и разжал руку. Девушка в слезах выбежала из трюма. Крюк сел на ближайшую бочку.  — Чёрт… Венди бросилась на кровать. Вся в слезах она не прекращала плакать и кричать в подушку.  — Ничтожество! Ничтожество! Как ты посмел тронуть меня! Ублюдок!  — Мисс Венди?  — Уходите!  — Мисс Венди, это Смит, пустите, пожалуйста.  — Заходи, Смит.  — Я принёс вам горячий чай и полотенце. Почему вы плачете?  — Ничего, Смит, это всё из-за это хама, неуравновешенного безумца. Что у вас с лицом?  — А? Ударился о балку трюма с утра.  — Это он сделал?  — Что?  — Это сделал Джеймс?  — Что вы, разве это возможно?  — Ещё как возможно, мерзавец…  — Вы знаете, русалка и правда выглядеть очень хорошо.  — Вам правда нравится?  — Разумеется! Давно она так не сверкала. Ну же, мисс Дарлинг, выпейте чаю, болеть ни к чему.  — Как он мог так поступить… Схватил меня за шею, словно курицу перед казнью.  — У капитана сейчас сложные времена.  — Даже если и так, разве это повод так себя вести?  — Конечно нет, но вы должны понять его. Он человек грубый, жизнь его…  — Мне не интересно, Смит, это не даёт ему право так обращаться с людьми.  — Вы правы, но… Эх, что уж тут говорить, старую собаку не научить новым трюкам.  — Кто это здесь собака? — спросил Крюк за спиной.  — К-капитан?  — Выйди, Смит.  — Нет, Смит, прошу не уходите! — вскрикнула Венди, — Не оставляйте его со мной.  — Но мисс…  — Я сказал «выйди».  — Как скажите, капитан. Старая двери устрашающе скрипнула и закрылась с той стороны.  — Не подходи. Не приближайся ко мне.  — Венди… — прошептал Крюк и сделал аккуратный шаг.  — Нет! Не смей! Я не шучу! — крикнула Венди и схватила канделябр.  — Ты боишься меня, Венди? Это же я.  — Уходи, не смей подходить ближе!  — Венди? Что ты такое говоришь? Слушай, мне очень жаль, правда, прости, я не хотел обидеть тебя, — виновато молвил Крюк придерживая правую руку, — Я вспылил, был не в духе. Я не имел в виду, что сказал…  — Вы прекрасно выразили свои мысли, капитан Крюк.  — Венди, прошу, не говори так, Ты же знаешь, что я бы никогда не обидел тебя, никогда не причинил бы вреда. Просто я беспокоился, а ты начала истерику.  — Истерику? Отстаивание свободы это истерика?  — Венди, ну какое отстаивание свободы? Ты свободна, Весёлый Роджер твой второй дом. Девушка отошла к окну, она упёрлась одной рукой в оконную раму и всмотрелась в бескрайний горизонт. А и правда, кем она возомнила себя? Пиратом? Море не примет её, этот остров давно закрыл свои двери для юной Дарлинг, она всегда будет здесь чужой.  — Нет. Это место никогда не станет мне домом…  — Венди, Венди, пожалуйста, посмотри на меня, — спокойно проговаривал Крюк делая небольшие шаги, — Положи канделябр, и мы спокойно поговорим.  — Я не хочу ничего слышать, я хочу домой.  — Из-за такой ерунды?  — Ерунды? Посмотри! — вскрикнула Венди и оголила шею, на которой начинали проступать небольшие желтые пятна.  — Венди…  — Господи, просто уйди.  — Нет. Я не уйду.  — Тогда уйду я. Лучше в трюме с крысами чем с тобой, — сказала Венди и, положив канделябр, направилась к двери.  — Нет! Ты не уйдёшь. Не пущу тебя, — крикнул капитан и, схватив девушку, прижал её к стене, — Я так долго ждал тебя, ты не уйдёшь!  — Отпусти меня! Отпусти! — выпалила Венди и начала хаотична бить Крюка в грудную клетку, — Животное! Не трогай! Капитан пытался перехватить её руки, но одной конечностью было не справиться. Он поднял рефлекторно поднял крюк на уровень груди переживая ужасную боль.  — Уберись! — взвизгнула Венди и схватила правую руку капитана.  — Ай! — взвопил Крюк и дёрнул рукой. Острый гак взмыл вверх и порезал белую шею. Девушка закричала от боли. Капли бардовой крови окропили ковёр.  — Венди!  — Аааа, — всхлипывала девушка держась за шею, кровь стекала по её пальцам пачкая белую рубашку. Мисс упала книзу, она сжалась в комочек и не могла перестать немощно скулить.  — Смит! СМИТ! — паниковал Крюк, — Держись, моя девочка, не покидай меня. Не покидай! Слушай мой голос. Капитан разорвал рукав своего костюма и приложил к ране.  — Смииит! — вопил мужчина. Старик вбежал в каюту, кожа побелела от ужаса, а глаза полезли на лоб.  — Капитан, что вы сделали!  — Я не хотел, я не нарочно, — плакал пират держа на руках девушку.  — Скорее, скорее, положите её на пол.  — Я не могу, не забирай её Смит, не забирай, — выл капитан.  — Всё будет хорошо, сир, всё будет в порядке, — мужчине пришлось приложить силу, чтобы оттолкнуть капитана. Крюк пал рядом с Венди, он посмотрел на свои руки, что предательски дрожали. Капли крови на гаке напоминали о его поступке. Мужчина заёрзал ногами то ли пытаясь отодвинуться, то ли «убежать» от происходящего в собственной голове.  — Нет-нет-нет, — повторял он, — Нет-нет-нет.  — Всё в порядке, сонную артерию не задело, капитан. Мы усеем спасти её. Но Крюк не слышал его, он смотрел на Венди, что корчилась в припадке от боли и страха, словно бедный кролик, которого зарезали для ужина.  — Венди! Венди, не умирай! Венди не уходи!  — Капитан, успокойтесь, всё будет хорошо. Выйдете на палубу, подышите воздухом, я позову вас, когда можно будет. Крюк на автомате двинулся к выходу. Его тело билось о все поручни, словно корабль во время бури блуждал среди волн. Яркое солнце ослепило глаза. На ослеп он добрался до кармы. Стэн заметил кровавые седы на одеждах капитана.  — К-капитан… Что вы… Чья это кровь? Шатая головой, Крюк повернулся к нему, но не смог ничего сказать, его глаза под эффектом метались по всей орбите.  — Г-где мисс Венди, капитан? Джеймс завопил. Это был пронзительный крик, что разрывал горло. Команда испуганно сбежалась к капитану. Среди тысяч вопрос он не мог разобрать и пары слов. Опираясь на перегородку, крюк вылез на бушприт*. *Бушприт — наклонная носовая мачта, горизонтальное либо наклонное рангоутное дерево, выступающее вперёд с носа парусника.  — Капитан! Капитан, слазьте! Мужчина пустым взглядом оглядел глубину морского дна. И сделал шаг.  — Капитан! — ошалели матросы, — Достаньте его! Прыгайте в воду! Киньте веревку! Несколько человек скрылись в бирюзе пучины.  — Я не вижу! Я их не вижу! — кричал Стэн.  — Вон там! — окликнул юнга на мачте, — Дин схватил его! Тяните канат! Тело капитана вышвырнули на палубу. Красный атлас мигом стал бордовым от воды, но следи крови на белых рукавах не смылись. Длинные мокрые волосы закрывали лицо.  — Шляпа тоже у меня, — махал ею Дин.  — Капитан, очнитесь, — хлопал его по щекам Стэн. Мужчина закашлял, соленная вода вышла из дыхательных путей.  — Что же вы творите капитан?! Решили отправиться на дно морское?  — Я хотела прийти в себя.  — А что, умыться из бочки для вас слишком просто?  — Помогите встать.  — Капитан! — вскрикнул Боб, — Вас зовёт Смит! Он очень напуган…